Poison touches

— Веди себя хорошо и слушайся своего дядю! — Ты должна благодарить его за то, что нам не приходится тратиться на твои обследования! Ты никогда не отличалась крепким здоровьем в детстве, поэтому довольно часто слышала подобное от своей матери. Пожалуй, должно было быть обидно, что родители экономили на твоем здоровье, но ты никогда не была против общества своего дяди. Лоча довольно приятный человек, который сопровождал тебя на пути к взрослению с раннего детства даже еще тогда, когда сам только учился в медицинском, но все равно находил время для того, чтобы присмотреть за тобой. Сейчас ты вспоминаешь те времена с долей теплоты, но и с тяжестью на сердце. Давление, оказываемое на тебя родителями, хоть и смягчалось заботой и добротой Лочи, но все же тебя почему-то всю жизнь сопровождало чувство долга перед своим дядей. Он ведь помогает тебе совершенно безвозмездно, иногда даже давая необходимые тебе лекарства, совершенно не требуя ничего взамен. Глядя на отношения в семьях своих друзей и знакомых, ты стала приходить к выводу, что взаимопомощь среди родных — это вполне нормальное явление, но все же не могла не испытывать благодарности и желания сделать для Лочи что-нибудь, когда встанешь на ноги. И вот ты уже выросла, стала самостоятельной, а проблемы со здоровьем не слишком тебя тревожат, что, разумеется, является заслугой изумительного доктора, по совместительству твоего дяди, к которому ты как раз решила наведаться спустя пару лет, за которые ты не видела его ни разу. Тебя гложет совесть, ведь он наверняка переживал за тебя, но все же ты решилась позвонить ему. Голос Лочи звучал так радостно и нежно, как и всегда, когда он разговаривал с тобой, и он с удовольствием согласился встретиться. Раньше ты никогда не была у него дома, чаще всего встречаясь со своим дядей на его рабочем месте, но в этот раз он сам настоял на том, чтобы ты заскочила к нему в гости, чтобы он заодно смог убедиться, что с тобой все в порядке. Так мило с его стороны. — Ох, Т/И, проходи, — Лоча мягко улыбается, приглашая тебя войти. Ты ловишь себя на том, что невольно останавливаешь взгляд на его длинных соломенных волосах, ниспадающих на черную водолазку. Он всегда носил длинные волосы, но сейчас они, кажется, стали еще более блестящими и гладкими. Что в детстве, что сейчас тебе было интересно, какие они наощупь, но почему-то было неловко просто взять и дотронуться до него без спроса. — Надеюсь, я тебя не слишком отвлекаю? Наверное, ты бы хотел отдохнуть после смены в больнице, — ты неловко хихикаешь, позволяя Лоче снять с тебя пальто. — Если речь о том, чтобы повидаться с моей любимой племянницей, как это может меня отвлекать? — как только твой дядя оставляет пальто на вешалке, он сразу же возвращается к тебе, обхватывая ладонями твою талию и притягивая к себе для объятий. Ты привыкла к тому, что Лоча достаточно тактилен, хотя обычно его прикосновения к тебе происходили при другой обстановке, но ты не придаешь этому особого значения, расплываясь в улыбке и приподнимаясь на носочки, чтобы обвиться руками вокруг шеи мужчины. — Столько времени прошло, ты так выросла, — блондин отстраняется, чтобы лучше рассмотреть тебя с высоты своего роста. То, что его руки все еще остаются на твоей талии, вызывает легкий дискомфорт, и ты неловко отводишь взгляд, отпуская шею своего дяди. Словно прочитав твои мысли, Лоча отпускает тебя, вместо этого прислоняя ладонь к твоей спине, направляя в сторону гостиной. — Идем, я заварю для нас чаю. Дом твоего дяди довольно уютный. Светлые стены и минималистичный интерьер создают ощущение комфорта и даже какого-то необъяснимого тепла. Похоже на то, что ты чувствуешь, находясь рядом с самим Лочей. Ты