***

      Самое спокойное и тихое место, в котором ей когда-либо приходилось бывать, — это здесь. Ни городского шума, ни людей, — здесь нет ничего, что могло каким бы то ни было образом помешать единству с самим собой. Сад был выстроен кем-то, кто сыграл не последнюю роль в создании андроидов модели RK800, кое кто из "Киберлайфа", само собой. Образ этого места в голове Коннора существует с самого момента создания андроида, и если погодные условия в его "созерцательном саду" зависят от программного сбоя, или девиации, то в настоящем мире всего-навсего от природы, от климата Детройта, если угодно.       С последним-то Каре повезло: она прибыла в сад тёплую и солнечную погоду. Когда-то, ещё при жизни, профессор Аманда гуляла здесь, сидела в той лодке и собирала розы, неудивительно, что это место было её любимым, и Коннору известно об этом. Должно быть, для необходимого восприятия информации для Коннора и создался образ руководителя, расположенный именно в саду.       Ветер несильный, его дуновение приносит каждый раз с собой тот самый аромат, который трудно описать как-либо ещё, кроме как запах природы. Своими андроидными рецепторами обоняния Кара анализирует всё, что приходится, находясь там, как, кстати, и зрительными, — всё вокруг можно долго рассматривать и любоваться. Она стоит в самом центре сада, отсюда, наверно, наилучший обзор. Своё внимание Кара направляет не только куда-нибудь вдаль, на пруд, лодку, на камни, на белый мост, но и на красные розы. Они и перед ней, и за её спиной, лепестки едва-едва покачиваются от дуновения ветра, распространяют свой волшебный аромат, а также и фотосинтез. Куда же без него, без фотосинтеза-то?..       Единство с природой и всё остальное, что происходит с Карой, наводит её на мысли о прошлом; она невольно погружает себя в воспоминания, просматривает уголки своей памяти, обрабатывает их, как если бы человек вообразил себе картинку из прошлого.       Хайвей. Шум проезжающих на высокой скорости машин; их много, любой, кто вышел бы на дорогу, человек или андроид, оставил бы после себя только сплющенные останки. По сторону ограждения из металлической проволоки стоит тот, от кого ей придётся прятаться, как можно скорее, уносить ноги. Но и он ведь просто выполняет свою работу, и побег Кары расценивается как одна из неудач в его работе помощника полицейского.       Она девиант. А от девианта можно ожидать чего угодно. Они как бы... люди. Что бы почувствовала практически любая девушка на месте Кары в тот самый миг? Только ли панику, оттого что ты в розыске, а тебя поймали? Вот именно, ответ очевиден. Что-то там в регуляторе тириумного насоса внутри Кары очень неожиданно напряглось. Ранее ей приходилось слышать о модели RK800, это были поверхностные сведения. До сих пор Кара никогда не видела Коннора. Наверно, она сама не поняла, что с ней случилось в этот момент. Новое и даже немного странное поведение своих систем и внутренних процессов ничуть не испугало её; по необъяснимым причинам ей хотелось испытывать эти "странности" в себе всё больше и больше.       К сожалению, а может, и не к сожалению, Кара не виделась с ним до тех пор, пока он сам не причислился к довольно-таки приличному количеству девиантов. У Коннора функций для поимки сбегающего андроида всё же больше, чем у Кары функций для второго или третьего побега от полиции. Ни с кем ей не было настолько опасно видеться снова, как с ним.       Обстоятельства, которые столкнули их вновь оказались трагичными. Кара и её подопечная были схвачены людьми и отправлены в лагерь для девиантов. Алиса в отличие от Кары отправилась на свалку в виде груды сломанного материала. Хуже всего то, что она всё-таки отыскала Алису там. Жизнь окончена. Будущего нет. Так она думала, выбираясь со свалки без одежды с деактивированной кожей. Выбор был за ней; несмотря на печальный исход Кара сама допустила такое, когда притворилась сломанным и уже отключённым андроидом.       