Глядя в окно

Он сидел за столом, но не мог ничего написать. Глядя в открытое окно, он уходил мыслями то в прошлое, то в вовсе несуществующее. Чай остыл, настрой пропал, небо плакало. Несмотря на это, он вновь подумал, как хорошо ему в своей новой квартире. Всë в ней было сделано под него, каждый предмет был ему по вкусу. Впервые Джордж Уизли жил один. Сначала он был с семьëй, затем переселился в общежитие Хогвартса, что, надо сказать, было весело. Но теперь он был молодым, самостоятельным мужчиной и хотел своего пространства. Квартира была довольно просторной для одного человека: помимо кабинета, спальни и гостиной, была даже небольшая гостевая комната. Что ж, в ней может ночевать Рон после их посиделок. Он осмотрелся, нахмурился, встал и начал убираться. Нельзя было назвать то, что он увидел, беспорядком. Однако, волшебнику захотелось навести лоск. А может быть, просто занять себя, ведь он не прибегал к магии. Джордж разложил вещи по местам, расправил плед на кресле, собрал книги, тетради и выпавшие листки в аккуратную стопку. Закончив с кабинетом, он прошёлся по всей квартире: грязные вещи отнёс в ванную, чистые разложил по местам, книги и журналы собрал на стол, протёр подоконники и расставил на них подсвечники. Он любил смотреть на дождь сквозь огонь, поэтому свечи стояли во всех комнатах. Кружки из-под чая и кофе, расставленные по всему дому, составляли главный беспорядок. Джордж собрал их со всех столов и сложил в посудомоечную машину. Окинув взглядом свои владения, он в который раз остался доволен. Надо поесть и тогда, быть может, у него получится и немного поработать. Уизли открыл холодильник и вздохнул: пива и сыра было предостаточно. А вот полноценной еды — ни грамма. Волшебник шёл по улице и вдыхал сырой Лондонский воздух. Дождь еле моросил, поэтому он решил не брать зонт. Он любил чувствовать капли холодной воды на коже. Джордж рассматривал здания и старую брусчатку. Ему нравилось жить рядом с маглами, к тому же в любой момент он мог зайти в гости к своим друзьям-волшебникам, с которыми не переставал дружить. Он зашёл в супермаркет, взял корзину и задумался. У него было то настроение, когда хотелось что-то бережно нарезать, поджаривать, следить за готовностью. А может, ему просто не хотелось работать. Он покрутил в руках авокадо, но положил обратно. Затем задумался о рыбе, но тоже не откликнулся на эту мысль. Тогда он стал просто слоняться по магазину в надежде увидеть то, что его вдохновит. *** Джейн с утра чувствовала себя не в своей тарелке. Ей было неудобно в одежде, которую она надела, ей было холодно в помещении и жарко на улице, она постоянно срывалась на мельчайшие неудобства. Весь день она провела в раздражении абсолютно на всё. Теперь её бесило, что она забыла резинку для волос. Она обожала дождь, но влага делала её волосы ещё более пушистыми и непослушными. С малейшим дуновением ветра они залезали ей в глаза, в рот, да и вообще закрывали всё лицо так, что она не видела, куда идёт. После очередного порыва она не выдержала: остановилась и стала рыться в рюкзаке. Ага! Лента от какого-то свитка. Подойдёт. Она наскоро заплела свободную косу и перевязала её лентой. Опустила руки, распрямилась и вздохнула спокойнее. Вдруг она увидела в окне магазина высокого мужчину и замерла. Ошибки быть не могло: эти огненные волосы были только у него. Джейн заулыбалась сама себе и зашла внутрь. Приближаясь к Джорджу Уизли, в её памяти пронеслись и розыгрыши близнецов, и их совместные прогулки в запретный лес, и шумные вечеринки в гостиной. Джейн всегда была пацанкой, оставалась ею и сейчас. Предпочитала платьям джинсы, а туфлям кеды. Легко дружила с мальчишками и не уступала им в озорстве. Поэтому с Фредом и Джорджем они веселились, как могли на протяжении всей учёбы в Хогвартсе. *** Джордж нашёл уже всё, что хотел и, как только он развернулся и направился к кассе, за его спиной, он мог поклясться, прозвучал довольно высокий и чопорный голос