Часть 1

— Как получить Сиреникс? — Нет, — отрезала Дафна. — Никакого Сиреникса, Блум. Не смей. Последующие часы прошли в томительных спорах. Девушка с жаром, свойственным ей и по характеру, и по магии, доказывала, что сумеет справиться с проклятой трансформацией. А Верховная Нимфа Магикса была непреклонна в своем решении. Проклятие, наложенное прародительницами на эту трансформацию, разрушило старшую принцессу Домино изнутри. Лишило телесности, сделало слабым духом, привязанным к чужому источнику магии. Сестра ушла ни с чем. По крайней мере, Дафна очень надеялась на то, что фея огня перебесится, поймёт, что неправа, и успокоится. Подвергать себя такой опасности ради возможности кастовать магию под водой — верх неразумности. Блум не появлялась уже второй месяц. Продолжала ли она дуться или, быть может, уже давно позабыла о своей глупой затее и, погрузившись в быт, забыла заглянуть? Нимфа не знала ответа, что, безусловно, лежало тяжким бременем на сердце. — Привет, — всё же соизволила явиться фея, — ты здесь? Верховная быстро поднялась со дна Роколучче, услышав голос сестры. Та стояла у самого озера, и в глазах её плясали огоньки. — В общем, — завидев Дафну, начала девушка, — обещаешь не ругаться? «Ну, начинается». — Что ты натворила? — стараясь сохранить стремительно ускользающее спокойствие, спросила Нимфа. Волшебница колебалась. — Блум, — надавила старшая принцесса. — Возможно, — начала фея как можно осторожнее, — я слегка завалила второе испытание. Точнее, нет, я выполнила, всё хорошо, — быстро поправилась она. — Но слегка... опоздала. Правда, слегка — всего на день. — Какое испытание? — уточнила Верховная. Девушка сглотнула. — Для получения Сиреникса, — пробормотала себе под нос Хранительница Огня Дракона. — Но ничего страшного не произошло! Правда. Дафна прикрыла глаза. — Текна говорит, что... — продолжила развивать тему фея, но в одно мгновение замолчала. Сестра приблизилась и протянула к ней прозрачную руку. Вместо того, чтобы ее ладонь, как обычно, прошла сквозь тело, она почувствовала. Почувствовала прикосновение. — Ты теряешь телесность, — констатировала Нимфа. — Да, я знаю. Но я думаю... ну, полагаю... то есть, мне кажется, — сбивчиво протараторила Блум, не до конца уверенная, что её пугало больше: перспектива стать призраком или всё же реакция старшей сестры, — что это можно исправить. Мне нужно просто пройти третье испытание, и тогда... — Можно, — кивнула Дафна, не став дослушивать. Вместо этого она схватила девушку почти в охапку и нырнула с ней под воду. Путешествие по озеру проходило в давящей тишине, но любые попытки младшей сестры заговорить пресекались: — Не сейчас, — раз за разом отвечала Верховная. — Ну, а куда мы хоть плывём? — не сдавалась фея. — В Бесконечный океан, — снизошла Нимфа и, открыв портал, подтолкнула в него Хранительницу. Блум послушно прошла сквозь магические врата, восторженно озираясь, словно ее привели на экскурсию. До этого ей не доводилось бывать здесь, а посему, пользуясь моментом, она жадно вглядывалась в подводный город, сравнивая увиденное с тем, что было в книжках. Дафна тянула плетущуюся позади сестру за собой, судорожно размышляя, что теперь делать. Чисто гипотетически, учитывая, что магический контракт ещё не был ею подписан, всё ещё можно исправить. — Филла! — воззвала Верховная. Маленькая русалочка, похожая на пикси с хвостом, как окрестила её Блум, появилась из ниоткуда и приветливо помахала рукой. — Чем я могу помочь? — чинно поинтересовалась морская обитательница. Нимфа коротко обрисовала ситуацию, закончив: — Ты сможешь избавить ее от этого? — Помочь отказаться от