Новый год...

***       1 января, 12 ночи.       Она смеется под одобрительные возгласы своих полупьяных товарищей по гильдии, оказавшись в эпицентре безумия, на новогодней вечеринке Хвоста Феи, празднуя со своими самыми близкими друзьями и благодаря высшие силы за то, что ее жизнь стала такой счастливой и ценной в момент, когда Нацу целует ее. Конечно, это коротко, легко, почти мимолетно.       Конечно, он знатно напился огненного виски (благодаря до смешной низкой переносимости алкоголя) и, вероятно, утром ничего не вспомнит. Конечно, ведь это Нацу, ради всего святого, — ее товарищ по команде, у которого главный девиз сначала действовать, а уже потом думать; ее друг, которому, казалось, почти доставляло огромное удовольствие попадать в ненужные неприятности; ее товарищ, второе имя которого — «иррациональность».       По неизвестной причине, Люси не должна рассматривать поцелуй в каком-либо более глубоком контексте. Она не должна прикасаться к губам, когда он отстраняется с кривой ухмылкой на лице. Ей не положено вздыхать; не положено краснеть по каким-либо другим причинам, кроме беспричинного употребления алкоголя. Ей определенно не должно это нравиться.       Но на самом деле почти никогда не получается так, как ты планируешь. И внезапно, почти комично, Люси Хартфилия понимает, что влюблена в Нацу Драгнила ***      10:16 утра, 14 февраля.       Она стоит перед зданием гильдии с корзинкой, в которой находятся шоколадные конфеты, сделанные её руками, когда она, наконец, набирается решимости, чтобы попытаться продвинуть их отношения вперед. Сердце безумно колотится в груди.       Люси сглатывает и опускает взгляд на кондитерские изделия, над приготовлением которых она кропела всю ночь, не смыкая глаз. Взгляд скользит по скромной целлофановой обертке в виде сердечка, по четырем маленьким сверткам, четырем маленьким знакам дружбы. Затем ее взгляд останавливается на пятом свертке.       Это огромное шоколадное сердце, покрытое корицей, заключенное в коробку ручной работы, перевязанную дорогой шелковой лентой.       И это настолько очевидно, что так ярко отличается от остальных свертков, что она на секунду колеблется, задаваясь вопросом, сможет ли она на самом деле решиться на все это.       Затем она выдыхает, набираясь уверенности, потому что она должна. Блондинка натягивает на лицо решительную улыбку, прежде чем пройти мимо дверей и подойти к столу, за которым собрались ее друзья. Где он, без сомнения, выставляет себя дураком. Острые глаза быстро поворачиваются в её сторону, замечая только что подошедшую к ним девушку       — Люси! — Его ухмылка безумно довольна — Привет.       Она инстинктивно краснеет и проклинает свою невероятно детскую реакцию.       — Всех с Днем Святого Валентина! — Она приветствует всех с улыбкой и подбегает к Грею, Хэппи, Эльфману и Локи и кладет перед ними похожие пакеты — Шоколад дружбы — уточняет она и наблюдает забавляясь разной реакцией каждого.       Хэппи приходит в восторг и прыгает в ее распростертые объятия, Эльфман смущенно краснеет, улыбаясь с головы до ног, Локи погружается во что-то похожее на депрессию, а Грей ухмыляется, почти понимающе.       — Спасибо, Люси. — Говорит он, прежде чем взглянуть на последнюю упаковку в ее корзинке.       Черноволосый ледяной маг по-волчьи ухмыляется.       — И эта последняя для …?       Она волнуется, надеясь, что чистая воля прогонит ее румянец, пока не стало слишком поздно       — Эй! Люси! — Раздраженный голос прерывает ее волнение, и Нацу внезапно оказывается перед ней, слегка сверля взглядом, так близко, что она может чувствовать тепло его постоянно излучаемого тела — Где мой шоколад?       На лице девушки появляется напряженная улыбка, сердце сильно колотится в грудной клетке. Она тянется за шоколадкой и осторожно протягивает ее ему, переводя взгляд на его лицо.       Она, конечно ждет его реакции. Поскольку шоколад для него явно отличается от других, для него было бы невероятным подвигом не заметить этого различия. Все остальные это замечают: Хэппи, Миражанна и Леви в абсолютном восторге, Эрза и Грей ухмыляются, как будто это было предсказуемо, Эльфман улыбается, а Локи откровенно жалуется на несправедливость всего происходящего.       