аккуратно садишься на мягкий диван напротив журнального столика, вертя головой и скользя взглядом по шкафам, наполненным книгами. Ты даже никогда не знала, что он увлекается чтением, хотя, задумавшись об этом теперь, это кажется логичным. Вероятно, все эти книги по медицине. Со стороны кухни доносится звук того, как Лоча размешивает сахар в кружках, прежде чем ты улавливаешь его шаги, приближающиеся к тебе сзади. — Что ж, рассказывай, чем ты занималась все эти годы? — твой дядя ставит перед тобой блюдце, а затем и кружку с дымящимся напитком, травяной аромат которого доносился до тебя еще с момента, как он вошел в комнату. Лоча ставит вторую кружку недалеко от твоей и садится рядом. — Ох, я… Немного повздорила с матерью, поэтому просто переехала от нее. — Вот как, — улыбка исчезает с губ блондина, пока он тянется за кружкой, делая небольшой глоток. — Твоя мать всегда была тяжелым человеком. По правде говоря, я бы и сам съехал от нее как можно скорее на твоем месте. Твои глаза слегка округляются, когда ты ненадолго поворачиваешь голову, чтобы посмотреть на своего дядю, чьи губы снова растягиваются в неловкой улыбке. — Ой, прости, наверное, странно говорить нечто подобное о собственной сестре? — Н-нет, нет, она и правда ужасна… — ты нервно хихикаешь, прежде чем отпить из своей кружки. Свежие мятные нотки пощипывают рецепторы, и ты словно переносишься на много лет назад, когда Лоча заваривал для тебя точно такой же чай раньше, когда ты оставалась в больнице на обед после приемов. Лоча неловко усмехается. — Как твое здоровье? — Уже намного лучше. У меня был хороший врач! Мужчина прижимает ладонь к груди, слегка склоняя голову в благодарственном жесте. — Рад это слышать. Но все же, позволишь мне осмотреть тебя? — ты отводишь взгляд от Лочи, аккуратно отставляя чашку на стол. — Хочу убедиться, что твоему здоровью правда ничего не угрожает, — блондин продолжает, мягко сжимая твое плечо. — Все правда хорошо, дядя, не стоит… — Я просто беспокоюсь за тебя, Т/И, — длинные пальцы мужчины легонько массажируют твою кожу через ткань одежды. — Ох, тебя смущает то, что мы не в больнице? Я могу надеть халат, если тебе станет спокойнее. — Н-нет, не стоит! Все нормально, — ты криво улыбаешься, а плечо непроизвольно вздрагивает, когда ты встаешь со своего места на диване. Возможно, Лоча прав. Ты никогда не была у него дома, поэтому в целом никогда не придавала значения тому, что он мужчина, воспринимая его исключительно как врача, но сейчас тебе почему-то так неловко расстегивать при нем пуговицы рубашки. Кровь приливает к щекам, пощипывая кожу, и ты слегка отворачиваешься от пристального взгляда своего дяди, продолжающего сидеть на диване в ожидании. Ты до конца не понимаешь, зачем вообще он всегда просил тебя раздеваться, ведь твое заболевание едва ли как-то проявляется внешне, но Лоча каждый раз настаивал на том, что кожные покровы тоже многое говорят о состоянии организма, поэтому ты предпочитала не спорить, просто следуя его указаниям, как тебя и просила мать. Рубашка соскальзывает с твоих плеч, и ты аккуратно складываешь вещь на подлокотнике дивана, снова встречаясь взглядом с Лочей, словно молча спрашивая, стоит ли тебе продолжать, но он лишь молчит и расплывается в своей классической нечитаемой улыбке. Значит, стоит. Ты нехотя расстегиваешь джинсы, медленно стягивая плотную ткань вниз по ногам, отправляя их к рубашке на диван. Раньше ты еще никогда не испытывала чего-то подобного. Раздеваться до нижнего белья перед мужчиной… Ты всегда была слишком занята учебой и более насущными проблемами, чтобы вообще думать об отношениях, поэтому этот раз первый в твоей жизни, когда ты позволяешь себе нечто подобное. Единственное, что