Сиреникса, — подводя итог сказанному, кивнула селка. — Да, я могу это сделать. — Э-э-э, погоди, — возмутилась обсуждаемая фея, в чьи планы подобное точно не входило. — Я не хочу ни от чего отказываться. Дафна посмотрела на сестру убийственным взглядом, который так и говорил: «Лучше молчи». Той же ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть и покладисто кивнуть. Верховную сейчас определённо не стоило злить, даже тем более, если она твоя сестра. «Ладно, — решила Блум, — значит, потом ещё раз попробую». Магия русалочки объяла девушку ярким и тёплым сиянием, постепенно расползаясь по бестелесной оболочке. — Вот и всё, — закончив, произнесла Филла. — Через пару часов всё наладится. Горячо поблагодарив селку, Нимфа вновь взяла за руку феечку и потащила за собой. — А теперь куда? — оглядываясь по сторонам, поинтересовалась фея. Не услышав ответа, она нахмурилась. — Да брось, Даф. Всё же хорошо. Хватит меня игнорировать. — Я говорила: никакого Сиреникса, — в голосе совсем уж неприятно (да и непривычно) звякнуло сталью. — Это опасно. — А я говорила, что справлюсь, — вырвав ладонь из цепкой хватки, девушка скрестила руки на груди. — И кто оказался прав? Блум раздражённо выдохнула, слегка подрастеряв запал. Вот ведь гадство. У неё вообще когда-нибудь заканчиваются слова? — Если бы ты мне помогла, а не запрещала, всё бы получилось, — отчеканила феечка, обороняясь. Аргумент звучал откровенно слабовато, но и промолчать она считала признанием поражения. — Класс, — мрачно усмехнулась старшая принцесса. — То есть, это я виновата? Хранительница драконьего пламени опустила взгляд: — Нет, — немедленно покачала головой она. Виноватой в происходящем Дафна определённо не была, но и на себя девушка эту самую вину взваливать не спешила. — Я этого не говорила. Но ты могла бы быть не такой... категоричной. — Нет, не могла, — отрезала Верховная. Металлический налёт, подобно одеялу, лёг на слова. — И ты прекрасно знаешь, почему. Она посмотрела на младшую сестру: — Что, если бы не сработало, Блум? Если бы было поздно? Если бы я банально не знала о том, что селки могут помочь? — с каждым «что если» девушка физически ощущала, как натягивались нервы последней Хранительницы Сиреникса. — Променять нормальную жизнь на это существование, Блум? Серьёзно? Ради чего? — Послушай, — осторожно проговорила фея. Так трепать нервы старшей она совершенно не хотела, но и отступить от цели не могла. Не имела права. Кто, если не она, в конце концов? Поэтому нужно приложить все силы, чтобы убедить сестру в правильности своих убеждений. — Всё не так страшно, как кажется... — Нет, милая, — перебив эту сбивчивую, неуверенную, а главное — бессмысленную речь, Нимфа покачала головой и опустилась на валун. — Извини, но так не пойдёт. Сначала ее рука крепко сжала запястье, что в голове у Блум прямо-таки загудело: «Вырвись». Но Дафна оказалась быстрее — одним резким движением она притянула к себе феечку, а затем: — Что ты?.. — оказавшись в весьма... странном положении, а именно упёршись животом в чужое колено, решила осведомиться девушка. Словесным ответом так, кстати, и не удостоили. Вместо того чуть ниже спины ошпарили крепкой затрещиной. Фея невольно трепыхнулась — слишком уж неожиданный оборот принял этот... разговор — и моргнула. Затем снова. «Да нет, вроде, не показалось». — Угу... — кое-как выдавила из себя Блум, искренне недоумевая от происходящего. Спросить ей хотелось многого (например: «какого чёрта?»), но заплетающийся язык пролепетал только: — П-полегчало? Ладонь снова взметнулась и через несколько секунд со звонким шлепком опустилась на то же место. — Ни капли, — холодно