Глава ХХVIII

Он стоял к нему спиной так, что был виден лишь его затылок. Но в зеркало Гарри видел его лицо — спокойное, сосредоточенное. Его фигура была удивительно исхудавший, ссутулая, но весьма узнаваемая. — Гарри, — произнёс мужчина, заметив его, и улыбаясь обернулся, — я ждал тебя. — Но... Это ведь Снейп... Где Эван?.. На лице Люпина отразилось презрение, сменившиеся сочувствием. — Всё это время Снейп лишь играл свою роль. — Так ты заодно с Волан-де-мортом, — вопрос сам вырвался из его рта, пока разум сковывал ужас. Римус заливисто рассмеялся, и отсмеявшись, произнёс. — О, Гарри... Ты всю жизнь жизнь ошибался... Как впрочем и я, и весь волшебный мир. Волан-де-морта никогда не существовало. Мальчик попятился и почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Вы сумасшедший... — прошептал он. Люпин смотрел на него чуть склонив голову, не пытаясь остановить. — Ты не знаешь что произошло, не так ли?.. — наконец вымолвил он, и добавил, — если ты успокоишься, ведь я не собираюсь нападать, то я поведаю тебе истинную историю, которая не может не заинтересовать. — Я не хочу... — Гарри отступил ещё на шаг, готовясь к худшему, и вспоминая, не новолуние ли сегодня. Мужчина лишь покачал головой. — Боюсь, выбора у тебя немного. — Что вы имеете ввиду?.. — Дамблдор выдумал его, — резко перебил его Люпин, всё ещё не двигаясь, — хотя как по мне, вернее будет сказать, он и есть истинный Волан-де-морт. Все зверства творили его слуги, которых он и сдал, как только Том Реддл, нянятый им актёр, отказался убивать твоих родителей, отчего Дамблдор устранил и его. Всё это Люпин выпалил на одном дыхании, после чего повисла звенящая тишина. Разум Гарри заметался, в попытках осознать только что услышанное. Это было невозможно! Родители погибли, защищая его, защищая мир от зла... Однако теперь собственный мир рушился на глазах. — Но... Почему ты решил рассказать мне это всё!? Почему ты хочешь убедить меня в этом?.. — наконец выговорил он. Люпин осторожно сделал шаг вперёд, его голос стал настойчивее, но мягче. — Потому, что он готов принести любую жертву ради себя, ради своей силы. Твои родители нужны были ему для ритуала, а перед этим твой кузен. Сегодня ты должен был оказаться здесь. Сегодня он хотел чтобы "Волан-де-морт" возродился, прямо на твоих глазах. Именно он замешан во всех убийствах, он хотел убить твоего опекуна, Сириуса, и убил Мэрэлин... — он невольно запнулся, — к сожалению я узнал об этом только в начале учебного года... Надо было действовать осторожно, заподозрь он меня в чём-то, я был бы уже мёртв... Я старался действовать... Я вернул Питеру воспоминания о Мэрэлин, у вас остальных блок был слишком силён. Он замолк, переводя дыхание, а Гарри не мог поверить. Однако всё складывалась в слишком логичную картину... На языке возник вопрос, зачем же Люпину помогать им, но вдруг вспомнился разговор Сириуса и Питера, когда кузен только вернулся из Дурмстранга. Тогда он не понял, что они говорили о Кареме, а теперь кажется понял... — Кто ещё... — сиплым голосом начал он, и прочистив горло, продолжил, — кто ещё знал?.. Люпин покачал головой. — Никто. Все были уверены, что это не больше, чем забота о твоём благополучии. Но сейчас... Я знаю как вернуть их, твоих родителей... — он повернулся к зеркалу, его глаза восхищённо блеснули, — за ним находится что-то вроде мои, связывающей все зеркала мира, а может и больше... Что известно тебе о зеркале Еиналеж? Гарри занялся, всё ещё пытаясь осмыслить всё сказанное. — Ну... Оно вроде показывает желания? — неуверенно проговорил он, и Люпин кивнул, с азартом в глазах. — Что, если я скажу тебе, что не просто показывает желания? Ты видишь в нём иного себя, вполне существующего, но того, в чьём мире твоё желание исполненно. Гарри промолчал. Всё это было похоже на жуткий, больной сон, однако слишком подходящий на правду. — Однако тот мир куда обширнее простого Зазеркалья, — продолжал Люпин, — есть легенда, что эти места заброшенны некими высшими существами, что и управляют нашими жизнями. Когда твоих родителей пощадили, то их, вполне живых, спрятали туда, надёжно укрыв от посторонних. Я не знаю кто это был, но одно ясно точно — Том Реддл пощадил из, но не сумел бы спрятать там, — он перевёл дух и взглянул на Гарри, — я хотел встретиться с тобой, и иначе этого было сделать нельзя, чтобы не вызвать подозрения. Это будет единственный шанс доказать вину Дамблдора. И когда я сумею открыть проход, пойдёшь ли ты со мной? — Как? — вырвалось у Гарри прежде, чем он сумел подумать. — Через это зеркало, — быстро ответил Люпин, — оно было первым изготовленным, и через него можно попасть в любую точку мира. Я никогда не совершал ничего подобного, но... — он не закончил фразу, и прислушался. Его лицо посерьёзнело. Вдали раздавались звуки шагов. Всё ближе и ближе. Пламя, через которое Гарри вошёл вновь взметнулось, и в комнату вошёл Дамблдор. Весь мир кажется замер. В помещении стало так тихо, что Гарри слышал биение своего сердца. В каждом шаге директора была холодная уверенность, от которой становилось жутко. — Ну что же, — произнёс он мягким, тягучим голосом. На мгновение в душе мальчика промелькнула надежда, что сейчас старый волшебник всё объяснит, но тут же погасла, — как я вижу, вы уже начали обсуждать... Важные вопросы... Его глаза, ледяные и бездонные, казалось поблёскивали добротой и шутливостью, словно он разыгрывал их. Гарри почувствовал, как сзади Люпин шагнул ближе, и положил руку ему на плечо. — Ему всё известно, Дамблдор, — произнёс он, его голос был полон решимости, но в него просачивался едва слышимый страх, — ты больше не сможешь скрывать это. Директор тихо вздохнул, в его глазах вспыхнул огонь. Тишина вдруг стала гнетущей и вязкой. Казалось воздух загустел, будто каждая частица пространства вибрировала от угрозы. — О, Римус, — произнёс он с мягкой усмешкой, — разве я что-нибудь скрывал от Гарри?.. Мальчик ощутил, как мурашки побежали по спине. — Я... Я не верю вам... — слова давались с трудом. Он ощущал, что необходимо бороться, но уверенность таяла с каждой секундой, как лёд под жарким солнцем. Дамблдор медленно приблизился к нему, каждый шаг отдавался в Гарри волной ужаса. — Мой мальчик, — старый волшебник почти шептал, словно утешая, — боюсь ты ещё слишком молод, чтобы понять всё. С этими словами он достал палочку, и дальнейшие события были как в тумане. Люпин рванулся вперёд. Вспыхнул свет, мужчина вскрикнул, и послышался звук падающего тела. Всё вокруг погрузилось в оглушающую тишину. Ноги Гарри подкосились, и он провалился в небытие.