◆

Убей меня. Убивай медленно, пока множественные круги расходятся по водной глади, а я утопаю в этой трясине собственного сознания. Убей меня. Пока цепи обвивают моё тело, пока я склонился к твоим ногам, а в твоих руках моя жизнь. Убей меня, пока я всё ещё способен желать этого, Хэ Сюань. Ты видишь, как подобно лепесткам цветов, я погибаю от своего собственного разума, раскрывающегося вдоль этого тела. Порань меня. Я нуждаюсь в скорейшей своей погибели, потому что тернии, сквозь которые ты тащишь меня волоком, лишь уничтожают моё нутро, но по-настоящему я так и не смог умереть, милейший Мин-Сюн. Ты рвёшь меня, изничтожаешь в корне саму мою суть, ведь да, я цеплялся за слепую веру до самой последней секунды, а затем ты вдребезги разбил чашу, наполненную вином. Чашу с моей жизнью, где я истинно мог жить, а не просто существовать. Вместо свободного купола небес над моей головой простирается только чёрный свод замка, сотканный из твоих обид на мир, а сам ты, подобно каменной статуе, оглядываешь свысока жалких созданий, павших к твоим ногам. Я один из них. Потеряв всё ранее, ты стал могуществен и силён, демон чёрных вод, но всю свою новую жизнь ты теплил в сердце одну только месть, которую наконец привел в исполнение. Правда взгляни на результат... Куча грешников, молящих о помощи, подле твоих ног, и я один из них. Ты уничтожил всё, что было мне дорого, ты уничтожил меня изнутри, будто вырывая человеческий позвоночник прямо из живого тела и разрубая позвонки один за другим, стирая кости в пыль. Брат мёртв, судьба моя, словно по взмаху веера, переменилась, и теперь солнце, греющее эту жизнь, скидывает меня со своей орбиты на дно болота. Я тону в нём. Так глупо и отчаянно тону, даже больше не пытаясь схватиться за что-то, что вытянуло бы меня, ведь спасаться больше нет смысла. Казалось бы, что потухший свет уже не смеет причинить мне боли и я могу упокоиться под водой, глядя на то, как становится всё темнее и темнее, а конец пути всё ближе и ближе, но ты не даёшь мне даже этого, настолько беспощадна и кровожадна стала твоя душа за это время, Хэ Сюань. Рывком ты разгоняешь муть на воде, доставая это тело из-под слоёв тины и снова, снова, снова заставляешь меня страдать. В каменной темнице пол ушёл на дно, утягивая с собой грешников, так и не получивших искупления. Остались только мы. Я, ты и звенящее в холодном воздухе молчание, которое смела прерывать лишь капающая со сводчатого потолка вода. Блестящей прозрачной каплей она моментально проходила свой путь и разбивалась вдребезги о суровую реальность. В пространстве, сотканном из бездушья и ненависти, звучит твой голос. Он не режет слух, от него не хочется укрыться, убежать, спастись, ибо уже поздно, но в голове звоном отдаются твои слова: «Ничего не хочешь сказать?» Хочу ли я что-то сказать? Этот вопрос обращён ко мне? Всё это время я только молчу, молчу, молчу, наблюдая из глубины своего нутра, как мысли, словно голодные черви, пожирают остатки моего здравого сознания, нещадно подводя к единственному исходу, доступному на данный момент. Выход есть. Выход должен быть всегда, ведь это я, Ши Цинсюань, который до сегодняшнего дня даже толком не знал, кто он такой и почему его жизнь сложилась именно так. И в один момент всё закончилось, всё растворилось в этом бесконечном, чёрном озере, будто никогда и не существовало «меня» и той судьбы, которая, оказывается, мне даже никогда не принадлежала. Выход есть. Затуманенный взгляд ещё немного пытается сосредоточиться на окружающей обстановке и натыкается на несколько горшков с прахом. Как это удивительно и, возможно, даже непередаваемо. Казалось бы это были живые люди, чьи глаза открывались каждое утро и чьи руки отчаянно тянулись к небесам за помощью, но в один момент их жизнь закончилась также плачевно, как сейчас, моя. В нищете, голоде и разрухе умирал каждый из них, пока в небесной столице праздновали Вознесение повелителя ветра. Два величественных брата, два великих небожителя, а что осталось теперь от нас с тобой, Ши Уду? Только два сломанных веера, перепачканных в грязи. Символы на них выцвели от воды, словно Черновод не просто уничтожает нас, а стирает имена двух повелителей из истории этого мира, только бы подавить в себе ненависть ко всему сущему. Мин-сюн, Мин-сюн, Мин-сюн... Я кричал всё громче и громче, в надежде, что в тебе осталось хоть что-то от того человека, которого я знал, но стало поздно гораздо раньше, чем