Пролог. Жизнь Мао Мао

      Переполненный школьный стадион, громкий школьный матч, бушующий от возгласах трибун поле.       И до конца остается всего лишь каких-то мимолётных 20 секунд.       Матч заканчивается под радостные возгласы большой группы с поля и криков болельщиков. Как оно обычно и происходит. Банально на уровне смеха после смешной шутки или плача после тяжелого дня.       — И матч заканчивается со счетом 3:1 в пользу Средней школы Мацукадзэ Кокуо!

***

      Обе школьные команды уже разошлись. Да и не только они, но и вообще все ученики. Хотя, кроме одной, незаметной с первого взгляда, девушки.       Та, которая осталась на поле одна с мячом, и по неизвестной кому-то причине начала его обводить вокруг поля, словно обходя невидимые преграды. Её зелёные волосы были собраны в высокий хвост, который был чуть потрёпан, а галстук немного свисал, что безусловно придавала ей неряшливый вид.       И всю эту картину видела менеджер недавно открывшегося проекта «Блю Лок» — Тейёри Анри, которая разговаривала по телефону. По той стороне трубки, ей отвечал Эго Джимпачи, человек который был нанят туда тренером.       — Эго-сан, вы уверены? Не то, чтобы я была против девушки в Блю Локе… — женщина всё возмущалась на странные уговоры отправить девушку на обучение, — но вы разве не считаете, что лучше было бы взять кого-то из школьной команды?       — Всё тебе, Анри-чан, объяснять, — спокойным, холодным тоном ответил Эго, — Ты разве не видела? Описала все её действия, а сама не увидела?       Анри не понимала о чём он. Как обычное катание мяча по пустому полю может связанно с реальным футболом? Тем более без каких либо намёков на реальную тренировку.       — Ха, — короткий вздох послышался по сторону, — она запомнила всё поле до мелочей. Она представила, как бы игроки отреагировали на её участие в игре. Разве она слабее всех, кто был на этом поле? Разве она хуже? Именно поэтому я не люблю отправлять кого-то на подбор игроков. А теперь, сделай своё дело и позвони сама знаешь кому. А! И про письмо не забудь.       Анри оставалась лишь отключить телефон и кратко вздохнуть, ведь она сама понимала, что справиться с подобными аргументами уж точно не сможет. Именно тогда синеглазая взяла мяч в руки, чтобы отнести его в спортзал, который был, на удивление, всё ещё открыт. На чужое удивление. Спортзал закрывали дежурные.

