Финал

Пак Ёна проснулась от яркого света, что слепил ей глаза, выглядывая из-за штор. Девушка открыла глаза и зажмурила их вновь, потому что почувствовала головную боль, которая сразу накинулась на неё. — Ой-ой-ой, — танцовщица аккуратно, всё ещё не открывая глаза, поднялась и схватила себя за голову. Когда она села на кровать, глаза всё же открылись. — Какого?.. Серые стены, на которых не было никаких рисунков, огромный рабочий стол, на котором лежали какие-то бумаги, и, наконец, вид из окна на другую квартиру. Это точно не комната девушки. Ёна ещё раз оглянулась по сторонам и увидела на стене, сзади неё, фотографии. На них был изображён Хёнджин. На одной из них он стоял вместе с родителями, держа в руках какой-то диплом. — А что я тут делаю? — спросила саму себя брюнетка, когда заметила, что на ней не её одежда. В голове начали всплывать обрывки прошлого вечера: звон стаканов с соджу, запах жареного бекона и лицо улыбающегося Хёнджина. Это она прекрасно помнила, тогда ее мозг вроде функционировал. "...Ты слишком красивый, слишком идеальный и слишком хороший танцор. Спокойной ночи..." Откуда она помнит эти слова? Внезапно до Ёна дошло, и она резко вскочила, прикрыв рот рукой. — Пак Ёна, ты идиотка! Неужели она именно таким способом призналась ему? Неужели именно в таком состоянии? Посмотрев на дверь, танцовщица поняла, что она закрыта, но выдохнуть с облегчением ей это не позволило. Она ведь знала Хёнджина, знала, что он либо все понял, либо будет всю оставшуюся жизнь припоминать ей это, словно шутку. Либо он потребует объяснений... Девушка, несмотря на импульс головной боли, встала с кровати и подошла к двери. Она прислушалась, ходит ли за ней кто-то. Если бы Хёнджина не было в квартире, то она могла бы сбежать от него и разговора. "Ага, а ещё из страны," — подумала Ёна и открыла дверь как можно тише. Тише не получилось. К сожалению, девушка не знала о привычке парня многое откладывать на потом. Например, устранение скрипа двери. В итоге Ёна вышла из комнаты с таким шумом, который был слышен, как ей казалось, на весь Сеул, если не на всю Корею. Она зажмурила глаза, шёпотом сказав все самые неприличные слова про эту дурацкую дверь. — Ты проснулась? Голос парня послышался из кухни вместе с звуками музыки. Ёна поняла, что сбегать уже не имеет смысла, поэтому вдохнула воздух полной грудью, проигнорировав боль в голове, и медленно начала идти к комнате, где находился её главный страх, Хван Хёнджин. — Доброе утро, — аккуратно сказала она, когда увидела соседа. Он стоял у плиты, что-то помешивая в большой кастрюле. Хёнджин и обернулся и улыбнулся только что проснувшейся девушке. На тёмную кофту танцор надел фартук, а волосы в очередной раз собрал в небрежный, но очень привлекательный пучок, чтоб они не мешались. Из колонок, что стояли рядом, играла музыка, которую Хёнджин обычно слушал в машине, когда подвозил соседку домой. Вся эта атмосфера словно развеяла напряжение, которое царило в голове Ёна. — Доброе утро, — Хёнджин, как ни в чём не бывало, повернулся обратно к плите, качая голову в такт музыке, — Как спалось? — Хорошо, — неуверенно сказала девушка и прошла вглубь кухни, попутно наблюдая за Хёнджином, — Ты как спал? Удобно было на диване? — Да я уже привык. Ко мне когда мама приходит и остаётся на ночь, я тут сплю. Если надо почистить зубы, кстати, ты знаешь, где ванна. Я тебе приготовил щётку, она розовая, рядом с моей в стакане стоит. — Спасибо. Пока Ёна умывалась, она прокручивала слова и поведение Хёнджина в голове, не понимая, издевается ли он над ней или нет. А, может, просто делает вид, что ничего не произошло? Девушка настолько запуталась и погрузилась в свои мысли, что не услышала, как сосед зовёт её из другой комнаты. — Ты же не рылась в моей комнате? — спрашивал её обеспокоенный голос парня. — Чего? — спросила девушка, выходя из ванной, — Нет, не рылась конечно. Зачем мне? — Да там важные бумаги, — сказал парень, выходя из своей комнаты. — Ты всё? Пошли кушать. Ёна, всё ещё стараясь держаться подальше от парня, прошла за ним на кухню, сев за стол. Только сейчас она поняла, что в помещении вкусно пахнет. И запах был ей знаком. — Этот суп ещё от похмелья помогает, — парень поставил тарелку перед девушкой. — Это тот самый суп, который мы ели с твоей мамой? — Да. Внезапно Хёнджин сел напротив неё. Танцовщица заметила, что он даже не взял себе порцию. Парень внимательно смотрел на Ёна, будто стараясь заглянуть ей в самую душу. Тёмные глаза скользили взглядом по лицу девушки, изучая каждую черту. Напряжение вновь появилось и возросло до максимума. Первой мыслью было: "Он вспомнил". Девушка попробовала суп, стараясь взглядом не встречаться с парнем. Нужно было либо перевести тему в нужную минуту, либо вообще не говорить. — Суп очень вкусный. Танцовщица посмотрела на партнёра, не подавая виду. Несмотря на её усилия, смущённость всё равно можно было отследить в её глазах. Неожиданно Хёнджин наклонился над столом, смотря девушке напротив в самые глаза. "Он знает". — Ты сказала прошлым вечером... — Да, я влюблена в тебя! — перебила улыбающегося Хёнджина Ёна, закрывая уши руками. — ...