Дача

- Почему ты не взял с собой Элейн? - спросил Мелиодас на заднем сидении. - Ты же знаешь этого консервативного старика. - Раздражает, — фыркнула Элизабет. Чандлер всегда жил в прошлом. Он остался во времени правления отца Мелиодаса, предыдущего короля демонов. Шел двадцать первый век. Мир демонов сменил уже двух правителей. Халтурщика Мелиодаса и прилежного Зелдриса. Но для Чандлера жизнь текла совсем иначе. Он до сих пор презирал Элизабет. Даже, несмотря на то что весь мир демонов боготворил ее за убийство сородичей мятежников. Элизабет ещё с давних пор сталась последним охотником и первым любимцем народа которого она должна была принимать за врага. Чандлер был непреклонен. Узнав о предстоящей свадьбе короля демонов Мелиодаса и Элизабет — его злейшего и последнего врага, он впервые оживился. Прежде он жил в столице преисподней, но после смерти отца своего ученика переехал на дачу. Все эти тысячи лет он был безмолвен и тих как рыба, но вдруг от него посыпалось сотня писем, которых никто больше не писал, с требованием одуматься и отменить свадьбу. Свадьба состоялась и вот, сложив с себя корону он спустя год решил поехать со своей женой к давнему наставнику. - Ладно вам, не такой уж он и ужасный. Просто немного упрямый. - сказал Мелиодас. Ему было прекрасно лежать на коленях своей очаровательной жены. Ветер обдувал его светлые волосы, а Элизабет ещё и теребила их, заплетая маленькую косичку. - Хорошая у тебя всё-таки машина, Бан. - А то, — подтвердил тот что за рулём. - Это же моя ласточка. Бан так любил свою машину с откидным верхом. Это было его первым правильным решением за восемьдесят лет его жизни. Они объезжали речку и вот уже поселок где затаился Чандлер, проявил себя. Демоны шли по соседям, радостно о чем то болтая и смеясь. Место казалось отдельной реальностью. Поля, луга, цветы и нереальное чувство. Воздух пропитанный здешней природой заполнял лёгкие и давал дополнительную тягу к жизни. Теперь то было понятно в чем была истинная причина переезда Чандлера. Проезжая мимо довольно длинной и глубокой реки, они заметили очень странный силуэт. Изначально Мелиодасу подумалось что это ему чудиться, но он все же сел прямо и снял солнцезащитные очки. Сквозь боковое стекло машины он четко увидел очертания своего учителя. Он как одержимый шел в воду все глубже и глубже. Бан остановил машину и все немедля вышли. Трое гостей с неограниченной скоростью бежали, чтобы остановить Чандлера. - Гортензии, мои бедные гортензии, — повторял зачарованно старик. Блондин схватил его за руку и потянул на себя. Если судить по его словам, он либо переборщил с удобрением для цветов, либо погодное условие сгубило их. Чандлер посмотрел своими обречёнными глазами на своего ученика, а затем на Бана. Он хотел обрадоваться приезду воспитанника, но его мимолетный счастливый взгляд зацепился за Элизабет, что тоже была ногами в воде, но немого поодаль от остальных. - Молодой господин женился на этой женщине, — начал вновь свою гнетущую речь старик. - Молодой господин обречён. Он отвернулся от троих ребят, но двое мужчин не дали ему и шага ступить дальше. Его еле поволокли обратно. По дороге блондин пытался прекратить ворчание Чандлера, но это было неотъемлемой его чертой. - Черт, — вдруг сказал Элизабет, глядя в сторону. Голос прозвучал негромко, но все равно заинтересовал остальных. Салатовая машина Бана была по бампер в речке, тем самым она словно переняла намерения наставника. Белокурый высокий мужчина схватился за голову от ужаса и шока в одном лице. Даже через пол дня Бан остался сидеть на камне около речки. В поселке чрезвычайно быстро вечерело. Заходящее солнце подарила бедной самоотверженной машине нимб. Бан обречённо пил домашний алкоголь и тихо горевал. Элизабет с Мелиодасом недалеко от него тоже сочувствовали потере друга. ****** Следующий день наступил так же быстро, как перестал горевать по своей машине Бан. Он напился до бессознательности и уснул рядом с калиткой дома. Все трое по настоянию блондина остались в доме его наставника. Но после нескольких жалких часов он пожалел об этом. Чандлер будучи расчётливым и злопамятным распределил их таким образом, чтобы вызвать возмущения у всех. Мелиодаса он разместил в просторной комнате с видом на луг, а Элизабет же с Баном в другой. Девушку передёрнуло когда она поняла что ей придется