***

Тёмная комната. Серый, невзрачного вида человечек начинает свой монолог: — Я тот, кому всю жизнь не хватало сил. Кажется даже, что едва только появился на этот свет, а уже от него устал. Ничто не помогало мне вернуть хотя бы часть тех сил, что были так скоропостижно отняты жестокой судьбой. Пытался заниматься спортом — так с него больше раздражался, чем был доволен; успехи были мизерны на фоне других, более энергичных и способных. Когда у тебя сил изначально мало, то и получаться будет немногое, что никак не помогает самооценке. "Правильное" питание, диеты всякие тоже были бесполезны: еды всегда казалось мало. Казалось, впрочем, до резко наступающего момента переедания, от которого начинало болеть и ворочать в животе. Как и сон, после которого разбитость и вечно ноющая голова; какие только средства матрасы с подушками и генераторы шума не перепробовал. Как и всякие церкви с сектами, что обещали помочь через душу, а на деле только опустошали карманы, прицепившись к ним пиявками. Оставалось лишь смотреть, как растут и живут другие люди. Более энергичные, более способные. Как они совершают то, о чём остаётся только мечтать, наблюдать и задавать себе из года в год один и тот же вопрос: откуда у них силы на все эти дела? — Знаешь, — он нервно встряхнул головой, — даже движение глаз по страницам и то отнимало силы. Много книг таким образом не почитаешь, хотя я старался. Но один рассказ я прочитал до конца и запомнил: там герой (тоже неполноценный, как и я!) ходил в экзоскелете, который упрощал каждое движение. Всего лишь надо было, что следить за зарядом батарейки внутри . Моя же если и есть, то как будто сломанная, не даёт заряд. Так я решил взять это дело в свои руки. Не работает моя, значит есть у других, верно? И я найду. Шаг первый: найти такого "энерджайзера", который не будет против завести приятельские отношения. Как те самые батарейки из старой рекламы, такие люди не только могут долго заниматься своими делами. Они активные, готовы и сами вписаться во что-то, но и других втянуть за собой, мало думая о последствиях. Это было проще, чем казалось. Сложнее было со вторым шагом плана — сблизиться и завоевать доверие такого "энерджайзера". Надо было готовиться к любому событию, чуть ли не выпрыгивать из штанов, чтобы взяли с собой; глупая детсадовская практика, которую почему-то переносят во взрослый социум. Та ещё морока, но такая важная своей жертвой. А жертвы были, и немалые. Я научился имитировать эту нужную бурную энергию постоянной готовности. На деле же использовал свои скупые остатки, после чего дома сразу же падал на кровать, лишённый сил. Вечно брал у себя же взаймы, без возможности хоть как-то восстановиться. Хорошо, что заранее подготовил себе пути отступления — делал вид, что "отлучаюсь по делам". Позаботиться о пожилой тётушке, например. Смена добровольцем в клинике, выкармливания котят-сироток. Вечерняя продлёнка в интернате на краю города, учить детишек, чтобы те не стали маргиналами. Какая доброта, какая готовность помочь другим! И никто не спрашивает, а происходит ли всё это на самом деле. Это шло мне на руку: я отдыхал, зарабатывал "очки уважения" в группе людей, на которых в действительности было наплевать. Кроме одного, конечно же. Оставалось лишь малое — встреча тет-а-тет. Самому добиться или же получить предложение посидеть вечером, это неважно. Главное, чтобы место было новым, чтобы было шумно и темно, а свет бил по глазам. Чтобы не было видно, как в такой момент в напиток подбрасывается психотропный препарат, делающий тебя сонным и недееспособным. Дальше всё в какой-то степени просто. Дождаться, когда начнёт действовать. Вызвать такси на другой свой адрес, подготовленный заранее. Звучит как план для изнасилования, правда? Это банальщина. Только всякие глупцы, недолюбленные их мамочками и папочками, станут искать себе любви таким низким и гадким способом. — Я хочу лишь одного, — он склонился. — Узнать ответ на свой давний вопрос. И ты, мой коллега-"энерджайзер", мне в этом поможешь. Загорается свет от лампочки. Щурясь от резкости света, приглядываюсь — стол, на нём толстая книга, рядом что-то металлическое. Человечек подходит к столу, тихонько хлопает по книге ладонью: — Подробнейший атлас человека в кожаном переплёте. Детальнейшие иллюстрации. Языка, на котором он написан, правда, не знаю, но за те деньги, которые пришлось заплатить, это не должно быть чем-то важным. Главное, чтобы даже так было понятно, где находится орган, дающий энергию. Он мне нужен и думаю, что я его найду. Нет, даже так — я знаю, что найду его. Он не может не быть. А когда этот орган найдётся, то вырежу его и съем. Всё равно эта энергия мне нужнее: я просто хочу быть как остальные люди. Хочу жить, не принося себя в жертву каждый день. У тебя же даже анализы прекрасные, я их как-то подсмотрел на очередном медосмотре. Мне даже нечем возразить ему, этому человечку. Хотя бы потому, что рот забит кляпом; только и могу, что вертеть головой и мычать. Сам я привязан за руки и ноги к стулу. Туловище моё раздето и разрисовано пунктирными линиями — невольно вспоминаются рисунки в мясной лавке. Человечек — чёрт бы побрал, даже имени его не помню! — недовольно цокает. Он заходит за спину и моя голова резко дёргается к спинке стула. На лбу ощущается ремень. — Не дёргайся, — голос звучит устало, — а то разрез выйдет криво. Снова его серый силуэт перед моими глазами. В руке был нож со стола — нет, скорее скальпель. Немигающий взгляд широко раскрытых глаз, постоянное бормотание: — Энергия... Она будет моей. Я заберу себе эту энергию. Резкая боль от лезвия. Так больно, что даже теряю сознание. Когда очнулся (как после долгого, тяжёлого сна, после которого гудит голова), то долго не мог поверить тому, что видел. Этот человечек лежал в луже крови — моей крови, натёкшей после пореза. Больше он ничего не успел сделать: похоже, что единственный удар скальпелем отнял всю оставшуюся энергию. Я освободился — немного пришлось повозиться, но его узлы распутались как будто сами — и кое-как остановил кровь, нашёл среди своей одежды телефон и вызвал полицию. Удивительно, но сейчас мне его даже немного жаль. Этот человечек прилагал гораздо больше усилий, чтобы успевать за нами, обычными людьми; кто знает, на что он был бы способен, будь у него изначально такая заветная энергия. Чего бы мог достичь, чьи судьбы изменить. ...Извините, что-то у меня маловато сил в последнее время. Позвольте, я немного отдохну.