Часть 2 "Прощение утех слабых?"

«Жизнь, это просто куча хуйни, которая просто случается»

© Рома Англичанин

      Уезжать с отчего дома всегда тяжело. Лиза часто ловила себя на мысли, что переезд это очень муторно, долго и нудно. Коробки, которые до этого времени покрывались вековой пылью, где-то в дальнем углу кладовки, были любезно собраны отцом. В комнате творился хаос, тут и там были разбросаны шмотки, мама с своей комнаты кричала про те или иные вещи, а Лиза только глаза закатывала и так же громко отвечала в ответ.       Отец ещё ранним утром укатил в гараж под предлогом того, что крестному нужна помощь с его рухлядью, хотя на самом то деле Котов Андрей пытался обезопасить свои ушные перепонки, от очередного скандала между его двумя, любимыми, девочками. Наталья была взрывной женщиной, проще говоря холериком по натуре, любое слово когда та не в духе, ей как кость в горле. А Лизка переняла всё самое «лучшее» от родственничков, от отца кривой нос и склонность к полноте, а от матери характер, но в отличие от Натальи, Елизавета не была так легко отходчива, нет, она копит обиду, чтобы потом высказать и припомнить всё за один вечер.       — Лиз, кофту эту брать будешь? — низкорослая брюнетка заглядывает в комнату дочери, обозревая, крутя и вытягивая рукава белой толстовки с ярко-алым черепом на спине. Она не проявляла особой заинтересованности к дочери, её больше интересовала пятнышко с миллиметр на горловине, явно оставленное от губной помады — Я её застираю, возьмешь, в Коктебеле не лучше, чем в твоем Питере. Пригодится, нет, так домой завезешь потом.       — Ладно — скривя губы в недовольстве протянула блондинка       Мама любила простоту, практичность и удобство в вещах, чего не скажешь о её дочери, та в свою доску любила модничать, оголять участки кожи в тех местах, где это в целом было и не нужно. Подкручивая громкости на стареньком музыкальном центре, где колонки были с голову самой блондинки, валился бас, как от хорошего сабвуфера.        Попса нулевых дополняла этот день, Лиза не любила заморачиваться над тем, что играет фоном пока она убирается или занимается своим делами, потому подборки в ютубе всегда спасали. Бритни Спирс что-то мурчала на своем ломаном английском, а Котова шептала под нос брань нецензурную пока пыталась отодрать клей от юбки. Счетные попытки привести вещь в презентабельный вид не увенчались успехом.        Телефон провибрировал на прикроватной тумбе, блондинка машинально повернулась, цепляясь взглядом за первые слова сообщения. Сморщив нос в отвращении, снимает телефон с зарядки и перемещается в диалог в одно нажатие. «Леха» Ты долго будешь кукситься?

«Лиза»

Ты сейчас серьезно?

«Леха» Та ладно тебе, весело было. В четыре у твоего подъезда, есть о чем поговорить.

«Лиза»

Весело было только тебе, раньше надо было говорить.

Мне неинтересно.

«Леха» Котова, давай не выебывайся. Я дважды не повторяю, но для тебя тупоголовой сделаю исключение. В четыре, чтоб как штык стояла.

«Лиза»

Пошел нахуй.

Контакт «Леха» заблокирован.

      Лиза сжимала в руке телефон, мысленно хлестая себя за эту дикость, за свою наивность и доверчивость. Блондинка даже и не заметила, как мама тихо стояла и наблюдала, за тем, как эмоции одна за одной менялись на девичьем лице. От стадии гнева до принятия ситуации. Откинув телефон, Котова глубоко вздохнула вылазя из гнетущих мыслей. Он же не отстанет, как минимум сейчас, не в этот вечер. Он обязательно найдет лазейку, например, через мать. Одна улыбка и старшая Котова растает, ведь та души не чаяла в Леше. Оно и понятно, обворожительная улыбка, высокий, спортивный с приятными манерами парень. Но кто ж знал, что в тихом омуте черти водятся и он далеко не такой ангельский, как мог бы показаться на первый взгляд.       — Помирились? — задала риторический вопрос женщина, сжимая в руках какую-то цветастую тряпку, отдаленно напоминающую старую футболку девчонки       — Нет — тихо буркнула в ответ та, продолжая хаотично перебирать вещи на кровати, даже не вдумываясь нужны ли они ей, голова была забита совершенно другим       Женщина ещё какое-то время стояла в дверном проеме устало опираясь виском об косяк. Взгляд её бегал по расстроенной дочери, иногда она переводила взгляд на другие предметы будь то старенький принтер на столе или постеры на тумбе, которые никогда не нравились Наталье. Она была приверженцем идеальной мебели. И такого рода самовольность не терпела, но в случае с Лизой, просто смирилась. Ибо, эти плакатики с песнями, фильмами и актерами постоянно снимались и обратно вешались. Нет смысла спорить, если Котова хочет, значит так оно и будет. Часы тем временем медленно отбивали пол второго.       — Переживаешь? — вдруг непроизвольно поинтересовалась Наталья, голос её резко повысился на несколько тонов в попытках перекричать музыку       Лиза не сразу поняла о чем мама говорила, в голове была такая каша, что хотелось одного — тишины. Натянуто улыбнувшись блондинка слишком наигранно постучала указательным пальцем по губам, делая театральный вид задумчивости. Она то переживала, о будущем, о том что её ждет в другом городе, но главное, что ей не давало покое это нынешняя ситуация. Блондинка до дрожи в коленях боялась, что видео может попасть в руки родителей. Она боялась осуждения и отвращения в глазах родных. И она предпримет всё возможное, чтобы этого не произошло.       — Ну, если не учитывать тот факт, что теплую постель я поменяю на старый матрас, то, нет я не переживаю. — девушка закатила глаза с тенью иронии, ей нравились такого рода разговоры с матерью, они были как друзья в какие-то моменты. Никто не обижался на пошловатую или порой слишком аморальную шутку, наоборот, подливали масла в огонь и разбавляли ещё более непорочным юмором. В такие моменты Котова ощущала себя по настоящему живой.       — Не ерничай и там обжиться успеешь, — женщина подарила дочери двусмысленную ухмылку, которая всегда вырисовывалась на лице темноволосой, когда та оставляла намеки на общие секретики.