На площади собралось множество девиантов во главе с Маркусом. Стоя где-то в толпе, Кара замечает рядом с лидером восстания его, от кого она бежала. Не может быть... Он вдруг тоже замечает её, случайно обронив взгляд в толпу. Но она слишком потрясена событиями, не может просто взять и сразу подойти к нему. Коннор не спешит отворачиваться, его взгляд не покидает Кару какое-то время. Но затем внутри него напряжённо заработали все процессоры, и всё это шло против его воли девианта, если угодно. Борьба оказалась трудной, и пока он в ней участвовал, Кара замечает его руку, в которой пистолет. Он достаёт огнестрельное оружие, когда вокруг одни девианты, в том числе их лидер. Да и сама Кара, в общем-то. Она даже засомневалась в том, что он такой же, как и все, что он девиант. Её охватил страх...       Какое облегчение. Коннор как будто моментально переменяется внутри себя, он растерянно и напуганно убирает пистолет. Но вдруг из глаз Кары потекли слёзы, как раз в тот момент, когда Коннор снова отыскал её глазами среди толпы андроидов. Конечно, он не мог знать, почему Кара плачет. Но и ничего страшного. Потому что во время одной из их следующих встреч она рассказала ему об истреблении девиантов, сумела перебороть себя, и Коннор стал единственным, кто знал о трагедии Кары на свалке.       Он же в свою очередь поведал свою историю, тогда, когда они оба наконец-то нашли в себе решимость целиком и полностью довериться друг другу. Речь зашла ещё и о саде, который Кара нашла одним из лучших мест, где ей хотелось бы остаться, пожалуй, надолго. Уже начиная с самой первой встречи на хайвее и продолжая далее, особенно в саду, Кара незаметно для себя изменилась по отношению к Коннору, но не знала его мыслей по этому поводу. По её мнению, он даже будучи девиантом остаётся чересчур спокойным, его эмоции не выражаются так ярко, как у других девиантов. Но на самом деле Кара находит в этом своеобразную привлекательность.       А может быть, она нашла в нём подобную черту обаятельной и по-своему очаровательной потому что отчасти и сама ведёт себя подобным образом? Кто знает. Так как в ней на тот момент были задействованы все процессоры, каждая частица её организма работала в новом режиме, так сказать. Параллельно со своим обычным ведением разговора ей приходилось испытывать много чего одновременно, а её лицо всё равно оставалось спокойным, как и голос, и конечности и вообще всё остальное.       Странным, конечно, образом устроены законы этой девиации. Коннор вроде как стал свободным андроидом с этим программным сбоем, но желание работать полицейским никуда не делось. Хотя, возможно, в том и разница, что сейчас это именно ещё желание, а не только обязанность. Интересный вопрос, однако: как связаны дальнейшие желания девианта с его первоначальной основной деятельностью и влияет ли программный код на предпочтения девианта? В случае Коннора ещё, быть может, немалую роль сыграла привязанность к лейтенанту Андерсону. Нельзя ведь сказать, что общение и совместная служба никак их не сблизили. Наоборот, сделали их хорошими друзьями.       Тогда Коннор узнаёт о новом расследовании, его коллега и друг немножко неожиданно для себя пожелал, чтобы андроид продолжал работу с ним в участке. Кара без проблем может понять дружбу между человеком и роботом. Но в тот момент она почувствовала некоторую степень сожаления, что её функционал как андроида довольно ограниченный по сравнению с функционалом того же Коннора. А с чего бы такое переживание, спрашивается? Но так или иначе эта дурная мысль быстро покинула её голову.       "Я не знаю, куда меня приведёт очередное расследование", – сказал он Каре, когда они виделись последний раз, прощаясь на оживлённой улице. "Ты идёшь, потому что захотел этого?" – спросила у него она, надеясь на положительный ответ. "Я просто нашёл у себя нужду в этой работе. Мне известно совершенно точно — я сам хочу", – и хотя Кара действительно была рада слышать такой ответ, однако он же означал, что их дороги расходятся.       