Макгонагал: — А вас, мистер Уизли, я хотела бы видеть в своём кабинете! Он остановился и замер на секунду. В голове пронеслась тысяча мыслей. Медленно, почти не дыша, он начал оборачиваться. На всякий случай он готовился встретить абсолютно всё, что только возможно. Джейн не смогла дождаться, пока он её увидит и прыснула, хихикая прямо как в юности, в школе. — Ты знаешь, я догадывался, что это не она, но, чёрт возьми, как это было похоже! У меня все школьные выговоры пронеслись перед глазами! Они посмотрели друг на друга, как бы оценивая, много ли изменений претерпел каждый из них, а потом радостно обнялись, хохоча и приговаривая какие-то старые шутки. — Джейн, вот это встреча! Я ужасно рад, — сказал Джордж, поднимая с пола свою корзину, — я думал ты в Манчестере. — Да, приехала на несколько дней по делам. Я тоже ужасно рада, Джорджи! Как твои дела? — Вполне. Знаешь, наверное, многое можно рассказать, мы ведь давно не виделись, а мне ничего не приходит на ум, — он виновато улыбнулся. — И мне, — снова засмеялась Джейн, — такое ощущение, что и не расставались. Может, выпьем кофе? Хоть что-то же мы должны вспомнить, —улыбнулась она. — Встречное предложение: ужин, — ответил Джордж, улыбаясь в ответ, — Я с утра ничего не ел, ужасно голоден! Сделаем пасту, — он похвастался корзиной, где лежали уже все продукты для болоньезе. — Ничего себе, — ответила Джейн, — насколько я помню, Джордж Уизли, раньше даже бутерброд с маслом тебе делал Фред. Для тебя это было слишком сложно. — Да, это заняло у меня годы. И тонны пригоревшей еды! — воскликнул Джордж. Оба рассмеялись. — Но теперь я могу утверждать, что готовлю вполне сносно и торжественно обещаю заказать бургеры, если тебе не понравится, — Джордж был действительно чрезвычайно рад видеть свою подругу, — Я живу в пяти минутах ходьбы. — Что ж, я в свою очередь обещаю помогать и не выплёвывать еду при тебе, — она подмигнула и сделала шаг в сторону кассы. Джейн очень хотела помочь и взяла у Джорджа один из трёх пакетов, несмотря на его протесты. Дождь совсем закончился, но всё вокруг было мокрым — даже воздух. Они шли медленно, желая насладиться этими сырыми ароматами. Поднимаясь на 4 этаж, они вспомнили старую школьную шутку и зашлись таким хохотом, что обоим казалось: они не дойдут до квартиры. Зайдя домой первым, Джордж положил пакеты на пол, затем взял пакет у Джейн и положил рядом. Он снова обернулся, чтобы помочь Джейн. Она уже сняла свою сумочку через плечо и положила на полку. На ней был классический плащ и в нëм она смотрелась элегантнее, чем в толстовках, из которых не вылезала в школьные годы. Джордж заметил также, что, хоть она и была в кедах и джинсах, они были не нарочито бесполыми, как раньше, а довольно стильными и аккуратными. — Позволь твой плащ, — Джордж достал из шкафа вешалку. Девушка сняла плащ и отдала другу. — Добро пожаловать! Проходи, чувствуй себя как дома, сейчас я тебе всë покажу, — сказал Джордж, вешая одежду. Джейн прошла немного вперëд и заглянула на кухню и в кабинет. — Джорджи, как у тебя хорошо! Ты что же, стал добропорядочным домохозяином? — Ты могла себе такое представить? Я и сам не думал, что мне захочется уюта раньше 60-ти. Повесив еë плащ и свою куртку, он закрыл дверцы шкафа и обернулся к Джейн. Она стояла в дверном проёме и смотрела внутрь комнаты. Сгущались сумерки. Силуэт заставил волшебника остановить свой взгляд на еë фигуре. У неë всегда были такие длинные ноги? И эти соблазнительные бëдра? — Никогда! — воскликнула Джейн, оборачиваясь. — Ч… что? — он оцепенел. — Никогда бы не подумала, что ты можешь быть таким домашним! — она подняла брови и расплылась в улыбке. — Да, — Джордж попытался прийти в себя, — Это до сих пор удивляет меня самого. — Знаешь, если бы мне показали эту комнату, я бы, скорее всего, угадала, что это твой кабинет, — сказала Джейн задумчиво, — Твои любимые книги, цвета, окно… — Хм, — волшебник посмотрел на помещение новым взглядом, — Что ж, давай я