***

      Через пару часов чемодан был собран, завтра ранним утром родители отвезут её на вокзал, где ей уже предстоит дорога в целые сутки. Приезжать домой она сможет пару раз в год. Эта мысль прочно поселилась в голове, что в следующий раз в квартире семейства Котовых она будет гостем. Лиза сидела за рабочим столом и бездумно листала потрепанную тетрадь в которой хранилось самое сокровенное. Её брать она не хотела, но и оставлять, — тоже.       Тихий стук об косяк привлек внимание. Поднимая взгляд она опешила. Сначала пробежал дикий страх, голова непроизвольно вжалась в плечи, от изумления, но взяв себя в руки горделивая осанка тут же сменила скованность девчонки. На пороге столя он — Макс.       — Думала сбежать не попрощавшись? — складывая руки под грудью шатен ухмыльнулся       Из-за спины молодого человека выросла хрупкая фигура девушки, которую Лиза не особо жаловала в своей квартире.        Брат и сестра, безумно похожие на друг дурга. Оба высокие, спортивного телосложения и лучезарной улыбкой. Филатовы всегда вызывали чувство спокойствия. Друзья и учителя видели в этой семье и их отпрысках потенциал, пророчили, что Максиму, что Ангелине светлое будущие.        Про таких говорят родились с серебряной ложкой во рту, на всём готовом. Они никогда не думали о последствия, знали, что им сойдет всё с рук. Любая проблема решалась по щелчку пальцев. Личный адвокат, дизайнер, повар о таких благах Котова могла только мечтать. Было до одури обидно, что она правда купилась на сладкую ложь и думала сломать стереотипы о дружбе между разными слоями общества.       — Зачем Вы пришли? — холодно поинтересовалась кареглазая, всматриваясь в черты лица, которые когда-то могла полюбить до такой степени, что засыпать без мысли о нем было, — тяжело. Сейчас он смотрел другими глазами, не теми, здесь нет искры и смущенной улыбки от человеческих чувств. Тяжело представить, что этот человек когда-то стоял под её подъездом с сиренью в руках, прочитав где-то, что её дарят в знак искренней и чистой любви. Они были счастливы пусть и на короткий период. Пусть и с таким печальным исходом.       — Как зачем? — вдруг воскликнула брюнетка, подходя ближе к девушке, она зацепилась взглядом за потрепанную тетрадь, обложка которой, была обклеена разными стикерами. Котова до такой степени сжимала свой дневник, что костяшки на пальцах побелели, а обложка жалобно скрипела. Филатова притворно улыбнулась наклоняясь к своей бывшей подружке — Оу, что это у нас здесь? — наигранно поинтересовалась та, — Маленькая шлюшка записывает свои порочные мысли в тетрадочку, м, это очень мило Котова. Брюнетка вырвала дневник из девичьих рук, а та в свою очередь вскочила на ноги и зло посмотрела на Макса, который тоже хмуря брови поглядывал украдкой на сестру. По его лицу было ясно, что пришли они явно не за ещё одной порцией унижения.       — Верни дневник, Филатова. — сухо сказала та протягивая раскрытую ладонь.       — Ну-ну такая злая, жуть, правда Максик — обращалась брюнетка к брату, пожимая плечами словно пыталась стряхнуть с себя грязь. Брюнет ничего не ответил, только поджал губы не смея возразить сестре. — Сейчас посмотрим, что ты там чирикаешь.       Лиза затаила дыхание, когда эта паршивка начала дразнить и брать на слабо Котову. Крутя в руках этот дневник, и порываясь прочесть, его сакральные мысли писавшиеся хозяйкой темными ночами. Сердце пропустило удар когда она открыла дневник на той странице, которую Котова меньше всего хотела слышать.       Лиза не понимала почему она не могла просто вырвать свой дневник из рук этой стервы, не понимала. Было ощущение, словно ноги приросли к полу, а руки утеряли контроль. Оставалось только, вновь терпеть порцию унижения.       — «Семнадцатое апреля. Дорогой дневник, кажется я влюбилась. Мы разные, но его улыбка и смех вызывают во мне, те самые бабочки. Он не обращает на меня внимание, но я тайком, лишь украдкой, любуюсь им, пока он тренируется или усердно учиться. Максим, да, Максим, мне он нравится. Я знаю, это не правильно он мой одноклассник и он к тому же в отношениях, но, рядом с ним я смотрелась бы лучше. Не могу перестать фантазировать о нас. » — Ангелина читала это с таким воодушевлением и злорадной ухмылкой на лице, а Максим только всматривался в слезящиеся от слез глаза той, чьи мысли на этой бумаге, принадлежали.       