Перудо

      Бывают такие ситуации, когда напряжение становится настолько ощутимым, что ты можешь резать его ножом, прощупывать пальцами и крепко стискивать, натягивая ранее невидимые нити все сильнее и сильнее. Так и сейчас, пока Чуя тяжелым взглядом смотрел на Сайла, невозмутимо смотревшего на него в ответ, Тера ощущала нечто, отдаленно напоминавшее «напряжение».       — Ты врешь, — уверенно заявляет мафиози.       Взгляды всех собравшихся за столом медленно перетекли от Накахары к практику, что нагло усмехнулся на вывод Чуи. Сайленс развалился на стуле, довольно облизнул зубы и коротко произнес:       — Проверь меня, если так думаешь.       Внимание толпы вновь перетекло к Чуе, который недовольно поморщился. Тера искренне была уверена, что ее эмоциональный мужчина вылетит на первом ходу, но он выбил всех и остался один на один с самым азартным игроком. И нет, это был не Рекс, не Гаррет и даже не Джокер, что следил за происходящим с немым восхищением. Это был испанский практик, который умел виртуозно выуживать информацию из врагов и вести двойную игру в самых невозможных ситуациях.       — Что творят… что творят! — восхищенно прошептал Джокер и перекрестился. — Давно такой партии не видел!       — Да врет он! — рявкнул Рекс, стукнув кулаком по столу. Стопки фишек дрогнули от его удара, некоторые с тихим стуком развалились, на что Гаррет пихнул друга локтем. — Да плевать мне на эти фишки, когда тут такое происходит! Врет и не краснеет!       — Будешь так стол сотрясать, кубики перевернуться! — шикнул на него в ответ Гаррет, указав пальцем на деревянные стаканы, под которыми скрывались кости. — Не порть игру.       Тера подумала, что кубики действительно перевернулись и нервно посмотрела на стаканы. Никто из игроков их не приподнял, чтобы убедиться в предположении Гаррета.       — А вдруг из-за него все перевернулось? — с сомнением протянул Сэм, сидевший рядом с Терой. Она косо взглянула на брата, на что тот довольно фыркнул, переходя на русский. — Прикинь, они тут сидят важные, хуи бумажные, а у них кубики давно перевернулись!       — С большей долей вероятности мой рыжий кавалер мог использовать гравитацию, чтобы кубики перевернуть, — многозначительно произнесла Тера. — Но это было бы не по чести.       — У мафиози, так еще и честь? Ха!       Тера наступила ему каблуком на ногу, из-за чего брат сердито зашипел и ругнулся. Рекс и Гаррет на другой стороне стола активно спорили и делали между собой ставки. Джокер пытливо вглядывался в лица игроков, пытаясь просчитать кто из них врет больше, но сталкивался с невозмутимостью. Чуя и Сайленс играли слишком хорошо и чертовски этим гордились. Видела бы их всех сейчас Моргана, но нет, та ушла по рабочим делам еще ранним утром.       Подумать только, до чего доводит обычная игра в «перудо»!       Но все началось не с нее. Когда Тера решилась разбавить тягучую атмосферу вливания в себя алкогольной продукции чем-то жгучим, она вспомнила про заначку Джокера, которую тот хранил у себя в подвальчике. Она вытащила несколько настольных игр, обязательно в которых делают ставки, вынесла их на свет и поставила условие. Победивший, помимо получения денежного приза, загадывает каждому участнику желание, а тот покорно его исполняет. Конечно, сущие непристойности и убийства запрашивать нельзя, но у игроков и без этого фантазия что надо.       Тера на протяжении всех игр оставалась горда собой. Потому что так расшевелить сонный и печальный улей она и не мечтала! Как пробудился в участниках азарт, как они моментально возбудились и стали буквально вырывать друг у друга победу из рук. Тера и сама смогла один раз выиграть в «караванах». Увесистая награда лежала у нее во внутреннем кармане плаща, а выполненные желания породили многочисленное количество шуток, которые Тера будет припоминать друзьям до скончания времен.       Но эта партия в «перудо» была чем-то невероятным. Сокровенным и острым, будто сейчас шла не обычная игра на желание, а соревнование за нечто большее. Битва, за которой бы последовал решающий выбор, способный изменить абсолютно все.       — Не может у тебя быть три единицы, — прямо произносит Чуя, заставляя всех в комнатушке утихнуть. — Врешь как дышишь.       — Я повторюсь, мой вспыльчивый друг, — Сайл хитро улыбнулся и повел в воздухе рукой, — проверь. Скажи свое слово и проверь. Или веди игру дальше. Если кишка не тонка.       — Ты меня провоцируешь.       — Возможно. А может я просто знаю результат игры… и просто понимаю, что одержу победу в любом случае.       — Слишком много самонадеянности и наглости для человека, который буквально игру назад в сухую просрал все свои деньги в «сундучках».       Сайленс отвел взгляд в сторону на мгновение, чтобы пожать плечами и тяжко выдохнуть:       — Мне никогда в этой дурацкой игре не везло. А тут — совершенно иной уровень!       Усмехнувшись, он наклонился чуть ближе. Рука, стискивающая стаканчик, едва уловимо дернулась: пальцы ощупывали гладкую поверхность стакана, словно в нервном предвкушении. Другая рука лежала у него на бедре, отстукивала ритм, быстрый и веселый. Однозначно невозможно понять, были ли эти эмоции искренними, от предвкушения победы, или же наигранными, созданные специально таким образом, чтобы заманить соперника в ловушку. Тера знала, что Чуя считал все движения Сайленса давно, еще с первых игр. Вот только он не знал наверняка, контролировал ли их испанец все это время.              Была ли ловушка заготовлена с самого начала?       — Итак, я повторюсь, — мягко проговорил Сайл, растягивая слова, — на столе минимум пять единиц. Твое слово?       Чуя поморщился и произнес заветное решение:       — Врешь. Вскрываемся.       Они оба подняли стаканчики, смотря на результаты друг друга. Сайл имел три единицы, одну четверку и одну пятерку, а Чуя же имел две единицы, две двойки и одну пятерку. Победитель был определен. Все собравшиеся удивленно вскрикнули. Джокер присвистнул, Рекс вновь ударил кулаком по столу и получил очередной тычок в бок от Гаррета. Сэм махнул рукой, плюнув на все, и двинулся к бару, желая закинуться пивом.       — Да к черту! — рявкнул Накахара, отбросив стаканчик в сторону. — Ты с мухлевал!       — Я? Ха! Да не мог! — Сайленс протянул руки, чтобы забрать все фишки себе. — Я, такой порядочный испанец, не являющийся эспером, да еще и мухлевать? Как ты можешь так отзываться про мою нескромную персону!       — А я говорил! Говорил, что он выиграет! — довольно пропел Джокер и хлопнул друга по плечу. Сайл ему насмешливо усмехнулся и протянул фишку, зажатую между пальцев. — О, подгон, сюда-а-а-а.       — Тц, ты так говорил, потому что явно видел его мухлеж! — не унимался Чуя. — Да как вообще может выпасть три единицы! Как?!       — Легко! — донесся голос Сэма, согнувшегося под барной стойкой. Рекс и Гаррет двинулись к нему, подбадривая выбрать и им напитки.       Тера покачала головой и подошла к надувшемуся парню. Положив руку ему на плечо и мягко сжав, она взглянула в его яркие голубые глаза, наполненные негодованием и искренним недовольством.       — Ему просто свезло. Помни, что ты его в порошок стер во время покера, — отметила она, склонив голову в бок.       — Слишком много везения для двух испанцев на один квадратный метр! — фыркнул Чуя, поднимаясь с места. Он аккуратно перехватил девичью руку, мягко сжал, чтобы наклониться к ней ближе, прямо к ее уху. — Может нам уже пора? Не устала?       Тера усмехнулась, поражаясь тому, что ее мафиози держался без этого вопроса целых три часа!       — Устала, конечно. Скоро пойдем. — Она оставила мягкий поцелуй на его щеке, после чего обернулась к довольному Сайлу, все еще сидящему за столом. Он пересчитывал фишки и в голове конвертировал их в реальную валюту, представляя себя миллионером. — Желание будет?       Сайленс поднял на нее хитрый взгляд и покачал головой.       — Летите, влюбленные пташки, живите свою лучшую жизнь! А желание я прощу, так уж и быть.       — Какая честь с вашей стороны, сэр! — Чуя фыркнул и хотел было как-то еще огрызнуться, но Тера ему не позволила. Мягко ущипнула за ладонь, скрытую за кожаной перчаткой и осуждающе покачала головой. — Молчу.       Хоккайдо рассмеялась, заметив, как он нахмурился и недовольно отвернулся. За это она оставила ему еще один поцелуй, на этот раз прямо на открытой шее, которая стремительно стала принимать слегка розоватый цвет. Хоть Чуя и проиграл в этой битве, но победил в другой, более важной и драгоценной.