Пилот всегда немного отличается от основного сюжета?

      Съемочная площадка не место для интриг? Что за сумасшедший вам это сказал и был ли он хотя бы раз на съемках? Сейчас я вам покажу поистине интересную картину, разыгравшуюся в одном из павильонов как всегда солнечного Лос-Анджелеса.

      Юная помощница, чудом попавшая на площадку по рекомендации своей четвероюродной тёти по линий папиного брата жены, неслась в сторону кабинета режиссера. Было сложно не споткнуться о какой-нибудь провод или неудобно выставленную коробку посреди прохода. Все вокруг суетились, проверяли костюмы, реквизиты, настраивали звук, свет и кадр, ведь каждый в этом месте помнил, чем закончился вчерашний рабочий день… — Мистер Драгнил, ваш кофе!       Едва уловимый стук в дубовую дверь и затем виднеющаяся голова помощницы. Мужчина одарил девушку уставшим взглядом и тяжело выдохнул, отбрасывая какие-то страницы в кучу таких же безымянных переписок сценария. — А, да... Спасибо, Чжоу.       Хриплый голос Нацу только подкреплял догадки о том мизерном количестве сна, а всё из-за вчерашней… — Как твои дела? Никто не обижает на новом месте?       Чжоу дернулась, внутренне удивившись как легко она полностью погрузилась в свои мысли. Девушка только сейчас обратила внимание на бардак в кабинете. Перевернутое кресло в углу, там же и фигурка в виде журавля, которая всего два дня назад украшала рабочий стол; весь пол завален какими-то листами, сквозь них просвечивался золотой блеск наград за предыдущие картины Драгнила. Разве здесь всегда был такой беспорядок? — Всё хорошо, спасибо, — кротко улыбнулась Чжоу и смущенно опустила голову вниз.       Внимание привлек знакомый текст, который частично перекрывал её кроссовок. Отодвинув ногу чуть в сторону, девушка непонимающе нахмурилась. Девушка уже было нагнулась, чтобы поднять случайно попавший во всю эту кучу лист с печатью, как дверь распахнулась, впуская внутрь кого-то явно не в духе. Единственное, что она успела прочитать прежде чем в страхе ретировалась на безопасную зону:

«Сценарий сериала «Young, Dumb, Stupid»

Серия 1, сцена 1…»

       — Какого хрена, Нацу?! — громкий женский возглас заставил помощницу исчезнуть из кабинета в ту же секунду. — Закрой дверь, а то мы опять распугаем всю съемочную команду, — тихо попросил мужчина, потирая переносицу.       Громкий хлопок дверью и щелчок замка после стало последним, что услышали по ту сторону кабинета. Хорошая звукоизоляция как никогда спасала от ненужного внимания. Да и кто бы продолжил работать, когда прямо сейчас можно было урвать новые интересные сплетни?       Спустя двадцать минут двери режиссерского кабинета вновь были открыты, и оттуда вышла с недовольным видом девушка, а за ней, с не менее радостным лицом мужчина. — Всё готово? — спокойно поинтересовался у команды Нацу.       Девушка, стоявшая рядом с ним, окинула декорации беглым взглядом, как бы ища к чему придраться, но что-то внутри неё отозвалось приятной тоской. Уголки губ, ярко окрашенные в ликерно-вишневый, предательски дернулись вниз, но никто не обратил на это внимание. — Люси, как вам? Мы сделали всё, как вы просили, — к ним подошёл несколько манерный, но от того бесконечно очаровательный администратор. Единственный, кто позволял себе подходить так близко к главным режиссерам. — Даже нашли то одеяло, о котором вы говорили. Признаюсь, это было сложно, но…       Парень хотел разбавить обстановку безобидной шуткой, но его резко перебили. — Благодарю, Хеппи, отличная работа, — Люси измучено улыбнулась ему. — Начинайте без меня, на репетиции вчера все прекрасно справлялись. Нацу здесь будет достаточно.       Едкий взгляд карих глаз встретился с обеспокоенными серо-зелеными. Люси лишь дернула плечом и закатила глаза на это проявление сочувствия. Она заправила светлую прядь волос за ухо и направилась в сторону выхода, по пути улыбаясь знакомым лицам и желая им хорошей смены. Как только дверь за девушкой захлопнулась, где-то в самом углу студии, среди воцарившейся тишины, послышались облегченные выдохи. — Так, не теряем времени! За работу! — звонкими хлопками Хеппи привлек к себе внимание, взбодрив всю команду. Он ловко отдефилировал к гримерке, где заканчивали подготовку актеров. — Ну же, Шер, что за агрессивные втаптывания пудры? Хочешь чтобы у нашей Мими вылезли прыщи? Тебе же и придется их лечить! Давай-давай, у тебя две минуты.

