Провальный шанс

—Почему ты не отвечаешь? — его тёмные очи словно образовали две грозовые тучи. От этого взгляда, казалось бы, можно лишиться чувств – он смотрел прямо в душу —Если мы друзья, Эмре, это не значит, что я буду открывать тебе душу и делиться сокровенным. Ты же не рассказываешь о подробностях своей жизни, вот и меня не проси – отвернулась, смахивая очередную слезу —Не говори глупости, мы не чужие друг другу люди —Не выводи меня ещё больше, я сейчас сорвусь на тебе Он не хотел давить на неё, но его насторожило то, что она внезапно сильно похудела, приходила постоянно невыспавшаяся, натянуто улыбалась, витала где-то в облаках. Он сразу начал проявлять заботу, интересоваться самочувствием, но каждый раз она просто отмахивалась и говорила, что всё хорошо. Не выдержал, вывел её на серьёзный разговор, целью которого было несмотря ни на что узнать, что у неё случилось и помочь. Сам не мог радоваться, зная, что ей плохо. Не ожидал, что она будет ему настолько дорога. Больше всего на свете хотел, чтобы зимородок не заканчивался. И это не потому что так понравился проект(сюжет оставляет желать лучшего). Актёр не мог представить, как сможет без неё. Без еë голоса. Смеха. Аромата. Без его Гюльчин. Порой по ночам он часами не мог уснуть, представляя жизнь после зимородка. Они конечно будут поддерживать связь, но это будет уже не то. Совсем не то. У неë своя жизнь, свои проблемы. Их дороги разойдутся, останутся лишь сообщения на праздники. Эти мысли убивали его. В одном из интервью он сказал о том, что хоть пусть 10 сезонов снимают, если сюжет интересный. Никто не узнает о том, что эта фраза имеет скрытый подтекст. И она не узнает... Он не скажет, не сможет сказать... *** —Я спрошу тебя ещё раз, уверена ли ты в своих действиях? —Может я пожалею, но это будет потом —Поэтому и спрашиваю. Мы столько лет прожили вместе, чтобы на расцвете лет перечеркнуть всë, что было? Гюльчин тяжело вздохнула —Сначала идёт симпатия, следом влюблённость, после неё страсть и любовь. Когда страсть угасает, остаётся любовь, основанная на взаимном уважении и совместном очаге. Я благодарна тебе за эти годы. Если у тебя будут проблемы – ты сразу можешь сказать о них мне. Но я не хочу тебя обманывать. Все мои яркие эмоции угасли. Каждый день словно день сурка. Я ни в коем случае не обвиняю тебя. Дело в нас. В наших утраченных чувствах. Мы проводим вечера вместе не потому что хотим этого, а потому что так надо, просто дело привычки. Ты заслуживаешь женщину, которая будет счастлива от каждого прожитого дня с тобой. Я люблю тебя, но люблю по-человечески, за то, какой ты — солёные капли не переставая стекали по глазам, размазывая тушь — прости меня, если сможешь. Я знаю, как это глупо. Но обратного пути нет – виновато опустила взгляд —Ну всё, тише — обнял, поглаживая по огненным прядям – не плачь. Просто я не хочу тебя терять. Но если ты для себя всё решила, то я бессилен. Придётся привыкать быть отдельно друг друга —Пожалуйста, прям сейчас пойдём внутрь, пока я не передумала Утку грустно усмехнулся, взял её за руку, и они пошли оформлять развод *** —Хорошо, я тебя понял, доставать не буду. Но прошу тебя, сделай, как я сказал. И теперь я буду тебя откармливать —Что, хуже выглядеть стала? —Ты всегда прекрасна. Но твои диеты не имеют никакого смысла —У меня нет диет — сказала, после сразу прикусив язык. Когда на съëмочной площадке сказали о её фигуре, то она сказала, что держит диету, хочет немного сбросить вес —Зачем ты соврала?! —Всё, Эмре, пожалуйста, закончим этот бессмысленный диалог —Ты гробишь свои нервные клетки и здоровье и ничего с этим не собираешься делать? —Я не буду отвечать на твой вопрос и уйду сама, раз