что тебе понравился этот суп. Девушка мгновенно встала с удивлённым выражением лица. Не послышалось ли ей? Одновременно с Хёнджином раздался вопрос: — Что я сказала? — Что ты сказала? Ёна хотелось смеяться и плакать одновременно от того, как она накрутила себя. Она знала Хван Хёнджина, но не так хорошо, чтобы поняла, какой он забывчивый или рассеянный. Отойдя к окну, что стояло напротив, девушка прикрыла лицо рукой и вздохнула с такой силой, что лицо покраснело то-ли от смущения, то-ли от давления. — Повтори, — резкий и низкий голос парня нарушил тишину. Всё это время он сидел за столом, смотря на Ёна. — Ты всё слышал, Хван Хёнджин, — тихо сказала она, убирая ладони с лица. — Если я это и услышу, то только во сне. Нетерпеливо он встал со стула так же громко, как это сделала Ёна до этого. Тихими и аккуратными шагами Хёнджин стал приближаться к соседке, не отводя взгляда. Девушка всё также стояла у окна, не в силах что-то сказать или сделать. Руки дрожали. Всеми клеточками своего тела Ёна ощущала страх. Казалось, только недавно они наладили отношения, и между ними могла оставаться хотя бы дружба, что скрывала истинные чувства девушки. — Пак Ёна, повтори, — Хёнджин встал перед ней, и танцовщица почувствовала чужую руку на своём плече. — Я в тебя влюблена, — тихо сказала девушка. Рука упала с плеча. — Как давно? — С самой первой встречи. Такой короткий и странный диалог, который, казалось, был важен им двоим. Это чувство к парню не давало Ёна покоя, она засыпала и просыпалась, думая о соседе и их предстоящей тренировке. Она смотрела на парня из окна, не понимая, как можно быть настолько красивым. Она видела, как Хёнджин улыбался и смеялся так задорно, что уголки губ непроизвольно поднимались вверх. — Я не знаю, что будет между нами после этого, будем ли мы вообще общаться, но рано или поздно ты бы об этом узнал. — Ты бы тоже узнала. — Что? — Что я люблю тебя. Одно мгновение и губы парня прижались к губам девушки. Рука снова опустилась на плечо, а вторая легла на талию Ёна. Все произошло настолько быстро, что дыхание танцовщицы замедлилось. Хёнджин определённо умел это делать – сводить её с ума. Мягкие и такие сладкие губы ни на секунду не отдалялись или замедлялись. Завладев девушкой полностью, сосед не заметил, как Ёна окольцевала его шею и плечи своими руками, чуть вставая на цыпочки. Она наконец пришла в себя и начала осознавать каждое своё действие, наслаждаясь моментом. Проведя большим пальцем по подбородку Ёна, Хёнджин в один момент улыбнулся, не прерывая поцелуй. Настолько прекрасно и мило она выглядела в глазах партнёра, который открыл глаза на одну секунду. Сердце Ёна просто разорвали чувства, а голову и тело – эмоции. Сердца и губы молодых людей поглотил один и тот же ритм, которому они подчинялись. Неожиданно раздался громкий звук телефонного звонка. Ёна услышала, как парень выдохнул со злостью, крепко сцепив руки на её талии. Как кот, он не хотел отпускать хозяйку своего сердца и не хотел, чтобы этот прекрасный момент был кем-то прерван. — Хёнджин, мне звонят, — тихо сказала девушка и почувствовала, как её хватают за плечи и обнимают. — Ничего страшного, подождут, — раздался хриплый голос над самым ухом, и Ёна покраснела. — Неет, Хёнджин. А вдруг там что-то важное. Парень тяжело вздохнул и всё-таки отпустил девушку. Опустив голову, он проследил за тем, как она вышла в коридор на звук телефона. Ёна обнаружила его в сумке. Посмотрев на экран, она увидела, что ей звонит Хару. — Привет, Хару. — Привет, Ёна. Пожалуйста, придите сегодня с Хёнджином в студию после обеда. Есть очень важный разговор, который лучше обсудить не по телефону. — Да, конечно, — Ёна удивилась и услышала, как тренерша сбросила звонок. — Что-то случилось? — послышалось из-за спины, и подошедший парень обнял танцовщицу. — Ты дышишь мне в шею, щекотно, — засмеялась брюнетка, поворачиваясь к Хёнджину, — Хару позвонила и попросила сегодня прийти в студию после обеда. Сказала, что есть разговор. — По-моему, у нас ещё не всё сказано. — Так мы теперь встречаемся? — Ну, — Хёнджин улыбнулся и в очередной раз прижал девушку к себе, — Было бы обидно, если после такого поцелуя мы остались бы просто друзьями. — А знаешь, что самое забавное? — с улыбкой девушка достала кое-что из сумки, — Я вчера не потеряла ключи. Они были тут, в сумке.