В какой-то момент, Лизе показалось что она умерла. Её нет, позорно сгорела от стыда при таких нелепых обстоятельствах. Она до сих пор не могла себе признать, что любит Макса, пусть и поступил он как мудак, а сейчас знает, что она врала всё это время, говоря, что с чувствами Максима лишь игралась и это она его бросила, а не он.       От этого вдвойне было нелепо и неловко. Котова мечтала провалиться сквозь землю. Она не обращала внимание на то, что, Филатова уже активно листала дневник и зачитывала в слух всю боль и гамму чувств, которую блондинка испытывала на протяжении всего этого периода.       — «Четырнадцатое октября. Дорогой дневник, он наконец-то порвал с этой дурочкой. Я всегда знала, что она пойдет на лево. Не могу понять, как можно изменить такому парню, он ведь всё для неё делал, а она, просто дура. Я бы так никогда не поступила с Максом. Я была бы другой, учтивой и ласковой, такой, какой он заслуживает рядом с собой девушки. Сегодня мы впервые поговорили, я неделю уговаривала Лешу познакомить с его друзьями.» — Ангелина хохотала и пихала локтем брата, который только хмурился вставляя свои едкие комментарии о том, как жалка Котова. Лиза не выдержала, резко схватилась за макушку этой стервы, а та завизжала, как резанная. Она притянула её ближе к своему лицу, чтобы та точно уяснила её намеренья.       — Начиталась мартышка? — рыкнула Котова, сильнее сжимая пряди волос. Максим начал их разнимать и мешать девушке повырывать все волосы его сестры. — Слушай меня внимательно, курица, если ты меня пытаешься вывести на эмоции для очередного скандала, не получиться. Все эти чувства в прошлом, как и наше общение в целом, если тебе большего нечего сказать, проваливай, пока я добрая. А тебе лучше не знать Филатова, кака я, когда злая. Сказав последнее слово Котова отпихнула девушку и та прижалась к брату скуля и приглаживая взъерошенную прядь.       — Максим, ты правда думал что этой актрисой погорелово театра ты меня удивишь? — фыркнула Лиза, пряча дневник в стол и тем самым придавая себе уверенности в действиях. Осталось только ноющая боль от разочарования, она наделась, что он из последних здравых крупиц разума закроет рот своей сестре, но, чудо миновало.       — Ах, ты шлюха крашенная! Ты мне ещё угрожаешь, Котова? — парировала брюнетка — Ты заслужила этой славы, пусть все знают, какая ты мерзкая дрянь. Надеюсь ты сломала свой крошечный мозг вчера, почему твой розовый замок сгнил изнутри.       — Заслужила славы? — переспросила Лиза, переводя взгляд на Максима, который пытался зажать рот своей сестра. — Сломала, удосужься объяснить, мне тупоголовой, где я перешла тебе дорогу. По твоим глазам было видно, что затея твоего уровня.       — Лиз. — попытался объясниться Максим       — Молчи, пусть твоя сестра объясниться. Мы же не в каменном веке, чтобы не было права голоса. — Лиза улыбнулась — Ангелок, я вся во внимании.       — А ты ещё не поняла? — хмыкнула та, — Ладно, я напомню. Помнишь первые месяцы нашего общения, когда я тебе доверилась, а ты нагло всем растрепала мои секреты, так ещё и пускала слухи обо мне, что якобы я в клубах как шлюха распутная, а в школе, зая в школьной юбке. Помнишь? — Ангелина зло шикала в ней кричала обида.       — Ты дура? — переспросила блондинка, — Я не трепло, чтобы о таком рассказывать.       — Не выгораживай себя, я всё знаю. Знаю и о том, что ты подговорила моего парня на тот момент, чтобы он со мной расстался. Варя мне всё рассказала, что это ты его надоумила бросить меня. — Варя это бывшая или нынешняя девушка Макса, не очень приятная личность — Я не удивлюсь, если и Макса ты насюсюкала в тот момент, чтобы он расстались с Варей. Сплетница. — выплюнула та       — А ты не думала, что проблема не во мне, а в твоей недо подруге, м? — поинтересовалась блондинка.       — Причем здесь Варя, мне даже Леша рассказывал о ваших разговорах и сам Макс подтвердил, что ты ему давала совет расстаться с ней, да и твои сопли в тетради, подтверждают мои догадки.       Брюнетка и блондинка буровили друг друга взглядом, они ненавидели друг друга. Так сильно, что хотелось выть и биться гловой о стену. Лиза сжимала губы, а Ангелина морщила свой курносый носик в отвращении. Кареглазая перевела взгляд на Максима, который сконфужено прислонился виском к стене и стеклянными глазами смотрел на знакомые постеры и пустые участки стены, где раньше висели их совместные фотографии. Он понимал, что натворил лютой хуйни. И исправить положение уже нельзя. Они простояли в тишине с минуту, прежде чем Лиза тихо вымолвила.       — Макс, я настолько сильно задела твое эго? Что опустился до такого уровня, — лжи. Ты же знаешь, что я относилась к твоей сестре с уважением. Ну же признайся, признайся, что не прав. Максим. Тот молчал. Сердце пропускало удары, как бешеное.       — Пошли вон — Лиза прикрыла глаза и тихо шепнула, но повторила ещё несколько раз громче, — Вон я сказала, если не уйдете я буду кричать, — Лиза сузила глаза и подошла ближе к парочке, шипя им прямо в лицо — Если вздумаете меня ещё, хоть куда нибудь слить, я напишу на вас заявление.       — Какое? Это не мы снимали хоумвидео — протянула Ангелина Лиза перевела удивленный взгляд на виновника торжества и не отнимая от него глаз произнесла:       — Правда Макс? Не знала, что ты такой пиздабол. Если ты творишь дичь, то, хотя бы говори правду близким. Или Ангелина больше не в кругу ближних? — язвила блондинка изучая полюбившиеся черты лица.       — О чем ты, Котова? Что за загадки? Говори прямо — кипела младшая сестра Филатова, которая сжимала край своей футболки.       — А братик тебе не рассказал? — удивилась та, — Я думала вы и срете на одном горшке, раз знаете друг о друге всё, от чистки зубов до интимной жизни. — желчь вылезала на ружу, а накопившиеся слезы за неделю предательски скатывались и делали Лизу в глазах обидчиков, жертвой и нюней.       — Прежде чем, на меня вешать все смертные грехи, надо было удосужиться узнать правду. Это не я надавила на твоего бывшего, а Макс, потому что видите-ли он не подходил тебе, по его мнению, это не я растрепалась о твоих секретиках, а твоя подружка Варя с Лешей. И вот что получается, я тварь последняя а они все ангелы? — смахивая слезы прикрикивала Лиза.       — Замолчи! — рыкнул брюнет А Елизавета и не планировала останавливаться, ей было обидно, от предательства со всех сторон. Она хотела добиться правосудия.       — Вдобавок, попроси у брата целый файл, там записан разговор, который он почему-то решил вырезать. Да Макс, удобно быть в роли жертвы?       — Какой разговор, — пробормотала Ангелина больше обращаясь к брату, а не к девушке. Она понимала головой, что она зря испортила жизнь человеку, который, как оказалось хорошо относился к ней.              — Это не я Вудман на минималках, а твой аморальный братец, который сначала напоил меня, а потом воспользовавшись моей уязвимостью и уговорил снять, то видео, клянясь всем, что это никто не увидит. Не так ли Макс? — глотая слезы прошипела та отворачиваясь от обидчиков       Ангелина оторопела и умолкла, похоже этой детали она не знала, ведь брат преподнес всё с красивой стороны выставляя себя жертвой, а Лизой шлюшкой-насильником. А получается наоборот? Получается это Филатов кашу заварил, играясь с чувствами Лизы.       — Я слышала крики у вас всё в порядке, ребят? — взволновано поинтересовалась женщина вытирая руки от остатков влаги.       — Да мам, ребята просто были рады за моё поступление и переезд. Они уже уходят, да? — задала риторический вопрос Котова, лихорадочно похлопывая себя по щекам.       — Да, Наталья Михайловна рады были повидаться у нас встреча ещё назначена, поэтому пойдем и не будем отвлекать Лизу от сборов. Лиз, если что на связи. — натянуто улыбнулась Ангелина       Блондинка так же натянуто улыбнулась провожая молодых людей до выхода, у самого порога, как и полагается друзьям, а в нашем случае хороших актеров, Ангелина и Лиза прощались в крепких объятиях, даже чересчур.       Так и не скажешь, что полчаса назад они были готовы убить друг друга, а дом сравнять с землей, от искр, которые летели. Брюнетка первая вылетела из квартиры, а молодой человек ещё пару секунд стоял в непонимании, пока Котова, первая, не сделала шаг. Перед тем, как попрощаться навсегда кареглазая шепнула Максиму, когда те обнимались:       — То что ты услышал сегодня, забудь. И передай своему дружку, чтобы не караулил меня под домом, я не выйду, а если выйду, то с пневматом.       Лиза улыбалась и махала рукой на прощание, когда те входили в лифт, но сердце безумно колотилось, от того, что произошло. Мало того, что теперь Максим напрямую знает о всех её чувствах, так ещё и интересные факты всплывают и опять всё крутится во круг этого парня с темными кудрями и холодным взглядом.       Одно успокаивало, в ближайшие полгода она забудет о существовании этих проблем под названием — Филатов.