не уходишь ты Её уверенную походку остановила сильная рука, которая прижала к себе, не давая и шанса вырваться. Были так близко, что был слышен стук сердца. Руки плотно обвили талию и бёдра, вызывая табун мурашек. Гюльчин неосознанно прикрыла глаза от столь желанной близости —Ты никуда не уйдёшь — прошептал на ушко, заправляя прядь волос Она внезапно опомнилась, словно вылили ведро холодной воды, отскочила от него на безопасное расстояние —Как в сериале, Эмре, ей богу. Ты, кажется, заигрался. Я не маленький ребёнок, чтобы следить, сколько я ем и сплю и из-за чего переживаю. Как-нибудь разберусь. Нам ещё любовь с тобой играть. Я бы не хотела ругаться. Так что сделаем вид, что этого разговора не было На этот раз ей удалось уйти, оставив её экранного друга в замешательстве *** Теряя счёт в бокалах, он не останавливался. Обрывками помнил помещение, в которое зашёл, а не то, что девушку, с которой проснулся утром. Она была редактором, молода, очень красива. Несомненно знала, кто такой Эмре Алтуг и при его пробуждении в подробностях описала события ночи Он знал, что его чувства к сериальной партнёрши никуда его не приведут. Женщина состоит в браке. Тут не о чëм говорить. Но также подсознательно понимал, что будь у него возможность хоть как-то с ней сблизиться – он бы наплевал на все моральные принципы, позволяя себе лишнее. Но без толку об этом говорить. Она, как оказалась, не воспринимает его всерьёз. Раз так, он взрослый одинокий мужчина, может себе позволить роман, тем более после проведённой ночи будет не по-мужски отвиливать от ответственности. Её звали Ханде. С этого дня начались их так называемые отношения *** —Так, Гюльчин, соберись. На тебя это не похоже, уже 3 дубль снимаем —Простите, я неважно себя чувствую. Сейчас точно по... – она не успела договорить, всё вокруг поплыло, она не держалась на ногах и упала бы, если бы её не подхватил Эмре —Гюльчин? Гюльчин, ты слышишь меня?! — он полностью захватил её в свои объятия, поднял на руки и отнёс к вагончику, где была аптечка После нашатырного спирта она открыла глаза, встретившись с двумя обеспокоенными карими. Эмре не отходил от неё, держал её руку в своей ладони, мягко поглаживая. Она невольно улыбнулась этому, что не укрылось от его взгляда. Не выдержал и бережно провёл по её волосам, смахивая прядь К сожалению, момент их уединения прервался, когда они услышали голос доктора —Гюльчин Сантырджиоглу, вы пришли в себя, мне нужно провести с вами беседу. Господин Эмре, могу я попросить вас выйти? —Да, конечно — его рука всё ещё лежала на том же месте и только сейчас он убрал её, пристал и покинул вагончик. Но слово покинул слишком громкое. Он прислонился к нему, стараясь услышать каждое слово —Случались ли у вас до этого обмороки? Хорошо ли вы питаетесь? Много ли спите? Переживали ли стресс последнее время? —Обмороков не случалось. Я действительно мало ем и практически не сплю на фоне стресса. Сейчас в моей жизни произошёл переломный момент. Слишком много всего навалилось и я не справляюсь —Я не стану спрашивать подробности, это ваше личное дело. Но не пренебрегайте своим здоровьем, видно, что вы истощены. Дальше будет только хуже. Я пропишу вам таблетки, пожалуйста, пропейте полный курс, ваша нервная система должна нормализоваться —Спасибо, доктор Девушка покинула вагончик, оставив Гюльчин одну, но совсем ненадолго —Гюльчин – он с тем же волнением в глазах обратился к ней – я всё слышал. Прости, что давил на тебя, но видишь, до чего всё дошло —Эмре, у тебя сейчас съемки —Плевать на съемки. Сейчас все там переживают за тебя, ждут нас —Тогда пойдём – привстала и столкнулась с ним лицом к лицу, как тогда, когда они в последний раз