***

      Вечерний Мусасино был чем-то прекрасным, особенно в нашу эпоху новейших технологий, этот городок оставался малозамеченным. Теплое солнце было где-то за пределами глаз, свежий воздух, даже сквозь большой срок времени, не выветрился и имел нежный запах гибискуса. Будто выделялся своей древними постройками и малым населением. Это не особо мешало горожанам, ведь все знали друг друга, что вызывало ещё больший комфорт.       Тут в случае чего каждая женщина знала новые сплетни, праздники все отмечали вместе, а про свадьбы проводившееся здесь можно было составить целый список обычай. Оно и к лучшему. Именно такую обстановку любила синеглазая и низкорослая девушка, которая сейчас шагала по давно запомнившийся ей я улице.       Одним из крупных заведений являлся бордель «Медяный Дом». Пользовался ли он популярностью в округе? Глупый вопрос. Неудивительно, что, да. Поскольку он был единственным борделем во всём городе.       Если кто-то приедет сюда то только ради того чтобы заскочить в промежуток между долгой поездкой, либо же воспользоваться услугами проституток, в чью работу входило по полней развлекать клиента всеми возможными способами.       На данный момент, там был рабочий день, и многие барышни, не включая самих проституток, работали не покладая рук. В работу обычных помощниц, которые по тем или иным причинам не могли или просто не хотели, входило стирка грязного белья, мытьё комнат до полного сверкания, подготовка нарядов, разговоры по телефону.       Внезапно заведующая борделя — пожилая женщина, которой далеко за семьдесят. У неё маленькое, сутуловатое телосложение и смесь серых и белых волос, как обычно аккуратно зачёсанные назад. Её длинная чёлка свободно обрамляет лицо и завязана сзади, закреплённая броской золотой заколкой и украшенной драгоценными камнями.       Проходит мимо, туда сюда, будто бы размышляла или чем-то была не довольна. То и дело фыркая под нос, будто её желание разгромить всё здесь вокруг только нарастало.       Затем, уже проходит одна из проституток, не из обычных, а высших. Тех, кому обычным трудягам с улицы не позволить на свою мизерную зарплату.       Красивая, молодая женщина среднего роста, обладающая хорошо сложенной фигурой. У неё светлая кожа, волосы темно-фиолетового цвета, которые доходят до середины спины и в остальном собраны в боковой хвост, из-за чего прядь волос обрамляет одну сторону лица, тогда как остальная челка обрамляет левую сторону лица, спокойные глаза цвета морской волны и родинка под правым глазом.       У неё топ в тон цвета морской волны с длинными рукавами и длинная юбка королевского синего цвета, а также шаль кораллового цвета. Из аксессуаров на ней: золотое ожерелье, серьги в виде розовых цветов и пурпурная цветочная булавка на левой стороне головы.       Пожилая женщина обращается к ней, когда та, проходит мимо неё:       — Эй! Мей, где та девчонка бегает? Мои клиенты уже заждались! - неблагоприятный тон пошел в сторону Мей Мей. Угрюмое лицо Мадам кричало о том, что лучше сию же секунду, немедленно, принести упомянутую девушку, кто бы это не был.       Мей Мей аккуратно поворачивает голову через плечо и лишь мягко улыбается боевому настрою старушки.       — Ну, Мадам, не стоит так гневаться! Мао Мао скорее всего уже идет! Сейчас же ещё и восьми вечера нет, возможно, бедняжка немного опаздывает, — лёгким голоском проговорила Мей Мей, и повернулась всем телом — Просто немного подождите.       — Тц, — лишь сильнее злиться Мадам и хмурит брови к переносице, и уже про себя шепчет: — Где она там шастает? Негодница.       Вдруг, входная дверь «Медяного дома» открывается, и через неё заходит девушка совсем неприметного обаяния.       Молодая девушка, невысокого роста — 153 сантиметра. У неё темно-зелёные волосы, которые на данный момент собраны в пучок, завязанный ею по дороге сюда, раздельный на пряди и угловатые голубые глаза.       Её зовут Мао Мао. Прежде чем с восклицаниями охать и начать задавать уйму вопросов, давайте-ка, кое-что, проясним.       -«Меня зовут Мао Мао. Я живу в городе Мусасино, находящийся в префектуре Токио. И по галочке, ещё и в городе с самым низких населением. Дело в том, что я на половину китаянка и так же японка», — в голове подумала Мао когда входила в здание.       — Вечер добрый, Мао, — бодро помахала ей Мей Мей и лишь шире улыбнулась. Безусловно никто так не радовался приходу младшей, как она. Словно старшая сестра.       На приветствие голубоглазая кратко кивнула, не проронив ни слова.       — Простите, немного опоздала, — сказала Мао Мао, сняв сзади себя школьную сумку, и, беря её в руки, зашагала к двум женщинам. — Пришлось дорабатывать задание, чтобы сенсей смогла отпустить меня по раньше.       — Да плевать мне, — лишь коротко фыркнула карга, — давай бегом помогать остальным, а то черепушку разломлю!       Мао Мао уныло вздохнула и пошла по коридору вдаль, по раскрашенным в тематику древнего Китая, что подчеркивалась стоящими на тумбочках вазами.       -«Эх, опять работать».-Пронеслось у неё в голове, от чего унылость переросло в ещё большее нежелание что либо делать.