хоть немного успокаивает твое волнение — это тот факт, что ты уже делала это раньше, совершенно не принимая во внимание то, что твой дядя мужчина. Значит должна продолжать закрывать на это глаза и сейчас. — Хм, — Лоча встает с дивана, возвышаясь над тобой, прежде чем положить ладони на твои плечи, медленно скользя вниз. — Твоя кожа очень нежная, Т/И, — почему-то твой желудок сжимается после этих слов, а глаза встревоженно поднимаются вверх, встречаясь с расслабленным взглядом твоего дяди. — Это уже хороший знак. — Н-наверное… — ты тихо отвечаешь, ощущая неприятную дрожь, пробежавшую по позвоночнику, как только руки Лочи перемещаются на твою талию, мягко сжимая бока. — Когда я видел тебя в последний раз, ты была такой худенькой, а теперь посмотри на себя… — мужчина приговаривает, ощупывая кончиками пальцев твой напряженный живот. — Здоровые округлившиеся формы. Это радует меня, как твоего лечащего врача. — Х-хах, намекаешь на то, что я потолстела? — Нет, вовсе нет. Ты просто так выросла, соответственно и тело твое потерпело изменения. К примеру… — большие ладони поднимаются выше к твоей груди, оседая на нижних частях чашечек бюстгальтера. — Грудь стала больше. Могу я?.. Ты краснеешь, нервно сглатывая, но почему-то все равно киваешь, неосознанно давая согласие на то, чтобы твой дядя расстегнул застежку бюстгальтера, позволив ему небрежно упасть на пол под твоими ногами. Плечи рефлекторно поджались, когда под кожей пробежал холодок, но ты остановила себя от того, чтобы стыдливо прикрыть грудь руками, вместо этого отворачивая голову вбок. Лоча бросает на твое смущенное лицо короткий взгляд, решив просто проигнорировать его, прежде чем снова вернуть свои ладони на твою теперь обнаженную грудь. Тело охватывает странный жар, когда длинные теплые пальцы твоего дяди мягко ощупывают упругую плоть. В чем дело? Почему тебе так не по себе? Это все еще твой дядя, он просто хочет помочь, он беспокоится о тебе, тогда почему же? — М-м, лимфоузлы в порядке, — Лоча задумчиво приговаривает, нежно проводя кончиками пальцев по нижнему отделу груди. — Ты и впрямь уже совсем взрослая, Т/И, — вдруг объявляет блондин, обхватывая одной из ладоней твой подбородок, мягко поворачивая твою голову обратно, чтобы встретиться с тобой взглядом. — И такая красивая. Ты просто смотришь на своего дядю, широко распахнув глаза, не в силах произнести ни слова из-за колючего кома, застрявшего посреди горла. Его извечно спокойный бархатный голос звучит так тошнотворно сладко, что ты почти чувствуешь, как желчь подступает вверх по пищеводу. — Ты ведь все еще девственница, Т/И? — золотистые длинные пряди соскальзывают с плеча Лочи, когда он наклоняет голову набок, слегка прищурив салатовые глаза. — Я… Зачем тебе это знать? — ты спрашиваешь дрожащим голосом. Он так близко. Почему он так близко? Ты только сейчас поняла, что твоя грудь едва не касается его живота, но ноги такие тяжелые, не способные сдвинуть твое тело с места. — Начало половой жизни может по-разному сказываться на состоянии организма. Чтобы быть уверенными в том, что твое состояние стабильно, нужно понимать, какие симптомы относятся к твоему заболеванию, а какие можно вычеркнуть из уравнения, — твой дядя спокойно отвечает, спускаясь ладонью от твоей груди к низу живота. — Я обязательно схожу к гинекологу, когда будет свободное время, если нужно… — Ох, в этом нет нужды! Я сам могу провести осмотр. Как же душно. Даже когда ты все еще была в одежде, тебе не было настолько жарко, как сейчас, когда кончики пальцев твоего дяди цепляются за пояс твоих трусиков. Сколько ты себя помнишь, Лоча всегда вызывал в тебе лишь безмолвное восхищение. Кажется, не было ни единой вещи во всем свете, о которой