Глава 6. Разговоры, которые меняют всё

Всё началось как обычный день в университете, но напряжение, которое висело в воздухе, не давало Амилии покоя. Она уже долго носила в себе вопрос, мучивший её мысли и съедавший изнутри, но решимости задать его всё не хватало. Тем не менее, тот вечер она провела в библиотеке, как и многие последние недели. Листая страницы книг, она ловила себя на том, что её внимание не задерживалось ни на одном абзаце дольше нескольких секунд.   Её мысли упорно возвращались к одному человеку - Арсению Сергеевичу, преподавателю и известному актёру, человеку, который то холодно дистанцировался, то проявлял тёплую заботу. Он был тем, кого ей так хотелось понять. Но чем больше она пыталась разобраться в его отношении к ней, тем сильнее запутывалась в догадках и сомнениях. Спустя час работы, библиотека опустела, и Амилия решила, что ей нужно наконец разобраться с этим вопросом раз и навсегда. "Если не спросить сегодня, буду мучиться этим ещё долго," -подумала она, быстро собрав свои вещи. Сердце забилось сильнее от волнения, но её решимость была непоколебима.   Едва выйдя из библиотеки, она увидела Арсения, неспешно идущего по коридору. Свет ламп делал его лицо ещё более серьёзным, подчеркнув резкие черты и немного уставший взгляд. Он заметил её, но, казалось, не удивился -возможно, даже ждал её появления.   -Амилия, добрый вечер, -спокойно поздоровался он, едва улыбнувшись.   -Здравствуйте, Арсений Сергеевич, -она остановилась напротив него, на мгновение почувствовав, как всё её смелость куда-то испарилась. Однако, набрав воздуха в лёгкие, она решила, что уже поздно отступать. -Я… мне нужно поговорить с вами.   Её голос звучал решительно, хотя на душе было тревожно.   -Конечно. О чём речь? -Он взглянул на неё с интересом, слегка удивлённый её серьёзностью, и жестом предложил идти рядом. Они вышли на небольшой дворик университета, окутанный вечерней прохладой. Фонари едва освещали их лица, погружая в приглушённый полумрак.   Амилия сделала несколько шагов, чтобы успокоиться, и, наконец, остановилась, решив больше не тянуть.   -Я хотела спросить… -начала она, чувствуя, как внутри всё сжимается. -Мне кажется, между нами, что-то большее, чем просто… работа. Или, может, мне просто так показалось?   Её вопрос повис в воздухе, его тяжесть отразилась в её глазах. Арсений выглядел немного растерянным, словно не ожидал подобного откровения. Он задержал взгляд на её лице, его выражение стало прохладнее, хотя губы едва заметно дрогнули.   -Амилия, ты ошибаешься, -наконец, холодно произнёс он, и его голос был лишён каких-либо эмоций. -Между нами ничего нет, и быть не может. Я твой преподаватель, и наши отношения исключительно профессиональные. Всё, что ты могла бы воспринимать иначе, -просто результат твоего воображения.   Слова Арсения будто резанули её. В его тоне не было ни малейшего намёка на теплоту, только бесстрастная холодность, словно он надел непроницаемую маску. Она стояла, слушая его, и чувствовала, как что-то в ней ломается, как её смелость превращается в обиду и стыд.   -То есть, всё это - только моё воображение? - переспросила она, пытаясь удержать дрожь в голосе. -Я не верю вам.   Арсений посмотрел на неё, его взгляд оставался непроницаемым.   -Ты должна понять, что для меня на первом месте стоит твоя успеваемость, - его голос звучал отстранённо. -И я рад был бы видеть твой прогресс в учёбе. Ты талантлива, Амилия, но не стоит думать о чём-то большем.   -Вы хотели сказать, что успешное завершение вашего шоу ? – шатенка вложила в эти слова максимальный яд, на который была только способна. Защитная реакция организма у каждого разная   -Амилия….   Эти слова показались ей как нож в сердце. Он так просто вычеркнул их моменты - все его взгляды, поддерживающие слова, даже ту помощь, которую он оказывал ей, когда она искала вдохновение. В её глазах блеснули слёзы, и она быстро отвернулась, пытаясь скрыть это от него.   -Всё ясно, -тихо произнесла она, стараясь вернуть себе остатки достоинства. -Спасибо, что ответили честно.   Она не стала ждать ответа и быстро направилась к выходу. Шаги эхом раздавались по пустому коридору, и она не оборачивалась, зная, что не выдержит ещё одного взгляда. Внутри неё всё кипело: от обиды и унижения до злости на себя. Как могла она вообще подумать, что он увидит в ней нечто большее, чем просто студентку? Всё, что казалось ей значимым, вдруг оказалось ничем. Арсений не пошёл за ней, не сказал больше ни слова, и это только усилило её боль.   После их разговора в коридоре, Амилия словно в тумане добралась до своей квартиры. Она села на диван, обняв колени, и почувствовала, как внутри неё нарастает горечь. Её разрывало от ощущений и мыслей, в которых было столько гнева и обиды, что казалось, будто она сейчас взорвётся. «Какой ужас, - подумала она. - Я просто смешная глупая девчонка для него. Очередная жалкая фанатка, которая подумала, что станет «особенной». Ещё и с воображением, на которое он так невзначай указал. «Для меня на первом месте твоя успеваемость» - шатенка ещё раз прокрутила его слова, и каждая буква, казалось, резала по сердцу.    Не выдержав, Амилия потянулась к телефону и набрала номер подруги.    – Алло? Лера? – её голос срывался, но она старалась держаться. Нужно быть сильной… Хотя кому оно нужно ?    – Амилия? О, да ты же давно мне не звонила с таким тоном. Неужели у тебя случилось то самое «что-то»? Или в этот раз ещё хуже?    – Долго объяснять, – она тяжело вздохнула, борясь со слезами, – но мне просто нужно куда-то вырваться, иначе сойду с ума. Ты знаешь какой-нибудь клуб, где можно не думать?    Лера, рассмеявшись, ответила:    – Знаю не один! Мне кажется, тебе сейчас нужна музыка погромче и коктейль посильнее. Давай собирайся, скоро буду!    -Извини, что так сразу на тебя, ты ведь сегодня только-только вернулась, отдохнуть еще не успела, - виновато произнесла девушка на что получила с обратной стороны звонка лишнюю порцию мата   -Милка, не неси чепухи, я сама собиралась тебя вытаскивать из твоих мечтаний об Арсении Сергеевиче, великому и могучему импровизатору, - блондинка хотела пошутить, но шутка была не в тему, она лишь сделала хуже. Но Амилия посмеялась, натянуто конечно, но зато посмеялась    Амилия посмотрела на своё отражение в зеркале. Она видела девушку, которую Арсений оттолкнул, но именно в этот момент решила, что пусть эта ночь станет её личным побегом от всех сомнений. Она сделала яркий макияж, выбрала своё самое смелое платье и уже была готова, когда раздался звонок в дверь.    – Ну, вот ты и дома! - Лера подмигнула, с ходу оглядев её наряд. - Мда, вижу, настроение у нас нынче боевое.    – Ничего боевого, – тихо усмехнулась Амилия, хотя в голосе чувствовалась горечь. – Мне просто надо забыться.    – Вот с этим-то мы и справимся! - воскликнула Лера, бодро развернувшись на каблуках. - У меня есть план, как сделать так, чтобы ты на пару часов забыла о… как его там? Ар… Сени… Арси? Слушай, не суть, просто забудь!   Блохина прекрасна знала как его зовут и знала большую часть доступной о нем биографии, просто девушка была слишком прекрасным другом, который не бросит и всегда поддержит, она всегда будет рядом, чтобы не случилось   -Ладно, миссис я не помню как зовут нашего «преподавателя», поехали, нас ждет веселая ночь   Они быстро добрались до клуба, и, едва переступив порог, Лера тут же вжилась в роль ведущей ночного шоу:    – Итак, дамы и господа! На арене этого вечера – единственная и неповторимая, слегка страдающая, но обалденно красивая Амилия! - громогласно провозгласила она, приобнимая подругу за плечи и направляясь к барной стойке.   Амилия улыбнулась. И хотя сердце всё ещё болело, она поняла, что хотя бы сейчас можно дать себе передышку.   Они заказали коктейли - сначала что-то лёгкое, «космополитен» для разогрева, но потом Лера, мельком посмотрев на подругу, шепнула бармену, чтобы тот «включил потяжелее». Вечер тёк, бокалы сменялись один за другим, и с каждым глотком ей действительно становилось чуть легче.    – Ой, не могу, – вдруг заявила Лера, наблюдая, как Амилия, кажется, начала расслабляться, – помнишь, как в прошлом году мы с тобой пришли в бар и весь вечер изображали туристок из Австралии? Как тебя там звали? Шейла?   Амилия засмеялась:   – Да, а ты была Амандой, ещё с этим странным акцентом… – она покрутила кистью и издала нелепый звук, напоминающий имитацию «австралийского» акцента, и они снова засмеялись.   Лера вдруг заметила, как за соседним столиком сидит парень и, не отрываясь, наблюдает за ними. Он был высок, светловолосый, но не блондин и выглядел, как бы это сказать, слишком уверенно, а еще очень знаком. Как будто он ждал, когда его заметят, и с этим выражением лица – как хищник перед броском. Подойдя чуть ближе, он наклонился и, обращаясь к Амилии, произнёс:   – Привет. Я – Антон. Как ты вообще здесь оказалась одна в этот скучный вечер?   Лера хмыкнула, осознав, кто перед ними стоит и ответив: «тянет что-то этих импровизаторов на одну и ту же девушку» но, чувствуя, что может выручить подругу из неловкости, громко сказала:   – Она не одна, у неё есть подруга, и она, между прочим, профессиональный охранник!    Антон улыбнулся, услышав подначку, и сел рядом.    Блохина надеялась, что он, по крайней мере, не такой, как его приятель с мрачным девизом «влюби и брось, оставив сердце разбиваться о холодные скалы». Она всё чаще задумывалась, сможет ли она теперь спокойно смотреть их шоу, зная, что произошло с её подругой, видя все эти полутени их поступков. Шоу - это всё же игра, где реальность теряется за блеском сценического образа. Они не настоящие, их слова и действия - лишь сценарий, в который вложены чужие смыслы и эмоции. А, нет, нет, это же шоу «импровизаторы», где отсутствует сценарий. Однако мысли эти всё равно оставались сложными: где та тонкая грань, за которой экранные роли поглощают не только образы, но и тех, кто за ними прячется?   – Амилия, ну давай, расскажи, – обратился он к ней, притворно облокотившись о стойку, – я буду твоим терпеливым слушателем. Готов выслушать и все подробности твоих разочарований.    Она посмотрела на него, чуть смутившись.   – Ой, даже не знаю, с чего начать. Я ведь только что пыталась всё забыть, а ты решил мне предложить это обсудить?   – Ну, почему бы и нет, – хмыкнул Антон. – Говорят, что разговор помогает. А я знаю, о чём говорю, потому что сам сегодня здесь только для того, чтобы забыть свой проект, который шеф мне окончательно зарубил. Мы с тобой на одной волне.   Лера, уже не выдержав, подала очередной бокал Амилии и подмигнула. Почему-то ей внутреннее что-то подсказывало, что это очень хорошая идея, возможно, Антон станет тем самым принцем на белом коне, которого заслужила его подруга. Бросит свою Ирину и предложит встречаться шатенке. Но это лишь мысли, фантазии и что-то крепкое в организме, что согревало тело, заставляя ноги подкашиваться, а сознание уходить в другую вселенную, забрав с собой адекватность    – Ну, держись, Антон, мы с Амилией как раз-то уже готовы к сеансу импровизации! Если у тебя есть терпение, можешь нам составить компанию.   Амилия, чуть-чуть приободрившись и чувствуя, что алкоголь в её крови помогает снять напряжение, вдруг подхватила:   – О, Антон, а ты случайно не знаешь Арсения?   Антон, заметив перемену в её настроении, усмехнулся и кивнул:   – А, вот оно что… Так это он тебя сюда отправил, что ли?    Амилия на мгновение остолбенела, но затем рассмеялась.    – Ты знаешь, мне кажется, в этом что-то есть. Как будто сама судьба послала мне тебя, чтобы ты мне рассказал, как ещё бывает в жизни.    Антон весело улыбнулся:   – Ну, тогда судьба прямо старалась, честное слово! Потому что если бы я знал об этом заранее, то, может, даже приготовился бы к «разговору судьбы».   