***

      Холодный ветер пробирался под футболку, будоража все внутренности. Вчера, видимо сообщение дошло до Леши из близких уст. Никто не караулил её под домом, Котова каждые полчаса пряталась за шторой и аккуратно проверяла свой двор. К десяти вечера она окончательно выдохнула и расслабилась, впервые за неделю, если не больше. И вот, сейчас она сидит в машине отца, тупо пялясь на разводы грязи на стекле. Одному Богу было известно, что у неё в голове творилось в этот момент.       Тихая музыка разбавляла весь этот унылый пейзаж и ситуацию в целом. Лизе хотелось верить, что вчера, когда обнажились чувства и правда, что это она, как маленькая школьница больше года вздыхала над Максом и мечтала о судьбоносной встречи, а не он. Она надеялась, что Филатов поймет и извиниться за всю эту грязь.       Её детские мечты разбились слишком громко и болезненно, оставляя за собой нелепое и даже липкое чувство неловкости. Лиза никогда не признается, что вчера, пол ночи, она прокручивала эту ситуацию и молча глотала соленные слезы смотря в экран телефона на совместную фотографию с ним. Они улыбались и влюбленно смотрели друг на друга, но, только вот в чем вопрос, были ли эти чувства взаимны?       Кажется нет. Не были, она обожглась и усвоила урок. Лиза была нагло использована, как шлюшка с красивым телом, больше его ничего не привлекало в ней. Ни душа, ни открытость и искренность, ни забота и переживания по ночам. Нет, совсем нет, для него она была телом, которым можно было пользоваться когда ему будет угодно.       Она знает, что он прекратит эти слухи. Знает, что до родителей не дойдет. Нужно просто время, остынуть и отмыться от этого позора. А самое отвратительное то, что она до сих пор его любит и если он улыбнется ей, скажет заветное слово «прости», то она — простит. Без сомнения. Дав вытирать об себя ноги, вновь.       Из мыслей её вывил тихий голос матери, которая всё это время наблюдала за дочерью, что тихо боролась с внутренними демонами. — Лиз, всё нормально?       — Да, поздно легла вот и в сон клонит. — вяло солгала та, упорно пряча глаза от натиска маминой заботы       — Правильно дочка, отрывайся по полной. На учебе такой возможности не будет, — подал голос отец, подкручивая громкости на радио fm сейчас было довольно рано, поэтому радиоведущий желал всем доброго и продуктивного утра начиная выпуск с новостей и бодрой разрядки в виде свежих чартов — Эх, вот бы мне вернуться в свои студенческие годы.       Мама переключила внимание на отца, затевая легкую беседу пропитанную ностальгией о прошлом, о совместном прошлом с отцом.       Родители познакомились, как раз в таком возрасте, как и Лиза сейчас. Они были молодыми, буйными, на вечеринке по случаю первокурсников и познакомились. Мама тогда сильно напилась и особо ничего не помнила, а вот отец помнил каждую минуту и каждый вздох матери.       Он часто любил её сравнивать и называть «моя принцесса», ведь мама в студенческие годы и впрямь выглядела как принцесса, аккуратная прическа, не вызывающие платья и сладкий парфюм с нотами жасмина и роз. В тот вечер отец влюбился в неё, держа волосы пока та обнималась с унитазом и материлась от каждого вздоха.       Эта беседа помогла отвлечься хотя бы на мгновение. Лиза улыбалась от каждого слова сказанного отцом в сторону мамы, а та только отмахивалась и ворчала в смущении. Блондинка хихикала слабо прикрывая тыльной стороной свою улыбку. Пусть в любви ей не повезло, зато с семьёй — однозначно.

