Жизнь человеческая

Наконец, Никифор Захарьевич грохнул рукой по столу, и вновь стало тихо. Алёша осмелился поднять глаза на мать: та украдкой утирала набежавшие слёзы. Отец поднялся из-за стола и указал Алёше идти за ним. Тот растерялся, не зная, как ему быть с Тимошей, но мать сама потянулась к мальчонке. Алёша посадил Тимошу рядом с Василисой Семёновной и погладил по волосам. Тимоша ухватил его за рукав и отпускать отказался.