покажу тебе остальное. Ванная там, а здесь гостиная и есть даже гостевая комната. — Вот это здорово, Джорджи, настоящий дом! — видно было, что она искренне радовалась за друга. — Ну и главное место на сегодня — кухня, — мужчина направился туда, захватив по дороге пакеты с продуктами. Джейн медленно шла за ним, продолжая рассматривать жилище. — Что ты пьёшь? — спросил Джордж, начиная доставать продукты. — Ммм, — замечталась девушка, — У нас итальянский ужин. Наверное, вино? Джордж кивнул и достал бутылку и бокалы. Налив вино, он поднял свой и сказал, посмотрев в глаза Джейн: «За встречу!» — За встречу! — повторила Джейн. Они улыбнулись друг другу и пригубили вино. — Что ж, приступим. — Джордж потёр ладони друг о друга. Он стал нарезать овощи, доставать сковородки и кастрюли, размахивать ложками и ножами. Он точно знал, где что лежит и наблюдать за ним было удовольствием. Ему явно нравилось готовить и, кажется, нравился этот день. Джейн предложила свою помощь, кажется, больше десяти раз, но мужчина отказывался. — Спасибо, Джейн, я справлюсь, а ты отдыхай. Расскажи лучше о себе, — попросил он, — Как ты живёшь? И Джейн начала рассказывать, попивая вино, о своей жизни и работе в Манчестере, о том, что хочет завести собаку, но магл, у которого она снимает квартиру, не разрешает держать животных в доме, о том, какая у неё прекрасная соседка, миссис Уиллоу — обо всём, что вспоминалось. Джордж был занят, поэтому прикасался к бокалу с вином лишь изредка, а вот Джейн допивала второй и уже чувствовала эффект. Щёки её разрумянились, она чувствовала приятную слабость в теле, язык развязался — прямо как на вечеринках в гостиной Гриффиндора, когда удавалось раздобыть пунша или огневиски. — Джорджи, ты уверен, что я не могу ничем помочь? — спросила она снова, чувствуя себя неловко из-за того, что её друг делал всю работу, пока она сидела и напивалась, — Давай я что-нибудь помешаю на плите, а ты посиди, выпей. — Не стоит, — в который раз ответил он, обернувшись, — Соус почти готов, спагетти довариваются. — Хорошо, что здесь только мы, — сказала девушка, будто скрывая что-то. — В смысле? — спросил волшебник растерянно, — Почему? — Потому что такие блюда можно есть только в компании близких друзей! — ведьма смотрела снизу вверх, — Иначе все увидели бы нас, перепачканных в соусе с ног до головы, — она улыбнулась. — Что ж, — ответил Джордж с облегчением, — приятно, что ты всё ещё считаешь меня близким другом и немного страшно увидеть, как ты ешь. Джейн изобразила обиду и бросила в него кухонное полотенце. А Джордж в ответ изобразил обжирающегося орангутана. Оба засмеялись. — Жарко, ты не находишь? Я здесь натопил… — Джордж посмотрел на Джейн вопросительно. — Да, я тоже умираю. Наколдовать прохладный бриз? — Ага. Или открой окно, на улице отлично пахнет дождём, — ответил Джордж. — Точно! — воскликнула Джейн и встала с небольшого диванчика. Она сделала несколько шагов до окна, стараясь не шататься. Открыв его, она ощутила блаженство: прохладный воздух коснулся её лица, а аромат действительно был чрезвычайно приятным. — Ох, Джорджи, скажи, что не я одна уже пьяна, — она развернулась спиной к окну и с надеждой посмотрела на него. Воздух с улицы помог, но ей всё ещё было жарко. Она решила снять рубашку и остаться в майке. — Сейчас догоню! — Джордж взял свой бокал и запрокинул его, намереваясь допить до дна. Когда он опустил бокал, показывая Джейн его пустоту, она уже стояла в одном топе, обмахиваясь рубашкой в руке. Какой то странный холодок пробежал по его позвоночнику. До этого рубашка на ней была расстёгнута и он видел и довольно целомудренное декольте, и то, как майка обтягивала её торс, и узкую полоску живота. Всё это казалось ему симпатичным, но весьма сдержанным. Но теперь, когда он видел её со всех сторон, это будто была другая женщина. Её стройные ноги идеально очерчивались классическими тёмно-синими джинсами, высокая грудь была прикрыта ровно настолько, чтобы захотеть