Глава XXIV

Шли недели, на удивление спокойные и размеренные, но всё же кое-что омрачало их пребывание в замке: Гермиона начала помимо поисков информации о Фламеле, составлять расписание подготовки к экзаменам, заявив что необходимо повторить всю программу. Несмотря на протесты, что до них целых десять недель, она была непреклонна. Тогда они разработали план действий, и по возможности старались избегать её по всему замку, а любимым их местом стала гостиная Пуффендуя, так как о уголке в библиотеке ей было хорошо известно. Изредка к ним присоеденялся и Рон, когда Гермиона становилась совсем невыносимой. Но сегодня им не повезло, и теперь они вчетвером, за исключением Эвана, сидели в гостиной. — Никогда этого не запомню! — наконец взорвался Рон, бросая перо и с тоской глядя в окно. Его можно было понять: впервые за несколько недель день выдался поистине приятным, в воздухе витало предчувствие лета. В этот момент в гостиную ввалился Невилл — ввалился в прямом смысле этого слова; его ног слиплись, должно быть ему пришлось прыгать всю дорогу до башни Гриффиндора. Всё в гостиной расхохотались, кроме Гермионы, которая подскочила к Невиллу, произнесла контрзаклятие, отчего его ноги разъехались в разные стороны. — Что случилось? — обеспокоенным тоном спросила она, подводя его ближе к сидящим за столом. — Малфой, — дрожащим голосом ответил Невилл. — Ничего нового, — хмыкнул Карем, разворачиваясь к нему, — он всегда такой, а слизь всегда ему потакает. Гермиона сунула руку в карман, и достав оттуда шоколадную лягушку, протянула её Невиллу, у которого был такой вид, будто он сейчас расплачется. — Ты стоишь десяти таких, как Малфой, — произнёс Рон, — ведь это шляпа сама избрала тебя на Гриффиндор. Невилл слабо улыбнулся, и развернул лягушку. — Спасибо, — благодарно пробормотал он, — я пойду, посплю... Да, вот карточка, ты собираешь их, верно? Рон задумчиво проводил его взглядом. Из мыслей его вырвал голос Гермионы: — Ну что, кто там, на карточке? Рон опустил взгляд и скучающе произнёс: — Ну вот, снова Дамблдор... — вдруг он взволнованно распахнул глаза, и поднял их на остальных, — я нашёл Фламеля... Слушайте! ... Победой над Гриндевальдом в 1945, и работами в алхимии, совместно с Николасом Фламелем. Гермиона ахнула, и начала лихорадочно копаться в портфеле. Найдя наконец толстый том, она стала быстро перелистывать страницы, приговаривая: -Как же я могла не догадаться... Вот! — ткнув в страницу, она шёпотом начала читать, — Николас Фламель — единственный создатель философского камня! Поняли? Должно быть его охраняет пёс, а значит именно его хочет украсть Снейп! — И не удивительно... — пробормотал Рон, — любой бы хотел иметь камень, дающий бессмертие и золото. — И наверняка Хагрид участвовал в создании защиты... — Так пошлите к нему, — пожал плечами Карем, захлопывая книгу. — Ты это говоришь только потому, что не хочешь заниматься, — фыркнула Гермиона, но в её глазах уже промелькнул торжествующий блеск. * * * Размеренным шагом они подошли к хижине Хагрида. Занавески на окнах были задёрнуты. Поднявшись по ступеням, Гермиона уверенно постучала в деревянную дверь. Та почти сразу же распахнулась, и их быстро затащили внутрь. Внутри стояла ужасная жара, но несмотря на это в камине ярко полыхал огонь. — Ну так чего... — начал беседу лесничий — чего это вы решили побыть здесь в такую погоду? — Мы хотели кое-что узнать, — быстро ответила Гермиона, косясь на Рона, — ты знаешь, кто охраняет философский камень? Карем и Гарри недоумённо уставились на неё. — Но... — возмущённо начал Блэк, однако это осталось незамеченным, заглушённое категоричным ответом лесника: — Не расскажу вам ничего... Во первых, я не знаю... А во вторых, и знал бы, не сказал. Вот так вот... Да. — А нельзя было бы самую малость открыть окно?.. — раздражённо поинтересовался Карем, — я не хочу умереть, запечённым заживо. — Извини, никак не могу, — проговорил Хагрид, глянув на Гермиону. Повисло неловкое молчание, и девочка слегка наигранно поинтересовалась, глядя в камин, где в пламени лежало огромное яйцо: — Хагрид, что это?.. Под столом она пнула Рона, и тот, опомнившись, воскликнул: — Хагрид, где ты его взял!? Оно ведь должно стоить кучу денег? — Да так... — пробубнил Хагрид, — пошёл я значит в Хогсмид... А ему охота была в карты сыграть, незнакомцу этому. Хотя он... Э-э-э... Даже рад был это яйцо проиграть. — Но ведь твоя хижина деревянная! — непонимающе воскликнул Гарри, — она же сгорит, как спичка! Однако лесничий уже не слушал. Что-то напевая себе под нос, он подвигал кочергой дрова в камине. Вдруг раздался громкий треск. Все замерли, и в оглушающей тишине Хагрид благоговейно прошептал: — Он вылупляется!.. — схватив с полки толстые рукавицы, великан подхватил раскачивающееся яйцо, и бережно положил его на стол. Внутри что-то двигалось,стуча изнутри по скорлупе. Присутствующие придвинулись поближе и затаили дыхание. Вот снова раздался треск, яйцо развалилось на две дымящиеся половинки, и на стол выпал маленький дракончик. Он бы ужасно тощий, с длинной мордой, оканчивающийся широкими ноздрями. — Хагрид... — обеспокоенно пробормотал Карем, глядя как тот воркует над малышом, — а как быстро они растут?.. Лесничий открыл было рот, но внезапно побледнел и метнулся к окну. — Что случилось? — воскликнула Гермиона, поднимаясь на ноги. — Да, кто-то в окно поглядывал, а я занавески не задёрнул... Вон, убегает... Девочка быстро подбежала к окну и сдавленно ахнула. — Малфой... Теперь и он знает... -Что он нам сделает, чего не сможет это исчадие ада?.. — проговорил Карем, пожав плечами. — Он может рассказать отцу, а тот работает в министерстве! — не сдавалась Гермиона. Блэк на это равнодушно приподнял брови, продолжая невидящим взглядом смотреть на дракончика.