Проникся вдохновением

Если бы Ка Мин знал, к чему приведёт его желание срезать путь к деревне Цинцэ через склон Уван, он бы отправился более длинной и безопасной дорогой. Однако юноша торопился выполнить заказ на доставку, чтобы успеть вернуться в Ли Юэ и застать шоу праздничных фейерверков. Хэллоуин в Тейвате стали отмечать совсем недавно, и праздновали пока всего несколько лет. Таинственная атмосфера, пугающие истории, конфеты, необычные украшения — чем страшнее, тем лучше! — Ка Мину нравилось всё. Отчасти и поэтому юноша решил срезать дорогу именно в этом месте. Склон Уван всегда славился мистическими явлениями, особенно там было жутко по ночам. Солнечные лучи будто избегали этих земель, и заброшенное поселение оставалось в полутьме даже днём. Ночью же здесь можно было увидеть загадочные потусторонние огни и услышать странные звуки. Ка Мин решил, что в преддверии Хэллоуина будет здорово проникнуться вдохновением для страшных историй, которые ему очень нравилось выдумывать и рассказывать за вечерним чаем. Сначала Ка Мин бодро шёл по горной тропе, освещая себе путь шариком пиро стихии. Темнота расступалась в стороны, а за спиной смыкалась в сплошное чёрное покрывало. Ка Мин испытывал сладкую захватывающую дрожь, мурашки щекотно бегали по всему телу, а дыхание становилось прерывистым. Как же ему нравилась эта жуть! На волне воодушевления юноша сунулся в самый центр заброшенной деревни, прислушиваясь, как в полной темноте скрипят и покачиваются старые, рассыпающиеся от ветхости дома. — Потрясно, — выдохнул Ка Мин, перехватывая поудобнее короб с посылкой. — И где все призраки, а? Отзови-и-итесь!.. Он прокричал это в сторону самого мрачного строения и расхохотался, услышав эхо. Впрочем, никаких огней вокруг не мелькало, и это было огорчительно. Посмотреть на зелёные или синие огни Ка Мин тоже хотел. Осмотревшись внимательнее, юноша разочарованно выдохнул, но вдруг в глубине большого дома что-то, кажется, замерцало. Не в силах удержать восторг, Ка Мин широко улыбнулся, оставил короб на тропе и перелез через покосившийся забор. Гнилые доски под ним угрожающе захрустели, но забор выдержал, и Ка Мин направился через захламлённый двор прямо ко входу. Внутри пахло сыростью и тленом нежилого помещения. Ка Мин, шагая очень осторожно, пошёл в ту сторону, где ему привиделся огонёк. — Есть тут кто? Привет! — то и дело окликал юноша «призраков», и немного нервно хихикал, вздрагивая от каждого шороха. Ветер шевелил старые сваи, дом рассыхался и рушился, поэтому внутри него завывал ветер, что создавало ощущение присутствия потусторонних существ. Полазав по дому, Ка Мин не нашёл ничего интересного и решил продолжить путь, но тут его щиколотки легонько коснулось что-то обжигающе ледяное и при этом… щекотное? — И-и-и! — подпрыгнул Ка Мин на месте. Новый светляк пиро-стихии озарил комнату неровным красным светом, и парень заозирался, но не заметил тот момент, когда похожее прикосновение задело затылок. — А-а-а, что это?! И снова, на этот раз дольше и медленнее, таинственное нечто скользнуло по спине с переходом на чувствительный живот, проехавшись холодом по рёбрам. Тут уже Ка Мин не выдержал и побежал к выходу, спотыкаясь на торчащих из пола досках. Он тяжело дышал, сердце колотилось как сумасшедшее, а дикий, первобытный страх овладел сознанием полностью, не оставив места азарту. Добежав до того места, где стояла дверь, Ка Мин на миг замер, как вкопанный. Дверь пропала, а перед юношей стояла абсолютно целая, и при этом каменная стена. Ахнув от нового ледяного движения, проехавшегося по