Чего она не ожидала, так это того, что он на самом деле поблагодарит её.       — Круто. — говорит он со своей фирменной улыбкой — Спасибо. — И продолжает его уматывать за обе щеки.       Глаза не расширяются от осознания. Не краснеет. Никакого внешнего подтверждения того, что он вообще распознал ее вполне очевидную попытку признаться ему в чувствах.       Плюхаясь на свое место, он совершенно не замечает, что все вокруг хлопают себя по лбу (а Локи еще более откровенно жалуется на несправедливость всего этого). Люси в оцепенении занимает место за столом, на мгновение смотрит на стол перед собой и тут же ударяется об него головой. ***       14 марта, 14:20.       Она гуляет по городу, ее подсознание уводит подальше от гильдии, потому что она искренне не хочет встречать его чаще, чем необходимо, в момент когда случайно сталкивается с ним.       В витрине магазина…       С другой девушкой…       Она искренне хочет всем своим существом, чтобы она не чувствовала к нему никакой симпатии, потому что это причиняет боль, и она в ярости. Люси хмурится, когда огненный маг ухмыляется неизвестной женщине, и пытается убедить себя, что это не ее дело. Она рада, что он не понял ее признания в тот день, и все к лучшему, что они в конечном итоге не вместе.       Однако ком в ее горле не проходит, когда она смотрит на них, гнев читается в ее темно-каштановых глазах.       — О, Люси! — Нацу зовет её, и она смутно осознает этот факт.       Он машет ей рукой, и она колеблется, прежде чем помахать в ответ и маленькими шажками подойти к тому месту, где он стоял.       — Привет. — Она говорит довольно неловко.       — Я бы хотел букет цветов для этой девушки, пожалуйста.       Люси смотрит на него так, словно у него только что выросла еще одна голова, и его слова не доходят до нее, пока продавщица (как она не заметила ее зеленый фартук с надписью «Цветочный магазин Сакура», не спрашивает       — Какие цветы вы бы хотели?       Блондинка краснеет, потому что эти действия ошеломляют ее.       — Ах… лилии…       Когда продавщица исчезает в подсобке, она поворачивается к розоволосому спутнику с выражением, в котором больше недоверия, чем вопроса.       — Что все это значит?       — Подарок на белый день. — Он отвечает просто, быстро проводя рукой по волосам.       Работница возвращается с букетом свежих лилий и Люси не совсем понимает, что сказать, когда сверток наконец оказывается у нее в руках. Она краснеет. Сильнее. Если он дарит ей подарок, то он, очевидно, думал о Дне Святого Валентина в каком-то смысле, и, возможно, надежда еще есть…       — Я бы хотел заказать еще два букета таких же лилий. — Говорит другой мужской голос, в котором она не узнает голос Нацу. Грей внезапно появляется словно из ниоткуда и самодовольно ухмыляется рядом с ней. Нацу буквально рычит, когда выносят цветы, и она несет три букета лилий.       — С Белым днем, Люси.       Розововолосый волшебник швыряет на стол еще денег, рыча:       — Еще три таких же.       Когда она наконец понимает, что происходит, она уходит, не зная, плакать ей или пнуть что-нибудь. Это просто еще одно из их соревнований… ***       22 апреля, 15:54.       Она пылесосит свою квартиру, вытирает пыль с книжных полок, отмывает ванную и делает все остальное, что влечет за собой весенняя уборка, когда понимает, что не может просто так отпустить его. Весь инцидент с днем валентина, ее первая попытка признаться, конечно, немного потрясла ее, она чувствовала себя неуверенно. И случай с белым днем был серьезным разочарованием. Она решила просто забыть обо всем этом.       Возможно, это был Божий способ донести до нее, что они с Нацу должны остаться лучшими друзьями, товарищами, и никем больше. Она же не могла так сильно влюбиться в него, верно? Блондинка заканчивает с ванной комнатой и чуть не роняет ведро, когда до ее ушей доносится резкий, приглушенный голос, который принадлежит не ей.       — Люси.       Она пытается убедить себя, что хаотичное биение ее сердца вызвано адреналином и ничем иным.       — На-нацу! — Карие, взволнованные глаза наконец останавливаются на огромном силуэте на ее кровати, завернутом в одеяло. — Когда ты сюда попал?!       Его голова выглядывает из-под ее одеяла, выражение его лица расстроенное и непривычно мрачное. Он пожимает плечами и просто говорит:       — Ты ведешь себя странно…       Конечно, после фиаско с Днем Святого Валентина она избегала близкого контакта с огненным магом. Она отказывалась от многих заданий с ним, в последнюю минуту придумывая оправдания. Она не так часто ходила в гильдию, зная, что он относился к этому месту как ко второму дому. Но она думала, что ведет себя сдержанно и вполне естественно.       — Я… Просто в последнее время я была очень занята. — говорит она, не глядя на него.       Он усмехается, но не резко.       — Ага. Ты так и говорила до этого       В воздухе повисает почти осязаемая тишина, прежде чем он сбрасывает с себя одеяло и встает. Он смотрит на нее с серьезностью, которую она не совсем понимает       — Я просто… — Он секунду колеблется со словами, прежде чем пожать плечами — непривычно, когда тебя нет рядом.       Она гадает, слышит ли он ее сердце, потому что оно бьется так громко.       — О. — бормочет она — Ну, я эээ. Мне жаль. — Внезапно он широко улыбается.       — Ага. Ну, просто хотел, чтобы ты знала. Заходи почаще.       Розововолосый волшебница уже стоит у окна, собираясь выпрыгнуть, когда он оборачивается и говорит — Все скучают по тебе.       Когда она уверена, что он окончательно покинул её квартиру, блондинка падает без сил на свою кровать. Затем она внезапно осознает, что все ее простыни пропитались его запахом, и задается вопросом, удастся ли ей уснуть этой ночью. ***       7:32 утра, 21 июня.       Она сидит на маленькой деревянной рыбацкой лодке, со своими товарищами по команде, на пути к какому-то острову у черта на куличках, обливаясь потом и жалуясь на невыносимую жару, когда она, наконец, осознает степень невероятной привлекательности тела Нацу. Волшебник снимает жилет, когда он тут же на него блюет, и Люси не так отвратительна данная картина, как могло бы быть.       Она не знает, почему ей так нравится видеть его без верха, когда его грудь всегда на виду, но она не может найти причин, чтобы беспокоиться об этом. Она поглощена разглядыванием, когда Грей внезапно говорит:       — Эй, Нацу. Разве у тебя не день рождения?       — Тебе-то какое дело — Он огрызается со всей злобой, на какую только способен человек.       — Что?! — Она восклицает, нагло вмешиваясь в их с Греем ссору, чуть не опрокидывая свой стакан с лимонадом на пол — У тебя день рождения?!       Он кивает, не в силах говорить.       — Почему ты мне не сказал? — Она визжит, чувствуя себя ужасно из-за того, что не знала столь важной информации о человеке, которого она так высоко ценила. Девушка поникает, озабоченно хмуря брови — Прости, я понятия не имела. Я могла бы подарить тебе что—нибудь …       — Забудь. — Он ворчит, держась за живот. — Возможно, это даже не мой настоящий день рождения.       Люси переводит растерянный взгляд на Хэппи, который объясняет.       — Никто не знает, когда родился Нацу, поэтому Игнил, решил сделать его в первый день лета.       Волшебница звездных духов понимает, что она даже этого не знала, и тот факт, что она многого не знает о Нацу, воспринимается довольно болезненно. Парень с розовыми волосами постанывает со словами:       — Люси, в этом нет ничего особенного. — Он кладет голову на деревянную скамейку и морщится от ее жесткости — Просто подойди сюда и позволь мне положить голову тебе на колени.       Если бы это был кто-то другой, Люси уверена, что была бы в ярости. Но это Нацу, и она не может сдержать румянец на щеках. Она гладит его по мягким волосам в манере, которой всегда удавалось его успокоить, и он смотрит на нее ошеломленными, благодарными глазами.       — Видишь? Ты знаешь все важные вещи. — Бормочет он, слабо улыбаясь.       