Часть 98

— Что с ним стало? С тем… человеком, — Лоенора не называет Ковача рыцарем, — о нем столько ужасов рассказывали… правда, что он топил детей в колодце? Витторио протяжно вздыхает; чувство вины, тяжелое, как скала, давит на него, словно это его руки замараны в крови. — Он сделал много дурного, — соглашается Витторио, — не скрывал и не стыдился своей вины. — Говорят, что он исчез — земля разверзлась и Дьявол утащил его в Преисподнюю, — голос Лоеноры суеверно дрожит, — ты показывал мне невероятные вещи. Может ли быть так, что и Сатана ходит среди живых и ищет себе приспешников? — Если Наблюдателей прячут от нас, то и Сатану посадили бы на цепь, — усмехается Витторио и целует жену в лоб, — не думай об этом. Ковач… сбежал, прячась в тумане, но забрел в болото и не смог выбраться. — Мне было страшно, что он вернется. Или что за него станут мстить, — Лоенора потирается щекой о плечо мужа, — не хочу, чтобы наши дочери росли в страхе. И твоя мать… что, если бы Ковач пришел сюда?! — Он больше никому не причинит вреда, — уверенно отвечает Витторио; если вдруг Ковач снова объявится, то его долг отправить рыцаря обратно к Дьяволу.