Серия 1. По чужим правилам.

      Что может быть хуже: не иметь друзей и сидеть дома или не иметь друзей, сидеть в четырех стенах и только и делать, что зубрить домашку? Для Люси Хартфилии не было проблемой ничего из этого. Единственное, о чем она переживала — поступление в Принстон. Получить красный диплом, написать кучу исследований и стать полезной для этого мира.       Так много всего сделать нужно было! Нельзя было терять ни секунды! Люси была убеждена, что найдет друзей потом, да даже если и нет, то ей было вполне хорошо и с единственным другом в лице её отца — Джудо Хартфилия. Мужчина, вырастивший свою дочь в одиночку, мечтал наделить её самыми главными, по его мнению, качествами: быть дальновидной и не разбрасываться своим временем почем зря.       За красным дипломом Принстона стояло светлое будущее его дочери, а для этого он будет включать режим строгого отца. Иногда Джуду было совестно, ведь его малышка была лишена многих вещей, о которых мечтает каждый ребенок. И Люси даже пару раз закатывала настоящую истерику, когда он не отпускал её погулять с друзьями. Их молчанка могла длиться неделями, но с возрастом девушка смирилась, что у неё никогда не будет такой же беззаботной жизни, как у её одноклассниц.       Учиться наравне с отпрысками из богатых семей не такая уж и легкая задача, но сложно было не только Люси. Джуд работал не покладая рук, ради успешного будущего своей дочери. Сначала он брал пару ночных смен в неделю, а после его график превратился в нечто сумасшедшее. Пробыть целый день с отцом для Люси стало просто самым лучшим подарком! — Малышка, ты дома? Сегодня будем готовить лазанью!       С первого этажа донесся теплый баритон Джудо Хартфилия и его бесконечное шуршание пакетами. Люси оказалась на кухне в ту же секунду, стоило продуктам коснуться столешницы.       Девушка облокотилась о дверной проём и скрестила руки на груди. Судя по её одежде, Люси ещё не вставала с кровати, хоть уже давно было за полдень. — Пап, ты же знаешь, что тебе нельзя жирное, — с укором сказала девушка. — Брось, от лазаньи никто никогда не умирал, — отмахнулся от неё мужчина, завязывая фартук. — Мне все эти овощи на пару уже вот здесь стоят! Дай хотя бы в свой единственный выходной себя побаловать!       Джудо порой был слишком громок, Люси порой задумывалась, что ему можно было спокойно заменять Гордона Рамзи на Адской кухне. А с его кулинарными способностями никому не было равных… К сожалению, девушка не могла приготовить себе тот же омлет, чтобы он хотя бы немного был приближен к тому, как его готовил отец. Поэтому, пока Джуд готовил, Люси с улыбкой на лице наблюдала за его мастерским владением ножа. — Замешаешь наш фирменный соус? — он поставил перед дочерью прозрачную мисочку, наполненную всем нужным для соуса бешамель. — Окей, — пожала плечами Люси, понимая, что это был риторический вопрос.       Идеальная планировка кухни для совместной готовки включала в себя невысокую стойку, совмещенную с тумбами. Удобно, когда не хочешь занимать обеденный стол своим скудным завтраком из хлопьев и молока.       Люси задумчиво мешала соус, полностью абстрагируясь от всего, что происходило вокруг. Даже от запаха слегка подгоревшего фарша и ругательства отца. Пришла в себя девушка лишь когда её телефон завибрировал громче обычного, оповещая о новом сообщении:

«Как насчет того, чтобы встретиться на выходных?»