выясняли отношения —Стой. Почему ты такая упрямая? Сама не понимала смысл своего молчания. Наверное ей понравилось выводить его на эмоции, не думала, что будет настолько обеспокоен. Для друзей нормально переживать друг за друга, пытаться помочь, но тут было нечто другое. Его взгляд выражал сильные чувства, переходящие грань дружбы. Кстати говоря, это тоже стало причиной её обморока. Предательство подруги, с которой дружила 10 лет, ссора с мамой, развод. Всё словно снежным комом навалилось на неё. И причём в той пламенной речи, что она сказала мужу перед тем, как оформлять развод, она скрыла часть правды. Правды, которая и до неё дошла не сразу. Она влюбилась в своего сериального партнёра. Как глупо. Они взрослые люди, шанс отношений несомненно есть, но она только-только развелась. Сам Эмре, вдобавок, завидный холостяк, ему вообще приписывают роман с Гëзде. Она знала, что это неправда, но ей всё равно было неприятно. Может она вообще себе всё придумала, сделала всё двусмысленным из-за собственных чувств. Всё слишком сложно. Она до сих пор рекламировала книги Утку, не хотела, чтобы его труд пропадал. Почему-то решила первое время скрывать их развод, закрыться в себе, быть абсолютно без помощи. Даже мама ещё не знает о её новом штампе в паспорте Прокручивая это всё в голове, она заплакала как маленькая девочка, прижавшись к ошарашенному Эмре. Он сразу же крепко прижал её в свои объятия, поглаживая по спине и волосам —Тихо, моя девочка, я с тобой – ей казалось, что она снова потеряет сознания от нахлынувших чувств. Его обращение разлило тёплую реку внутри, словно всё пережитое размылось и осталось только спокойствие рядом с ним Они обнимались так минуты 2-3, их идиллию прервал голос режиссёра —Сладкая парочка, я сейчас разниму – по-доброму улыбнулся — Гюльчин, всё в порядке? —Да, спасибо, мне уже лучше, на фоне стресса был обморок —Так, пусть стресс будет только в нашем дурдоме, а в жизни всегда сияет твоя очаровательная улыбка —Спасибо большое, дорогой. Мы уже идём *** —Гюльчин, не отвлекаю? — постучал, прежде чем зашёл в гримёрную —Нет, проходи. Я как раз не могу самостоятельно застегнуть молнию этого платья. Закрой дверь пожалуйста Она сама не поняла, как сказала это, миллион раз пожалела, но обратной дороги уже не было. Глаза Эмре буквально засветились от счастья. В воздухе повисло напряжение —Отвернись, пожалуйста Он отвернулся, в то время как его фантазия во всю подкидывала картинки обнажённой сериальной партнёрши. Он тяжело сглотнул, пытаясь унять возбуждение, которое как назло выпирало из-под тесных брюк от костюма В это время она мысленно ещё одну тысячу раз назвала себя дурой. Да, полная площадка женщин, которые могут ей помочь, но нет, только он получается может застегнуть это чертово платье. Она сняла с себя всю одежду и в это короткое время, когда она стояла в одном белье, мурашки заполнили каждую её клеточку тела, а низ живота стал ныть. Она еле опомнилась, накинув на себя строгое чёрное платье —Эмре, можешь поворачиваться — её голос напомнил жалобный стон Он судорожно повернулся и нервно сглотнул, увидев обнажённую спину Гюльчин. Медленно подошёл, отодвинул короткие пряди и провёл по застёжке вверх. —Спасибо — замешкалась она — кстати, а ты зачем приходил? — ловко перевела тему, избавившись от этой неловкой ситуации. Но не от последствий от неё. Оба были возбуждены... —А.. Я... — мозг перестал как-либо здраво функционировать. Он потер виски, взывая к Всевышнего к здравому смыслу — Прости, задумался. Я знаю, как ты любишь море. Не против прогуляться завтра по Босфорскому проливу? Завтра съемок нет, отдохнешь, расслабишься, приведешь мысли в порядок — тепло улыбнулся —Знаешь, было