***

      Застегивая зипку до самого конца, девушка складывала руки под грудью в попытках хоть как нибудь согреться. Миновав пробку, Котовы добрались довольно быстро до вокзала. Отец вытаскивал из багажника чемодан и одну дорожную сумку, а мама жужжала над ухом, чтобы тот был аккуратнее.       Осматриваясь по сторонам можно было увидеть подъезжающие машины из которых выходили сонные пассажиры, только маленькие дети бегали ожидая посадки. Взглянув на часы, которые весели над самым входом Лиза примерно прикинула, что у них в запасе ещё как минимум час, чтобы сходить покушать и в последний раз насладиться друг другом, ибо потом она сможет приехать, только зимой.       Было тоскливо расставаться с семьёй, да, они будут на телефоне всегда, но это не то. Всё же Лизе будет не хватать ночных посиделок за бокалом вина, когда мама рассказывает о своей молодости, а блондинка, в сотый раз, с горящими глазами будет задавать уточняющие вопросы.        Будет не хватать папиного пусть и плоского, но юмора. Будет не хватать домашней еды, пинка под зад, ранним, субботним утром с криком о начале генеральной уборки и конечно же спонтанных поездок, будь-то какой-то музей или выставка. Будет не хватать, уюта.       — Лиз, мы пойдем кофе возьмем постой здесь, хорошо? — улыбнулась мама, поглаживая дочь по плечу       — Окей, только возьмите мне американо, что-то совсем с ног валюсь. — зевая простонала та, садясь на краешек чемодана, который был ей по талию.       Утыкаясь в смартфон, она бездумно листала ленту инстаграма. Очередная история одноклассницы, где она эстетично пьет кофе в новой кафешке, или где они плавают в речке и дурачатся нарочито свитя своей жопой в стрингах. Такие истории всегда казались Лизе вылизанными и чересчур наигранными. Она была редким пользователем инстаграма, редкие посты и истории, ибо жизнь не была столь насыщенно и интересной, а выкладывать фотки еды, как тупоголовые инста-дивы, не хотелось.       В окошке уведомлений всплыло сообщение, от человека, которого Лиза меньше всего ожидала увидеть. Она долго размышляла стоит ли отвечать, стоит ли вообще читать — это. Накинув капюшон на неряшливый пучок, в попытке спрятаться от утренней прохлады, девушка задержала дыхание и перешла в диалог. Перед глазами всплыло большое сообщение, по которому кареглазая бегала глазами. «      Привет, это Ангелина. Ты заблокировала нас всех. Поэтому пишу с левого аккаунта.       Лиз, ты вчера открыла мне глаза на всю ситуацию. Я пол вечера думала обо всём этом, мне стыдно. Я не хотела верить в очевидные факты, не хотела верить, что всем зачинщиком мог быть мой брат, а Леха смотрит ему в рот, поэтому и соглашался на всё это.       Мы вчера очень сильно поругались. Мальчики пытались дозвониться, но ты не абонент. Я не прошу прощения, ибо, знаю, ты не простишь. Я поступила как сука, ты была права, когда говорила о том, что я доверяю не тем и Варя ещё покажет себя. Как оказалось, она мне вешала всю эту лапшу на тебя из-за того, что боялась, что Макс переключиться на тебя, а не на неё. Она боялась, так как видела, как вы сближаетесь. Поэтому и вставляла палки в колеса.       Я знаю, что мои слова о раскаянье выглядят нелепо, после того, что я наговорила. Но, мне правда стыдно. Я улажу конфликт, все забудут о том видео. Прости, мне очень жаль, что из-за своей неуверенности я потеряла такого друга, как ты.       Надеюсь ты сможешь забыть всё это и начать жизнь с чистого листа.      »       Груз упал с плеч, девушка дочитав сообщение, сжала телефон так сильно на сколько это было возможно. Она задрожала, как осиновый лист опуская голову и прячась в капюшоне от посторонних взглядов, тихо выдохнула. В этом выдохе столько было боли, обиды и лишь малый процент принадлежал облегчению от произошедшего.       — Лиза, — над ухом раздался бархатный голос человека, от которого сердце девушки трепетно билось в груди, а бабочки щекотали желудок своими крыльями, влюбленности и неразделенных чувств.       Родителей всё ещё не было, видимо в кафешке была чересчур большая очередь. Девушка вскочила с чемодана от испуга, холодок пробежал по спине, к щекам прилила кровь, а ладони вспотели.        Он стоял напротив неё с рассечённой бровью, видимо они хорошо вчера повздорили. Макс был отстраненным, его кулаки были сжаты в карманах серых спортивок, а плечи напряжены под такого же цвета, как и спортивки, толстовке. Он посмотрел по сторонам удостоверившись, что они точно одни перевел взгляд на такую же поникшую девушку.       — Уезжаешь? — нелепо усмехнулся тот краешком губ, будто не знал с чего начать       — Уезжаю, — на выдохе сказала девушка, в одно мгновение в горле пересохло, а сонливость сняло рукой       Они молчали, смотрели друг другу в глаза и стояли, не зная, стоит ли делать первый шаг. Хотелось, но казалось, что после произошедшего это неуместно, глупо и дико. Она должна ненавидеть его и ни одно «прости» недолжно успокоить её, но почему же тогда, она ждет эти извинения с замиранием сердца? Это любовь, скажут многие. Нет, это не любовь это зависимость друг от друга. Они отрицают все чувства и эмоции, от этого и страдают. Гордость не дает сделать шага вперед.       — О, Максим! — широко улыбаясь помахала свободной рукой Наталья Михайловна — А где остальные? Решил простится с Лизкой? — заваливала вопросами молодого человека, мама. Максим виновато улыбнулся обольстительной улыбкой, почесывая шею.       — Ребята уехали загород, просили меня провести Лизку на поезд и передать, что мы будем очень скучать за ней и ждать на праздники. — эти слова звучали хуже ножа в спину, ибо оба знали, что это ложь, никто не ждет Лизу домой, а зачем пришел Макс непонятно. Наталья Михайловна тепло улыбнулась, зная о чувствах дочери к этому молодому человеку. Она приобняла своего супруга, вспоминая, как он в таком же возрасте провожал её на поезд, когда та собиралась домой.       — У вас есть десять минут, пока мы с отцом отнесем вещи. — подмигнула женщина, утягивая за собой супруга с чемоданами в сторону платформы. Лиза покрылась багровым румянцем от неловкости, а Филатов на это только улыбался и заверял, что Котову приведет вовремя. От такого внимания блондинка прятала лицо в ладонях. Как только родители были у самого входа в арку за которой и была платформа, брюнет подал голос.       — Ты не рассказала матери, что мы расстались, почему? — наклонив голову в бок поинтересовался тот       — Не захотела разбивать её надежды на такого зятя, — чтобы посмотреть в глаза парня, ей пришлось задрать голову и встретиться с его обворожительным взглядом — Зачем ты пришел?       Не успела и вопрос озвучить толком, как Филатов начал в своем роде викторину, где нужно было отвечать быстро, не задумываясь и при этом честно. Самое тупое, что Лиза не умела врать, она постоянно краснела и отводила взгляд в нижний правый угол, когда врала. Поэтому наебать брюнета не получиться.       — Это правда?       — Что правда?       — Ты сохла по мне целый год?       — Ну может и сохла, помутнение рассудка было.       — Не смешно, Лиз. Я серьезно.       — Я тоже Филатов. Ты сделал свой выбор, опозорив меня и выставив мое тело на всеобщее обозрения. При этом ты молчал, когда они устроили аукцион за ночь со мной. Поэтому да, это явно было помутнее рассудка. Я не могла потерять голову от такого аморального ублюдка, как ты.       — Но потеряла же.       — О чем я буду сожалеть ещё очень долго. Мне пора.       Как только Котова сделала шаг в сторону платформы, сильные пальцы обхватили женское запястье с силой припечатывая и вынуждая вернуться на место. Девушка подняла брови в немом недовольстве и вопросе.       — Я ещё не закончил, — шикнул Макс наклоняясь ближе к девушке       Они смотрели друг на друга и испытывали терпения с обеих сторон. Блондинка украдкой кидала взгляд в сторону губ и сама инстинктивно облизывала свои. Брюнет нагло ухмыльнулся, как и всегда, когда знал, что он был прав.       — Это будет ошибкой Филатов. — прошептала в самые губы та, отводя взгляд, она врала, она всегда так делала, когда хотела чтобы он проявил инициативу, первый.       — А может я хочу ошибиться, Котова.       Молодой человек первый прильнул к губам девицы, нагло врываясь языком в личное пространство, которое он изучил вдоль и поперек. Он целовал в уста ту, от которой у него самого голова шла кругом, но он не признавался. Она нежно обнимала его за шею притягивая ближе, а он обнимал её за талию слегка сжимая бока и спускаясь руками ниже, слишком пособственнически. Целовались до изнеможения, знали что ошибка, но, как же им нравилось нарушать правила и совершать такие ошибки.       Он отпустит её, не будет морочить голову, потому что и так разбил ей сердце. Отпустит потому что любит. Отстранялись они неохотно. Лиза ещё какое-то время стояла в теплых руках парня, пока не пришло осознание случившегося. Нахмурив брови, она влепила ему звонкую пощечину и выбралась из рук брюнета.       — Ты был и будешь мудаком, Филатов. — шепнула девушка прежде чем развернуться и уйти прочь от этих глаз       — Я тоже потерял голову, когда встретил тебя, Лиз. - улыбаясь как мальчишка выкрикнул брюнет, он знал, что это был не крайний, а последний поцелуй с ней. С его Лизкой.