дофантазировать детали, лебединая шея слегка покрылась румянцем от вина и тепла, кудрявые пряди выбились из косы и обрамляли лицо. Когда она прошла мимо и стала садиться обратно на своё место, он увидел пару позвонков в промежутке между поясом джинсов и краем топа. Отчего-то, Джордж сам не знал, отчего, эта деталь взволновала его больше всего. Джейн села за стол, а Джордж снова развернулся к плите, чтобы не дать ей заметить своего взгляда. Он хотел дать себе время осознать, что за мысли сейчас пронеслись в его голове по отношению к старой подруге. — Сколько ты уже здесь живёшь? — спросила Джейн. — Чуть больше года, — ответил он рассеянно. — А будто всю жизнь. — улыбнулась она, глядя, как он готовит, — Накрыть на стол? — Угу, — Джордж был в своих мыслях и отвечал автоматически, не вникая в суть. Он помешивал соус, а сам был где-то далеко, в Хогвартсе: бегал по коридорам, залезал в запретные секции, время от времени попадался на глаза профессорам и бывал наказан. Что-то легло на его предплечье, но он не придал этому значения. — Джорджи! Джорджи, ты в порядке? Он повернулся влево, Джейн стояла совсем близко, её рука лежала на его. Как давно она его зовёт? Он случайно ничего не сказал в слух? — Да, извини, — сказал он, — что ты сказала? — Я спросила, где приборы. Эй, где ты витаешь? — она улыбнулась, заглядывая в его лицо. — Эм… Не знаю, задумался, — он открыл ящик с приборами и показал ей, — Помнишь, как мы веселились в школе? — Конечно! — она толкнула его плечом в плечо, — Я ради этого туда и ходила, — рассмеялась она. Джордж натянуто улыбнулся и выключил конфорку под соусом. Стол был накрыт, он разложил пасту по тарелкам, долил вина в бокалы, и они сели ужинать. — Эй, Джорджи, что-то не так? Ты хорошо себя чувствуешь? — Да, конечно, с чего ты взяла, что что-то не так? — он решил отвечать непринуждённо. Получилось плохо. — Ты как-то резко погрустнел, — она положила вилку, — Может быть ты хочешь побыть один? Я могу уйти, встретимся потом, когда ты захочешь. — Нет, что ты! — Джордж вскинул голову и протянул к ней руку, как бы останавливая, — Останься, пожалуйста! — Ты говоришь искренне? Я не обижусь, — решила уточнить Джейн. Волшебник посмотрел на подругу и расплылся в улыбке оттого, что знал: она действительно говорит правду. Она была добрейшим, чутким существом и всегда думала о друзьях. Если бы Джорджу действительно хотелось остаться одному, Джейн и правда ушла бы и не обиделась, а потом бы ещё и прислала десерт или корзину фруктов. — Я очень рад, что ты здесь. Извини, я просто чересчур увлёкся воспоминаниями. Джордж поднял свой бокал. — За тебя! Хорошо, что ты приехала в Лондон, и мы встретились! — И за тебя! — сказала в ответ Джейн, — Спасибо тебе за вечер. Они чокнулись, выпили и стали есть. — Ммм, Джорджи, это восхитительно! — промычала волшебница, попробовав пасту, — Это так вкусно, что мне всё равно, как я выгляжу. Я буду есть, как животное и обмажусь соусом. Джордж засмеялся. — Могла не предупреждать, у тебя всё на лице… намазано. — он протянул руку и снял с её локона макаронину, — Объяснишь, как это произошло? — спросил он, держа макаронину перед её лицом и ехидно улыбаясь? Джейн хихикнула и глотнула вина. — Я шла по улице и вдруг один высокий незнакомец пригласил меня к себе на ужин. Ты же знаешь, что я не могу отказать, когда мне предлагают еду. Девушка хитро посмотрела и опустила ресницы. — Позволила незнакомцу заманить тебя макаронами… — сказал Джордж наигранно укоризненно. — Но он же был такой хороший! — стала объяснять Джейн, — Стильный, широкоплечий, остроумный, а ещё он угостил меня вином. Джейн сделала глоток, глядя прямо Джорджу в глаза. Она что, флиртует? От этой мысли она почти протрезвела и встрепенулась. Волшебница резко уставилась в стол и замолчала. — Подожди, подожди… — сказал Джордж. О, нет! Он всё понял. Почему он не сделал вид, что ничего не произошло! Её пьяная выходка всё испортит. — Ты ведёшь себя точно так же, как