Часть 1

Поправка рано или поздно должна была свершиться. Вопрос времени и здравого лечения, что точно должно повлечь за собой успешные результаты скоропостижно. В Раю на медицину точно жаловаться не приходится, всё бесплатно и по всем заповедям. Правда вот, Адам провалялся в койке около месяца, пытаясь разобраться со сквозной раной, что пронзила не только его тело, но и душу. Она осталась целой, бесспорно, однако...блядская ситуация, выблядская адская дочурка и её папаша. Адама грызла вся эта ситуация и провал. Его натура просто противилась произошедшему и не могло мирно жить с мыслью, что адские выродки смогли дать отпор и почти отправить его в небытие. Иногда это выводило его на долгие мыслительные дебаты по ночам...и он только сильнее путался, не понимая уже ничего. Правила белые и чёрные, ничего иного не дано. И почему они так уверены в своей правоте. Ангелов можно ранить и способ оказался до жути комичным и ироничным. Ангельские приблуды послужили венцом конца истребления, да и Сера начала переговоры с этим хвостатым главным чертом, пока не говоря по какой причине конкретно их веселуху приходится прекратить. Будто блять стоит случиться отмене полгодовых истреблений и грешников станет меньше плодиться? Да нихуя, эта баба сама знает, к чему это приведёт. Однако строит уж слишком приторную святошу или очень искусно придуривается. Оно и ясно, сейчас в Раю сущая пиздень. "Ты сейчас слаб Адам, тебе стоит пустить силы на восстановление. Лют отлично справляется с твоими обязанностями, тебе не стоит беспокоиться." Да будто без тебя не известно, что моя правая рука ахуенная и самостоятельная. Пиздец. Лют у него молодец, это и без всевышних ясно. Кстати, говоря о Лют. Она и впрямь переняла на время обязанности главнокомандующего и на пять с отличием управлялась с поставленными задачи. Не сказать, что это было сложно, сейчас были больше дела морального порядка. Армия подкосилась от осознания, что они оказались открытыми для тычков и путь к их поражению находился прямо в их руках. Разлад долго себя ждать не заставил, но Лют стойко держала солдат, выстраивая практически с нуля боевой настрой, не давая ангелам впасть в панику, уныние и главное – в уязвимое положение. Это сейчас им меньше всего нужно...точнее это нужно целиком исключить. Ей пришлось смириться с потерей конечности и заменой её на высококлассный протез. Это оказалось не так плохо, пусть и понадобился период привыкания и свыкания. Ей порой казалось, что рука её вовсе не осталась в каменном завале. Фантомные боли благо не настигли, у неё не было бы ни каких ресурсов бороться ещё и с этой дрянной проблемой. Хватало уже проблем и тревог на сердце. Да и это малая жертва, что она понесла, в отличие от других. Могла бы понести ещё больше...смертельную для неё самой утерю, если бы не поспешила. Ладно, Лют, главное, что самое страшное обошлось. Честно сказать, этот период разборок между Раем и Адом был скучным и больше скандальным. Раздолье для прессы и сплетней. Ни какого постоянства и земли под ногами, не ясно, что их ждёт и чем это всё в конечном итоге обернётся. Переговоры только начались и их итог только предстоял. Первый грешник, который смог искупиться и попасть в Рай. Принцесса оказалась права? Сера закономерно попросила никому ничего не говорить, в частности Адаму. И она была с ней согласна. Ему не стоит пока об этом знать, наворотит делов, успевай только тормозить. Как же ей было плевать на это в целом на самом то деле. Душу корёжило больше иное, одинокое и скребущее. Приходя в дом Адама...в уже их общий дом, Лют вдыхала полной грудью, пытаясь уловить почти выветрившейся привычный аромат жилища архангела. Его почти не осталось, за исключением чёткого запаха вина. Адам любит иногда за сочинением новой песни опрокинуть бокальчик или два. И выглядел он так...заворожительно в такие моменты. Они виделись перерывами, но этого было так мало...она чуть не потеряла его и сцена с поле боя стабильно приходила к ней по ночам, вынуждая судорожно вскакивать и устало закрывать лицо руками, плюхаясь назад в кровать, заставляя её отпружинить. Огромная одинокая кровать, в которой не было Адама. Сон на его половинке кровати помогал хоть немного ухватить его фантомное присутствие под боком, что дарило такую необходимую успокаивающую атмосферу и тепло внутри грудной клетки. Его объятья, дыхание, тихое сопение и периодическое похрапывание. Колкость щетины, лохматость мягких волос, расслабленное выточенное словно из камня лицо. Она скучала по всему этому. Безумно сильно, до изнывания и тоски. Она скучала по Адаму. Первый из людей уже ровно месяц лежит в койке и врач дал согласие на переход к восстановлению неделю тому назад. Такие долгие отлёживания не могли не сказаться на том, что Адаму пришлось частично снова восстанавливать способность к передвижению, а в скором времени это перейдёт так же на лётную способность. В целом, он был молодцом и довольно хорошо и быстро оклемался. Пусть и летать пока