Часть 1

      Альберу часто говорили: «Ну ты же девочка». Да, она девочка, но ей нравится смеяться громко-громко, улыбаться широко, забив на то, что выбила передний зуб недавно, врезавшись в столб, иногда материться себе тихо под нос, это нехорошо, она знает, но привычка на то и привычка, что избавиться от нее сложно, тем более, если вообще не прикладывать усилий.       Она девочка, ага, только пусть они радуются, что она не курит, не пьет и не употребляет с подозрительными личностями. Она читает гороскоп, проверяет совместимость, по совместительству разговаривая с Кейлом по телефону, иногда зачитывая ему анекдоты.       — Идут двое безруких, никого не трогают. — ее с этого просто разрывает, она даже не слышит, как тихо смеётся Кейл, чего услышать и увидеть может только полный везунчик. Альберу входит в эту категорию. — «Когда я вижу вырезанные на деревьях имена влюбленных, я не нахожу это романтичным. Кошмарно, что люди ходят на свидания с ножами.» Погнали на свидание с ножом?       — Я буду третьим лишним? — Кейл делает домашку, и Кроссман его безумно отвлекает. А впрочем… Лучше так, чем он будет делать все в тишине.       Ее голос мелодичный, звонкий, иногда кажется, что она маленький ребенок, притворяющийся взрослой. И все же Альберу так близка, так родна, что Хенитьюз может забыть обо всем мире, если рядом будет она, если будет напевать мелодию и сильно фальшивить, да даже если просто будет рядом. Кажется, этого достаточно.       — Хей, ты в курсе, что по гороскопу мы друг другу не подходим. Ты водолей, я — лев. — Альберу смеется, листая сайты с совместимостью, пока Кейл на том конце трубки меланхолично вздыхает. — Хотя вот тут мы притягиваемся к друг другу за счет противоположных характеров. А здесь не можем ужиться совсем.       — Поэтому ты идешь на свидание с ножом. Ага.       — Чего «ага»? Пошли сходим поедим. Без ножа. У меня в холодильнике мышь повесилась. — живот напоминает о себе громким урчанием, Альберу уже собирается, зная, что Кейл не откажет.       Он такой же. Немного чокнутый и «неправильный» для этого мира. Покрасил волосы в красный, хотел даже пирсинг, но потом подумал, что это больно, и передумал, много ворчал на Альберу за выбитый зуб и раз сто-двести спросил, не больно ли ей. А Альберу было больно. Сильно. Но к тому времени, как Кейл узнал, она с этой ситуации только звонко смеялась, являя миру свою улыбку. Теперь уже не такую целую.       — Куда пойдем?       — К тебе. Куда ещё-то? — она удивленно, будто ее увидят, смотрит в экран, где светится их общая фотка, и встряхивает кудрявые волосы, чтобы они объемнее стали.       — Выходи, я тебя встречу. — ага, когда он дойдет до ее дома, она только выйдет из подъезда.       Альберу болтает без остановки, рассказывая про то, что она выбила себе в игре кучу кристаликов, про то, какой милый персонаж в манхве, про то, как сильно она хочет себе котенка, и про то, как ее раздражают вопросы по поводу ухажеров. Про Кейла никто не знает, а когда им знаеть, если они на работе 24/7? Кроссман не жалуется, но и про музыканта, который вместе с ней играет какие-то песни, которые слушают трое человек на весь мир, они с Кейлом и их исполнитель, не рассказывает.       С ним весело, даже если говорит только Альберу, даже если Кейл просто сжимает еë руку и иногда изгибает губы в подобие улыбки, на большее, кажется, он просто не способен, но он особенно милый, когда его уши краснеют, а он все равно старается держать лицо.       — А ты кстати веришь, что первая любовь не будет вечной? — они оба не знают, как к этому пришли, но такой вопрос задает Альберу, выходя из подъезда и видя там уже долго ожидающего еë Кейла.       — Не знаю. А это имеет смысл? — он берет ее стокилограммовый рюкзак, даже не спрашивая, и закидывает на плечо, сплетая пальцы в замок.       — Ну вообще да. Вот смотри, сейчас я представляю себе нашу дальнейшую жизнь вместе, поступать нужно в один город. Еще нужно работать, я не хочу сидеть на шее у родителей, снимать квартиру, а ты видел цены на жилье, готовить я не умею, это с тебя, а я, так уж и быть, буду убираться. — Альберу вспоминает, что говорила про другое и возвращает мысли в нужное русло. — И вот представляешь, в один момент мы можем понять, что больше ничего не чувствуем друг к другу и станем бывшими. И вроде бы, это плохо, но намного лучше, чем жить с тем, кого не любишь.       — А сейчас?       — Что сейчас?       — Сейчас что ты чувствуешь?       — Кушать хочу. — она улыбается, видя как, Кейл прыскает в кулак и смотрит на нее в ответ самым нежным в мире взглядом, будто ничего важнее для него нет. Кровь стремительно приливает к щекам.       — Этого достаточно, я сделал булочки с маком, и есть суп.       — Я буду… — она не успевает сказать, Кейл ее прерывает, точно зная, что суп она проигнорирует.       — Сначала суп. Никаких «но», я тебя знаю. Как ты еще себе язву со своим питанием не заработала, я не понимаю.       — Ты мой защитник от всех болезней. Ты их на себя переманиваешь.       — Ты…       Альберу недовольно цокает и целует его в губы, усмехаясь красным ушам и тому, что на его губах остался ее персиковый блеск.       — Хаа… Ты просто невыносима.       — Я знаю. ***       Так тепло. Еще только-только началась осень, даже листья на массивных деревьях и пышных кустах не окрасились в желтый. Солнце слепит прямо в глаза, но под его лучами так хорошо, что Кроссман лишь прикрывает веки, сидя на лавочке и, кажется, пытается заснуть под вечерним солнцем.       — Давай сыграем SLTS? — все же открыв глаза и увидев взгляд на себе, она улыбнулась, показывая дырку между зубов. К этому не привыкнуть.       — Как скажешь, госпожа. — он перебирает пальцами по струнам и кивает, начиная петь заученную песню. Она играет у Альберу на рингтоне, ее чаще всего просит Кроссман, а Кейлу просто нравится видеть этот огонек в глазах, когда он поет, а она подпевает. — Load up on guns, bring your friends.       — It's fun to lose and to pretend, she's over-bored and self-assured.       Они смотрят друг другу в глаза, Кейл играет вслепую.       — Oh no, I know a dirty word.       — Hello, hello, hello, how low, Hello, hello, hello, how low, Hello, hello, hello, how low, Hello, hello, hello       Альберу подрывается с лавочки, изображая гитару у себя в руках и кричит так, что наверняка слышат все, кто додумался открыть окно в этот вечер.       — With the lights out, it's less dangerous! Here we are now, entertain us.       — I feel stupid and contagious. Here we are now, entertain us. — Кейл тоже кричит, не так ярко и звонко, но его голос слышен в этой симфонии звуков. Им что-то кричат сверху, а они только смеются, тяжело дыша, будто марафон пробежали.       — Вот я сейчас выйду! Ух, негодники такие! Орете на весь город! — женщина кричит им ещё что-то, но они убегают, крепко держась за руки и смеясь громко-громко.       Им весело. Это главное. ***       — Так что ты сейчас чувствуешь? — тепло улыбается Кейл, массируя голову и перебирая светлые кудрявые пряди.       — Что люблю тебя.       — И как долго это будет?       — Без понятия, но я хочу навсегда.