ответила Верховная, отвешивая следующую «благодарность». Девчушка снова вздрогнула, непроизвольно поджав ягодицы. Что полагается делать в подобных ситуациях, она понятия не имела. Возмущаться? Кричать? Вырываться? Может, наоборот, молчать — надоест быстрее? Неловкость, сковавшая Блум вместе со свободной от нашлёпывания рукой Дафны, лежавшей прямо на спине, подталкивала скорее к последнему варианту — с непонятно откуда взявшимся комом в горле особо-то и не пообщаешься. Но и тут есть загвоздка, ведь с каждым таким... «воспитательным моментом» ком, поселившийся в глотке, рос. Питался этой... поркой что ли? — Даф... — придя к выводу, что молчанка не сработала, понуро протянула фея. — М? — пространно будто, она была занята более важным делом, нежели разговорами, откликнулась старшая принцесса. — Слушай, ну хватит, — сконфуженно выдавила девушка, чувствуя, как её лицо заливалось краской. Каждая затрещина только усиливала абсурдность происходящего. — Мне ведь даже не больно. Дафна слегка приподняла бровь и хмыкнула, кажется... принимая слова феечки к сведению. — Ну, эй! — голос незамедлительно поднялся до самого настоящего возмущённого писка, стоило Блум ощутить, как брюки неожиданно, но очень стремительно поползли вниз. — Я совсем не это имела в виду! Вот вообще! — Нужно быть точнее в своих желаниях, — совсем уж издеваясь, заметила Нимфа, не забыв подкрепить мысль ещё одним шлепком. — Ла-а-адно, — засопела фея, решив, что сотрудничество со следствием будет, пожалуй, самым правильным её решением. — Отпусти меня. Пожалуйста. — Уже лучше, — похвалила Верховная, но легче девушке не стало. — Нет. Она сглотнула нервный комок, щекотавший изнанку горла, и заёрзала, словно проверяя, насколько возможен побег из этого весьма неудобного положения. Прямо откровенно вырываться она пока не пыталась, и так стыдно, делать ещё хуже не хотелось. Но и что делать, Блум искренне не знала. То, что в этот раз сестра настроена серьёзно донести (или скорее «вбить») свою точку зрения, она больше не сомневалась. Ощущение собственного бессилия раздражало. Вот что ей сказать? Покаяться? Ну так, фея же не виновата, ей-богу! И от цели своей не откажется. Неужели нельзя просто понять и принять? «Да с Трикс переговоры вести было проще!» — пронеслась гневная, но вместе с тем и забавная мысль. Однако озвучивать её феечка не решилась. — Даф, мне двадцать один, — вконец смущённо буркнула девушка, отчаянно заворочавшись в попытке всё-таки выбраться из этих тисков. Реакция Нимфы не заставила себя ждать — её вернули на то же место, сильнее надавив на поясницу. Где-то на этом уверенность Блум, что если что вдруг, она без проблем вырвется — просто пока это было слишком стыдно, а вообще она, конечно, может — дала трещину. Физическая сила особого значения здесь не имела, в отличие от магической, в которой, в свою очередь, младшая принцесса старшей уступала. — Я рада, что ты это вспомнила, — иронично усмехнулась Дафна. — Видишь, какое дело, оказывается, полезное. Может, заодно и о здравом смысле вспомнишь, чтобы больше подобного не вытворять. На подобное заявление девушка могла лишь досадливо фыркнуть. Пристали на ровном месте со своим здравым, ай, смыслом. То, что необходимость объясняться пропала — что-то слушать сестра явно намерена не была — определённо было на руку, и всё же цена сохранения этой тайны, так сказать, кусалась. Казалось бы, бестелесная оболочка на подобные внушения очень даже отзывалась. Пусть и не невыносимым, но вполне ощутимым жжением — накопительный эффект определённо давал о себе знать. Последний гвоздь забивало осознание: настолько же сильно она умудрилась