Вопрос 2

Шантэри выросла бойкой и целеустремленной асмодианкой. К луку и стрелам ее тянуло еще в детстве, когда она росла в Ферноне, под присмотром удочерившей ее Раэлины. Магия юной Шантэри не давалась, а вот лучница из нее вышла отличная, не уступающая другим асмодианским стрелкам. И все благодаря упорству и тренировкам, которые проводил с ней наставник Летос — стрелок из Деревни легкого бриза, где и проживала Раэлина со своей приемной дочерью. Тренировалась, впрочем, Шантэри не только под присмотром наставника. Порой она и самостоятельно практиковалась в стрельбе. В Ферноне юная асмодианка могла легко найти какую-нибудь тварь, на которой вполне можно было потренироваться. Поэтому неудивительно, что к четырнадцати годам Шантэри овладела стрелковыми навыками почти на уровне профессионала и была готова к различным миссиям во благо Асмодеи. Эльфийка бралась за любое задание, видала она и снега Белуслана, и удивительные в своем разнообразии земли Морхейма — от снежной долины до вулканов Мусфеля, и даже Альтгард, хотя туда возвращаться Шантэри очень не хотелось — слишком неприятными были воспоминания о ее прежней семье. Но, к счастью для самой Шантэри, ее биологический отец, в свое время избавившийся от дочери как от «лишнего рта», уже скончался, так что в Альтгарде не осталось практически ничего, что напоминало бы асмодианке о ее жизни до того, как ее приютила Раэлина. Разве только оборотни племени Черного Когтя и подчиняющиеся им му-му, у которых Шанти еще ребенком была в плену, но с этими тварями у темной эльфийки был разговор короткий: всего лишь несколько стрел в разные участки тела. Шантэри ничего не боялась. На любую миссию она шла с поднятой головой, смотрела в лицо своим врагам и всегда держала лук наготове. А к шестнадцати годам произошло ее первое столкновение с балаурами, которое окончилось в пользу Шантэри, закрывшей в конце концов пространственные врата, возникшие в Альтгарде. Именно после этой миссии юную асмодианку переродили в даэва. Обретение крыльев до совершеннолетия уже почти никого не удивляло — асмодиане не забыли о Раэлине и ее уже давно почившей подруге Ческе. Первая стала даэвом в четырнадцать лет, а вторая — аж в двенадцать. Только перерождение Шанти толпа восприняла куда адекватнее, чем в свое время перерождение Раэлины и Чески. Это сейчас Ческу и поныне отпевают как героиню, отдавшую жизнь не только за свою соратницу, но и Асмодею, а Раэлину чествуют как в самой Асмодее, так и в землях балауров, а тогда, когда они обе только-только обрели крылья, асмодиане плевались с «исхальгенских отбросов», одна из которых к тому же являлась плодом запретной связи элийца с асмодианкой. Шантэри же, во-первых, являлась чистокровной асмодианкой, во-вторых, вовсе не была уроженкой печально известного своими разбойниками Исхальгена, в-третьих, на момент перерождения была уже достаточно взрослой, хотя и еще не совершеннолетней. Поэтому на церемонии в храме Пандемониума толпа не освистывала ее, как двух выходиц из Исхальгена в свое время. Обретя крылья и бессмертие, Шантэри не стала успокаиваться на достигнутом. Ее следующей целью стало покорение необъятной Бездны. Асмодианка знала со слов Раэлины, что, даже если даэв еще до совершеннолетия успел в хорошем смысле отличиться в Атрее, в Арэшурат дорога открыта лишь с восемнадцати лет. И то — для того, чтобы войти в Бездну, необходимо было пройти определенные испытания трех шедимов. Благодаря матери Шантэри уже знала, что именно это будут за испытания, и была к ним морально готова. Раэлина много рассказывала дочери о Бездне, о том, как она возникла, как выглядит, как захватить крепость в свою пользу при осаде, и так далее. Так что испытание Румиэли — экзамен по истории Бездны — не представило особой сложности для восемнадцатилетней Шантэри. А испытание Триниэли — леди-шедима, покровительствующей не только ассасинам, но и стрелкам Асмодеи, — и вовсе для темной эльфийки оказалось проще простого. Каждый дух, заточенный в темнице на арене Триниэли, легко испарялся, стоило Шанти лишь пустить в него стрелу. Испытание Маркутана — полет через кольца с ограничением по времени — оказалось сложнее предыдущих, но асмодианка, будучи упорной и никогда не отступающей перед трудностями, выдержала и это испытание тоже. И Бездна наконец-то стала открыта для молодой лучницы. И в Арэшурате Шантэри тоже не теряла зря время. Она охотилась на балауров и прочих тварей Бездны на многочисленных островках разных архипелагов. Не боялась лететь одной на архипелаг, захваченный балаурами или элийцами, чтобы спасти пленных асмодиан. В общем, пошла в приемную мать, которая в свое время тоже отличилась в Бездне. И в конце концов упорство и целеустремленность Шантэри были оценены по достоинству. Лук великодушия Маркутана, который асмодианка и поныне носит за спиной, выкован кузнецом в цитадели Фримум. Прежде умельцы Арэшурата сделали похожего типа орб для Раэлины за ее подвиги, а теперь и ее дочь, пусть и не родная, но пошла по стопам матери. С таким луком Шантэри не будет страшно и в таких местах, как Тиамаранта и Каталам.