Избранный с Тисовой улицы

Избранный с Тисовой улицы

      Не смотря на Дурслей, а может быть и благодаря им, Гарри Поттер рос тихим и замкнутым ребенком. И еще очень сообразительным, хитрым и скрытным. Уже в четыре с небольшим года, он прекрасно понимал, что тетя и дядя его не любят, правда еще не понимал за что. И очень быстро научился поступать в соответствии с их ожиданиями, что здорово снизило градус напряженности. Любить они его конечно не стали, но вот беспричинные придирки и упреки прекратились. Они терпели его, он терпел их и ждал того времени, когда станет взрослым и сможет уйти отсюда. Когда он пошел в школу проблем немного прибавилось, но мальчик достаточно быстро понял, как их решить. Нельзя учиться лучше Дадли? Да без проблем — одни удовлетворительно, изредка разбавляемые хорошо и плохо. Избили Дадли с компанией? Он валялся до тех пор, пока соседи не вызвали скорую, и у Дурслей не появились небольшие проблемы. А спустя еще один подобный случай влетело и кузену, потому что дело дошло до полиции.       На Тисовой он старался появляться как можно реже, проводя основное время в школе: различные кружки, секции и внеклассные занятия. Хотя по-прежнему готовил завтраки и ужины, а на выходных копался в саду. Впрочем, что готовка, что садоводство ему были по душе и абсолютно не напрягали. Происходили с ним, конечно, странности, за которые ему влетало особенно сильно, но это было редкостью. Однако, каждый такой случай мальчик держал в памяти, надеясь разобраться с этим позднее. Друзей у него не было, хотя он очень об этом мечтал: скучновато было, но привык, куда же деваться. А еще были странные люди, которые явно его знали, хотя он видел их впервые в жизни. Обо всем «ненормальном» Гарри предпочитал молчать, чтобы не бесить Вернона, но самостоятельно информацию искал, в основном в школьной библиотеке. Нашлось там не очень много, но кое-что было, правда в сказках, легендах и различного рода эзотерической литературе.       Вот только через некоторое время все это получило вполне материальное подтверждение, в виде полувеликана, вломившегося в заброшенный маяк, где они ночевали, спасаясь от потока странных писем, адресованных Гарри Поттеру. Парнишка особо удивлен не был, но зато был здорово озадачен, а потому, задав несколько вопросов наивному Хагриду, быстро понял, чего от него ожидают и примерил на себя новую маску. Правда с каждым годом ему все это нравилось меньше и меньше. Последней каплей стал Турнир Трех Волшебников и последующее возрождение Волдеморта. Почему этим маньяком не занимаются те, кому положено по должности, а пытаются все спихнуть на него, он не понимал, да и не собирался. Да и Министр Магии ясно дал понять, что никакого «Темного Лорда» в природе не существует. Очень раздражала позиция директора: вместо того, чтобы собрать Визенгамот, надавить на Министерство, он толкает речь перед школьниками — идиотизм чистейшей воды.       Не добавляло оптимизма и возрождение Волдеморта: этот псих от него не отвяжется, пока не прикончит или не сдохнет сам. Но эту проблему он пока решить не мог, а потому сосредоточился на другой. Независимость. Он пошел с Хагридом лишь почуяв намек на нее, а все осталось как прежде, даже немного хуже стало. Конечно Дурсли присмирели, но возвращаться к ним еще раз было уже выше его сил. Особенно сейчас. И почему Сириус не хочет забрать его к себе, ведь где-то же он живет? Отговорки крестного парня бесили почти так же, как действия Дамблдора. Оставалось вернуться к старому плану, который он отложил, когда попал в Волшебный мир. Впрочем, тут у него имелось небольшое преимущество: он был достаточно богат, чтобы жить самостоятельно. Как раз именно то, чего ему не хватало в обычном мире. Оставалось найти девчонку согласную от него «залететь» и дело в шляпе, в Распределяющей…       Гарри вздохнул, единственная подходящая кандидатка училась на Слизерине и хвостиком таскалась за Малфоем, а его терпеть не могла. И зачем он спорил тогда со старой ветошью?! Точнее, кандидаток было больше, но вот подходящая, именно одна. Панси Паркинсон. Просто другие его не устраивали либо близостью семьи к Дамблдору, либо, как в случае с Гринграссами, ему просто нечего было им предложить. А вот с Паркинсонами было бы идеально: чистокровные, из Священных двадцати восьми, не участвовавшие в прошлом противостоянии лично, хотя и ходили слухи, что отец Панси щедро финансировал Волдеморта, надеясь на дивиденды, и, теперь, бедные, хотя былого влияния не потеряли. Брак с Панси дал бы ему независимость, а им деньги, к которым они привыкли и все довольны. Он правда не был уверен, что девушке обязательно беременеть, тут он ориентировался на магловские законы, но брак, в любом случае, сделает его свободнее чем сейчас. Пусть и придется жить с оглядкой на жену, впрочем, он был уверен, что сможет договориться о раздельном проживании. Ну и была мысль, что отец Панси сможет договориться со змеемордым, ведь предлагал же тот уже дважды, перейти на его сторону. Авось не поздно еще.       «Понадеялся, идиот, на Дамблдора! А он только языком трепать горазд. Нужно было соглашаться. Раз всем магам похрену, мне-то это зачем? Пускай власть захватывает, мне-то что с того? Все равно это стадо не мычит и не телится. Может хоть он порядок наведет. Ну да, из-за него я остался сиротой, только его смерть не вернет мне родителей, а вот вырос я сиротой из-за Дамблдора, который спихнул меня к Дурслям. Нет уж, господин директор, хватит. Разбирайтесь со своей проблемой сами!»       С этой мыслью Гарри вытащил из кладовки так и не разобранный чемодан, заскочил на кухню и бросил на стол записку Дурслям, чтобы не дергались, и вышел в ночь. Палочка, Ночной Рыцарь, Дырявый котел — план бегства прошел без сбоев. Конечно через неделю, а может и раньше, его хватятся, он был в этом уверен, но один день у него есть точно и нужно использовать его с умом.       Проснулся он рано, написал письмо, посмотрел вслед улетающей сове и поплелся завтракать. После этого Гарри совершил поход в банк, а затем в Т&Т и без пяти десять сидел за столиком на веранде кафе Фортескью, поглядывая на только что купленные часы. Без нескольких секунд десять под крышу веранды зашел мужчина в черной мантии, окинул взглядом столики и уверенно направился к нему.       — Мистер Поттер, доброе утро, — несколько напряженно поприветствовал он парня, — позволите присесть?       — Конечно, мистер Паркинсон, присаживайтесь, — дружелюбно, хотя и несколько нервно, кивнул Гарри, — извините, что побеспокоил вас в столь ранний час, но опасаюсь, что времени у меня не так много, как хотелось бы.       — И что могло заставить Избранного просить о встрече? — поинтересовался мужчина, усаживаясь на стул.       — У меня есть одна проблема, и я думаю, что вы способны помочь её решить, — парень решил не тянуть время, — мне нужна свобода, которая естественным путем у меня будет только через два года, у вас есть дочь, которая может подарить мне эту свободу, а у меня есть достаточно денег, чтобы вы могли вернуться к прежнему образу жизни. Кроме этого, существует еще небольшое недоразумение, случившееся буквально четыре дня назад…       — Кажется я понимаю, о чем вы говорите, — покачал головой Паркинсон, — и если проблема действительно решаема, то вот недоразумение…       — Понимаете, — перебил его Поттер, — ОН, лично, предлагал мне присоединиться к нему, но я был слишком выбит из колеи и отказался. Возможно, вы могли бы передать ЕМУ, что я сожалею о поспешно принятом решении и хочу знать условия, на которых можно начать наше с ним сотрудничество.       — Хм, вот значит как, — мужчина выглядел удивленным и задумчивым, — хорошо, я передам заинтересованным лицам ваши извинения, но положительный ответ гарантировать не могу. Что касательно вашей проблемы: сто тысяч сразу после свадьбы мне и завещание в пользу жены после ближайшего заседания Визенгамота, на котором вас обоих признают эмансипированными. Впрочем, эти два события могут случиться одновременно. Но, всегда есть это «но», — поморщился он, — сейчас, все ритуалы позволяющие это провернуть, строго запрещены Министерством — Азкабан пожизненно, а единственный законный способ: моя дочь должна носить ребенка от тебя.       — Да, я думал об этом, — вздохнул Гарри, — есть какие-нибудь способы увеличить вероятность зачатия? Не хочу, чтобы она терпела меня больше, чем это необходимо…       — Потерпит, — холодно возразил Паркинсон, — зелья есть, но абсолютной гарантии они не дают, а надежно диагностировать можно только через две недели, не раньше, поэтому придется тебе «постараться» все это время, а может и дольше. И еще: мне нужны гарантии, что ты не сбежишь до визита в банк, Обет меня вполне устроит.       — Тогда мне придется жить у вас, — хмыкнул Поттер, думая о том, как Панси отреагирует на такую «новость».       — Разумеется, — кивнул мужчина, — собирайте свои вещи, мистер Поттер, я подожду вас тут.       