спать в одном помещении с этим пьяным дураком. Но кажется в этой ситуации больше всего злым был именно Мелиодас. Его нехило возмутило то, что с его законной женой, с той с кем он делил кровать будет спать выпивший друг. Чандлер был непреклонен и в своем доме не разрешил хозяйничать даже своему господину. Наутро первое, что сделал Мелиодас это весь бледный от бессонницы пошел к своей жене. Но в комнате ее не оказалось. Единственное, что там было, это спящий на полу Бан. Элизабет отпинала его ночью с кровати и даже не дала подушки для сна. - Вот алкаш, — заложил руки по бокам блондин и продолжил свои поиски. На улице его ждало палящее утреннее солнце и двое людей. Они деловито разговаривали друг с другом и яростно чистили огромный чан картошки. Чандлер явно проверял ее как невестку, а Элизабет с решительным лицо была готова пройти эту проверку. Они соревновались друг с другом. Как противники и те кто хочет лучшего для Мелиодаса. - Что дальше? - серьезно спросила девушка, дочистив свою часть картошки. Она встала со стула и метко воткнула нож в оставшуюся кожуру. - На грядку, — скомандовал старик с таким же лицом. Он встал и показал пальцем на огород с овощами. Дух соперничества разыгрался у них не на шутку. Они так и пылали огнем который готов был все снести. Со стороны казалось что их волосы вспыхнули, а их твердые шаги ставили врасплох любого проходящего. Мелиодас чуть не засмеялся. Сдерживать потуги оказалось не слишком то и просто. Но если он этого не сделает, эти двое гладиаторов заметят его — причину их ругани. Элизабет полола грядки на ровне с Чандлером. Ни на секунду не отставая, она и посеяла и полила. Он бы восхитился ее умелыми движениями, но она всё-таки была его врагом. Он не собирался даже в уме ее восхвалять. Старик недовольно фыркнул и повел ее к винограднику. В дали Мелиодас видел великолепные зелёные поля, заполненные виноградом, а утренний ветер освежал и трепал его волосы. Чувство было несравнимо ни с чем. То как разъяренно Элизабет дерётся с ее учителем просто, чтобы заслужить его одобрение, умиляло до такой степени, что он невольно надумывал жениться на ней и второй раз, и третий раз и четвертый раз. В какой-то момент их противостояние побило все рекорды. Блондин лишь раз ощущал как медленно тянется время. Смотря на свои часы у него пробрало неприятной дрожью. Он просидел с семи до десяти часов утра. А они все никак не могли поднять белые флаги перемирия. Даже Бан успел уже очнуться и отойти от похмелья. Мелиодас цокнул, посмотрел на своего лучшего друга и у него в голове появился замечательный план действий. Бан получил свое задание, которое его даже развеселило. У вот уже через несколько минут мужчина кричал о побеге козы. Он корчил ужасающиеся рожи и активно размахивал руками. Старик услышал, очень быстро и немедля побежал за ней. Как только его след исчез из виноградника Мелиодас появился ни свет ни заря. - Доброе утро, дорогая, — вот он, красивый, сияющий мужчина, уверенности которого многие могли подивиться. Та которую он ждал несколько часов обернулась к нему во всем своем великолепии. На ее голове была бандана в форме кепки, а в руках плетёная корзина. Каждым новым движением Элизабет заполняла ее все новыми спелыми и большими гроздьями винограда. Смотрелась она просто чудесно. Вся в работе, аурой так и струящей решимостью. - Доброе, — ответила она. Солнце пекло как только умело. Даже кепка не спасла Элизабет, капелька пота стекла по ее лицу. Стирая ее тыльной стороной руки, она уже готова была задать свой вопрос. - Это ты сделал? По ней несложно было понять о чем она говорит. И да, в действительности, она читала его как открытую книгу. - И да и нет, — улыбнулся своей эффектной улыбкой блондин, словно собирался прямо сейчас совратить ее. Он подходил все ближе и ближе, пока наконец не встал с ней вровень. - А ты, Элизабет? Сражаешься за меня? - Хочу доказать твоему старику, что я нормальная жена. - Это конечно мило, но зачем что-то кому-то доказывать? - Мелиодас накрутили локон серебряных волос на свой палец и хитро посматривал на его хозяйку. - Ты и без этого самая лучшая. Лучше побудь со мной. Ты же моя жена всё-таки. Немало времени потребовалось чтобы так уверенно называть ее так. Они прошли и огонь и воду. Разлуку, ссоры, предательства и победив главного врага, двое влюбленных