Это всё мы?

Мне снился конец света. Не киношно-голливудский с эффектными взрывами, землетрясениями и всеобщей паникой, а тихий, почти незаметный. Я шла мимо реки и заметила, что вода в ней стала обсолютно гладкой, такой, что в ней без труда можно было разглядеть птиц и небо. Такое же гладкое почти белое как бумага небо и птицы, замершие в полёте, повисшие в воздухе на невидимой нитке. Я бросила камень, желая растормошить, распугать эту недвижимость, но он ушёл под воду, не создав ни всплеска, ни звука, ни кругов. Это умирал или почти уже умер звук, а я даже этого не заметила, пока гул мыслей в голове создавал ощущение наполненности. Сколько же мы создаëм шума, наша планета очень шумная, но в тот момент все звуки исчезли. Мы никогда не слышали такой тишины. Я пробовала закричать, но кажется, что только я могла слышать себя или это отголоски памяти, образ крика, что достал из закрома мой мозг. Меня немного успокоило то что я могу слышать хотя бы себя. Надо в город. Улица как и всегда давилась в толкучке людей и машин, суета без цели, шум без звука. Казалось, что люди не замечают или наоборот знали заранее о том что произойдёт и потому пытались успеть в своей рутине. Всегда такой громкий город стал приглушённым, нищий у собора продолжал собирать подаяния, торговка в зелёной стеганной куртке продавала красочные календари с отфотошопленнымми ангелочками и котятами. Календари! Да кому они будут нужны уже завтра? Покупая такой календарь ты покупаешь себе новые дни? — Ну какой конец света, дорогая? — вот же котёнок в блёстках улыбается и написано январь, февраль, март… 14,15,16,17,18,19… Кто бы стал писать это, если бы знал, что всё кончено.» *** Скарабей ползёт по моей руке, он — сын пустыни. Вчера жрецы в храме сказали, что всё скарабеи ушли из Верхнего Египта. Плохой знак. Ты сделала подношения Осирису и Ра? Не смешно ли, мы- греки, здесь в Египте поклоняемся их богам. Что бы сказал Кронид? Он бы всё понял, понял, что здесь не его владения, а значит когда мы вернёмся, то обязательно воздадим ему гекатомбу за то что сберёг нас на чужбине. Мы же вернёмся? Каменная площадка перед храмом вся в песке, песок забивается в сандалии, в полы хитона. Ветер —песок лезет в глаза, спутывает волосы. Он на языке вместо слов. Римляне правильно сделали, что разрешили всем молиться своим богам, только будьте покорны да платите налоги. Аид бы их побрал с их императором и пантеоном, который они украли у нас! Греция теперь тоже Рим. И мы получается Римляне? Думаю, что всё-таки мы греки. Оракул сказал, что грядёт конец этого мира и грядёт он из Иудеи. Новый порыв ветра, и он с востока. *** Ветра нет, как нет дождя так привычного здесь, ни солнца, только белая бумага. Прижаться бы, да не к чему, не к кому. Пошарилась в карманах, нашла сигареты и зажигалку, ужасная привычка, но бросать не буду. Уже поздно. Надо поздравить кого-нибудь с этим событием. Достаю телефон и пишу:"Привет! Поздравляю тебя с Концом Света» — Когда? — Уже сегодня. — Я не успеваю- Знаю. — Не хочешь отпраздновать это дело? — А это уже окончательно? — Да. — В пять на углу. Бродячая собака подбежала и понюхала мою руку, видно голодная, но не стала нападать, чего ей с меня взять. *** Помнишь, мы ловили рыбу в нашем родном Инишире, прямо под замком О’Брайнов. Отец говорил нам, что мы ещё слишком юны, чтобы самим ходить в море, но нас это не остановило, рано утром мы украдкой взяли сети, отвязали канат и оттолкнулись вёслами от причала. Ты говорил мне что мы сможем продать улов на рынке и будем откладывать эти деньги, что бы однажды купить билеты в Дублин, а там уже открыть свой магазин рыболовных снастей. Кажется мы хотели назвать его «Ar an duan» (Про «На крючок») Кто ж знал что именно в тот день разбушуется шторм и именно в тот момент когда мы уже направились к родному берегу с сетью полной всяких рыбех. Р-раз! Правый борт лодки толкнуло, мы схватились друг за друга, чтобы не упасть и выдержали. Д-два! В левую сторону ударилась волна и чуть не перевернула нас, мы упали вместе прямо на сети с уловом. Т-три? А на три хитрое море решило успокоиться и мы поплыли спокойно дальше. Ч-четыре! Никогда не теряй бдительность на воде! — говорил нам отец. Лодку перевернуло и вы запутавшись в сетях пошли на дно, ты слишком паниковал, а я не заметил как ты запутывался ещё сильнее и еле выплыл на поверхность. Я кричал тебя — Макколоу! Маккалоу! Не шути так, я знаю, что ты черт морской разыгрываешь меня, но ты не отвечал. Больше ты не отвечал мне. Я уже не помню кто, но кто-то схватил меня руку и силой втянул в лодку. Проснулся я уже дома в своей кровати, повернул голову, ожидая увидеть тебя, но тебя не было. Отец был зол и на год запретил мне вообще приближаться к воде, наверное он так скорбел. Я же познал скорбь впервые. Она до сих пор пахнет рыбой. Дела идут хорошо, магазин снастей пользуется популярностью в Дублине, но с твоего позволения я изменил название: «Ar an duán.» Приписка: Deartháireacha McCullough (ирл. Братья Маккалоу) P.S. Я надеюсь, что ты стал там настоящим Морским дьяволом и гоняешь там всех. Иначе зачем тебе было тонуть? И передавай привет отцу, пусть не забывает стричь бороду. *** -У меня есть вино. — Я не пью, ты же знаешь. — Да, но сегодня особенный день. День, когда кончился свет! — Сказала я, карикатурно вздëрнув руки к небу. — Ты об этом так шутишь, словно это рядовая авария в энергосетях. Мы двинулись от угла по узкой улице ведущей в горку, дома стояли напротив друг друга так близко, что можно было в два прыжка преодолеть расстояние от одного к другому. Все окна были занавешены, никто не любит когда глазеют на тебя, пока ты переживаешь конец света. Когда мы поднялись, то вышли к саду с пустым фонтаном, на дне которого лежали листья. Кажется,надо было говорить, но разговор не клеился, не складывался, не плыл, не летел. Ноги опустились на листья, хрустнуло без звука мёртвое уже. Я открыла вино, протянула тебе бутылку. — Мы ведь ничего уже не успеем? — Не успеем. — Я забрала бутылку и отхлебнула. Безвкусное. — Значит торопиться не куда. — Некуда.