***

      — Мне нужно… что? — Панси не поверила своим ушам. — Отец, ты шутишь?! Забеременеть от Поттера?! — девушка истерично рассмеялась.       — Я похож на шута, дочь? — холодно поинтересовался мужчина. — Впрочем, сейчас не те времена и заставить я тебя не могу, но…       — Что? — слизеринка замерла, чувствуя, что сейчас услышит что-то очень для себя неприятное.       — Если до тридцатого августа ты не будешь беременна от Избранного, в день своего совершеннолетия ты покинешь этот дом навсегда, а я забуду о том, что у меня была дочь, — размеренно и жестоко припечатал он, — время подумать тебе — до вечера.       — Да где мне его искать-то?! — всхлипнула девушка, сдаваясь.       — В соседней, с твоей спальной, комнате, — усмехнулся мужчина.       — Поттер у нас?! — удивилась она. — Но как?!       — Это тебя не касается, хотя, можешь спросить у него, — резко ответил Паркинсон, — это наше с ним дело, но он может посчитать, что тебе тоже стоит об этом знать. Переспишь с ним сегодня — буду считать, что согласилась, а нет — можешь начинать думать о самостоятельной жизни и Поттер будет волен уйти искать себе другую жену.       Панси развернулась и на подгибающихся ногах покинула кабинет отца, ей нужно было подумать, да и Поттера потрясти не мешает, раз уж он тут.       

***

      Немного отойдя от шокирующих новостей, а также сопоставив все сказанное отцом, девушка пришла к выводу, что распсиховалась она напрасно. Даже обязательная беременность нашла свое место в этой головоломке с Поттером:       «Ну да, все логично: ему даже пятнадцати нет, да и мне недавно исполнилось, Министерство без беременности никогда не согласится зарегистрировать брак, а отцу или Поттеру, это нужно вот прям сейчас. Скорее Поттеру. А зачем? Хм, после свадьбы нас будут обязаны эмансипировать, хотя полные права мы получим только после СОВ. И Надзор снимут, хотя мне он и не мешает. Что еще? Вроде все. Странно, получается, что Поттер почти ничего с этого не имеет, а вот я… Да, у меня плюсов гораздо больше, во всяком случае не нужно переживать, что выдадут замуж за Кребба или Гойла. Но это если все останется как сейчас. А если он сказал правду, и Темный Лорд действительно возродился? Хм, со снятием Надзора у Поттера будут развязаны руки. Если он в очередной раз победит, то… фигня получается. А если нет? И он об этом знает или догадывается… или не хочет… по каким-то причинам. Тогда совсем другое дело. Пусть отец и не был Пожирателем, но мы чистокровные, из Священных Двадцати Восьми… Может Поттер рассчитывать на это, что отец прикроет его задницу в случае победы Лорда? Или тут что-то другое? Хотя, о чем я? Это же гриффиндорец, у него все мысли на его героическом лбу написаны… Или нет? Мда, непонятно получается.»       Панси вздохнула и поднялась с кровати, следовало хорошенько допросить Поттера. Она тихонько постучалась в соседнюю дверь, но ей никто не ответил. Тогда девушка открыла её и вошла. Парень спал, развалившись поперек кровати. Она подошла на цыпочках и стала разглядывать школьного врага, который вскоре должен был стать её мужем. На самого себя он сейчас был похож мало, разве что растрепанной шевелюрой, а так: дорогая мантия, рубашка, брюки, туфли из драконьей кожи небрежно отброшены к стенке, очков нет. Девушку кольнула легкая зависть: её семья сейчас не могла позволить покупать такие вещи. Конечно, она не ходила в старье, как те же Уизли, но и в Т&Т одеваться не могла.       — Поттер! — Панси наклонилась и потормошила его за плечо. — Вставай, чего разлегся?       — Паркинсон, — сонно пробормотал парень и зевнул, — дай поспать, а? Приходи попозже… я… еще не готов…       — В каком смысле, не готов? — оторопела девушка.       — Сексом заниматься… — почти неслышно пробубнил он и снова засопел.       — Не готов значит! — прошипела слизеринка и, обойдя кровать с другой стороны, ухватила его за ногу и дернула. — Тебе никто и не предлагал… пока еще, — тихо добавила она и дернула еще раз.       Его тело неожиданно легко поддалось и Панси плюхнулась на задницу. А в следующий момент она оказалась лежащей на полу, её сшиб парень, теперь стоящий над ней на четвереньках и хлопающий глазами.       — За что? — обиженно пробормотал он и девушка не нашлась, что ответить.