Часть 7. "Я говорила — не пускай чужих!"

Квартира Насти. Вечер. За окном темнеет, но ещё душно. В комнатах горит тусклый свет. Андрей сидит на кухне с кружкой чая. Напротив — Юля, играет с новой куклой, которую ей купил Валера. Из комнаты Насти слышна музыка — «Ласковый май» играет тихо, почти шёпотом. Турбо входит с балкона, за ним тянется запах сигарет. Курил. Он идёт мыть руки в ванную. — О, 15 копеек уже с подарком играется - Турбо потрепал светлые хвостики на голове Юляшки и прошёл, чтобы налить себе чай. Из коридора слышны шаги Насти. Она несёт стопку чистого белья, кладёт на диван в зале. — Вот вам! Сегодня, чтобы перестелили все у себя. Валера, можешь аптечку подать, живот сегодня что-то тянет. Андрей смотрит на них. Турбо идёт за Настей, легко касается её плеча. Она не отстраняется. Юля поднимает глаза. — Андрей, а Настя с Валерой теперь жених и невеста? — Похоже на то - ответил Андрей, пожимая плечами — Что значит похоже, предложение я уже сделал - встрял в диалог Турбо — Да, но свадьбы то не было — Пальто, вот ваши проблемы решим, а там уже и свадьбой займёмся. Настя не стала заходить на кухню, вернулась к своим делам. В этот момент — звонок в дверь. Дребезжащий, настойчивый. Все замирают. Андрей бросает взгляд на дверной глазок. Турбо выходит из кухни, хмурится, берёт со стола нож и прячет за пояс. Настя выглядывает из-за двери — Девушка. С чемоданом. Одна. - шепчет Андрей — Не открывай. - также тихо произносит Наста Звонок повторяется. Теперь дольше. И голос — тонкий, испуганный: Голос за дверью: — Пожалуйста! Настя, ты здесь? Меня зовут Лена, я… я твоя двоюродная сестра. С папиной стороны. Мне больше некуда идти. Турбо смотрит на Настю. Та бледнеет. — У меня нет двоюродной сестры, ну кроме Юляши — А у твоего отца? — Он был единственный сын. За дверью — всхлип. Голос: — Пожалуйста! Я знаю, это не вовремя. Но мама умерла две недели назад, а папа… его убили в апреле. Я нашла твой адрес в его вещах. Ты — единственная. Пауза. Турбо сжимает кулаки, но отодвигает задвижку. Дверь открывается. На пороге стоит девушка. Лет семнадцати. Светлые волосы, стрижка каре. Глаза красные, заплаканные. В руках — старый советский чемодан на колёсиках и большая сумка через плечо. Одета просто, но аккуратно: тёмная юбка, белая блузка с кружевным воротничком. Лена смотрит на Настю — узнаёт или делает вид? — Настя? Я видела твою фотографию. Ты похожа на папу. То есть… на дядю. На моего папиного брата. Настя молчит, скрестив руки на груди. Лена переводит взгляд на Турбо — задерживается дольше, чем нужно. — Здравствуйте. — Здорова. — Заходи. Соседи увидят - Андрей говорит это шепотом и жестом приглашает войти. Лена переступает порог. Чемодан стучит колёсами по полу. Юля бежит с кухни, чтобы рассмотреть гостей. — А вы откуда? — Из Горького. Ехала два дня. Она ставит чемодан у стены. Оглядывает квартиру. Взгляд цепкий — слишком цепкий для плачущей девушки. Турбо это замечает. Переглядывается с Андреем. — Лена. Ты понимаешь, что я тебя не знаю. У меня нет никаких доказательств, что ты — родственница, у моего отца нет братьев и сестёр. Лена (лезет в сумку, достаёт сложенный листок): — Вот. Письмо отца твоего моему. Датировано маем 88-го. Почерк узнаешь? Настя берёт листок. Листает. Брови поднимаются. — Папин почерк. — И ещё — Лена достаёт из сумки старую фотографию. — Здесь твой папа и мой. Вместе. На фоне гаражей. 1975 год. Настя смотрит на фото. На ней двое мужчин — один её отец, второй незнакомый, похожий на неё. Скулы, разрез глаз. — Ладно. Переночуешь. Лена выдыхает, улыбается — впервые. Улыбка у неё быстрая, скользкая. — Спасибо. Я буду тихая, как мышь. Обещаю. Турбо не сводит с неё глаз. Ночь. Квартира погружается в темноту. Лене постелили в коридоре на старом диване. Турбо не спит. Смотрит в потолок. — Ты веришь ей? — Фото и письмо — настоящие. Я знаю. — Это не значит, что она та, за кого себя выдаёт. Взгляд у неё… — Какой? — Оценивающий. Как у мента. Настя молчит. — Завтра пусть уходит. Мы не богадельня. Настя хочет ответить — в коридоре слышен скрип. Турбо встаёт, крадётся к двери, приоткрывает.