Часть 9

Он был в униформе общежития Диасомния, чёрной с зелёным. Чёрный с синим подбоем плащ, косые срезы которого делали его похожим на крылья дракона, развевался за плечами. Маллеус повернул голову в сторону старосты Октавинель и с тихой яростью спросил: — Вот как ты вершишь свои дела, Ашенгротто? Я знал, что жадность — твоё второе имя, но оказывается, у тебя есть ещё и третье — подлость. Магии, денег — тебе всего мало. Не остановишься ни перед чем, чтобы получить ещё? — В… вы ошибаетесь, Дракония-сан, — севшим голосом возразил тот, но Маллеус его не слушал. Он заявил жёстко: — Что ж. Я дам тебе столько золота, что ты в руках его не унесёшь. Два кожаных дивана внезапно съехались вместе, и вскрикнувшего от неожиданности Азула бросило лицом вверх на сиденье. Сверху из воздуха на него посыпались золотые мадолы. Рванувшись, он попытался подняться, но неведомая сила точно приклеила его к обшивке. А золотой дождь из монет всё лился на него, засыпая пространство между спинок дивана, поднимаясь выше, накрывая его, падая на лицо. Ашенгротто завопил от ужаса. — Азул! — вскрикнул Джейд Лич. Маллеус мельком взглянул в его сторону — и из пола поднялись колючие отростки терновника; в мгновение ока они оплели Джейда по рукам и ногам. Другой терновник вырос возле Флойда, обвил его, вздёрнул и перенёс через барную стойку. Секунду спустя оба остолбеневших брата стояли спина к спине, опутанные живыми колючими канатами. Выпучив глаза, они силились освободиться, но витки терновника только сжимали их ещё крепче. Себек оказался ошеломлён не меньше Азула и братьев-близнецов. Появление Маллеуса означало только одно — ему каким-то образом стала известна вся эта история. И значит, то, чего он хотел избежать всеми силами, всё-таки случилось. — Г… господин, — просипел он, поднимаясь с колен и боясь взглянуть в пылающие глаза старосты своего общежития. — Себек, — Маллеус приблизился к нему, протянул руку в чёрной перчатке до локтя, помогая подняться. — Как ты? — Спасибо… я в порядке… — Хорошо, что я вовремя успел. — Маллеус! Господин Дракония! — вопил Азул. — Уже одно его лицо виднелось над золотыми мадолами, а те всё продолжали сыпаться сверху. — Умоляю — простите! Не надо! — Разве ты никогда не мечтал утонуть в деньгах, Ашенгротто? — нахмурился тот. — Больше не хочешь мадолов? А может быть, возьмёшь в залог МОЮ магию? Вокруг сдвинутых диванов, над которыми проливался золотой дождь, взметнулись языки зелёного пламени. Ноги у Себека подогнулись от страха, хотя он прекрасно знал, на что способен староста Диасомнии. Всё происходящее напоминало ему какой-то кошмарный сон, от которого он никак не проснётся. Скрежетали зубами, извиваясь, и бессильно стонали братья Лич, в чьи тела продолжали вгрызаться тёмно-зелёные ростки терновника, разрывая одежду, впиваясь в кожу. Маллеус холодно посмотрел на них: — Твой лживый язык, Джейд. Что с ним сделать? Может быть, велеть тебе откусить его? А ты, Флойд, любитель запирать двери. Может, будет справедливей, если тебя раздавит дверь, а не моё терние? — Чёртов морской слизень! — завопил Флойд. — Отпусти нас немедленно! Что ты о себе вообразил? Что ты повелитель этого колледжа? Проваливай в свою Долину, рогатый ублюдок! Вокруг резко стало холодно. Пол, перила, мебель, все поверхности в Мостро Лаундж мгновенно покрылись инеем. Вода за стеклянной стеной замёрзла, само стекло затрещало. Азул вопил, Джейд скрипел зубам, Флойд призывал на голову Маллеуса все проклятия, которые знал. Себек почувствовал, как волосы зашевелились у него на голове от ужаса и сознание заметалось в панике. Он видел, что Маллеус не на шутку разгневан, и что теперь не так-то просто будет его успокоить. — Господин Маллеус! — студент схватил его за руку. — Пожалуйста, прошу вас, не нужно! Прошу — пощадите их! — Пощадить — после того, как эти скользкие рыбы пытались сначала обвести тебя вокруг пальца, а потом задушить? Нет, они не заслужили пощады, — мрачно ответил Дракония. На пол крупными хлопьями начал падать снег.