Первые слухи о Скайлерах

Александр Гамильтон сидел за деревянным столом в скромной штабной палатке, склонившись над картами. Тусклый свет свечи мерцал, пока он разрабатывал очередные записки для генерала Вашингтона. За пределами палатки слышался гул разговоров, но Гамильтон был слишком сосредоточен, чтобы обращать внимание. По крайней мере, до тех пор, пока в шатёр не ворвался Джон Лоуренс с озорным блеском в глазах. — Хэмми, ты просто обязан это услышать, — объявил Лоуренс, не заботясь о формальностях. Он устроился на стуле напротив, скрестив руки за головой и глядя на друга с видом человека, который готовится к долгой и важной беседе. — Если это не имеет отношения к британцам или финансам, мне лучше вернуться к своим делам, — Гамильтон устало потер переносицу. — О, поверь мне, это гораздо интереснее, чем финансы, — Джон подался вперёд, понизив голос, как будто собирался раскрыть важную тайну. — Ты слышал о Скайлерах? — О генерале Скайлере? Разумеется, — кивнул Александр, отложив перо. — Влиятельный человек, крупное состояние. Он помогал организовывать снабжение армии. И что? Он назначен в какой-то новый комитет? — Нет, нет, не генерал, — Джон отмахнулся. — Я говорю о его дочерях. Александр нахмурился, но любопытство взяло верх. — Дочерях? И чем же они так примечательны? Лоуренс широко ухмыльнулся, довольный реакцией друга. — У Скайлера три дочери, каждая краше другой. Но особенно говорят об одной — Эллизабет, или Бетси, как её называют в семье. Её описывают как настоящую жемчужину: умна, красива и... что самое важное — наследница огромного состояния. Гамильтон приподнял бровь. — И ты хочешь, чтобы я заинтересовался этим только ради богатства? Это не совсем в моём стиле, Джон. — Ах, Хэмми, ты слишком строг к себе, — подмигнул Лоуренс. — Я просто хотел тебя подготовить. Знаешь, скоро будет приём в Олбани, и ты, конечно, будешь там. Невозможно не заметить, что Бетси привлекает к себе внимание всех офицеров. А ты ведь не из тех, кто откажется от возможности произвести впечатление на красивую леди... даже если она не совсем в твоей лиге. — Не в моей лиге? — Гамильтон усмехнулся. — Ты забываешь, Джон, что я привык доказывать всем и каждому, что мне по силам любые высоты. Лоуренс рассмеялся, но в его смехе проскользнула нотка ревности. — Конечно, Хэмми, я и не сомневался. Просто не забывай — я-то знал тебя ещё до того, как ты начал очаровывать высокое общество. Не потеряй голову ради красивой фамилии. А если потеряешь — я буду здесь, чтобы напомнить, кто твой верный друг. Гамильтон бросил на него внимательный взгляд, почувствовав за шутками нечто большее. Но Лоуренс быстро сменил тон и хлопнул друга по плечу. — Ладно, Хэмми, если решишь очаровывать её, сделай это красиво. Но помни: если она украдёт твоё сердце, кому-то придётся занять твоё место рядом со мной. Гамильтон усмехнулся, возвращаясь к своим записям, но мысль об Эллизабет Скайлер задержалась в его голове дольше, чем он ожидал.