И у неё возникает внезапное, довольно непреодолимое желание зацеловать его до полусмерти. Поцелуй, решает она, — подходящий подарок на день рождения. Когда она наклоняется, что-то внутри нее кричит, что она выходит далеко за свои границы, что она, вероятно, использует его в своих интересах, когда он не может себя защитить, но желание коснуться его губ своими непреодолимо, и она не может сопротивляться.       Люси находится в нескольких дюймах от его лица — ее сердце бешено колотится в груди, и она потеет не из-за жары, а по другим причинам, и он все еще не понимает, что она делает, но она игнорирует все это, пока лодка сильно наклоняется, и его рвет прямо на ее туфли.       Естественно, она с визгом отталкивает его от себя, но отмечает, что желание поцеловать его никуда не исчезает. ***       10:45 вечера, 7 августа.       Она прогуливается в своей лазурной юкате с рисунком лилии. Оживленность Звездного фестиваля едва начинает угасать, когда она обнаруживает его сидящим в одиночестве возле дерева танабата с бумагой в руке и смотрящим в сверкающее ночное небо.       — Люси— Люси. — решительно говорит он, прежде чем повернуться к ней лицом.       Блондинка бросает на него удивленный взгляд, на что он улыбается и объясняет.       — В твоем аромате всегда есть ваниль.       Она борется со своим смущением, направляясь к нему и садясь справа.       — Что ты делаешь вдали от празднества? — Наконец она спрашивает, одаривая его своим лучшим ледяным взглядом — Я думала, что ты больше всех любишь фестивали — со всеми этими яркими красками и шумом.       Нацу пожимает плечами, прежде чем помахать клочком бумаги в своей руке       — Не мог придумать, чего пожелать.        — Серьезно? — Она коротко хихикает — Я вижу, ты вкладываешь в это ужасно много мыслей.       Он хмурится, хотя в этом нет злобы.       — Просто хочу написать что-нибудь хорошее.       Она кивает, и они погружаются в дружеское молчание. Люси смотрит на звезды, безумно довольная ощущением близости рядом с ним.       — Знаешь, — говорит она, озвучивая свои мысли, — звезды Орихиме и Хикобоши встречаются сегодня вечером. Это действительно романтично.       Глаза Люси расширяются от внезапного осознания последствий, и она краснеет с головы до ног. Зачем она это сказала?       К счастью, парень слишком занят своим желанием, чтобы воспринимать ее слова в каком-либо более глубоком контексте       — Действительно?       — Да — говорит она, и взгляд ее смягчается, когда она смотрит на него.       Он довольно громко выдыхает, откладывая свой лист бумаги. Затем он неожиданно поворачивается к свертку справа от нее.       — Что это?       — Хм? — Она протягивает руку к упакованному пакету — О. Это книга. Подарок на день рождения от Леви.       Он ошеломлен.       — У тебя сегодня день рождения? — И его брови хмурятся — Почему ты мне не сказала?       Она пожимает плечами, бросая на него взгляд.       — Просто подумала, что, поскольку ты не сказал мне свой, было бы несправедливо, если бы ты знал мой.       Волшебник в ответ бросает на нее безжизненный взгляд.       — Это глупо.       В ответ Люси показывает ему язык.       Затем к нему внезапно приходит вдохновение, и он что-то строчит на своей бумаге. Закончив, он улыбается той улыбкой, от которой у нее начинают порхать бабочки в животе, и он показывает ей свое желание. Там, его неряшливым почерком, написано:       — От всей души поздравляю Люси с днем рождения.       Она моргает, на мгновение ошеломленная. Когда он идет, чтобы привязать его к ветке дерева танабата, она останавливает его.       — Подожди. — Она взволнованно говорит, хватаясь за подол его жилета — Не трать свое желание на меня.       Затем он смеется и говорит, как будто это самая очевидная вещь в мире.       — Разве желать себе счастья — пустая трата времени? — Закончив, он стоит перед ней с веселыми глазами — С днем рождения, Люси.       Блондинка настолько удивлена, что она буквально умирает от восторга. ***       31 октября, 17:46 вечера.       