Мужик, мужичка, баба, девка

Мемная фраза «мужики в форррме» относится к фильму «Союз спасения», который повествует о декабристах. Проблема в том, что декабристы были военными, дворянами, офицерами, а некоторые из них вообще относились к самой верхушке имперской аристократии. Таких людей ни в коем случае нельзя называть мужиками: это слово в Российской империи, в отличии от современного русского языка, обозначало крестьянина или рабочего, то есть, указывало на отношение к низшему, податному сословию. В Древней Руси слово «мужик» означало «маленький муж», то есть, мальчик, еще не мужчина. Позже оно перешло на представителей нижней ступени социальной иерархии, которые считались фигурально младшими по отношению к верхушке общества. В Российской империи мужиками вплоть до 1917 года назывались крестьяне и рабочие, которые были выходцами из крестьян. Мужики противопоставлялись дворянам, духовенству, казакам и даже городским мещанам, хотя последние формально относились к тому же податному сословию. Впрочем, купца или мещанина могли назвать мужиком (особенно за глаза), как, например, в пьесе Островского «Гроза» о купце Диком говорят: «Пронзительный мужик!» Но не дворянина! В отличии от древнерусского значения, слово «мужик» означало женатого мужчину, до женитьбы молодые люди обозначались словами «парень», «парубок» и другими вариациями в зависимости от диалекта. Казаки могли использовать слово «мужик» как обозначение крестьянина/рабочего из центральной России, проще говоря, не казака, или просто как ругательство: «Григорий спал в снятой с передка арбе. Митька, жмуря левый глаз, словно целясь, вытянул Григория плетью. — Вставай, мужик! «Мужик» у Митьки было слово самое ругательное. Григорий вскинулся пружиной. — Ты чего?» © М. Шолохов, «Тихий Дон» Женщина-крестьянка называлась мужичка. «Да и что вам, ваше сиятельство, хоть она бы и милая, а всё ж мужичка она, баба немытая, поневница глупая, мне, мужику, чета!» © Ф. М. Достоевский, «Хозяйка» В том же «Тихом Доне» герои обсуждают традиционный женский костюм, по которому казачки и мужички резко различаются: мужички носят одежду, скрывающую очертания фигуры, а казачки — подчеркивающие талию и грудь. Герои-казаки, естественно, считают, что казачки лучше. Слово «баба» имело более гендерный окрас, обычно так называли замужних, в противопоставление к девкам, крестьянок, но иногда так называли и дворянок, в таком случае это имело некоторый оттенок пренебрежения. Замужних казачек тоже называли бабами, и это было совершенно нормально, а вот назвать казака мужиком или казачку мужичкой — оскорбление. Незамужняя крестьянская женщина — «девка», по отношению к низшему сословию подобная форма не считалась пренебрежительной, она была нормой и для самих крестьян, и для других сословий. Конечно, использовались слова «девушка», причем у крестьян часто в форме «деушка», но слово «девка» часто встречается и в сохранившихся пословицах и поговорках, и в объявлениях типа «продам крепостную девку». Дворянскую девушку обычно называли «барышня» или французским словом «мадемуазель», обозначающим незамужнюю женщину. Девкой дворянку, естественно, обычно никто не называл. Но незамужние казачки или дочери купцов именовались девками, и это не имело никакого обидного или пренебрежительного окраса. Хотя традиционно бабами называли только замужних женщин, иногда бывали исключения, когда молодую женщину называли, например, уменьшительно «бабочка». «У меня, значитъ, здесь племянница въ горничныхъ живетъ… Да… Такъ у ней на войне-то, сказываетъ, трехъ жениховъ убили. Прежде-то женскимъ деломъ скрывалась, значитъ, что касаемо жениховъ… Ну. а теперь все одно. Такъ, придетъ это, поскулитъ, поплачетъ бабьимъ деломъ, а взять не съ кого… — Ужъ это что говорить… Война-то во все стороны бьетъ. — И еще какъ бьетъ то!.. Племяннице-то вотъ какъ обидно за японца… Поищи-ка теперь четвертаго-то жениха… Не мышь, не поймаешь. Со стороны жаль смотреть, какъ бабочка убивается. Дело-то еще не старое, пожить хочется, какъ другiе прочiе, а тутъ светъ тебе клиномъ…» © Мамин-Сибиряк, «Трататон»