бы неплохо, я с радостью приму твоё предложение. А из наших ещё кто-то будет? —Вообще я думал, что мы будем вдвоём, но если ты хочешь конечно, то... —Нет – отрезала – не хочу. Большая компания меня утомляет, мне хватит тебя — пыталась унять жар в щеках, что плохо получалось —Отлично. Тогда время и место встречи вышлю тебе чуть позже — хотел было уйти, но её голос остановил его —Эмре, спасибо тебе. Не злись, что я всё скрываю и срываюсь на тебе. Я очень ценю твою поддержку —Всё хорошо, это ты меня прости. Если захочешь – расскажешь, я не буду настаивать и давить на тебя. До завтра *** Был теплый октябрьский день, лучи солнца пробивались в окна Стамбула. Сегодня был первый день, когда она без недовольства выключила будильник. Женщина сладко потянулась , вставая с кровати. Казалось бы, столько людей в её окружении, причём близких людей, но открыть своё сердце она хочет только одному. Сегодня она не хотела думать о том, как всё неправильно. Мысленно оправдала себя простой дружеской поддержкой, отогнав ненужные мысли. Хотя бы раз за долгое время хотела облегченно вздохнуть и хорошо провести время. Сразу после встречи с Эмре твёрдо решила поехать к маме мириться. Нужно вытаскивать себя из этой ямы. Где-то 20 минут она отчаянно перебирала свой гардероб, откидывая одну вещь за другой. Хотела выглядеть идеально. Спустя долгие поиски остановила свой выбор на белой блузке и длинной голубой юбке в комплекте с накидкой того же цвета. Сделала лёгкий макияж и накрутила волосы. Положила в пакет сдельный купальник и полотенце, набрала номер такси. Они отлично провели время за лёгкой беседой, забыли о всех трудностях и проблемах, дурачились в воде, плавали на перегонки. «Как подростки» - проскользнуло в голове у рядом находящихся людях. Но на всех им абсолютно всё равно. Оба хотели, чтобы этот день не заканчивался. Сейчас Гюльчин с закрытыми глазами лежала на шезлонге, вслушиваясь в шум волн. Море было для неё всем. Место, в котором отдыхает душа и тело, где она чувствует себя свободной от этого мира. —Гюльчин? — Эмре вывел её из транса —Да? —Уже становится прохладно. Давай поужинаем где-то? После плавания очень хочется есть —Да, я только за. Только одежда не совсем подходящая, не думаешь? —Ты всегда прекрасна, тебе не обязательно быть одетой в дорогое платье или костюм —Спасибо, мне приятно Улыбка с их лица не сходила весь день. Ужин прошёл также хорошо, они плотно поели, после чего заказали десерт с чаем. Эмре пока боялся выпытывать из неё информацию, решил, что она сама должна сказать. Тем более не хотел портить настроение, им было слишком хорошо друг с другом —Спасибо за вечер, Эмре, благодаря тебе я забыла о всех проблемах —И ты осчастливила меня. Надо было чаще так собираться, я жалею, что раньше не звал тебя. И это ещё не конец вечера, я бы не ушёл от тебя без подарка —Эмре, какой подарок? Мне неудобно, я ничего не приму —Не обижай меня. Это маленький подарок — протянул ей книгу в красивом переплёте — Я знаю, как ты любишь читать. Долго не мог выбрать, перечитал все отзывы, выбор остановился на этой книге, надеюсь что тебе понравится —Эмре, ты сделал этот вечер идеальным. Спасибо огромное — взяла книгу из его рук, положила на стол, обойдя его, после чего крепко обняла Эмре. Закончив объятия, села на место и стала набирать номер такси —Эмре, родной, ты что ли? —Метин, привет, дорогой. Как ты? —Всё хорошо, спасибо. Добрый вечер — обратился к Гюльчин, на что она кивнула— Друг, а твоя новая партия ревновать не будет? Ты бы усмирил еë. Я же варюсь в этой сфере шоубиза, у знакомых увидел её аккаунт, где она тонко намекнула о ваших отношениях. Вот так вот, не от тебя узнаю, а от посторонних людей