***

— Привет, Хару. На входе в студию молодые люди увидели их преподавательницу. Она сидела на диване и смотрела в телефон, видимо, с кем-то переписываясь. — Привет, — она повернула голову к вошедшей паре, и её взгляд остановился на их сплетённых руках, — Так, вопрос один возник, но времени нет. Оставьте верхнюю одежду тут и идите за мной в зал. Нужно поговорить. — Ты что-то натворила? — поднял бровь Хёнджин и посмотрел на свою девушку. — Эй, почему сразу я? — Ёна сняла куртку и повесила её. — Может, нас будут хвалить за видео. — Наверное, — пожал плечами парень и прошёл за танцовщицей, — Просто ты вчера была настолько пьяной, что могла позвонить Хару и сказать ей что-то. — Ой, не такая я уж и пьяная была, как — сказала она, но все равно почувствовала волнение. Когда они зашли в зал, то оказалось, что будут говорить не втроём. Рядом с Хару стояла женщина, которую Ёна раньше не видела. Светлые волосы, белоснежная кожа, голубые глаза и не азиатская внешность. Девушка даже сначала остановилась от удивления, когда вошла. — Здравствуйте, — одновременно сказали и поклонились парень и девушка. — Здравствуйте, — с улыбкой ответила девушка по-английски. — Это Меган, — начала Хару, — Она преподаёт танцы и даже когда-то учила меня им. — Ты уходишь из студии? — спросила Ёна. — Нет, из студии я не ухожу и пока не планирую. Дело в том, что Меган очень понравился ваш танец, который мы отсняли вчера. И, пока она была в Корее по работе, решила предложить вам кое-что. Вы можете полететь в США и обучаться там танцам. Повился пауза, пока до Ёна и Хёнджина доходило все, что сказала преподавательница. — Серьёзно? — в неуверенности спросил парень. — Абсолютно, я не шучу. Курс длится два года, для вас будет всё оплачено, кроме жилья и питания. Но я думаю, что раз вы у нас теперь пара, то бюджет для вас проблемой не будет, — улыбнулась Хару. — А она понимает по-корейски? — Ёна окинула женщину взглядом ещё раз. — Не понимает, не волнуйся. Курс будет на английском, но, насколько я знаю, у вас двоих с ним проблем нет. Ёна аж передёрнуло от упоминания английского языка, на пары по которому она ходила так, словно это ее последний день. — Кстати, а на учёбу это как-то выпадает? — Нет, всё начнётся с нового учебного года. Насколько я знаю, вы скоро закончите университеты, но, если что, можно перевестись в США на ту же специальность. — Хорошо, мы тогда всё обдумаем, — в растерянности сказала Ёна и посмотрела на парня. — Да, конечно, — сказала Хару, — В течение недели жду ответ. Когда молодые люди попрощались и вышли из студии, девушка начала думать. Казалось, такое выгодное и крутое предложение, но что-то её волновало. — Я должна сказать об этом родителям и Джиа, — взволнованно сказала она, когда села в машину с парнем. — Не волнуйся, родители тебя поддержат. Что уж говорить о Джиа. Ты же знаешь, что она будет очень счастлива. — Даже не знаю. Будет так непривычно – уехать из Кореи в совсем чужую страну. — Эй, я рядом. Хёнджин положил свою руку на руку Ёна. Танцовщица повернулась к нему и улыбнулась. От этого жеста на сердце словно стало теплее и спокойнее, ведь любимый человек рядом. Но чувство страха перед будущим всё равно оставалось. Она знала, что с Хёнджином будет легче адаптироваться в новой стране и учиться, но у Ёна словно оставалось незаконченное дело в Корее. — Я должна помириться с мамой, — сказала она, смотря на пролетающие мимо дома и небоскрёбы главной улицы. — Это правильно. Если начнёшь сейчас, то прощаться будет легче, — поддержал Хёнджин и крепче сжал ладонь девушки. Ёна улыбнулась и открыла чат с мамой на телефоне. "Привет, мам. Надеюсь, что это сообщение ты прочитаешь с пониманием. Я уезжаю из Кореи. Это будет не сегодня или завтра, но мне предложили хорошие