***

       Прощание с родителями вышло бурным, Наталья Михайловна крепко обнимала дочь наглаживая ту по голове, читала нравоучения и от переживания бегала глазами по лицу. Вокзал — это наверное самое искреннее место на всей планете, ведь, здесь человек проживает самые яркие эмоции, от слез расставания, до громких вскриков радости.        Андрей Юрьевич без лишних эмоциональных всплесков провожал дочь кивком головы и мимолетной улыбкой. Девушка широко улыбалась и махала родителям на прощание, когда поднималась в вагон. Бортпроводник проверил документы подтверждающие личность Котовой и с такой же дружелюбной улыбкой пожелал хорошей дороги.       До отправления оставались считанные минуты, когда девушка расположилась на своем месте. Лиза редко ездила на поезде, поэту всё это для неё было волнительно, как в первые. Она заняла нижнюю полку и отодвинула штору ищя в толпе лики родных. Встречаясь с взглядом мамы, блондинка не удержалась и тихонько всхлипнула прикладывая ладонь к окну, мысленно прощаясь с семьей на долгий период.       Женщина уже во всю вытирала слезы о кофту супруга, пока тот приобнимал её одной рукой, а свободной махал дочери.       Через пару мгновений поезд тронулся и неспешно стал набирать скорость. Пейзажи сменялись, а платформа на которой стояли родители, всё дальше и дальше ускользала от карих глаз. Вот так меланхолично начинается новый этап в жизни Котовой.       Когда связь стала пропадать окончательно, блондинка откинула телефон в дальний угол своей койки и повернула голову, любопытно изучая своих соседей. Не знаю, совпадение это или нет, но рядом оказалась её же возраста девчонка с ярко рыжими волосами заплетенными в тугие косички. Она выглядела забавно в велюровом костюмчике нежно зеленого цвета. Веснушки осыпали её курносый нос и мягкие щечки, она читала книгу «маленькие женщины» хорошая литература отметила про себя Лиза.       — Долго будешь пялиться? — глухо поинтересовалась объект наблюдения, Елизаветы. У этой девушки был спокойный тембр и довольно мелодичный голос, схожий с диснеевскими принцессами. Этой рыжей очень бы подошло амплуа Авроры, но это только на первый взгляд.       Побагровев за секунду, понимая, что её слежку заметили. Хоть Лиза и не скрывала своего изумление и восторга, от внешности красивой ровесницы, она деловито цокнула и буркнула под нос, что было бы на кого пялиться. Это защитный механизм, реакция, называйте как хотите. Она выглядит язвой, но в душе довольно притяный человек.       — Что ты там мурлычешь, златовласка? — поднимая правую бровь в намеке, что она дает ещё один шанс на нормальное знакомство.       Рыжая убирает книгу в сторону и усаживается поудобнее, повторяя за Лизой позу лотоса, так же открыто и любопытно изучая блондинку. Минуты в звенящей тишине, только стук колес и шумные разговоры соседей с верхних полок напоминал, что они не одни.       — Лиза, — первая сдалась Котова, дружелюбно протягивая руку для знакомства       Девчонка на этот жест забавно вытянула губы как бы размышляя над предложением, спустя мгновение на её лице образовалась миловидная улыбка, а вслед за ней и протянутая рука. Лиза отметила про себя, что у её оппонента были довольно нежные руки, теплая ладонь с длинными пальцами, мягко обхватила такую же теплую ладонь скрепляя зарождающиеся знакомство.       — Мария, — продолжая дарить нежную улыбку представилась рыжая девчонка.       От Марии веяло женской аурой, столь элегантно и мурчательно она выглядела и звучала. Рассматривая её поближе, Лиза подметила, что та довольно хорошо ухаживает за собой. У Марии ровная кожа, без несовершенств, она была без макияжа, но лицо её в отличие от Лизиного, словно подсвечивалось изнутри. У неё были тонкие брови, длинные ресницы и пухлые губы густо покрытые вазелином, от неё пахло чистотой и цитрусом.       В сравнении с Лизой, Мария была греческой богиней сошедшей с небес. Котова легко завела общение с этой лисой, как оказалось, Маша — студентка того же вуза, что и сама Лиза, только она не первашка, а второкурсница, но были они одного возраста.       Девушки сошлись в общих интересах и провели время за разговорами о Коктебеле и студенческой жизни, Маша рассказывала интересные истории о преподавателях и «звездах» общежития, а Лиза только хихикала и воодушевленно кивала. Они обменялись контактами и условились на том, что, Маша проведет экскурсию по Коктебелю.       Почти весь путь прошел незаметно, девчонки до самого вечера болтали о всякой всячине, а на остановках делали перерыв на перекур. Котова засыпала с мыслью, что с Машей она должна сдружиться, об этом же думала и сама рыжая.       — Златовласка, вставай, через час мы приедем. — девушка робко касалась блондинки, которая по макушку накрылась ватным одеялом и сонно бормотала, чтобы та отстала.       Приложив усилия у Марии получилось разбудить это спящее тело. Пока рыжая расплетала свои французские косы и одновременно делала гимнастику для лица, блондинка клевала носом и несколько раз порывалась ещё поспать пять минуток. Сладко зевая и поджимая под себя ноги, Котва стала наблюдать за преображением Марии, которая, словно фея порхала у маленького зеркальца. Даже при такой обстановке она смогла сделать ровные стрелки, Лиза слегка завистливо ахнула, поражаясь навыкам, на что рыжая только улыбнулась.       — Кстати, — голубоглазая обильно прокрашивала ресницы коричневой тушью — Тебя кто-нибудь встретит? Или ты в слепую едешь? — Маша, забавно приоткрыла рот чтобы прокрасить нижние ресницы, она понимала головой, что это никак не поможет в макияже, но, что уж сделать, привычка.       Перед тем как уехать, родители вскользь упомянули о Хенкиных. Отец не вдаваясь в детали рассказал о тех, к кому отправлял дочь. В тот вечер, Лиза без особого энтузиазма слушала главу семьи, а ковыряла ложкой суп и параллельно залипала в смартфоне. Но одного она усвоила точно, менты нам не кенты.       — Ну, батя сказал, что меня встретит какой-то мальчик. — безэмоционально промямлила девушка Маша опустила зеркало и широко открыла глаза, словно в изумлении.       — Ты хочешь сказать, что тебя встретит мальчишка, а ты даже не приведешь себя в порядок?       Минутная пауза, спящие мозги пытаются переварить услышанную информацию. Лиза слабо кивает, в целом ей было всё равно какой её увидит этот пацан. Особого восторга и чувства симпатии он не вызвал, когда отец показывал фотографии какого-то Бориса.       — А надо что-ли? — скривилась блондинка       — Если симпатичный, то надо. Фотографии покажи.              Мария отставила зеркало и косметичку в сторону, намекая на то, что она вся во внимании этого белобрысого птенца. Когда Лиза зевая повернула экран смартфона в сторону рыжей, та усмехнулась.       — Судя по твоей усмешке, вы знакомы, да? — поджимая губы заключила Котова       — Да, хороший парень. Тебе лучше привести себя в порядок, и мой тебе совет, будь аккуратнее в словах рядом с Хенкиным. — загадочно протянула Маша, — Хочешь, я тебя накрашу?       От такого предложения девушка оторопела и замешкалась. Нужно ли ей это вообще, в голове крутились навязчивые мысли: «А стоит ли это того?»; «А точно ли получиться красиво?»; «Она предлагает это по доброте душевной или из корыстных целей?».              — Ладно, расчехляй свой ящик пандоры. — махнула рукой Лиза, давая свое лицо на эксперименты и безумные идеи новоиспеченной знакомой.       Пока Мария, нежными и ловкими движениями проводила кистью по лицу блондиночки, она думала о словах знакомой. Что же в этом Борисе такого, что ей стоит фильтровать речь?