***

      — Мао Мао, ты всё? — спросила одна из работниц, когда Мао уже обулась и надела свой школьный портфель.       — Да, до свидания, — напоследок поклонилась зелёно-волосая девушка и отправилась к выходу.       Открыв дверь здания, она переступила порог и поспешила по другой дороге. Свежий вечерний воздух заставил волосы девушки развиваться. Люди уже начали закрывать свои магазины и отъезжать домой. Приятная атмосфера заставляла Мао Мао чувствовать себя более комфортно, чем в большой толпе людей.

***

      Мао Мао уже дошла до нужного места. Больница. Место не из приятных. По крайней мере для Мао. Не из-за место, а скорее из одного человека, находящегося там. Глупой женщины.       — Добрый вечер.       Внутри спала женщина с растрепанными волосами. Она была похожа на особенно неприятный скелет.       — Я принесла твоё лекарство, — продолжила Мао мао. Однако женщина ничего не сказала. Можно было бы почти заподозрить, что она давным-давно забыла, как это делается.       Раньше она выгоняла Мао Мао; по-видимому, из чистой ненависти, но за последние несколько лет, у неё не осталось сил даже на это.       Мао Мао подошла к женщине, лениво лежавшей на спине, и помогла ей проглотить порошок, который она принесла. Это было то, что её отец использовал вместо ртути или мышьяка.       «Менее ядовитый», сказал он, и более эффективный, но в данный момент, это даже не помогало успокоить женщину. И всё же, у них не было другого способа вылечить её, кроме как дать ей этот порошок.       И женщине сейчас было почти сорок, но когда-то её чествовали как бабочку, чествовали как цветок. Хранили и оберегали её, словно была она самым ценным золотом, среди кучи других вещей.       «Медяный дом» — был достаточно престижным заведением, чтобы сейчас привередливо выбирать своих клиентов, но так было не всегда. В годы, прошедшие после рождения Мао Мао, было время, когда от этого престижного места, оставалось лишь забрызганная грязью вывеска.       Именно в то время эта женщина была проституткой, принимавшей клиентов, и, к своему несчастью, заразилась сифилисом, известным на языке Мао Мао как «сливовый яд».       Если бы это лекарство было доступно ей на ранних стадиях болезни, возможно, женщина бы вылечилась, но к настоящему времени на состояние её тела едва-ли стоило смотреть. Болезнь разрушила не только её внешность, но и разум, превратив память в клочья.       Время — жестокая штука. И с этим бесполезно спорить. Как и стем, что лежавшая на койке женщина ничего самостоятельно не может сделать. Даже обмыть её тело будет невероятной морокой.       Затем она выдохнула. Женщина прекратила свою песню и достала набор шариков, сделанных из цветной гальки. Она начала раскладывать их одну за другой, словно пытаясь упорядочить разрозненные фрагменты своих воспоминаний.       -«Глупая женщина».