курсы по танцам в США. Я не говорила тебе, но я всё ещё на них хожу. Когда в 16 лет ты поняла это и заперла меня дома, я не отчаялась и продолжила биться за свою мечту. И знаешь, всё успешно. Вчера, например, мы сняли видео, где я танцую с парнем, что живёт рядом со мной. Скину тебя его, если хоть что-то между нами наладиться. Так вот, я пишу тебе не похвастаться своими успехами или сказать, что я плохая дочь и не слушалась тебя. Я хочу, чтобы мы помирились. Официально мы не ссорились, но мне кажется, что всем понятно, в каких мы отношениях. Я не хочу, чтобы мы с тобой были так далеки друг от друга и в Сеуле, и в Америке. Пожалуйста, если ты за, то напиши или позвони мне. Для тебя у меня всегда будет время. Пожалуйста, давай как-нибудь встретимся и всё обсудим." Написав это длинное сообщение, Ёна почувствовала, как слёзы невольно потекли по щекам. Она понимала, что это не конец, а начало. Начало длинного пути, когда они с мамой кирпичиком за кирпичиком будут строить хорошие доверительные отношения снова. — Это не Джиа с Чаном стоят у входа? — спросил Хёнджин, когда они подъехали к дому. — Они, — сквозь слёзы улыбнулась Ёна и вышла из машины с парнем, — Я забыла, что звала их вчера. — Привет, — Джиа помахала и подбежала к подруге, но тут заметила её слёзы, — Ты плакала? Эй, Хван Хёнджин, всё-таки довёл мою подругу?! — Да это не я! Девушка попросила всех успокоиться и подняться наверх. Когда друзья зашли в квартиру, она побежала на кухню и поставила чайник. — Ну, рассказывайте, — сказал Чан, присаживаясь с остальными за стол. — У нас есть две новости, — улыбнулся Хёнджин, смотря на девушку. — Первая новость: мы теперь встречаемся. — Вы встречаетесь? — воскликнул Чан и встал из-за стола. — Это было... ожидаемо, — улыбнулась Джиа и посмотрела на пару. — Серьёзно? — поднял одну бровь Хёнджин, отпивая из кружки чай. — Серьёзно. Вы буквально каждый день были вместе, тренировались, общались. Это было вопросом времени. Тем более, Ёна постоянно говорила про тебя. А так она говорит о людях, которые ей нравятся. — Эй, Квон Джиа! — улыбнулась подруга, — Не позорь меня. — Я один в шоке? — оглядывая друзей, спросил Чан. Все рассмеялись, и Ёна почувствовала, как сказать главную вещь становится тяжелее. — А вторая новость? — Мы уезжаем в США. Джиа, с лица которой всё время не слезала улыбка, оглядела пару ещё раз. Резко её уголки губ начали опускаться, и танцовщица почувствовала, как сердце бьётся всё сильнее и сильнее. — Это правда? — наконец спросили Чан и Джиа. — Я всё ещё думаю над этим, — сказала Ёна, — Хару показала наш танец её бывшей преподавательнице из США, и нас пригласили туда на курсы. — Почему ты всё ещё думаешь? — нахмурилась Джиа. — Потому что я не хочу оставлять всё здесь. Я боюсь, что в Америке мне будет тяжело. Я понимаю, что Хёнджин будет рядом, но я чувствую себя предательницей, оставляя тебя здесь. — Ёна, — подруга встала со стула и подошла к ней, положив свою руку к ней на плечо, — Ты должна поехать. Наплюнь на меня и на других, это твоя жизнь. Я бы не простила себе, если бы из-за меня ты осталась тут и не исполнила свою мечту. Ты любишь танцы, ты буквально живёшь ими. Езжай. Девушка заплакала. Она поучаствовала облегчение и обняла подругу. Зная, как они обе дорожат этой дружбой, Ёна не сомневалась в своих чувствах и целях. Казалось, что все проблемы отступили. — Знаешь, я так рада, — сказала она Хёнджину, когда пара проводила гостей, — Я так рада, что это всё случилось. Что нас поставили в один танец. — А я рад, что встретил тебя, Пак Ёна. Рад, и мне больше ничего не надо. Они обняли друг друга в коридоре, улыбаясь до ушей. Пара, которая познакомилась при странных и нелепых обстоятельствах, но движения души которой всё же слились воедино.