бедру, Ка Мин бросился в другую сторону, метаясь от касаний холода как зашуганный заяц. В заброшенном доме точно было много окон, но сейчас юноша оказался словно в каменном мешке. Он бегал, подпрыгивал и уворачивался, но бесполезно: прикосновения настигали его везде. — А ну отстаньте! — наконец не выдержал Ка Мин, подпрыгнул, и, активируя свою мощнейшую технику, изо всех сил вломился в стену. В следующую секунду случилось сразу несколько событий. Стена устояла — раз. Ка Мин отлетел в сторону, но не упал, а завис в воздухе — два. И три — те самые невидимые ледяные штуки, что касались его лишь краем, внезапно будто приклеились к щиколоткам, запястьям и пояснице, обвив их тугими кольцами и не позволяя Ка Мину сдвинуться с места. — Пусти, — ошеломлённо дёрнулся юноша. Он попытался снова призвать пламя, но невидимые путы сделались ещё холоднее, и огонь потух, не причинив им никакого вреда. Ка Мин задёргался, не понимая, что происходит. Вдруг его кофта медленно поплзла вверх, а сандалии соскользнули с босых ног. Юноша продолжал испуганно озираться, когда холодные призрачные ладони длинными мазками погладили его по голому животу, бокам и ступням. — Ихи…хи! Ч-что за ерунда-а-ха-ха?! — Ка Мин взвизгнул и задёргался активнее, уворачиваясь от щекотных поглаживаний. Его реакция как будто понравилась призракам, и поглаживания сменились другими ощущениями. Теперь по чувствительным бокам парнишки словно быстро-быстро перебирали ледяными пальцами сразу несколько невидимок! — Не на-а-ха-ха-адо!.. — затрепыхался Ка Мин в своих путах. Он бы и рад удрать, но держали крепко. Что теперь делать и как освободиться парень не понимал, хохоча и дёргаясь от ледяной щекотки. — Да что я вам… х-ха… сделал?! — смеясь, вопросил он у пустоты заброшенного дома. Ему ответом стал лишь вой ветра, в отзвуках которого Ка Мину почудился чей-то зловещий смех. А ледяные «пальцы» нежно погладили открытые подмышки. — Ай! Сто-о-ойте! — мгновенно поняв, что под угрозой оказалось его самое щекотливое место, вскричал юноша. И верно — нажатия стали сильнее и юркие холодные пальцы заскребли чувствительную кожу подмышек. — Пха… а-ха-ха-ха-х! П-х-рекхрати-и-и-и-те! Ка Мин дёрнулся вправо, влево, но призраки не прекращали, щекоча его всё настойчивее. Спустя пару минут от хохота на глаза навернулись слёзы, и только тогда ощущения пошли на убыль, почти прекратившись. Ка Мин висел в воздухе, глубоко и часто дыша. — Эй, дайте мне уйти, я больше вас не потревожу, — попробовал он ещё раз воззвать к привидениям, и, о чудо, его поставили на пол. Ка Мин немедленно обхватил себя руками — здесь, на сквозняке, было довольно зябко. Оглядевшись, юноша заметил, что двери и окна вернулись на место. — Я… я пойду, — криво улыбнулся он, подхватывая сандалии с пола и пятясь к двери. Одного не учёл Ка Мин — торчащих из пола кусков старых досок. Споткнувшись об одну такую, он ойкнул и полетел вниз, а так как ушибаться не хотелось, юноша инстинктивно использовал технику пиро, крутнувшись в воздухе, чтобы приземлиться на ноги, а не спиной вперёд. Увы, в тесном помещении прыжок вышел неудачным, и Ка Мин воткнулся в оконный проём, вышибив остатки оконной рамы. — Упс, — прокомментировал Ка Мин устроенный тарарам, настороженно покосившись обратно. Затем завозился, пытаясь выбраться, и с внутренним холодком осознавая, что… застрял. Сандалии юноша держал в руке. Бросив их на землю, он упёрся ладонями в стену и напружинился, протискиваясь сквозь окно. Но тщетно. Создавалось впечатление, что одежда зацепилась за деревяшки и не пускала, натягиваясь и