я 10 минут назад, — продолжил он, — Ты что, тоже? Джейн понадобилось несколько секунд, чтобы полностью осознать значение его слов. — Тоже… Так вот почему ты… — она не успевала за своими мыслями, — Джорджи! Что с нами происходит? — Я не знаю, Джейн, я сам задаюсь этим вопросом. Но… Я правильно понимаю, что ты сейчас посмотрела на меня не только, как на друга? — Правильно, — Джейн потупилась и замялась, — Джорджи, прости, я сама не знаю, почему, я, наверное, пьяна. — Ты извиняешься за то, что назвала меня привлекательным? Что ж, принято, — хмыкнул Джордж. — Нет-нет, что ты! Джорджи, ты очень привлекательный! Твои волосы и руки, ты такой спортивный и… — она поняла: что бы она ни говорила, становится только хуже, — Чёрт! Джорджи, я опять что-то не то… Она окончательно расстроилась и обмякла, ссутулив спину. Просто не знала, что сказать, чтобы и не испортить дружбу, и не обидеть Джорджа. — О, Джейни, прости! До Джорджа дошло, что он был в этой ситуации чуть дольше, чем она и успел немного привыкнуть к более, чем дружеским ощущениям между ними. Можно было и попридержать свой сарказм. Видно было, что девушка сама в растерянности и не понимает, как ей быть — конечно она ещё не была готова воспринимать подколы с юмором. Почувствовав свою вину в том, что раньше времени стал глумиться над ситуацией, Джордж пересел к ней на диванчик и попытался с запозданием поддержать её. — Я болван. Не дал тебе времени привыкнуть. Дело в том, — Джордж на секунду задумался, стоит ли углубляться в этот разговор, но других вариантов не придумал, — что я тоже по-новому взглянул на тебя. Ты стала немного другой с момента нашей последней встречи. И в то же время, осталась той же Джейн, что я помню и люблю. С тобой всё так же весело, так же тепло, только теперь мне хочется любоваться твоим телом, твоей фигурой. В тебе появилось что-то манящее, я еле оторвал взгляд, когда ты стояла у окна. И, Джейн, — он посерьёзнел и опустил взгляд, — я ни за что бы ничего не сказал, если бы это было только с моей стороны. Я не хочу портить нашу дружбу. И сейчас, если ты скажешь, что тебе всё это лишь показалось, я сейчас же замолчу и снова стану твоим старым другом Джорджи. Я сделаю всё для того, чтобы мы продолжили общаться, как раньше. — Знаешь, — ответила Джейн после долгого молчания, — Если бы ты этого не сказал, может быть я бы и согласилась всë забыть. Но… — она подняла глаза и стала смотреть прямо на него, не отрываясь, — за эти пять минут дружбы мне вдруг стало мало. Откровенность за откровенность: сейчас я только и думаю о том, каково это — запустить руку в твои волосы, почувствовать твои губы на шее, снять с тебя рубашку, почувствовать, как бьётся твоё сердце… Пока Джейн продолжала говорить, Джордж приблизился и решил ответить один из её вопросов. Он аккуратно завёл прядь её волос за ухо и припал губами к её ключице, затем к яремной впадинке, потом стал подниматься выше, пока не дошёл до мочки уха. Когда он облизнул её, Джейн не смогла сдержать громкий вздох. — Ну вот, — промурчала она, — Ты снова начал раньше меня. — Прости, — едва улыбнулся Джордж, — Я подожду. Ты, кажется говорила что-то про волосы и про рубашку, — он коварно улыбнулся. О, Мерлин, он всегда был так соблазнителен? Джейн смотрела на него ещё несколько секунд, а затем медленно приблизилась и поцеловала. Начался поцелуй легко и нежно: пара едва касалась губ друг друга. Но постепенно они стали будто соревноваться. Она проникла языком вглубь и провела по задней стороне его верхних зубов. Он прикусил её нижнюю губу и не отпускал несколько секунд, одновременно лаская рукой шею. Они оба были уже сильно возбуждены, было ясно, что ни один из них уже не передумает. — Странно, — сказала Джейн, когда они наконец сделали перерыв, чтобы подышать, — Разве секс между друзьями не должен быть неловким? Мы же переходим эту грань… Джордж придвинулся вплотную и уставился на неё. Она чуть отодвинулась, но совсем недалеко, потому что упёрлась