***

      Мао Мао поздно вернулась домой. У неё были на это причины. Ведь учеба, «Медяный дом» и поход к «глупой женщине», сами о себе не позаботиться. А ещё медленная прогулка по окрестностям. Пришлось зайди в магазин за кошачьим кормом, чтобы накормить уличных котят, которые так охотно за ней плелись, лишь бы те угомонили себя.       Стоило отойти от городской больницы на пару кварталов, и улицы становились пустыннее, появлялись ряды покосившихся лачуг, нищие, ждущие, что кто-нибудь бросит мелочь в разбитые чашки в их руках, и ночные бабочки с явными признаками сифилиса.       Одной из таких ветхих лачуг, и был дом Мао Мао — тесная хибара с земляным полом. Заглянув в приоткрытую дверь, голубоглазая увидела, что внутри на тростниковой циновке, склонившись над ступкой, на коленях стоял мужчина и усердно работал пестиком.       Его лицо с мягкими чертами было покрыто глубокими морщинами и чем-то напоминало старушечье.       — Папаша, я дома, — оповестила Мао Мао во время того, как снимала свои балетки с ног.       — А, добрый вечер, ты сегодня поздновато, — сказал отец, приветствуя девушку и не твердой походкой отправился заваривать чай. Он налил его в чашку, которую Мао Мао приняла с благодарностью.       Несмотря на то, что листья были заварены повторно, получившийся напиток был теплым и приятно расслаблял. Язык всё ещё жгло.       Мао Мао начала рассказывать обо всём, что с произошло за день, одно за другим, а отец слушал её, изредка хмыкая или охая. Этот диалог мог проходить из-за дня в день. Пожилой мужчина мог слушать её не переставая и не отвлекаясь.       — Кстати, совсем забыл сказать, — вдруг он перебил её. Старик потянулся за белым конвертом на квадратным столе. Вскоре папаша протянул бумажку Мао и та, с вопросительным взглядом приняла его. — Это утром почтальон принёс тебе. Я особо не читал. Девушка посмотрела на сам конверт и сразу в глаза бросилась строчка, напечатанная по середине белой бумаги.

«От футбольной ассоциации»

Она аккуратно раскрыла свой конверт и начала читать строчку за строчкой:

——————

Мао Мао-сан,

ВЫ БЫЛИ ВЫБРАНЫ ДЛЯ СПЕЦИАЛЬНОЙ ПРОГРАММЫ ОБУЧЕНИЯ ИГРОКОВ.

      Мы рады сообщить, что после тщательного процесса отбора, вы были выбраны в качестве игрока, назначенного JFU для тренировочной программы. Поэтому, мы хотели бы пригласить вас на встречу по новому учебному проекту, которая состоится ×× из ××.       Если вы хотите принять участие, пожалуйста, подпишите прилагаемую форму согласия и приходите в здание штаб-квартиры JFU в назначенную дату и время.       P.S: Ты будешь единственной девушкой в учебной программе!       Новый представитель проекта JFU,       Тейёри Анри

———————————-

      Голубоглазая с недоверием посмотрела на конверт и обратилась к своему отцу.       — На специальное обучение в футбольной программе. Больше походит на мошенников, — задумчивым тоном проговорила Мао и повернула голову к мужчине.       «От такого нужно держаться подальше. Мало ли что со мной сделают, если я пойду точно по адресу.»       Он лишь слегка улыбнулся. Словно подобное было обыденным.       — Не думаешь, что это прекрасная возможность? Ты ведь любишь футбол с самого детства, — лишь предложил старик. — Помню как с детства ты то и делала, что пинала мячик по двору.       Мао Мао снова взглянула на конверт. Да, она и вправду любила футбол. Любила ровно до того момента, как её не приняли в школьную команду. После того, как с ней отказались иметь дело в этой сфере, она то и дело оставалась после всех учебных занятий, оставалась на пустом футбольном поле и играла сама с собой.       Она запоминала всю игру, которая происходила во время дневных матчей и просто представляла себя в роли главного нападающего. Представляла, как забьет хет-трик. Представляла, как будет радоваться победе.       Представляла…       Представляла….       Предста-       — Ладно, я попробую.       Поужинав конджи с пряными травами и картофелем, Мао Мао сразу отправилась спать, решив, что купание можно отложить до завтра. Возможно, ей удастся позаимствовать немного горячей воды из «Медяного дома».       Она свернулась калачиком на своей простой циновке, расстеленной на земляном полу.       Отец накрыл её одеялом, затем раздул огонь в глиняной печи, чтобы тот не погас.       Мао Мао тихо захрапела на холодном футоне, в то время, как седой человек, тихо проговорил про себя:       — Футбольная ассоциация… Наверное, это судьба, — прошептал её отец, но слова не долетели до уже заснувшей Мао Мао.       После сказанного, он уселся рядом с деревянным столиком и продолжил нарезать собранные утром травы.