Он подал ей бокал, и они ещё долго вели непринуждённый диалог, перемежая его шутками, подколками и искренними замечаниями о жизни. И хотя Амилия чувствовала, что внутри ещё гложет боль, она вдруг поняла: возможно, этот вечер принесёт ей гораздо больше, чем она ожидала.   Антон продолжал поддерживать лёгкий, чуть ироничный тон, и Амилия ловила себя на мысли, что её всё больше затягивает их разговор. Она не была уверена, то ли это из-за коктейлей, то ли из-за чувства облегчения, что, наконец-то, можно быть собой, без страха за то, что её снова осудят. Арсений оставил её один на один с её чувствами, сначала дав надежду, когда они сидели до ночи в библиотеке и разговаривали обо всем, а потом жестоко опустив с небес на землю, но сейчас рядом был Антон – лёгкий, весёлый, ироничный, и его поддержка ощущалась совершенно иначе. Но это лишь на первый взгляд, он может оказаться таким же, как и коллега   Антон подался вперёд, улыбаясь, и спросил:   - Ну так что, Амилия, с чего мы начнём? Давай рассказывай всё по порядку. Время у меня есть, как и терпение. Все выпуски сняты на ближайшие пару дней, на моей «новой» работе у меня пару выводных, поэтому    Амилия вздохнула и, едва заметно покачнувшись, сказала:   - Знаешь, у меня сложная история. Мне казалось, что я для него значила что-то большее, чем просто студентка. Он поддерживал меня, верил в мои проекты… но теперь, кажется, это было всего лишь иллюзией.   Антон кивнул и, подмигнув, произнёс:   - Ох, да у нас тут настоящая трагедия с актом предательства. Что ж, будем разбирать это по пунктам или обойдёмся одним мощным резюме, после которого выпьем ещё один бокал?   Амилия хмыкнула. Она всё ещё чувствовала боль, но шутливый тон Антона немного ослабил её напряжение.   Девушка на пару секунд прикрыла глаза, погружаясь в свои сомнения. Если они действительно друзья, почему Шастун ничего не знает о ней, шатенке? Или, возможно, он знает, но молчит, чтобы не нарушить какой-то негласный кодекс лояльности? Словно истинный друг, который прикрывает чужие секреты и промахи.   А может быть, всё гораздо проще и хуже - Попову действительно всё равно. До такой степени, что он даже не счёл нужным упомянуть её присутствие в своей жизни. Вспоминая их встречи, её мучил вопрос: а как же он объяснял другим всё это время, которое они проводили вместе? В его рассказах это выглядело как просто помощь по учёбе, безличная, профессиональная, словно они лишь сухие строки в расписании. И теперь её гложет мысль, что, возможно, она незначительно отличалась от других дел в его плотном графике. Просто ещё один пункт, который он легко забудет, вычеркнет, не придавая значения.   От этой мысли её кольнуло. Может быть, она ошибалась, наделяя их встречи чем-то большим, чем просто набором практических занятий?   Но тогда почему он не удивился, когда она сказала про Арсения ? Или импровизатор подумал просто про совпадение ? Или же Шастун догадался, что они его узнали ? Или…. Слишком много или, слишком много вопросов, слишком много мыслей, слишком много слишком    - Давай, один большой коктейль на эту тему! - сказала она с улыбкой, стараясь отвлечься от воспоминаний.   Они засмеялись, и Антон, подхватив её настроение, заговорил с лёгкой самоиронией:   - О, знаю я этих «Арсениев». Печальные философы, которые любят быть «непонятыми». Мой приятель – именно такой. Вечно уходит в глубину, но потом никак не выплывает обратно. А ты, видимо, у нас - неравнодушная студентка с яркими мечтами?   Амилия засмеялась. Её захватила смесь алкоголя и свободы говорить без страха. Даже само слово «студентка» теперь звучало для неё с оттенком сарказма и облегчения.   - Представь, - сказала она, чуть приободрившись, - его последняя фраза была, что «успеваемость у меня на первом месте». Оказалось, что это всё, что я значу.    Антон театрально закатил глаза, словно понимая, что это в стиле его хорошего друга. Также он понимал, что несмотря на то, что Амилия старается смеяться и шутить, ее глаза выдают всю боль, что он ей доставил. Все-таки Попов дурачок    - А ещё, небось, сказал что-то вроде «учёба – это ваше всё»? Звучит как цитата из лекции в скучном фильме.   - Почти так! Я ещё подумала, что он вставит что-то про «новое поколение» и наш «потенциал»… - добавила Амилия, смеясь, хотя всё ещё чувствовала лёгкую горечь. - Но знаешь, всё это, наверное, звучит слишком драматично.    Антон взял её руку, слегка приобнял за плечи и тихо сказал:   - Послушай, твоя история - это не только о нём. Ты всё это пережила, потому что верила в себя и в свои мечты.    Его слова коснулись её, и, неожиданно для самой себя, Амилия снова почувствовала, как по щеке катится слеза. Она попыталась скрыть её, но Антон заметил. Он не стал отпускать каких-либо неловких комментариев, а просто сжал её руку, добавив:   - Ты крутая, просто знаешь об этом не всегда.    Их разговору не было конца, а коктейли продолжали поступать на стол. Лера, видя, что её подруга приободрилась, тоже чувствовала себя свободнее и то и дело отпускала шутки. В какой-то момент она протянула стакан с ярко-зелёной жидкостью Амилии и серьёзным голосом сказала:   - Вот это, подруга, называется «Тропический гвоздь». Это точно нечто такое, что выбивает всю тоску. Говорят, один глоток - и ты уже другой человек.   - И что, после него я забуду про Арсения? - с лёгкой иронией переспросила Амилия, поднося бокал к губам.   - О, если бы, - подмигнула Лера, - но точно станешь таким весёлым человеком, что все «Арсении» мира сами начнут о тебе вспоминать!   Амилия выпила «Тропический гвоздь» залпом и засмеялась, почувствовав странное сочетание вкусов, от которого в голове сразу стало ещё легче.   Они уже потеряли счёт времени, когда Антон предложил ей потанцевать. Музыка, кажется, усилилась, ритм стал более мощным, и зал наполнился людьми. Амилия, уже не чувствуя былого стеснения, потянула Антона за руку на танцпол, забыв обо всём. Они смеялись и танцевали, словно не было никакого прошлого.   - Слушай, Антон, - перекрикивая музыку, заговорила она, - спасибо, что ты сегодня здесь. Серьёзно, я не думала, что встречу кого-то, кто сможет меня развеселить после всего этого.   Антон рассмеялся   - Эй, это моя суперспособность - делать из тяжёлых историй что-то с лёгким юмором. Спасать людей от их печали, знаешь ли. Я знаешь ли хороший импровизатор   - Так что, ты такой ночной герой? Спасаешь грустных девушек в барах? – с улыбкой спросила она.   Он подмигнул и хмыкнул, что-то представив у себя в голове   - Именно так! Выхожу на работу исключительно по ночам. А днём я обычный парень с офисной работой. Можешь считать это моей тайной миссией.   И хотя всё это было всего лишь импровизацией и весёлой игрой, Амилия чувствовала, что вокруг неё становится светлее. Как будто с каждым танцем, с каждым бокалом и новым танцем она избавлялась от груза.   Следующие дни тянулись мучительно долго. Амилия делала всё, чтобы не попадаться Арсению на глаза. Она избегала аудиторий, в которых он преподавал, меняла маршруты в коридорах и задерживалась в библиотеке до закрытия, чтобы не пересекаться с ним.   -Амилия, ты сама на себя не похожа, -заметила Лера однажды на перемене, когда они сидели на ступеньках у входа в университет. -Ты как будто всё время где-то далеко.   -Ничего особенного, просто… проблемы с учёбой, -отмахнулась она, избегая взглядов подруги.   -Что-то мне не верится, -Лера нахмурилась, наклонившись к ней. -Ты стала избегать даже наших разговоров.   Амилия попыталась выдавить улыбку, но лицо отражало только усталость. Она уже не могла быть такой, как раньше. Слова Арсения стали тенью, преследующей её каждый день. И даже тот день, что они провели вместе с Шастуном и Блохиной не смог окончательно вернуть ее в реальный мир   -Лера, правда, всё в порядке, -соврала она, в надежде, что подруга примет это и не станет больше задавать вопросов. Лера, похоже, заметила её нежелание обсуждать тему, но всё же молча сжала её руку в знак поддержки.