бы не знал твой начитанный и образованный дядя, готовый помочь тебе с любой проблемой, но сейчас это кажется по-настоящему неправильным. — Ты так напряжена, Т/И, — Лоча шепчет, спускаясь второй ладонью с твоего подбородка к изгибу шеи. — Весь накопленный от жизни с твоей матерью стресс так или иначе должен давать о себе знать… Меня это печалит до глубины души. Не хочу, чтобы однажды твое состояние снова усугубилось. Кружевная ткань осторожно оттягивается, прежде чем спуститься ниже по твоему бедру. Нет, нет, нет, нет, нет. Это неправильно. Легкие сжимаются, а на лбу выступают капли пота. Ты стискиваешь зубы, болезненно прикусывая язык, и эта боль словно вывела тебя из омерзительного транса, позволив набраться решимости, чтобы схватить Лочу за запястье. — Хватит! — ты неожиданно даже для самой себя истерично выкрикиваешь. Голос дрожит так, словно ты вот-вот заплачешь. Широко распахнутые салатовые глаза смотрят в твои блестящие от подступающих слез, и твой дядя замирает, как и ты, не произнося больше ни слова. Тишина, повисшая между вами двумя, настолько напряженная, что ты почти чувствуешь ее своей покрытой неприятными мурашками кожей. Разум в мгновение ока опустел, а в ушах запульсировала прилившая кровь, заставляя лицо Лочи кружиться перед глазами, но ты собираешься с силами, резко одергивая руку своего дяди и отстраняясь от его прикосновения к твоей шее. Все произошло так быстро, что ты даже не успела заметить, как уже спешно натянула джинсы обратно на ноги и небрежно накинула рубашку на плечи. — Т/И… Прости, я чем-то обидел тебя? — Лоча обеспокоенно спрашивает, не решаясь больше касаться тебя, пока ты судорожно пытаешься просунуть руки в рукава, даже не утруждая себя тем, чтобы надеть бюстгальтер. — Я… Мне уже пора… — единственное и последнее, что ты тихо пробормотала, наспех застегивая пару пуговиц рубашки в середине. Твой дядя хотел сказать что-то тебе в ответ, уже распахнув губы, но закрыл их обратно, когда ты спешно убежала в коридор, судорожно ища глазами, где оставила ботинки и куда Лоча повесил твое пальто. Несколько секунд Лоча просто остается стоять в гостиной, обреченно глядя себе под ноги, пока вдруг не решается побежать вслед за тобой, когда слышит, как ты уже нервно возишься с замком его двери. — Т/И, подожди! — блондин кричит тебе вслед, заставляя твою руку замереть над ручкой. — Ты ведь теперь живешь одна, да? Почему-то от этого вопроса твой желудок снова свело в неприятных спазмах, но ты все же решаешь ответить. — Да. Губы твоего дяди снова растягиваются в привычной для него очаровательной улыбке. — Тогда я как-нибудь обязательно зайду к тебе, чтобы проведать. Ты ведь не будешь против? В сознании снова всплывает омерзительное воспоминание того, как Лоча касался тебя в последний раз, и рука рефлекторно нажимает на ручку, прежде чем ты спешно исчезаешь за дверью, так и оставив вопрос своего дяди без ответа. «Конечно, ты не будешь против, Т/И… Тебе просто нужно время», — подумал про себя блондин, обреченно вздыхая, после чего снова вернулся в гостиную. Недопитый чай так и остался стоять на столе. Но это не единственное напоминание о тебе, которое осталось после твоего ухода в доме Лочи. Острый взгляд зеленых глаз цепляется за твой бюстгальтер, так и оставшийся лежать на полу. Мужчина на мгновение прислоняет согнутый указательный палец к губам, будто бы задумавшись над чем-то, прежде чем подойти к брошенной вещи, аккуратно поднимая ее с деревянных половиц. Поднеся кружевную черную ткань к носу, твой дядя отчетливо почувствовал твой естественный запах, запятнанный тонким ароматом геля для душа и парфюма. Ты была так взволнованна, убегая из его дома. Лоча надеется, что ты нескоро заметишь пропажу.