людей могли с чистой на то совестью сказать — они женаты, вместе до конца. Мелиодас улыбнулся при виде девушки невольно хмурящейся в этот момент и немедля соединил их губы вместе. Он требовательно целовал ее, ощущая вкус винограда. Судя по всему она уже успела опробовать новый урожай наставника и это заставило его одновременно и смеяться и наслаждаться. Одна рука пошла по линии всей талии и остановилась на изгибе ее ягодиц, которые он сжал, наслаждаясь вибрацией ее удивленного стона. - Мелиодас, — возмутилась она. - Мне нужно работать. Элизабет вырвалась из рук настырного демона и собиралась продолжить свое дело, поставленное Чандлером. Урожай выдался весьма большим, по этому и работать нужно было усерднее. Она повернулась к нему спиной в поисках оставленной корзины. - Люблю тебя, — перешёл на более тяжёлую артиллерию блондин. Он прислонился к одному из столбов, так что через его полурастёгнутую рубашку все было прекрасно видно. - Обожаю тебя. - Мелиодас, ты... - девушка обречённо выдохнула и повернулась к нему. Она застыла от изумления и восхищения его красоте. Его натренированное тело, открывающееся сквозь темную рубашку. Кулон подаренный ею спадал на его грудь и придавал более искусный вид. Она как могла, сдерживала себя и только хлопала глазами. - Кхм, не мешай. - Элизабет хлопнула себя по лицу в призыве собраться. Соблазнения извращённого демона не должны сработать на нее. Тем более она уже имела поставленную цель. - Каждый день бы тебя тра..- Элизабет тут же закрыла его рот своей ладонью. Мимо них проходили другие жильцы села. И слова блондина произвели бы шок на бедных демонов. Облегченный выдох издался из ее губ как только любопытные соседи ушли. Элизабет хотела оставить его в покое, демон вдруг поцеловал её внутреннюю сторону ладони, что не давала ему сказать ни одного слова. Мелиодас нежно отстранил горящую руку девушки и без капли сомнения притянул ее к себе. Их губам до заветного слияния оставалось каких то никчёмных нескольких миллиметров. Но блондин не стал предаваться ласкам внутри нее, а просто чувственно глядел в ее голубые глаза. Он готов был дать голову на отсечение, что она этого тоже хотела. Холодный бодрящий ветерок обдувал их лица и побуждал к действию. И это случилось. Элизабет сократила расстояние между ними и дала почувствовать заветную мягкость ее губ. Они боролись друг с другом на право доминирования в их сладкой встрече. Их маленькое состязание переросло во что-то большее чем просто поцелуй. Казалось что вот-вот действия двух супругов перерастут в более неприличную форму. Рычаг отвечающий за контроль давно уже был сломан как у одного, так и у другого. Извращения демона приобрели бы новый вид только если бы не капли дождя, что неожиданно стали падать на них. Они долго не могли отсоединиться друг от друга, но когда это произошло пропитанные любовью люди весело смеялись и побежали в дом. **** В конечном итоге ночью, во время сна всего дома, Мелиодас выгнал друга в свою комнату, а сам осторожно взбирался на кровать любимой. Он крепко обняла ее, чем не на шутку перехватил ее дыхание. - Мелиодас? - спросила Элизабет, взглянув под одеяло. - Что ты здесь делаешь? - Одному слишком страшно. - невинно пролепетал извращенец. Элизабет долго лежала с ним в обнимку, пока настырный блондин ласкал своими горячими пальцами лицо девушки, ее ключицы, талию, проходил по животу. Руки демона давно запустились под ночнушку. Но почувствовав как он забрался в ее шорты и гладил внутреннюю часть ее бедер, а затем поднялся немного выше, Элизабет вздрогнула. - Я люблю тебя, Элизабет, — сказал занятой мужчина, восхищаясь каждой частичкой ее соблазнительного тела. - Так сильно, что схожу с ума. - Мелиодас... - Она почувствовала дыхание на своей коже, а затем ощутила сильное влечение своего мужа. Он готов бы пойти дальше. И она не была уверена отстраниться от него или попросить ещё. Он не делал ни одного, ни другого. Она позволила ему свободно наслаждаться своим телом, чтобы дать понять, что руки, вытворяющие с ней все это, могли быть только его. Через ткань его брюк она почувствовала как быстро и сильно растет его желание. Тогда она наконец остановила требовательные руки. - Подожди, Мелиодас. Здесь... - Да, здесь, — прошептал он. - Сейчас, — он медленно оттянул ее шорты. - Пожалуйста, Эли. Я слишком сильно хочу тебя.