Сон не спасет тебя, если у тебя устала душа

      Ясным днем я шла по улицам родного города. Солнце в Зените, а я, полная амбиций хорошенько закупиться, направляюсь в сторону магазина одежды.       Стеклянные двери отворились, а в глаза сразу же бросились цветастые стеллажи. Ассортимент был на любой вкус и цвет: выбирай, не хочу. Я подошла к закрученной вешалке и стала разглядывать платья. Красное, кружевное, со статным воротником. Или же совсем по-летнему легкое синее.       Не решившись окончательно, я без раздумий направилась к кабинкам для примерки, что располагались в самой глубине магазине.       Темно-темно синие шторы перекрыли оставшийся обзор, позволив уединиться. На белых стенах была парочка крючков, куда сразу же полетела только что принесенная одежда.       Я сняла с себя все домашнее и решила первым делом примерить синее платье. Как и ожидалось — село просто прекрасно. Белые вставки, тянувшиеся с плеч и до талии, привносили разнообразия незамысловатому фасону.       Я покрутилась перед зеркалом, покрасовалась. Но в следующую секунду в мою кабинку ворвался незнакомец. Бесшумно, незаметно. Я, безусловно, опешила, но удивление мое окончилось там же, где начался страх.       В его руке был нож.       Серебро переливалось цветами платьев — красным и синим.       Я ничего не успела понять. Возможно, даже толком не осознала всего того ужаса своего положения. В какой-то момент мне даже показалось, что мы единственные живые души в этом мире, а значит, о помощи и речи быть не может.       Все смешалось, завертелось в бурном водовороте, прежде чем я увидела третье лицо в этом спектакле. Кабинка пошатнулась несколько раз, а после чья-то рука крепко ухватила меня за запястье и потянула на себя.       — Идем. Быстрее.       Обескураженная я была вынуждена послушно идти следом.       Человеку передо мной было не более двадцати пяти. Белые, чистейше белые пряди волос непослушно раскинулись на его голове и качались от скорого темпа ходьбы. На нем была странная форма темного цвета, которой я не придала никакого значения. Несвойственный для людей прикид показался мне привычным и знакомым.       Судя по всему, именно он оглушил того мужчину, вытащив меня из кабинки.       Идя по пятам, мне хотелось обернуться, убедиться в том, что незнакомец нагонит нас еще не скоро, но вместо была ведомой беловолосым парнем.       Дверь, ведущую неизвестно куда, отделяло от примерочной несколько десятков шагов. Она со скрипом отворилась, открыв вид на потрепанную временем комнату. Потолки ее уходили бескрайне вверх, что даже света не было видать. Мы оказались в странной башне со стенами три на три. К ним же было приделано подобие лестницы: две ветхие доски, скрепленные со стеной. Каждая установлена под градусом вверх.       Было темно, как в подвале. Хотя, судя по пыльным бетонным полам, от этого термина башня не далеко ушла.       Ни на секунду я не задавалась вопросом о причине и цели нашего пути. Я следовала за ним, всецело доверяя.       Будучи в шести-семи метрах от пола, я неудачно наступила на доску. Та скрипуче треснула, едва ли утаскивая за собой вниз. Благо, меня вовремя перехватила рука и подтянула ближе к центру. Я даже испугаться не успела.       — Аккуратно, — подметил он, идя за спиной и подстраховывая.       Я согласно хмыкнула и кивнула.       Вопреки ожиданиям о высоте странной башни и возможном затраченном времени, добрались мы быстро. Приоткрыв дверь в потолке, свет тут же ударил в глаза, секундно ослеплив.       Я еле выползла из темнных недр. Первым делом колени обожгло твердым и неровным бетоном. Вобрав в себя всю накопленную силу воли, я сумела-таки встать на ноги. Первой мыслью стало то, что место это было схоже с балконом или крышей. Только никаких ограждений там не было. А вот о второй я даже задуматься не успела.       Перед моими глазами открылся вид на весь город. Такой необъятный, величественный, свободный…       Я завороженно смотрела на изогнутый горизонт, уходящий далеко за пределы моего взора. Тысячи, сотни тысяч домов, что с земли казались огромными, сейчас сливались воедино в неразборчивый шум старого телевизора. Голубое небо с невесомыми белыми пятнами плавно огибало края, накрывая своим полотном весь мир.       Во мне теплились безграничные могущество и всевластие, но при этом не отпускало чувство собственной ничтожности, по сравнению с открытым миром.       Все было как на ладони.       Отсутствие парня я заметила не сразу. Он так гармонично исчез, что мысль о нем появилась только когда вышла из красочного оцепенения. Я обернулась несколько раз, покрутилась, цепляясь глазами за несуществующие силуэты. Его нигде не было. Но куда тогда пропал?       Не найдя ответа, я подошла к беззаборному краю обзорной точки. Обычно мне не по душе так рискованно склонять голову, не имея возможности за что-либо ухватиться, но сейчас это нисколько не тревожило.       