В коридоре пусто. Диван пустой. Плед сброшен на пол. Турбо идёт в комнату. Андрей спит, Юля тоже. Лены нет. Турбо заглядывает на кухню. Пусто. Балконная дверь приоткрыта. Он выходит на балкон. Внизу — темнота двора. Лена стоит около подъезда и с кем-то разговаривает, свет фонаря освещает только её, фигуру второго человека сложно разглядеть. Турбо не слышит слов, но видит — она кивает, потом оборачивается, но его не замечает. Девушка поднимается обратно. Они пересекаются в коридоре. —Не спится? - протягивает девушка —А тебе? —Да я так, подышать вышла. Турбо сжимает челюсть. Она проходит мимо, касаясь его плеча. Идёт к дивану. Укладывается. Через минуту — ровное дыхание. Турбо не спит до утра. Утро. Кухня. Все собрались за столом, кроме Лены — она умывается в ванной. Валера режет хлеб. Настя варит кашу. Андрей пьёт чай. Лена выходит. Волосы мокрые, рубашка свежая — голубая. — Чем помочь? — Сядь - сухо ответила Настя. Лена садится рядом с Турбо. Очень близко. Он отодвигается. Она не замечает — или делает вид. — Лена. Ты вчера на улице говорила с кем-то. Скажи правду. За столом — тишина. Юля перестаёт жевать. Настя замирает с половником. Лена (смотрит Турбо в глаза, спокойно): — Ты мне не веришь. Я понимаю. В ваше время никто никому не верит - она достаёт из кармана маленькую записную книжку. Кладёт на стол. — Вот. Телефон человека, который меня впутал. Я не хотела. Он сказал, если я не приду к вам — он убьёт меня. Как родителей. — Кто «он»? — Фамилии не знаю. Кличка — Клык. Он… он из тех, кто работал с твоим отцом, Настя. И с моим. А теперь заметает следы. Турбо хватает записную книжку, листает. — Здесь один номер. И больше ничего. — Этого достаточно. Позвоните — спросите про долг. Он сам всё расскажет. Настя берёт книжку из рук Турбо. Долго смотрит на Лену. — Ты пришла спасти себя и подставить нас? — А какая разница? Ты всё равно уже в игре. В этот момент — звук из коридора. Что-то упало. Все оборачиваются. Чемодан Лены — раскрыт. Из него вывалились не вещи, а папки. Толстые, старые, с жёлтыми лентами. Юля стоит над чемоданом, смотрит на папки. — Я не специально - на её глазах наворачиваются слезы. Андрей вскакивает, бежит в коридор. Берёт одну папку, открывает. Там — копии протоколов допросов. Имена. Адреса. Схемы квартир. И фотография их подъезда — крупным планом. — Ты — стукачка. Лена бледнеет. Встаёт из-за стола. — Это не то, что вы думаете. — А что? Ты собирала на нас досье? Кто тебя послал? Менты? — Нет! Я… я работала на Клыка. Он хотел, чтобы я нашла бумаги, которые твой отец, Настя, спрятал в этой квартире. Проценты, долги, имена ментов на довольствии. Они же прям перед твоим рождением уехали отсюда, думая, что старая жизнь их не коснётся. — Какие ещё бумаги, что ты несёшь? - Настя вскочила — Те, что ты ещё не нашла. Они здесь. В стене, в полу, где-то. Я должна была найти их и отдать. — А теперь? - Турбо встал из-за стола и обхватил девушку, чтобы она не на кинулась на Лену. — А теперь я хочу уйти. Живой. Потому что если я вернусь без бумаг, Клык меня убьёт. А если я останусь — вы меня убьёте сами. Она хватает чемодан, застёгивает его трясущимися руками. Идёт к двери. Никто её не останавливает. Дверь за Леной закрывается. Тишина — на секунду. А потом Настя взрывается. — Я говорила! Я говорила — не пускай чужих! А ты... И что? Теперь какой-то Клык знает про нас! — Ты сама сказала «переночует»! — Потому что это всё ты! Слишком смелый? Ведёшь себя как баран! — Что ты несёшь?! — Ребята, стоп… - пытается влезть Андрей — Не лезь! Это моя квартира, моя семья, мои проблемы! Юля сжимается в углу, она всхлипывает. Андрей бледнеет. —Настя, ты сейчас серьёзно? —Убирайтесь... Серьёзно. Я устала. Я устала бояться за тебя каждую ночь. Устала прятать их. — Кивает на Андрея и Юлю. — Устала притворяться, что у нас всё хорошо. У нас не всё хорошо... - Она садится на стул, закрывает лицо руками. Плечи дрожат. Все её мысли перемешаны, она делает это специально, чтобы уберечь их от врагов прошлого. *Сейчас они всё уйдут, будет лучше. Я справлюсь сама. Нельзя ребят привлекать, будет хуже. Я итак достаточно приношу проблем. * Турбо стоит посреди кухни. Руки сжаты в кулаки. Внутри него борются два человека: тот, кто хочет обнять её, и тот, кто хочет разбить стену.