1 Только начало

Фёдор вернулся домой после долгого рабочего дня, мечтая только о том, чтобы прилечь и хотя бы на несколько минут оказаться в тишине. Но, как только он открыл дверь, его мечты были разрушены. — Фёдор, ты не представляешь, как я страдаю! — раздался голос Ромео, который, стоя в коридоре с цветами в руках, изображал из себя трагическую жертву несчастной любви. — Я встретил самую прекрасную девушку, но она ушла, так и не взглянув на меня! Фёдор устало закатил глаза и сбросил обувь. — Привет, Ромео, — тихо ответил он, пытаясь обойти драматурга, чтобы пройти на кухню. Но Ромео не собирался сдаваться. — Ты ведь понимаешь меня, друг! Это сердце... оно слишком пылкое! Я не могу больше жить без любви! — Ммм, ну... удачи, — ответил Фёдор, даже не пытаясь вникнуть. На кухне его встретила ещё более хаотичная сцена. Вару громко хохотал над чем-то, стоя возле стола, на котором Куро с серьёзным выражением лица пытался разложить какие-то бумаги. — Ну ты и зануда, Куро, это просто бумажки, расслабься! — смеялся Вару, размахивая руками. — Мы не в школе! — Это не "просто бумажки", — сдержанно ответил Куро, поправляя очки. — Это мои расчёты, и если ты не прекратишь портить их своими... идиотскими шутками... — Да ладно тебе, это просто цифры! — подлил масла в огонь Вару, толкнув Куро в плечо. Феликс, стоящий у плиты, обернулся с тревогой. — Вару, прекрати! Куро же старается для нас! Если бы не он, мы бы тут давно уже в долгах сидели! Фёдор понял, что ситуация напряжённая. Он медленно открыл холодильник, надеясь, что никто не обратит на него внимания. Но тут Вару резко повернулся к Фелексу и с широкой ухмылкой произнёс: — А ты, Феликс, что возмущаешься !?Ты что, не выспался? — Хватит всех доставать! — взорвался Феликс, едва не уронив сковороду. — Я тут стою и готовлю для всех, а ты... ты постоянно издеваешься! В этот момент в комнату вошёл Зонтик, который тут же сжался от напряжённой атмосферы. — Эм... всё в порядке? — спросил он тихо, почти спрятавшись за дверью. — Нет! — в унисон крикнули Феликс и Куро, каждый погружённый в своё раздражение. — Ребята... — внезапно раздался голос Данте, который лежал на диване в соседней комнате и лениво перелистывал книгу. — "Всё проходит. Проходит и это". Просто вспомните, кто это сказал... и успокойтесь. Фёдор вздохнул и, наконец, громко хлопнул дверцей холодильника, привлекая всеобщее внимание. — Все заткнулись, — произнёс он сурово. — Я работал весь день, чтобы вернуться сюда и хотя бы немного отдохнуть. Если вы продолжите орать, я выгоню вас всех на улицу. Идите выясняйте отношения где-нибудь в другом месте. Комната затихла. Вару сощурился, но промолчал. Куро бросил свои бумаги на стол и нервно поправил очки. Феликс тяжело вздохнул и отвернулся к плите. — Ну, по крайней мере, мир на пару минут, — пробормотал Фёдор, садясь на стул и закрывая глаза. Когда тишина ненадолго воцарилась в квартире, атмосфера всё ещё оставалась напряжённой. Все делали вид, что заняты своими делами, но в воздухе витало чувство, будто напряжение вот-вот вновь взорвётся. Вару, сидя на кухонном столе, с хитрой ухмылкой оглядывал своих соседей, явно планируя очередную шутку, которая могла бы ещё больше подлить масла в огонь. Куро, сидя за тем же столом, пытался вернуться к своим расчётам, но время от времени бросал косые взгляды на Вару, как будто ожидая очередной провокации. Феликс всё ещё был на взводе, постукивая ложкой по кастрюле, нервно перемешивая содержимое. Его раздражение не прошло, и он только искал повод, чтобы снова взорваться. Погружённый в свои мысли, он не заметил, как Вару наклонился к нему. — Феликс, ты так стараешься… Но кому это нужно? — язвительно прошептал Вару, при этом глядя на остальных, явно ожидая реакции. Феликс замер. Его рука с ложкой напряглась, а взгляд, ещё мгновение назад устремлённый на плиту, медленно поднялся на Вару. В его глазах загорелся огонь. — Что ты сказал? — голос Феликса задрожал от гнева. Он развернулся, явно на грани взрыва. — Да ладно тебе, я просто пошутил, — Вару попытался сделать вид, что его слова были невинными, но всем было ясно, что он провоцирует нарочно. — Расслабься, не принимай всё так близко к сердцу. Ты же знаешь, что никому твои истерики не нужны. Феликс бросил ложку на стол с таким грохотом, что все вокруг вздрогнули. Даже Куро поднял голову, готовясь вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля. — Это ты о чём, Вару? — в голосе Феликса чувствовалась скрытая угроза. — Ты серьёзно думаешь, что я тут просто так, для забавы, вкалываю? А ты что делаешь? Только шутишь и мешаешь всем жить! Казалось, ещё мгновение — и Феликс бросится на Вару. Его кулаки сжались, а лицо покраснело от злости. Остальные замерли, не зная, что предпринять. Даже Ромео, который обычно вмешивался только в разговоры о любви, замолчал, чувствуя, что ситуация становится слишком опасной. Но прежде чем кто-то успел что-то сказать, из угла раздался мягкий, но отчётливый голос: — Хватит, — это был Габриэль, который до этого момента молча наблюдал за всем происходящим. Он поднял голову от и взглянул прямо на Вару. — Ты перегнул палку. Его голос не был громким, но он привлёк всеобщее внимание. Вару сначала удивился, потом ухмыльнулся. — О, даже наш чудак решил вмешаться? Интересно, что ты скажешь. Ты ведь обычно где то на люстре сидишь ,да? Габриэль медленно поднялся с подоконника и подошёл ближе к столу. Он не выглядел угрожающе, но его спокойствие вызывало тревогу. Как будто в его тишине было нечто большее, чем просто безразличие. — Вару, — начал он снова, не повышая голоса. — Ты знаешь, что твои шутки порой бывают неуместными. Феликс старается ради всех нас, и ты это знаешь. На мгновение Вару казалось, что он собирался ответить, но что-то в взгляде Габриэля заставило его передумать. Вару лишь усмехнулся, но его привычная дерзость немного поутихла. — Окей, ладно — проговорил Вару, разводя руки. — Я просто дразнил его. Никаких обид. Феликс ещё какое-то время стоял, тяжело дыша, но потом отпустил напряжение. Его плечи опустились, и он вернулся к плите, не сказав больше ни слова. Все были удивлены тем как вовремя появился Габриэль, и тем насколько он был не похож на себя.Когда напряжение слегка спало, Куро, который всё это время молча наблюдал, только вздохнул. — Пожалуй, это был единственный разумный поступок за весь день, — сказал он, снова склонившись над своими бумагами. Габриэль лишь кивнул, снова возвращаясь к своему подоконнику. Но внутри него что-то шевелилось. Он понимал, что контроль над ситуацией с каждым днём становится всё труднее. Джокер, которого он скрывал, становился всё более реальным, всё более ощутимым в этой комнате. И если однажды его выпустят на волю, весь этот хаос покажется детской забавой.