в подлокотник. Джордж снова придвинулся вплотную и уставился. — Что ты делаешь, Джорджи? — рассмеялась она. — Создаю неловкость. — Милый, ты серьёзно? — она провела рукой по его скуле, — Давай я объясню тебе: когда к тебе прижимается статный мужчина, который, к тому же, вкусно пахнет, это не вызывает ощущение неловкости. Это возбуждает. Посылает мурашки по груди. Дурманит, кружит голову. Она приподнялась и села на него верхом. — Это заставляет фантазировать, как именно закончится вечер. Что именно он заставит меня ощущать. Она, наконец, запустила руку в его волосы. Джейн всегда ими любовалась, а теперь ощущала между пальцев, зарывалась в них. Джордж сомкнул руки вокруг её талии, а потом стал опускать их ниже, к ягодицам. Он схватил её за бёдра и встал. Она тут же обхватила ногами его поясницу, и он понёс её в спальню. Когда они вошли в комнату, Джейн опустила ноги и встала на пол. Джордж увидел свою палочку на прикроватном столике и взмахнул ею — зажглись свечи. Он обернулся и поманил Джейн к себе. Подойдя, она провела руками по его груди, а затем стала расстёгивать рубашку. С каждой следующей пуговицей она всё больше волновалась. Его кожа была всё ближе, его тела было всё больше, он был всё реальнее. Наконец, рубашка полетела на пол. Джордж сел на кровать и притянул Джейн к себе. Он провёл руками по её бёдрам снизу вверх, перешёл к талии и снял с неё топ. Когда она осталась в прозрачном бюстгальтере из черной сетки, он поцеловал её в солнечное сплетение и сжал ягодицы. Джейн не сдержала тихий стон. Ей стала ужасно мешать оставшаяся одежда и она стала расстёгивать джинсы. Увидев это, Джордж мягко убрал её руки — он хотел раздеть её сам. Стаскивая с неё джинсы, он увидел под ними маленькие трусики и вздохнул от пробежавших мурашек. Оставшись в одном белье, Джейн сделала полшага назад и, ведя руками по груди и животу, опустилась на колени прямо перед Джорджем. Он смотрел на неё сверху вниз — это возбуждало обоих. Девушка провела руками по его бёдрам и подобралась к пряжке ремня. Глядя на него, она расстёгивала ремень настолько медленно, насколько могла. Изнемогая от нетерпения, Джордж развязал ленту в её косе и растрепал кудри. Он не смог сдержать стон, когда она, наконец, расстегнула его брюки запустила руку в боксеры. Мужчина опустил взгляд и возбудился ещё больше, когда увидел, что она смотрит прямо ему в глаза, стягивая с него последнюю одежду. Стащив брюки на пол вместе с бельём, до последнего не прерывая визуальный контакт, она опустила голову и лизнула головку его пениса. Всё тело Джорджа пронизал электрический ток, он запрокинул голову и впился пальцами в её затылок. Джейн провела языком по всей длине его члена. Подойдя к самому кончику, она обхватила тот губами и стала посасывать, постепенно опускаясь ниже. По стонам Джорджа и по тому, отчего он впивался пальцами в еë плечо, она понимала, что именно ему нравится и продолжала. Джордж отвëл правую руку за спину и опëрся на неë, а левой трогал все части Джейн, до которых мог дотянуться: оттягивал волосы, царапал плечо, гладил ключицу, дразнил мочку уха. Джейн очень раззадоривало, что она доставляет ему столько наслаждения. Она сосала его член и возбуждалась от его вздохов, подрагиваний, от его пальцев, вдавливавшихся в еë кожу. В конце концов ей нестерпимо захотелось ощутить его внутри себя. Она поднялась с колен и закинула ногу на постель, чтобы сесть на него верхом. Но Джордж схватил еë и повалил спиной на кровать. Он стоял на коленях и гладил еë ноги. Она согнула их и притянула стопы к ягодицам. Джорджу понравилось это движение, он положил руку на еë лобок, а пальцы направил к клитору. Он легко потирал его сквозь трусики, а сам внимательно смотрел в лицо Джейн. Его заводил этот вид: девушка, доставившая ему столько удовольствия, извивалась от малейших движений его руки. Единственное, что мешало ему, это бельë. Хотя оно и было довольно сексуальным, теперь ему хотелось избавиться от него. Он