вывести обычно спокойную и уравновешенную Дафну для… такого. — Ну, ай! — вздрогнув от очередного удара пониже спины, сообщила фея. Признавать поражение отчаянно не хотелось, но и обострять и без того смущающую ситуацию позорным хныканьем, готовым вот-вот вырваться, — не хотелось всё же сильнее. А если обида накроет посильнее — вместе с ним может протиснуться и тщательно оберегаемая до того тайна. — Слушай, я понимаю, да. Не надо было этого делать, — вымученно пробормотала Хранительница Огня Дракона. — Прости. В конце концов, даже опытным стратегам иногда приходится отступать. Так что это не проигрыш, а стратегически необходимый шаг. И никак иначе! Верховная отреагировала мгновенно, будто услышала какое-то кодовое слово, остановившее карательную машину. Не получив очередного пенделя по заднице, фея не могла не выдохнуть, она снова заёрзала, надеясь, что наконец-то отпустят. — Это не игра, — от назидательности в тоне очень хотелось фыркнуть — сестра что, решила за все годы и всех родственников её повоспитывать? Бр-р-р. — То, что ты пыталась сделать, — не героизм. Это безумие, Блум. — Плевать на героизм, дело не в нём, — себе под нос пробурчала феечка, но быстро мотнула головой. Не для того она так усердно избегала этого разговора, чтобы самолично к нему подвести. — В конце концов, всё позади, и ничего страшного не произошло. — Не произошло ничего, говоришь? — переспросила Дафна, прищурившись. Новый удар пришелся на ягодицы, выбивая из девушки сдавленное шипение. — Действительно. Всего лишь чуть духом не стала. — Ну, не стала же, — маясь и ёрзая на чужих коленях, сказала огненная фея в попытке наконец-то пойти на примирение. Отхватывать таким образом прямо-таки надоело. — А ты с таким старанием меня... кхм, наказываешь, будто конец света наступил и его уже не исправить. — Если бы уже ничего нельзя было исправить и в наказании не было бы смысла, — философски протянула Дафна, наконец ослабив хватку. Девушка, недолго думая, вырвалась из этого жутко смущающего плена. Оставалось надеяться, что с возвращением телесности уйдёт и эта невыносимая чувствительность. — А так есть? — фыркнула она, поморщившись. Поднять взгляд на сестру феечка так и не решилась. — Есть. Цель одна, малышка, — донести до тебя об опасности, которой ты себя подвергла. Это не шутки, Блум, — в очередной раз повторила Дафна, будто пытаясь добить. В груди всё сжалось, она не поймёт. Поэтому фея решила отшутиться: — А типа донести словесно нельзя? — подняв бровь и взглянув на старшую исподлобья, уточнила Хранительница драконьего пламени. — Только по заднице? Нимфа закатила глаза, так и говоря: «А я, типа, не пыталась, да?» — В твоём случае, солнышко, — да. Девушка с видом самого обиженного и незаслуженно наказанного ребёнка на всём белом свете скрестила руки на груди и отвернулась. Конечно, переплюнуть Дафну в упрямстве у нее после всего этого не получится, но нужно же хоть как-то выразить своё недовольство... — И вообще, — протянула она сварливо, — с того момента, как я наконец-то смогла тебя касаться, я ждала обнимашек. А не вот этого всего. — Чтобы было не надо «этого всего», не нужно было доводить, — не поддавшись, парировала Верховная. — Да и одно другое не отменяет. Нимфа проигнорировала показную обиду и потянула Блум к себе, на этот раз, чтобы обнять ее. Феечка, тут же забыв все свои обиды, расслабилась и уткнулась лицом в ее плечо. — Чёрт, как же это офигенно, — приглушённо прошептала она и добавила задумчиво: — Может, это проклятие не так уж и плохо... Всё же надо ещё раз попробовать. — Угу, — усмехнулась Дафна, погладив фею по голове. — И ремень с собой прихвати.