Глава 1

Это было обычное пасмурное осеннее утро. Ничего не предвещало беды… Гарри Поттер проснулся от того, что ножки его кровати проломились под немалым весом. Да ещё и все четыре копыта затекли… Он не сразу осознал, что стал кентавром. Всё-таки, засыпая вечером обычным человеком, никак не ожидаешь, что наутро сделаешься наполовину лощадью…. О том, как это вообще произошло, учёные мужи спорят до сих пор. Кто-то говорит, что это — всего лишь классический случай внезапного кентавроза и в среднем каждый сотый человек в мире хоть раз терял человеческий облик, отращивал несколько копыт и начинал ржать, как конь. Другие же говорили, что этого просто не может быть. И им было плевать на то, что Гарри и правда сделался кентавром. Нет, и всё тут! Как бы там ни было, точку в этом деле поставил Отдел тайн, представители которого заявили, что произошедшее с Гарри Поттером является редкой формой проклятия, которое тот мог подцепить во время своей летней вылазки в Министерство магии. И это ему ещё повезло — Рон, например, обзавёлся редкой формой магического грибка, от которого не мог избавиться всю оставшуюся жизнь, за что получил прозвище Рон-грибник. Если кому-то данное объяснение кажется неубедительным — все вопросы к Отделу тайн. Тамошние работники с удовольствием примут вас и ответят на все вопросы. Хотя, скорее всего, они уже это сделали, а потом просто стёрли вам память. Так что вы уже знаете всю правду, просто забыли её… Итак, Гарри проснулся и с удивлением обнаружил некоторые изменения в себе. Он захотел закричать, но издал лишь некий звук, который был смесью отчаянного вопля и лошадиного ржания, чем, естественно, разбудил всех в спальне. — Какого чёрта происходит? — сонно пробормотал Дин. — Гарри, ты че… Ох, ё! После того как остальные поняли, что произошло, сон у всех как ветром сдуло. Гарри с трудом попытался подняться на ноги, но было жутко непривычно опираться на четыре копыта, и потому он то и дело падал. — Этого не может быть! Не может быть! — постоянно повторял Гарри, который уже чувствовал, что начинает паниковать. Он посчитал, что во всём явно замешан Волан-де-Морт. Гарри бросился к двери, но копыта оказались неприспособленны к спуску по ступенькам. А потому Гарри, с новыми воплями, почти что скатился вниз, в гостиную. Здесь уже начали просыпаться и остальные гриффиндорцы, среди которых была и Гермиона. — Ох, Гарри… Это как?.. — выдохнула она. — Понятия не имею! — в ужасе крикнул он. — Я думал, может быть, ты читала о чём-то подобном… — Боюсь, что нет. — Ну, тогда всё… Всё! Мне конец! Я навсегда останусь наполовину конём! Рон тоже уже был здесь и попытался успокоить друга. — Да ладно тебе, Гарри, это ещё не самая плохая судьба. — Вот лучше даже не начинай… Гермиона подошла к Гарри и осторожно коснулась его плеча. — Всё будет хорошо. Вот увидишь! Давай сходим к мадам Помфри? В замке ещё все спят и тебя никто не увидит. А она или Дамблдор обязательно придумают, что делать. Да и я помогу. — Ладно… — с трудом выдохнул Гарри. Слова Гермионы сумели немного его успокоить. — Вот и хорошо! — бодро воскликнул Рон. — Не так уж всё и страшно. К тому же ты только посмотри на эти копыта… О, у тебя и хвост есть! Рон, очевидно, не знал, что к лошадям лучше не подходить сзади. Гарри рефлекторно двинул задними копытами, и Рона впечатало в стену. — Кажется, нам придётся взять его с собой в больничное крыло… — вздохнул Гарри.