положил другую руку девушке на живот и повëл вверх, между грудей, под ключицы и к шее. Слегка сжимая еë, он отвëл вторую руку от еë промежности и завëл за спину, чтобы расстегнуть лиф. Почувствовав это, Джейн стремительно расстегнула его сама. Джордж улыбнулся глазами, увидев такое нетерпение. Она избавилась и от трусиков с такой скоростью и таким нетерпением, что новая волна возбуждения пронизала Джорджа от паха до кончиков ушей. Поскольку преград не осталось, и они оба не могли больше оттягивать этот момент, Джейн обхватила его таз ногами и притянула к себе. Джордж выглядел, как довольный мартовский кот. Он опëрся на руки и сделал несколько движений бëдрами вперëд-назад, создавая лëгкое трение. Джейн тихо вскрикнула. Он поцеловал еë, сначала очень нежно, но затем всë активнее, покусывая еë язык и губы. Ей невыносимо захотелось прижаться к его телу. Она выгнулась навстречу и обняла его одной рукой. Еë грудь коснулась его, он почувствовал, как она тëрлась о него сосками и хрипло застонал. Уткнув голову в еë плечо, он помог себе рукой и вошëл в неë уверенно, сильно, резко. Стон хотел вырваться из груди Джейн, но она не смогла набрать воздуха — перехватило дыхание. Она выгнула спину, запрокинула голову, губы еë были приоткрыты, а пальцы впивались в плечо Джорджа до белизны. Он оставался в ней, не шевелясь, несколько секунд и вдыхал аромат её волос. Затем начал медленно двигаться и даже приподнялся, чтобы посмотреть на неë. От этого взгляда её вновь окатило волной возбуждения, мышцы сжались вокруг его члена, и Джордж резко выдохнул. Он стал двигаться быстрее, не отрывая от неё глаз. Она приподнимала таз ему навстречу и тихо постанывала. Оба словно были под действием наркотиков — пространство вокруг будто плыло. Или это они плыли? Через некоторое время Джейн почувствовала невероятную силу. Она закинула ногу на спину Джорджа, упёрлась руками в кровать и смогла перевернуть его на спину. — О, Джейн! — выдохнул он, наполовину удивляясь, наполовину восхищаясь. Джейн уже сидела на его пенисе и размеренно двигалась то назад, чуть приподнимаясь, то вперёд, выгибая поясницу. Она тёрлась промежностью о тело Джорджа и теряла последнюю связь с реальностью. Мужчина начал подаваться бёдрами наверх, что сделало процесс совершенно невыносимым. Джейн ускорялась с каждой секундой, она грубо дышала, извивалась. Джордж подставил руки, видя, что ей не хватает опоры. Их пальцы сплелись, Джейн с каждым движением выписывала волну своим телом, а Джордж встречал еë ответным движением таза. В конце концов, они оба не выдержали. Когда Джейн в очередной раз задела клитором лобок Джорджа, еë затрясло, она откинулась назад, потом склонилась вперëд, где еë поймал в объятия Джордж, который сжал еë изо всех сил, сделал ещë пару движений внутри неë и кончил, громко простонав ей в ухо. Проснувшись первой, Джейн удивилась, что и наутро она не чувствовала ни стыда, ни неловкости. Она тихо встала и решила найти на кухне кофе, ей ведь предстоял ещë один рабочий день. Джейн поставила турку на огонь и ждала, пока та нагреется. Глядя в окно, она наслаждалась воспоминаниями этой ночи. Руки Джорджа у неё между ног, его объятия, его пенис внутри неë — внизу живота приятно потянуло. Она опустила ресницы и вдруг почувствовала дыхание на затылке. Джордж подошëл сзади и обнял еë. Он опустил голову и поцеловал еë в ложбинку, где шея переходила в плечо. Тело Джейн пронзило током. — Знаешь, не могу перестать думать о том, что наша дружба могла быть ещë веселее все эти годы, — промурлыкал он. — Я только хотела выпить кофе. У меня несколько встреч сегодня. — Когда ты закончишь? — Думаю, что поздно. Последнее интервью в 9 вечера. — Значит, раньше 10 мы не увидимся? — Боюсь, что так. — Хорошо. Мне очень жаль. — О чëм ты? — Джейн развернулась к нему лицом. Джордж выключил конфорку. — Мне жаль, что тебе придëтся опоздать на встречи и, возможно, не успеть выпить кофе, — он взял еë за руку и повëл в спальню.