Часть 53

Рыцари вооружены лучше, но наемники бьются яростнее, злее, заряжаясь гневом друг друга. Переманить их на свою сторону было нетрудно: Тархос далек от красноречия, однако зарекомендовал себя как воин, у которого не стоит становиться на пути. Пришлось отдать им все накопленное золото, но эти траты — капля в море по сравнению с тем, что он в итоге получит. Друзья окружают Тархоса, они бьются спиной к спине. Алехандро визгливо хохочет, скалясь бешеным псом. На его губах пузырится слюна, он едва не слизывает кровь со своего кинжала, а багряные капли, летящие ему в лицо, Алехандро размазывает по щекам. — Отдашь мне фрейлин своей женушки позабавиться? — выкрикивает он, отбивая рубящий удар короткого меча. — Я тоже хочу поиметь леди. Только девственницу! Девственниц у меня не было с тех пор, как Гуардия разорила тот монастырь. Алехандро смеется слишком громко и пронзительно для нормального человека; он толкает раненого Даркосом рыцаря прямо под ноги Ролта, чей мощный удар топором едва не перерубает рыцаря пополам вместе с латами. — Господь должен был нас покарать, но он ничего не сделал, — выдыхает Алехандро, — значит, Бога нет? Или Бог и Сатана — едины? — Я есть и Бог, и Дьявол, — отрезает Тархос; глядя на мертвых рыцарей Тоскано, он ощущает себя всемогущим.