      Конечно же, Джуд прочел текст первее, чем успела среагировать Люси. Его, ставший в одно мгновение обжигающе ледяным, взгляд ясно давал понять, что ничем хорошим следующий диалог не закончится. — А… Это… Один парень, я, честно, не знаю его, он с чего-то решил написать мне… — Люси неловко убрала телефон в задний карман. — Я даже не собиралась ему отвечать…       Голос девушки стал тише, а глаза виновато смотрели в пол. Ей было страшно поднимать голову, хотелось сжаться, защититься чем-нибудь. На всякий случай. — Просто удали с ним диалог, — сухо, но со слышимым недовольством, сказал Джуд. — Иначе это сделаю я. — Д-да, отец… — Как твоя подготовка к поступлению?       Люси словно окатили ведром с ледяной водой, когда он интересовался по поводу её учебы это означало лишь одно. Добрый папа уходил и возвращался надзиратель. И эти перемены всегда происходили неожиданно, она никогда не могла предугадать резкую смену настроения отца.       К вечеру, Люси пряталась в своей комнате, не желая видеть как продолжал убивать себя отец, вливая в себя пол бутылки виски. Она боялась сказать ему лишнего слова по поводу этой привычки, и единственное, что успокаивало девушку — подобные выходные были редкими, но меткими.       В последний раз, когда Джуд напился, Люси получила пощёчину за то, что недостаточно много сидит за учебой. Хотя куда уж больше… Обиженная и уязвленная Хартфилия проплакала всю ночь, стараясь сдерживать истеричные всхлипы. Это было ужасно: вспоминать разговоры её одноклассников про то, как они проводили выходные с родителями, как несправедливо, что они, ничего из себя не представляющие, легко заполучат места в университете, а после пойдут по стопам своих предков, садясь своей мерзкой задницей в заранее нагретые кресла руководителей.       Да где она провинилась так, что у неё не было даже возможности иметь хоть какую-то подругу?! Каждый разговор о ком-то, кто был мил с совсем ещё маленькой Хартфилией, превращался в непрекращающиеся нравоучения о будущем. Как же несправедливо, что Люси могла узнать, что такое дружба и жизнь подростка, тайно, пусть и в нереалистичных фильмах про подростков.       В этом она увидела своё спасение, пусть и мнимое. Ведь если у тебя чего-то нет в жизни, то ты можешь собственными руками написать историю о том, как сложилась бы жизнь обычной Люси Хартфилии, которой не нужно было жертвовать своим детством и молодостью ради эфемерного будущего. Она не видела себя доктором наук, и уж тем более в форме Принстона. Но пока отец тратил свое здоровье ради неё, работая на фабрике и днём и ночью, она будет послушной дочерью.       Но время Джудо было ограничено… Не дожив до выпускного своей единственной дочери, он скончался от рака поджелудочной.       Люси навсегда запомнила ледяной ливень в день похорон, не смолкавший ни на минуту. Такой же нещадный дождь шёл и в день, когда умерла её мама. Словно сами небеса давали им попрощаться, не скрывая своих слёз. Теперь, когда девушка осталась совершенно одна, ей не хотелось абсолютно ничего. Полная апатия, накрывшая густым туманом её дорогу в будущее.       Выпускной прошел словно во сне, все её одноклассники собирались в компании, подливая друг другу что-то в пунш, танцуя и веселясь, не заботясь о строгих взглядах дежуривших преподавателей. Только Люси сидела где-то за столиком, потягивая воду и слушая музыку. — Какие же они все идиоты, — на соседний стул подсела девушка, явно недовольная поведением своих друзей. — Считай секунды, как их расплющит от той дряни, что принес Энди. Конченный ублюдок!       Люси с интересом подняла взгляд, узнавая в незнакомке Джувию Локсар, учившуюся в параллельном классе. — Какой кошмар, — только и смогла вымолвить одними губами Хартфилия.       Джувия встрепенулась, заметив что-то знакомое во взгляде девушки. Что-то, что отозвалось где-то внутри неё неприятной, колющей болью. Девушка тут же подавила желание спросить, что с ней не так, и улыбнулась, наклонившись к Люси. — Слушай, здесь больше нечего ловить, может пойдем ко мне? О, моя мама развеселит нас в разы лучше, да так, что ты отметишь посиделки у нас на десять из десяти!       То, с какой уверенностью это говорила Джувия удивило Люси. Неужели она это серьезно? Туманная дымка, мешающая обзору с того самого дня, внезапно начала рассеиваться, а мир вокруг медленно восстанавливал свои яркие оттенки. У её новой знакомой, оказывается, были синие волосы. Как чудно… — Отлично! Снято! Рабочий день окончен, можете быть свободны!       Нацу встал со своего стула и покинул студию первым. Этого он и боялся, когда читал сценарий. Люси могла спокойно зачитывать его на проработке, но видеть альтернативную версию себя, заново проживать те эмоции было… Сложно. Она ещё не была готова. Даже если рядом с ней был бы её муж. И он не осуждал её за это. Нацу даже ощущал некое облегчение, что Люси отсутствовала во время съемок выпускного, не говоря уже о сцене с похорон…       Но это не значит, что завтрашний рабочий день станет легче. Ведь им придется впервые за эту неделю сидеть рядом на режиссерском месте. А в последнее время Люси была всегда не в настроении, так что для Нацу следующие дни будут ещё сложнее.       Может стоит попросить надбавку за терпение?..