Она дорабатывает детали своего костюма дракона (который на самом деле состоит только из мини-платья, сапог до бедер и перчаток из змеиной кожи, пары крыльев летучей мыши, хвоста с шипами и пары рогов) для вечеринки в честь Хэллоуина в ночь, когда решает, что может просто попытаться соблазнить его. Потому что она знает, что она симпатичная, а Нацу молодой, здоровый парень. Наверняка у него есть либидо. И разве он не питает слабости к драконам?       Блондинка заканчивает примерно к 7 и остается полностью довольной результатом. Костюм стягивает ее кожу, облегая ее молодое, пышное тело. Затем она думает над тем, что скажет, и, будучи совершенно неопытной в соблазнениях, автоматически вспоминает реплики, которые Локи использовал на регулярной основе.       — У тебя есть карта? Потому что я продолжаю блуждать в твоих глазах.       Люси закатывает глаза, потому что никто на это никто не поведется, и черта с два это сработает на Нацу. Ей просто придется довольствоваться своими женскими уловками…       Окно открыто, и Нацу сидит там в своем костюме пожарного, улыбается и готовясь уходить.       — Йоу, Люси. Готова?       Волшебница звездных духов собирается с мыслями и почти хищно приближается к нему. Она кладет руку на талию, опускает веки и смотрит соблазнительным взглядом. Она расхаживает с важным видом, подчеркивая движение бедер. Она почти переступает ту воображаемую черту, которая ограждала его личное пространство, когда раздается:       — В какое чудовище ты нарядилась?       И вот так момент исчезает, и желание ударить его возвращается в полную силу. ***       23 ноября, 23:04.       Она бежит по коридорам, вонь антисептика и медицинских препаратов стоит во всем здании. Девушка лихорадочно ищет комнату 104, когда она, наконец, натыкается на нее, запыхавшись. Он сидит в постели с широкой улыбкой на лице, весь в бинтах, и она не знает, чего ей хочется — поцеловать его или придушить. Она не делает ни того, ни другого. Вместо этого она кричит.       — Что, черт возьми, с тобой не так?! Как ты мог уйти один, даже не сказав мне или Хэппи? — Выражение его лица становится неприятно мрачным       — Думал, у меня есть зацепка по Игнилу. — И он отводит взгляд, пытаясь казаться беспечным по этому поводу. — Слишком опасно брать с собой кого-либо из вас.       — Ты пошел один?! — Она визжит, не понимая его логики — Тебя могли убить, Нацу! Как ты можешь быть таким…таким безрассудным! Глупец!       — Да. — Он бормочет тише, а выражение его лица непроницаемо — Я идиот.       Розововолосый маг наконец поворачивается, чтобы посмотреть на нее каменным взглядом, прежде чем тихо признается.       — Игнил ушел. Если кто-то из вас пострадает, не знаю, смогу ли я это вынести.       Злость блондинки лопается, когда из её глаз начинают литься слезы и бросается к нему, стараясь избежать его травм.       — О Боже… — Она рыдает ему в плечо — Ты идиот! Что, если бы я потеряла тебя?       Он неловко обнимает ее своей рукой, и она точно знает, за что будет благодарна в этом году. ***       6:31 утра, 25 декабря.              Она сидит в своем огромном кресле с откидной спинкой, с мягким пледом на коленях и кружкой горячего шоколада в руках, окутанная теплом комнаты, полной спящих друзей. Он спит в ногах ее кресла. Его волосы растрепаны, но это происходит постоянно, поэтому Люси не ожидает ничего другого. Вопреки ее ожиданиям, он сопит довольно тихо.       Она улыбается, когда он ворчит во сне.       — Ты идиот. — говорит она с нежностью, у нее возникает непреодолимое желание погладить его по волосам, как тогда, на лодке — Я не знаю, почему я так сильно тебя люблю. — Она слегка хихикает — Никто не знает, почему я тебя так сильно люблю, ты темпераментный, ты бестактный.       Люси морщится, вспоминая все инциденты за последние дни.       — Ты бросаешься во все с головой, не думая о последствиях. Ты глупый. — Она говорит, нахмурив брови — Я имею в виду, любой другой человек заметил бы, насколько сильно я стараюсь. — её речь становится напыщенной, но она не пытается остановиться. — Я выставляю себя дурой, понимаешь? Я путаюсь в словах рядом с тобой, когда вижу эту глупую ухмылку, которая у тебя всегда удается.       — Я так сильно за тебя беспокоюсь. Конечно, я волновалась за тебя и раньше, но никогда это чувство не было так… сильно. Боже, насколько же оно сильное? Боюсь, я могу просто умереть от чрезмерного беспокойства.       Она бросает на него свирепый взгляд, но в нем нет никакого злого умысла       — И тогда ты очень пожалеешь, что не оценил, как сильно я забочусь о тебе, что не понял, как сильно я люблю…       — Счастливого Рождества, Люси!       — Что?       Хэппи, который воспользовался своим туалетом, только что выскочил, и блондинка настолько удивленная его внезапным появлением, переваливается через край своего кресла, падая таким образом, что ее лицо встречается лицом к лицу с Нацу, и ее губы врезаются прямо в его губы. Произошедшее будит оставшихся в комнате людей, и первое, что они видят в то рождественское утро — это двоих в неловкой, но все же довольно компрометирующей позе.       Люси автоматически отшатывается от все еще спящего мага, но недостаточно быстро, Нацу открывает глаза и видит, что лицо его товарища по команде безумно покраснело, губы слегка опухли от произошедшего, а её голова всего в нескольких дюймах над его собственной. Но, будучи далеко не самым умным человеком, он отвечает со счастливой улыбкой.       — Доброе утро, Люси. Счастливого Рождества.       Блондинке требуются все усилия, чтобы не признать чувствовать себя виноватой, ровно как это сделали все остальные в комнате. ***       23:59, 31 декабря.       Она разговаривает со своими товарищами по гильдии, двигаясь под энергичную музыку, снова погруженная в безумие, которое было на прошлогодней новогодней вечеринке Хвоста Феи, когда Нацу отводит ее в сторону, и она вздыхает, потому что у него в руке бутылка огненного виски, потому что ловит дежавю, ведь ситуация поражает ее, как кирпич на голову.       — Что? — Говорит она, когда он оттаскивают её немного в сторону.       — Что, что? — Его брови хмурятся       — Зачем ты меня оттащил? Мы пропустим обратный отсчет. — Она измученно вздыхает.       — Я бы сказал, этого не избежать. — Она закатывает глаза, потому что он всегда такой, когда пьян. (И довольно кокетливый, если судить по прошлому году). 10…       — Смотри! Мы всё упускаем! 9…       — Отсюда ведь можно вести обратный отсчет. 8…       — Что, если бы я захотел встретить Новый год так? 7…       — О чем ты говоришь? 6…       — Ты пьян! 5…       — Да, … Немного. 4…             — Или много. 3…       — Ты бы не мог отпустить меня? Зачем так хвататься? 2…       — Потому что мы собираемся поцеловаться». 1…       — С НОВЫМ ГОДОМ!!! — раздаются выкрики.       И вот так Люси и Нацу целуются. Она совсем не помнит такую страсть в прошлогоднем поцелуе, но прошлый год теперь кажется таким далеким. Когда они отлипают друг от друга, она запыхавшись и раскрасневшись, сказала:       — Что это было? — и это ее первые слова в Новом году.       — Я люблю тебя. — Он говорит это без колебаний. Он говорит это с той же энергией и строгостью, которые вкладывает во все, что он делает, и она в шоке.       — Что? — Он слегка вздыхает на её реакцию.       — Не могу поверить, что мне пришлось сказать это прямо.       — Да?       — Я думал, это было довольно очевидно, учитывая то, как я всегда себя веду с тобой — Он очень мягко усмехается.       И она не знает, что и думать.       — Да ладно…       Он потирает затылок       — Серьезно, я имею в виду, что купил тебе подарок на Белый день, а еще было это дурацкое пожелание на день рождения и то ответное объятие. Разве не так поступают парни? — И он улыбается своей широкой сердцетрепещущей улыбкой — Правда, Люси. Ты какая-то глупая.       Ей хочется ударить его за то, что он расстраивал ее, за то, что заставил ждать, за то, что во всем произошедшем не было абсолютно никакого смысла. Но сейчас 12 часов ночи, 1 января, и прошел целый год, и она стала на целый год мудрее, а то, что у них теперь есть, на целый год более значимо.       Поэтому вместо этого она целует его.