На самом дне высотки я довольно отчетливо могла разглядеть людей, рабочих, машины и прочие вещи. Будто бы нахожусь не на высоте добрых пятьсот метров, а на крыше пятиэтажки.       Мое разглядывание человеческой фауны окончилось на моменте, когда из-под ног ушла земля. Я инстинктивно вцепилась руками в стену и пол обзорной точки. Колени испуганно поджались.       Я сейчас разобьюсь.       Сердце упало, а в груди похолодело от осознания собственной немощности. Сил в руках не хватило бы в любом случае, чтобы подтянуться, а ногам просто не за что уцепиться.       Я висела на последних силах, совершенно потерявшись. Никого нет. Никто не придет. Никто не поможет. А сама не справлюсь. В этот же момент вдалеке послышался голос. Тихий, привычно спокойный.       «Не бойся».       Тогда же ног что-то коснулось. Фокус сменился на это странное ощущение, из-за которого о страхе совсем позабылось. Никого не было, но невесомое касание упорно стягивало мои ступни вниз. Кто-то или что-то неспеша пододвигало меня к обрыву. Я поняла это неосознанно. Будто знание в голову положили.       Опрометчиво, но я и в этот раз предпочла довериться судьбе. Руки расслабились.       Падать было страшно. Сотни игл пронзали меня насквозь, пока я стремительно летела мимо синих оконных стен офисного небоскреба.       Закрыв глаза на все страхи, я отдалась моменту. И этот момент стал для меня секундами свободы. Благоговенная невесомость свистела сквозняком, огибая меня со всех сторон. Это было страшно, опасно, безумно, нерационально, опрометчиво!.. Но так по-волшебному чудесно.       Вот она — цена секундного счастья. Огромная и безжалостная, размером с жизнь. Но полученное взамен полностью оправдывает ее плату…       К моменту, когда до земли мне оставалось пару десятков этажей, издали послышался оглушительный свист рассекания воздуха. Уже будучи смирившейся со своим исходом, я уныло следила глазами за фигурой, несшейся ко мне.       В голове пошел отсчет: двадцать… Семнадцать… Четырнадцать…       «Не успеешь ведь».       Я видела его лицо, его сосредоточенные глаза, его облепившую голову волосы под натиском встречного ветра. Я стремительно летела вниз.       Когда до земли оставалось не более десяти метров, глаза невольно закрылись, а после меня сбила неведомой силы волна. Теперь глаза сомкнулись уже от встречного потока.       Ветер бередил волосы, одежду, изворачивал наизнанку все внутренности, пока странное явление не прекратилось. Я открыла глаза.       К моему удивлению, перед собой я увидела никого иного, кроме как Сатору. Он держал меня на руках, разглядывая мое ошеломленное лицо. Наверняка на лбу уже была написана предсмертная записка.       Пару секунд и я услышала его заливистый смех. Живой, радостный и такой детский, что даже сама не выдержала и присоединилась к детищу.       Было просто смешно, радостно и так тепло на душе. Я только что рисковала насмерть разбиться, а сейчас краснею от хохота…       Но те эмоции были самыми красочными, самыми яркими за все время, каких душонка не испытывала годами.       В порыве общей радости я произнесла прерывисто:       — Ты смотри… Я же так влюблюсь в тебя случайно.       Он ничего не ответил, а лишь задорно улыбнулся.       Округа была раскрашена в городскую панораму. Под ногами росли серые кубы зданий, а вдали виднелись изогнутые горы. Все было идеально. Все было прекрасно.       Мы продолжали кружить над Сендаем до тех пор, пока я не проснулась.       Утро.       Смутные образы.       Белый потолок. Я была в смешанном состоянии. Разумом и душой все еще летела над улицами города, но тело безжалостно утаскивало в реальность.       Первым делом руки бросились к телефону, чтобы запечатлеть все увиденное и прожитое. Ничего не упустить. Ничего.       Я старалась вложить в предложения всю душу, излить все чувства, перенести эмоции. Буквы в словах путались от быстрой скорости печатанья, построение предложений ломалось в обилии мыслей.       Записала.       Но есть ли толк?       Я вновь попыталась представить те дивные пейзажи, вернуться в тот мир, но бестолку. Я забыла. Я не помню того нежного трепета в груди. Я не помню тех живых эмоций. Я ничего не помню. Я все забыла. Я снова в реальности. ***       Под ногами людей хлюпал взмокший от дождей асфальт. Осенью холод пробирался даже под слои курток и толстовок. В такую погоду никому не хочется вылезать наружу. Так и выходит каждый новый день схожим с предыдущим. Утопающие в рутине существа.       Идя под заволокшими небо серыми облаками, я изредка вспоминала о том сне. О тех ярких чувствах, что разрывали изнутри. О тех незнакомых мне чувствах в груди.       Какого это любить человека? Какого это тепло смеяться от одного его вида? Как это «любить»?..       «Я не знаю… Я не помню…»       Это всего лишь сон.