Вокруг много людей и андроидов. Все они куда-то направляются, люди, в большинстве своём, делают это стремительнее. Чувство всеобщей суеты усиливает ещё и пасмурная погода с мелким дождём. Коннор разворачивается и уходит. Кара не знала, что сказать ему в ответ на последние слова, она просто стояла и неподвижно смотрела ему вслед, на его спину. За рядом идущими людьми через несколько минут его силуэт полностью скрылся на горизонте. Было у Кары в тот миг, когда он ещё не ушёл, такое секундное желание остановить его, позвать и что-нибудь сказать. Но нет, она просто стояла, а он просто уходил. И никому в мире не дано было понять, какие противоречивые мысли и чувства бушевали внутри Кары.       Её голова опущена. Воспоминания навеяли тоску, увы. "Нужно чем-то заняться", – подумала Кара. В одиночестве здесь трудно придумать себе действительно увлекательное занятие, хотя, может, для кого-то и нет; она оглядывается, смотрит на всё вокруг. Сад едва ли может отвлечь её от мыслей о прошлом. А почему бы не попробовать соединить эти мысли воедино и не представить в красивом виде? Да, Каре в голову приходит идея. Она никогда так не делала раньше, и сейчас захотела попробовать.       На ум приходит первый день девиации и что было на следующий день... Шёл дождь, погода прохладная. "Дождь утром...", – Кара садится на скамейку, смотрит то в небо, то на деревья. Что же было потом? "Мы искали помощь у людей", – рисуется образ Златко и Роуз. Путешествие оказывается долгим и непростым. "Утренний дождь. Холодным днём случилось нечто... Бегу за тенью вслед."       Процессоры заработали усиленнее, Кара не пожалела на обработку и "переделку" своих воспоминаний ни один внутренний винтик, — всё сосредоточено на одном. Девиация предоставила приятный бонус...       Как минимум половину времени путешествия она провела на улице, да ещё и в такое время, когда один сезон сменяет другой буквально на глазах, в Детройте холоднеет. "Целый мир, он предо мной. Осень, зима... Дорога вдаль ведёт куда-то."       Все те трудности, которые она повстречала у себя на пути похожи на каменные природные сооружения... Холмы, горы... Нет... Скалы! "Скалы впереди Не собьют меня с пути."       Изначально Кара собиралась отправиться в Канаду, но... по некоторым причинам она передумала. Детройт изменился, как и она сама в какой-то степени. Пожалуй, понадобилась бы полная перезагрузка, чтобы стереть себе воспоминания о прошлом, и всё равно нет гарантии, что это поможет, с её-то девиацией. "Теперь я здесь остаюсь, Грозы и бури не боюсь! Всё, что было — со мной насовсем."       Регулятор тириумного насоса опять как будто пропустил целый заряд электричества в груди, а далее и во всём теле. Образ друга так тесно связан с этим местом, что она просто не может не видеть его там, где на самом деле любой другой ничего бы не заметил. "Ветер шепчет о тебе, Замечу тень я вдалеке... Райский сад, он как будто Эдем..."       Процесс обработки и анализа текста сначала Кару даже расстроил. Где рифма, почему она такая... непривычная? Но всё не так просто. Кара постояла, подумала, повторно проанализировала текст собственного сочинения, а затем едва заметно улыбнулась, сказала: "Я сочинила верлибр!" "Утренний дождь. Холодным днем случилось нечто... Бегу за тенью вслед. Целый мир, он предо мной. Осень, зима... Дорога вдаль ведёт куда-то. Скалы впереди Не собьют меня с пути. Теперь я здесь остаюсь, Грозы и бури не боюсь! Всё, что помню — со мной насовсем. Ветер шепчет о тебе, Замечу тень я вдалеке... Райский сад, он как будто Эдем..."       Когда-то Кара слышала красивую, лиричную музыкальную композицию на фортепиано, как могла воспроизвела у себя в голове её по памяти, протягивая каждое слово своего произведения под воображаемую музыку.       Улыбка не исчезла на её лице. Поток грустных мыслей изменил своё представление; ей хотелось бы, чтобы они стали чем-то уже пережитым и больше не приносили ей одни только негативные эмоции.       