я смог об этом задуматься. Я больше не нуждаюсь в прощении, спасении или искуплении, господин Хэ Сюань. Это уже не лёгкий порыв весеннего ветра, приносящий с собой свежесть, свободу от ледяных оков и истинную жизнь. Тяжёлый воздушный поток опускается на обитель чёрных вод и вместе с ним шёпотом произнесённые слова застывают в атмосфере: «я хочу умереть». Тишина, подобно смогу, замерла в пространстве на секунду, а затем исчезла, рассечённая одним единственным словом, которое завершило судьбу Ши Цинсюаня, поставив точку в счастливой истории этого жалкого человека. «Размечтался». Вновь молчание. Одно слово, за которым последовал конец. Конец всему. Я отчаянно стучался в и без того закрытую дверь, именуемую выходом, но даже ее захлопнули прямо у меня перед носом. Спасения не существует, как и искупления всех грехов, которые совершили мы с братом, так зачем ты заставляешь меня выжить? Хотя ответ прямо передо мной. Он кроется во всех этих усопших грешниках, в ржавых кандалах, обвивающих дрожащие руки, в крови, которой насквозь пропитался пол, в твоём не читаемом взгляде, а главное во мне. Каждый сантиметр этого мерзкого и отныне толком не моего тела отдаёт тем, что душа нуждается в ещё больших страданиях, ведь никто так и не загладил вину перед тобой, Хэ Сюань. Темнота. Полнейший мрак разливается по жилам, кровь стынет, а всё мое жалкое существо настолько слабое, что даже не в состоянии пошевелиться, не то что спасти кого-то или себя. Темнота. Где-то неподалёку журчит вода, легонько подступающая к берегу, силясь омыть его острые камни. Это река, которая находится за сотнями и тысячами домов от центра города. Её скалистые берега простираются недалеко, но быстрое и шумное течение создаёт ощущение постоянной жизни в этом гиблом месте. Темнота. По холодным полуразрушенным ступеням, сделанным из дешёвого камня, одиноко ступает юноша. Его босые слабые ноги неуверенно идут вперёд, но как бы не были тяжелы шаги, никто из окружающих не заметил его ухода. Бездомные снова голодны, ночуют в заброшенном храме, но благодаря не понятно откуда явившемуся молодому человеку по имени Ши Цинсюань, они смогли дожить до сегодняшнего дня. Куда же подевался их спаситель? Темнота. Вода вздымается вверх, на ходу разбиваясь о скалы. Её свободному движению можно позавидовать. Очередная бурная волна захлёстывает и тут же отпускает крохотный деревянный мостик, с которого обычно на воду спускают лодки. Старые мокрые доски издают оглушительный скрип, прогибаясь под весом человеческого тела. Хромающий, болезненный, слабый, жалкий. Теперь повелитель ветров выглядит именно так. Как мерзко смотреть на самого себя в таком состоянии, как мерзко осознавать свою беспомощность, как мерзко знать и вспоминать. «Это не моё тело, не моё, это не мой разум, не мой!» Обманывай себя дальше, бродяжка. Темнота. Пришло время прощаться. Прощаться с самим собой, с этим миром, с этой памятью, с этим сознанием. Твой жизненный путь закончился ещё в тот день, но несправедливо изменённая судьба решила уничтожать тебя больше и больше, пока не сломала совсем, и вот теперь ты стоишь на берегу бурной реки. Её черные воды касаются твоих ног и кажется, что снова ты там. В этой бесконечной темнице, где закончилось то, что можно было назвать жизнью. Шаг за шагом. Тебе тяжело идти, не правда ли? Нет сил, нет возможности справиться, нет спасения, нет искупления. Вода пребывает. Она захватывает твоё тело, она манит внутрь, она несёт с собой долгожданную свободу. Внутри не осталось ничего. Совсем. Если бы это было постепенно, если бы только по кусочкам, но нет, жизнь сразу вырвала хлипкое сердце из твоей груди и выкинула кровоточащий орган прочь за ненадобностью. Ты пуст, Цинсюань, а вода примет тебя. Она наконец облегчит твои страдания, все это закончится, как должно было закончиться гораздо раньше. Пора прощаться. Пред взором мелькают камни, деревья, вдалеке горит последний фонарь в храме. Они надеются на твоё возвращение. Темнота. Под водой также пусто и одиноко, как в остатках твоей души, повелитель ветра. Она поглощает тебя целиком, разрывая на куски то, что ты не смог уберечь. Снова и снова. Темнота. Где-то вдалеке всё ещё горит свет и лишь колокольчик при входе в храм подрагивает от лёгкого ветра. Темнота. Я вернулся к тому, от чего в ужасе бежал столько времени. Вода оказалась единственной, кто способен принять и спасти. Мне всё ещё жаль, Хэ Сюань. Убей меня хотя бы на этот раз.