удерживая парня подобно мешку. Ка Мин задрыгал босыми ногами, торчащими из окна во внутренней стороне дома. Там ведь призраки, ну! Страх, что на этот раз его не отпустят, не позволял парню успокоиться и вынуждал трепыхаться изо всех сил, рискуя порезаться об острые щепки. И вдруг его будто подхватило под живот гигантской ледяной рукой. Ка Мин задержал дыхание и медленно пошевелился. Теперь между ним и окном было что-то холодное и упругое, что определенно защищало от повреждений, но при этом цепко удерживало на месте. Ка Мин сглотнул и попытался вылезти. Фиг. Если раньше оставался хоть какой-то шанс, что одежда порвется и благодаря этому получится выскользнуть из окна, то теперь его целенаправленно держали. — Отпустите, — сглотнул Ка Мин. От призраков он не ждал ничего хорошего. И не ждал правильно. Внутри дома завыло, зашумело, и с дрыгающихся ног юноши сдёрнули штаны. — А-а-х?! — Ка Мин распахнул глаза, ещё не до конца осознавая, насколько встрял. Он не видел, что происходит внутри, мог лишь чувствовать, как внутри тёмной комнаты его ноги опять ухватило за щиколотки, согнуло в коленях и развело пошире. А ледяные призрачные пальцы усердно занялись голыми бёдрами, легонько поглаживая и от души щекоча. Ка Мин попытался потерпеть и не дергаться, чтобы им наскучило, но такая идея с самого начала была обречена на провал — парня не хватило и на минуту щекотки. Он сперва зафыркал и зажал руками рот, но не смог скрыть дрожь по всему телу. А вскоре, когда к призрачным «пальцам» присоединились пушистые пёрышки, пробираясь в самые уязвимые места и безжалостно раздражая кожу — Ка Мин взвыл и расхохотался в голос. Он смеялся до слёз, кричал, звал на помощь, но призраки лишь меняли места приложения и виды щекотки, не останавливаясь ни на секунду. Когда одно из пёрышек мучительно медленно проехалось между ягодиц, Ка Мин громко выругался на проклятых духов-извращенцев. Внезапно всё замерло. Юноша пытался отдышаться, всхлипывая и подрагивая всем телом, с его губ слетали смешки, несмотря на то, что прямо сейчас его не щекотали. Пауза длилась столько, что Ка Мин уже решил, что его отпустят. Однако ничего ещё не закончилось. Те самые руки, что щекотали его и дразнили, вдруг размахнулись, и юноша ощутил сразу четыре шлепка по заду одновременно. По два на каждую ягодицу. — Эй! — дёрнулся он, что по-прежнему не возымело эффекта. Видимо, ругаться всё же не стоило, потому что призраки вошли в раж — шлёпая парня по заднице снова и снова. Ледяные шлепки вызывали одновременно боль и жжение от холода, а удерживаемые до сих пор ступни вновь начали активно щекотать. — Перестаньте! Ай, ой, ой-ой-ой! — голосил Ка Мин, одновременно фыркая от смеха и вскрикивая от множества шлепков по заднице. — Ну я же не специально! Хватит! Я не хотел ломать ваше окно-о-о-хо-хо! Его не слушали. Нашлёпали так, что казалось, зад способен светиться в темноте, а потом барахтающийся в окне Ка Мин увидел на тропе отблески света. — Эй, кто-нибудь! Помогите! — крикнул Ка Мин что есть сил, и его внезапно не просто выпустили, а с силой вытолкнули из окна как пробку из бутылки. Юноша шлёпнулся на землю и сразу вскочил, схватившись за ягодицы. По ночной тропе кто-то приближался, а одежда осталась в доме с привидениями. Ну не лезть же за ней! Ка Мин натянул вперёд кофту и уселся на колени, прижав пятки к горячим отшлёпанным поверхностям и раздумывая, как теперь быть. Однако путник оказался знакомым. Чун Юнь подбежал, вооружённый мечом со светящейся на лезвии печатью, вероятно, услышав зов о помощи. Увидев печальное положение Ка