было не рекомендовано, а вытворять свои боевые финты он сможет минимум через месяца три. Бегая взглядом по рекомендациям и прочим строчкам на документе, Лют, сжимая сумку с вещами своего мужчины, с лёгкой улыбкой поблагодарила врача. Наконец то она заберёт его домой. Вернёт его к себе окончательно. Звук цоканья сапог разносился по чистому больничному коридору. Она точно знала где находится его палата. Отдельная палата. Это же Адам в конце концов, первый из людей. Хотя не сказать, что больные в Раю вообще могут быть в избытке. Конечно с последнего истребления прибавилось раненых, но даже их довольно скоротечно поставили на ноги. Поворот за угол и она упёрлась как раз в личную палату архангела. Затаила слегка дыхание и встряхнула голову. Спокойнее Лют, держи себя в рук...руке. Хах. Адам научил её жить с шутками и это правда помогало в тяжёлые моменты. Его шутки иногда тупые, но ей нравятся. Потому что это говорит он. Дверь палаты отварилась, а потом так же плавно закрылась, отделяя двух персон от внешнего мира. Девушка отделилась сразу, как перешла порог и увидела Адама, что стоял у окна. Золотые крылья под лучами солнца заворожительно переливались, лохматые волосы местами просвечивались и выглядели притягательно мягко и пухово. Улыбка сама вызвалась от этих мыслей, невольно. Заслышав звук двери и стук знакомых сапог, Адам повернулся к вошедшей, заранее зная, кто же это. А это его детка Лют, которая уже сразила его счастливой, не лишённой сдержанности и спокойствия улыбкой, а после и заботливым взглядом. Они виделись четыри дня назад и он будет блядушным лжецом, если скажет, что не скучал. Он изнывал и часто ей написывал, сопровождая каждый её день "приветусик, пупсик" по утрам. Написывал ей и вкидывал рандомный оффтоп, который могла заценить только она. Мужчина упёрся тыльными сторонами ладоней в бока, подходя ближе к девушке, склоняясь к ней с небольшим изменением в мимике на долю болезненности. Наклоны давались с натягом, живот начинал покалывать и нудить. Он подставил щёку, указывая на неё. — не вижу тут приветственного радостного поцелуя. Лют, не порядок, плошаешь. — извините, Сэр, конечно, Сэр. — девушка усмехнулась. Ей и правда этого не доставало. Накрыв щёку гитариста поцелуем, оставив там след чёрной помады и приятно поймав колкость щетины, Лют столкнулась взглядом с Адамом. Их невербальные знаки не нуждались в озвучивании или демонстрации. Уже через секунду они сцепились в страстном жадном поцелуе. Адам уложил свои руки на её тонкую, как у изящной вазы талию, в то время как девушка уложила руки на его плечи, усиленно сминая больничную сорочку. Их лобызания продолжались минуты 3. Они делали короткие передыхи и тут же срывались, утопая друг в друге. Им понадобилось ещё минута для восстановления дыхалки. И даже так они тесно обжимались, смотря друг другу в лицо. Истребительница проводила изящными, но опасными в бою пальцами по его лицу, оглаживая черты лица. Проходилась по скулам, прошлась по линии носа, коснулась губ, огладив их и немного смазав остатки слюны, от чего те немного заблестели. Архангел скользил сначала взглядом по её лицу. Ястребиные красивые изящные глаза, как и сама Лют в целом, мягкие и аккуратные губы, и до опиздинения вкусные, носик, который хочется извечно тыкнуть. Руками мужчина оглаживал её тело. Талию, объёмные бёдра, в которых немного тонули руки, переходя по спине. Адам прижал её к своей груди, утыкаясь в макушку и вдыхая аромат своей девушки. Лют приняла объятья и поддалась теснее, сокращая на минимум расстояние между их телами, буравя грудную клетку любимого своим лицом, сжимая его. Аккуратно, помня о ранении. Они простояли так ещё минуты 3, после чего Адам всё же отстранился, поглаживая её по голове. — ладно, харе, успеем ещё по прижиматься телами под скрип кровати. Блять, наконец то я свинчусь от сюда, я заебался. Конкретно. Из веселья пердящий дед за стенкой и тот бит даже для хуёвенького ритма не подходит. Одежду принесла? — да, принесла. Лют усмехнулась. Адам прежний и это радует. Правда она не знала о его мыслительных терзаниях и что мужчина стал больше думать о прошедших событиях и общей обстановке дел. Она передала ему пакет. Его мантия и остальные элементы одежды. Даже маску принесла. Пришлось очевидно создать копию старой, ту в прах расколотили. Мужчина быстро приоделся и Лют если честно вообще не отворачивалась, ловя момент и наслаждаясь видком, хоть и пылко покраснев. Адам не стесняется наготы, ходил голышом при жизни, это всем известно. Осталась только маска, на которую Адам некоторое время поглядел и кажется о чём то задумался, похмурив брови. — всё нормально, Адам? — да...да, похуй. Нацепив шлем-маску, тот захватил свои немногочисленные вещички и уже вместе с Лют направился домой, начав ей вещание о жизни больничной, приукрашивая это своей ярко пылкой речью. А Лют слушала и была благодарна богу, что может это слушать прямо сейчас и идти с Адамом за руку в их общий дом. В их общее будущее.