Почему?

– Почему ты любишь его?.. Знойное летнее солнце медленно ползет к зениту, лукаво подсматривая сквозь раскидистую листву за двумя детьми, лениво развалившимся в тени дуба. Нил невесомо проводит ладонью по траве, с наслаждением пропуская через пальцы мягкие стебельки, словно густые волосы матери-земли; сорвав один из колосков, подносит к губам и задумчиво прикусывает. – А почему бы мне его не любить? Гвен, щурясь от редких солнечных лучей, вполоборота головы наблюдает за ним. – Я не говорю, что с этим что-то не так. Просто я считаю, что у всего есть причины, и мне интересно узнать твои. Нил со спокойным вздохом прикрывает глаза. – На самом деле, я не знаю. Это будто что-то естественное и очевидное. Трава зеленая, небо голубое... А я люблю Райлана. – Наверное, это началось еще в селении. Со всяких небольших странностей, навроде его внезапного милосердия ко мне, пойманному у изгороди, или монструма – забавного мелкого пса, вовсе не такого страшного, как у других Ястребов... Думаю, сперва ты просто замечаешь, что он отличается от всех, кого ты встречала раньше. – И для всех он обычный, а ты один видишь в нем что-то особенное, – добавляет Гвен. – Я понимаю. – Да. Ну, и потом случилось... – он неопределенно крутит в воздухе рукой. – То, что случилось. Путешествие, незнакомые земли, опасности. Я все больше узнавал о нем и невольно проникался тем, как он мыслит, и тем, что он чувствует. Не знаю, можно ли о таком рассказывать... Но однажды я оказался рядом в момент, когда ему было очень плохо. Я стал свидетелем того, что он обычно скрывает... И не мог оставаться в стороне. С тех пор у меня внутри появилось желание помогать ему. Защищать. – По вам и не скажешь. Нил смеется, поняв, что она имеет в виду. – Да, скорее, это он вечно защищает меня, ты права. – Знаешь, он ведь убил меня, – помолчав, тихо произносит Нил. – Я уже давно простил его, но, боюсь, ему самому это пережить даже сложнее, чем мне. Иногда кажется, что его старания оберегать меня – это лишь попытки искупить вину. И, хотя я благодарен за них, мне больно так думать. Гвен не решается прервать повисшую паузу, и спустя минуту Нил неловко улыбается: – А еще он красивый. Смотреть на красивое полезно для анимы, – Гвен фыркает, слыша это, и Нил продолжает уже увереннее: – И шутки его мне нравятся, хотя раньше я даже не знал, что Ястребы шутить умеют. – Ларри тоже умеет, – вспоминает девушка. – Но надо признаться, чаще он меня просто раздражал. Или же пугал. – Они такие, – соглашается Нил, – наши Ястребы. Отпугивают всех сказками о том, какие они страшные и ужасные, а на деле... Гвен хихикает: – Пушистые птенчики. – Вот именно.