Мина, он перевёл разгневанный взгляд на дом и приступил к изгнанию призраков, не дожидаясь, пока смущённый пострадавший юноша подберет слова. — Даже не буду спрашивать, что здесь произошло, — Чун Юнь оценил отсутствие важной части гардероба Ка Мина. — Тебе как взбрела в голову светлая идея сунуться в заброшенную деревню? И когда! В Хэллоуинскую ночь! Здесь и в обычное время от духов нет продыха, а сейчас они как с цепи посрывались. Энергия артерий земли нестабильна, есть риск вторжения монстров из Бездны, а тебе не сидится в городе. Чун Юнь устало вздохнул и продолжил: — Пошли, провожу в безопасное место. Кстати. Ты где штаны потерял? — Т-там, — уставившись в землю и не глядя на Чун Юня, Ка Мин махнул рукой в сторону злосчастного дома, где на него набросились потусторонние духи. — Ладно, сначала поищем одежду, — Чун Юнь запрыгнул внутрь через окно и спустя минуту в Ка Мина прилетели утерянные штаны, которые он поспешил натянуть на законное место. Когда Чун Юнь выбрался, Ка Мин был одет и собран в дорогу. Юноша помялся, но всё же сумел справиться со смущением. — Спасибо. Ты меня спас, — негромко поблагодарил он молодого экзорциста. — Они бы меня, наверное, не выпустили. — Эти? Нет, эти бы отпустили, — Чун Юнь отчего-то посерьёзнел. — Они в целом безвредные, но любят пошалить. И лучше не попадаться им в руки, когда их собирается больше двух в одном месте. — А сколько их было? — тревожно сглотнул Ка Мин. — Двенадцать. Тебе повезло, — он хлопнул парня по плечу. — В другой раз не суйся в подобные опасные места в одиночку. Тем более, ночью. Тем более, в Хэллоуин. — Угу, повезло, что ты оказался рядом, — Ка Мин неловко поскрёб затылок. — Спасибо ещё раз. — Да нет, повезло, что ты не начал их атаковать пиро-стихией. Огонь причиняет этим духам боль и они становятся агрессивнее. Без этого обычно только пугают и пакостят по мелочи, например, накладывают иллюзии на двери и окна. — Я… хе-хе, — криво улыбнулся Ка Мин. — Ну, не самих духов… но да. Атаковал. А что мне оставалось? — Ты призывал пламя? — нехорошо выпучился Чун Юнь. — Серьёзно? — Да, а что… — Бежим! — Чун Юнь схватил его за рукав и бесцеремонно потащил за собой прочь из деревни. Ка Мин ничего не понимал, пока не оглянулся и не увидел страшное — в небе над тем злополучным домом роились призраки. Десятки, или даже сотни слегка мерцающих духов, холодок которых пробирал до костей даже здесь. — Архонты… — пробормотал Ка Мин, поневоле ускоряясь. Теперь он нёсся рядом со своим спасителем, улепётывая из деревни. — Это нихрена не архонты, — отозвался взволнованный Чун Юнь. К счастью, из заброшенной деревеньки они выбежали раньше, чем призраки заинтересрвались двумя бегущими юношами. Ни о каком выполнении заказа сегодня речи уже не шло, поэтому Ка Мин позволил увести себя на постоялый двор Ваншу. Даже гостиница была украшена в теме праздника, но теперь Ка Мин немного нервно поглядывал на зелёные огоньки и картонные изображения привидений. Впрочем, вкусный ужин скрасил воспоминания о произошедшем, и вот вскоре оно стало казаться забавным приключением, от самой опасной части которого удалось радостно удрать. А в полночь Ка Мин и Чун Юнь стояли на верхней смотровой площадке и любовались фейерверками — и обычными, и в виде тыкв, летучих мышей, и даже в виде дракона, символа гео-архонта Ли Юэ. Отсюда просматривались не только окрестности, но и гавань, где по традиции фейерверков запускали больше всего. А вот в сторону зловещего склона Ка Мин старался не смотреть. Ему отчего-то казалось, что тучи в той стороне обзавелись зелёными глазками.