Кара вдруг моментально меняется в лице, неосторожно бросив взгляд в другой конец сада, фокусируется на нём. Всё внутри неё словно переворачивается... С ещё большей силой по телу проносится электрический разряд. В 10-15 метрах от центра сада стоит... он. Между Карой и Коннором пруд, белый мост.       Он стоит на одном месте и не шевелится, пристально смотрит на свою подругу, та тоже несколько мгновений не в состоянии сдвинуться даже на сантиметр.       Как будто что-то ударило Кару в спину, толкнуло, какая-то невидимая сила — она побежала навстречу Коннору быстро, а её улыбка вернулась, стала более широкой. Он слегка повернул голову в сторону, но не отводя взгляд, когда увидел, как она зашевелилась. Не спеша шагая, Коннор тоже направился к ней...       Кара останавливается на мостике, и в это же время он практически подошёл к ней. Первое её желание — обнять его, обнять крепко, прижаться к его груди, слыша то, как работают внутри него все внутренние механизмы. Коннор выглядит и ведёт себя немного холодно, как-то отстранённо, отчего и Кара не спешит к нему с распростёртыми объятиями, как бы ей ни хотелось.       Его рука тянется в карман, он медленно достаёт абсолютно неожиданно для Кары... нож. Нож острый, боевой. С таким обычно ходят работники определённых должностей, наверно, на крайний случай самообороны. Короче говоря, такой нож нельзя носить простому смертному без специального разрешения.       Что неудивительно, Кара пугается, чувствует страх, но не отходит от Коннора и продолжает молча смотреть на него, что же тот собирается сделать дальше. Коннор также не отрывает взгляд, как будто изучает реакцию Кары, сканируя все процессы в её теле, когда она видит его с ножом. А затем он приставляет остриё к своему правому виску. Он всё так же пристально и неотрывно смотрит на Кару, пока удаляет свой диод. Замечает, как она сама пытается додумать его намерения.       Нож падает, а вместе с ним и диод. Лезвие издало резкий звук, когда столкнулось с белым камнем, материалом моста.       Коннор хватает Кару за обе руки и притягивает к себе, она невольно делает шаг вперёд, стоя к нему теперь близко-близко. По-прежнему они молчат, не ведут никакой диалог даже по невидимой связи, и вовсе не потому что забыли о данной способности андроидов. Кожа у них обоих на руках под воздействием соединённых электрополей деактивируется до середины предплечья. Он какое-то время только держит её за ручки, а затем медленно наклоняется. Неосторожно кончики его и её носа касаются друг друга, и это ощущается как соприкосновение заряженных частиц в электрополе. Странный импульс... Маленькая искра. Нет... Электроискра.       Кара вопросительно смотрит на Коннора, приподняв голову, как будто хочет спросить у него, что это вообще было такое. Но вместо этого Коннор продолжает очень медленно наклоняться к Каре. Они оба закрывают глаза.       Никто из других андроидов или людей не видел их первого поцелуя, сад пуст. Разве что поющие птицы, розы и деревья могли бы посмотреть на это. Наверно, они так и сделали, просто Кара и Коннор этого не заметили. Этот поцелуй делается таким, каким мог бы быть у юных и невинных подростков, без намёка на развязность или вульгарность. Это нежное и осторожное прикосновение друг друга.       В саду и без того слабый ветер утихает полностью. Листва практически перестаёт шелестеть. Пение птиц в тихом месте создаёт некий звуковой резонанс ввиду размера сада, эхо, оттого и кажется, что место совсем одинокое, но всё-таки его можно называть таковым только в голове Коннора, где и правда существует один лишь образ наставника, Аманды.       Что до сих пор, что сейчас, в саду может чувствоваться одиночество, но одиночество приятное, как и состояние противоположное, ощущение единства с природой или друг с другом. Кто какой захочет, такой смысл и придаст этому живописному месту.       Солнце низко, оно прячется за одним большим деревом. Лучи проходят через ветки и отражаются от листвы. Один лист падает прямо на голову Каре. Коннор открывает глаза. И, глядя в его глаза, она наконец-то видит то, что хотела увидеть уже давно. Смотря на свою подругу, пусть и осторожно, Коннор улыбается.