1. Опасней зверя

Лес доверия не вызывал. Но вариант попасться в руки мародерам тоже особо не прельщал. Надо было действовать быстро, поэтому она завязала волосы, чтобы не цеплялись за кусты и ветки, и углубилась в чащу. За ней гнались, но преследователи вряд ли сунутся в лес всей толпой. Слишком опасно. После случившейся катастрофы оттуда выходили странные существа, как будто людские кошмары вдруг обрели реальность. Лес менял тех, кто осмеливался в него заходить. Но у нее не было выбора. Ей нужно было спасти не только себя. Сбоку послышался подозрительный шелест, и она ускорила шаг. Не бежать, сломя голову. Выбирать ориентиры и двигаться по ним, иначе начнешь идти по кругу. Не давать панике заглушить голос рассудка. Да, все плохо, но станет еще хуже, если сейчас дать слабину. Ей хотелось домой. Но не в те развалины, что остались после катастрофы, а в то время, когда все было хорошо. Тогда будущее было определенным и простым, повседневные заботы - приятными и легкими, а вечером с работы возвращался муж... Сердце кольнуло острой иглой. Он мертв. Конечно же он мертв. Его наверняка убили в первую очередь, с учетом специфики его работы. Иначе он сразу бы пришел на помощь, она знала это наверняка. Он был готов отдать за нее свою жизнь. Лить слезы сейчас было бессмысленно, сокрушаться о несправедливости судьбы - тоже. Это случилось. И надо было разбираться с последствиями, пока они не разобрались с ней. Во мраке чащи снова послышался шум. За ней кто-то наблюдал, и это ее пугало. Солнце, опускаясь за деревьями, приобретало странные, нереальные оттенки. Причудливые тени пускались в пляс, когда по лесу проходил порыв ветра. В кронах щебетали птицы. Их песни походили на крики агонии. Несколько раз она спугнула каких-то мелких созданий, затаившихся среди кочек. Одно взвизгнуло и шмыгнуло прочь, другое угрожающе заурчало, оперевшись на пять костлявых суставчатых ног и распушив облезлую шерсть. Она не стала всматриваться. Такое лучше не запоминать. Впереди замаячил просвет, но в лесу ничему нельзя было доверять. Она осторожно приблизилась к кромке и огляделась. Просека. Если пойти по ней, можно выйти на дорогу. Сперва ее глаза не уловили ничего кроме полуистлевших деревьев, но внезапно она увидела оленя. Точней, то, что когда-то было оленем. Оно осторожно пересекало открытый участок, перебирая тонкими как тростинки копытами. Оно выглядело таким же мертвым и уродливым, как и лес вокруг. Ветвистые рога обросли мхом и лишайником и были так тяжелы, что существо пригибало голову к земле. Черные глаза, сочащийся из пасти гной, торчащие из шкуры ребра... Она застыла, не в силах отвести взгляд от этого кошмарного зрелища. Олень поднял голову и посмотрел прямо на нее. В его взгляде не читалось ничего кроме невыносимой боли. Он издал неприятный булькающий звук, мотнул тяжелыми рогами, будто указывая направление, и скрылся в чаще. Еще несколько мгновений она стояла неподвижно, пытаясь прийти в себя от ужаса, а потом продолжила путь. Олень указал на север. Стоило ли доверять такому знаку? Нет, но другого у нее не было, а лес постепенно погружался во мрак. Оставаться здесь на ночь? Нет уж, спасибо. Спустя где-то полтора часа она действительно набрела на дорогу. Что ж, олень не обманул, и теперь у нее появилась надежда добраться до чего-то безопасного, где можно будет переночевать. Достаточно было бы какого-нибудь полуразрушенного домика, где будет крыша над головой и возможность развести огонь. Стараясь экономить силы, она пошла вдоль дороги. Обычная петляющая среди деревьев полоса асфальта. Разметка практически стерлась, то и дело попадались ямы и колдобины, а в каком-то месте дорогу перегородил упавший ствол. Когда она перебиралась через него, то услышала вдалеке рев моторов. Это не означало ничего хорошего, так что она поспешила спрятаться в чаще, но только она затаилась, как кто-то зажал ее рот рукой, а к горлу приставил нож. — Пикнешь - зарежу. В нос ударило запахом гнилых зубов, нестиранной одежды и мужского пота. За спиной она услышала шорох подкрадывающихся людей, но когда попыталась обернуться, лезвие царапнуло кожу. — Без фокусов. От живой тебя будет больше пользы, а вот мертвой хватит ненадолго. Пока не остынешь. Крис, Эл, на позиции. Нам сегодня везет. Помимо байкеров перепала еще и потерявшаяся цыпочка. Эванс, займись делом и свяжи эту красавицу. Хоть какой-то от тебя сегодня будет толк. Засада. И она в нее угодила. Тот, кого звали Эванс, не преминул воспользоваться возможностью ее облапать, пока вязал узлы и затыкал ей рот кляпом. — Хорошая баба. Сиськи шикарные. Еще и пузо отъела, значит, можно будет не кормить, а то с припасами у нас туго. Рев моторов приблизился, свет фар ударил по глазам. Она не могла разглядеть лиц, но тот, что с гнилыми зубами, выстрелил из чего-то похожего на арбалет, а Крис и Эл бросились в атаку, правда долго повоевать им не пришлось. У байкеров тоже оказалось оружие, гораздо более эффективное, чем арбалет. Эванс, который хотел было ею заняться, быстро схватил свой рюкзак и сбежал в лес, оставив ее, связанную и беззащитную, на растерзание байкерам. — Обыщите местность. Может, от этих крыс осталось что-то полезное. От света фар отделились лучи поменьше и углубились в чащу. Она попыталась отползти за стволы деревьев, но ее быстро нашли. — Оп-па, вот это трофей. Один из байкеров подошел к ней и схватил за волосы, заставляя посмотреть прямо на свет фонарика. Она зажмурилась. — Дейв! Тут связанная барышня! Хорошенькая! — Тащи ее сюда, отвезем в поселение. Рабы лишними не бывают. Другие байкеры столпились вокруг нее, слепя светом фонариков, а тот, кто схватил за волосы, взял ее за связанные руки и поволок по земле к дороге. — Вау, и правда хорошенькая. — И где только они такую нашли? — Интересно, оприходовать уже успели? Тот, кого называли Дейвом, восседал на своем мотоцикле, не спеша помогать другим. На нем была бандана и потрепанная кожаная куртка. В свете фар она увидела его лицо: морщинистое, толстое и заросшее седеющей бородой. — А ты сам не видишь? Еще как успели. Дейв ткнул ее мясистым пальцем в живот, и она инстинктивно согнулась, что вызвало у остальных смех. — А что, может, прям здесь ей займемся? — Та не, после микрочленов этих крыс наши она точно не выдержит. Снова взрыв грубого смеха. Скорее всего, это конец. Что ж, раз так, то без боя она не уйдет. — Развяжи ей рот, Стив. Как тебя зовут, милочка? - Дейв обхватил ее за лицо и стал поглаживать своим толстым пальцем по подбородку, — хочешь жить? Вижу, что хочешь. Не перечь нам, делай то, что мы тебе скажем, и тогда, возможно, твоя жизнь с нами не будет такой ужасной. Как только ее рот обрел свободу, она укусила его за палец, вцепившись в него железной хваткой. — Ах ты сука! Дейв вырвал свою руку, едва не выбив ей зубы и с размаху влепил пощечину такой силы, что у нее откинулась голова, а в глазах потемнело. — Укусила меня! Ну, я тебе покажу, что будет, если будешь выебываться. Что-то щелкнуло. То ли затвор пистолета, то ли пряжка штанов, но после этого почему-то сверкнула яркая неоновая вспышка, и тот, кто держал ее, закричал и бросился прочь, из-за чего она снова упала на землю. Рядом с ней оказалась голова Дейва. Раздались выстрелы, но все они будто отскакивали от чего-то металлического. Одна пуля, срикошетив, едва не попала по ней, и она крепко зажмурилась, ожидая, пока все кончится. Если сегодня ей суждено умереть, значит, так тому и быть. Взревел мотор одного из мотоциклов, кто-то кричал, кто-то пытался отстреливаться, но все крики обрывались с неприятным хрустящим звуком, а мопед, попытавшийся уехать, с визгом колес вписался в дерево. Звуки стихли. Хотя нет, она прислушалась и поняла, что к ней кто-то приближается, издавая металлическое бряцанье. Встав напротив, незнакомец изрёк: — Я СОЗДАН ЗАЩИЩАТЬ И УНИЧТОЖАТЬ. Голос у него не был похож на человеческий. Она открыла глаза. Перед ней стоял киборг. И он выглядел совсем как ее муж. Точней, она сразу поняла, что именно ее муж сконструировал этого киборга.