У гор должны быть имена

Громкий и требовательный фырк Лили сработал подобно звонку на очередное занятие. Зеро нехотя приоткрыл глаза и, завозившись, приподнялся на локтях, лениво устремив взгляд в сторону громкого звука. Белая Лилия стояла совсем рядом. Она, словно чего-то ожидая, внимательно смотрела на Зеро, не забывая при этом с интересом принюхиваться. Зеро, будучи не в самом хорошем расположении духа, лишь одаривает её своим хмурым выражением лица. После болезненных приступов у него совсем не оставалось сил. Даже на тихое приветствие, которое он произносил всякий раз, когда заходил проведать Лили. Та всегда отвечала ему довольным фырканьем. Казалось, что не было и дня, когда она не была бы ему рада. Засыпать подле неё в стоге сена начинало превращаться в привычку. Особенно когда становилось невыносимо больно и страшно. Здесь он, хоть и не всецело, но мог быть уверен в том, что никому не навредит. Его грубые ответы и отталкивающее поведение мало чем помогали отгородиться от людей. Особенно от Юуки. Она всегда была где-то поблизости и, разумеется, понятия не имела, в какой опасности находится. Ректор, пусть и знал о происходящем, никогда не упускал возможности о нём позаботиться. А большинство учеников Дневного Класса всегда мельтешили где-то поблизости в те моменты, когда им было необходимо взглянуть на объекты своих воздыханий. И теперь ко всем этим людям добавился ещё один. Он и раньше слышал о Кайто, а с недавних пор они начали обмениваться парой слов. Правда, иногда несколько слов разрастались в целые диалоги, но, несмотря на это, находиться рядом с ним не казалось ему столь опасным времяпровождением. В конечном счёте он не сомневался, что Кайто, будучи охотником, знал, как поступить с ним в случае чрезвычайной ситуации. Подняться на ноги после недолго сна оказалось не так сложно, как ему бы могло показаться изначально. Немного отряхнувшись от прилипшего к одежде сена, он выпрямился, стараясь одновременно с тем отогнать из головы излишние переживания.       — О чём думаешь? — слышится внезапно со стороны дверцы денника голос Кайто. К нему он оборачивается неспешно и одновременно с тем вспоминает, что забыл закрыться изнутри. Теперь дверь была приоткрыта, что и выдало его местонахождение.       — О тебе, — выдаёт Зеро слишком честно и брови хмурить всё так же хмуро и пессимистично. И Кайто совсем от этого не в восторге.       — Думал о том, как сегодня отказаться от моего общества, да?       — Нет, — немногословит Зеро. Разумеется, он не забыл об их уговоре. Он ведь сам согласился ему помочь. И именно он предложил для того сегодняшний день. Да и у Лили с виду было хорошее настроение. Так что всё складывалось как никогда кстати. Оставалось надеяться, что рядом с Кайто она не станет вести себя иначе.       — Если сегодня ты не в порядке, то всё может подождать, — внезапно произносит Такамия и Зеро, что всё это время подправлял седло на Лили, замирает в недоумении.       — С чего ты это взял? — решает он поинтересоваться.       — Слышал, что обращённым нелегко даются внутренние изменения. — Кайто отвечает осторожно и тихо, прекрасно понимая, что о подобном не следует сообщать во всеуслышание. На мгновение глаза Зеро распахиваются от удивления, но уже через секунду смотрят с пониманием и принятием происходящего.       — Не просто так ведь она у тебя здесь, — продолжает тем временем Кайто, указывая на то же самое место у себя на шее, где у Зеро чёрными линиями вырисовывалась печать. — Честно, я совсем недавно узнал, что конкретно она означает. Так уж и быть, можешь считать меня неучем.       — Спасибо за разрешение, но нет, — быстро проговаривает Зеро, оценив старания Кайто развеселить его последним предложением. Он даже улыбается. Пусть и малозаметно. Пусть и на одну несчастную секунду. — И я в порядке.       — Ну, тогда не завидую тебе. Ученик из меня несносный.       — Переживу, — отмахивается Зеро, сосредоточившись на амуниции для Лили. В конце концов, ему предстояло подготовить ещё одну лошадь для их сегодняшнего выезда. *** Ветер на удивление не ощущался на коже неприятным холодом. Более того, почти не ощущался вовсе. Последние дни сентября были тёплыми и солнечными, как если бы август решил зайти попрощаться. Разноцветные листья на деревьях, что аккуратно росли вокруг территории для верховой езды, шуршали совсем тихо, еле слышно. Кайто, по поручению Зеро, направился к конюху с целью предупредить, что двух лошадей, а именно Белой Лилии и Эстебана, они заберут для недолгой тренировки. Насколько недолгой она будет никто из них сказать точно не мог, однако Зеро был уверен, что конюх возражать не станет. Кайто в первые секунды не хотел ему верить. Их конюх в его глазах был достаточно строг для того, чтобы вот так просто давать разрешение на подобные спонтанные прогулки. Вот только он понятия не имел, что мужчина знал Зеро с тех самых пор, как сам Кросс привёл его в академию и решил взять на себя ответственность за его воспитание. Конюх и в самом деле оказывается не против. Он даже дружелюбно интересуется, что на них нашло, что они решили так внезапно поупражняться в верховой езде. Кайто объясняет ему обстоятельства, стараясь не упоминать про их глупое пари. Следующим поручением было открыть ворота, ведущие на нужную им площадку. Ключи от них он получает от того же конюха. Тот, кажется, присматривал не только за лошадьми, но и за целой огромной территорией. Кайто корчит лицо в недовольстве лишь помыслив о том, что это, должно быть, очень выматывающе.       — Проблем не возникло? Зеро не заставляет себя долго ждать. Он подходит к Кайто в момент, когда тот отодвигал одну из металлических ворот в сторону. Сняв с себя пиджак Дневного Класса, он остаётся в белой рубашке и теперь они с Такамией выглядели совсем одинаково.       — Ни одной, — бормочет Кайто себе под нос, пытаясь зафиксировать уже открытые ворота так, чтобы те не захлопнулись обратно. Зеро же сосредоточился на очередной проверке амуниции. «Всё, кажется, на месте» — заключает он в мыслях, а затем, прежде, чем подойти к Кайто, прислушивается к своему состоянию. Не почувствовав ничего, что могло бы предзнаменовывать приближающийся приступ, он всё же подходит ближе, не забывая при этом вести за собой Лили и Эстебана за поводья. Кайто, вновь завидев Белую Лилию так близко, присматривается к ней с особой внимательностью.       — А она сегодня довольно… спокойна? — предполагает он. С явной неуверенностью и подозрением. Так, словно не мог в это поверить.       — Разве она была неспокойна хоть раз рядом с тобой? — спрашивает Зеро, будто ответ ему был уже давно известен. И Кайто только благодаря его словам внезапно осознаёт, что, — ничего себе! — Лили никогда не проявляла в его сторону хоть толику недовольства.       — В твоих словах есть смысл, — кивает Кайто, безусловно с ним соглашаясь.       — И их не оспорить, — говорит Зеро, ни капли не сомневаясь в сказанном. — Это факт.       — Но это не обеляет её плохую репутацию, — нервно усмехается Кайто, медленно переведя свой взгляд с Лили на Зеро.       — Так тебе есть дело до того, как она относится к другим?       — Не особо. — На мгновение сморщив нос, Кайто отводит взгляд, как если бы ему было, что скрывать. Как Лили относилась к остальным его действительно не волновало, но… Всецело поверить тому, что она относилась к нему хоть толику лучше? Кайто казалось, что этому должна быть причина. Лили мог понравится запах мяты, которым он пах в прошлую их встречу, однако сейчас всё было иначе.       — Послушай, а не странно ли это? — всё же решается высказать он свои опасения. — Она ведь даже солнышке Кросс часто не рада. С чего бы вдруг ей так спокойно относиться ко мне?       — Спроси у неё сам, — пожимает плечами Зеро без особого энтузиазма.       — У Лили? Серьёзно? — приподнимает бровь Кайто. Было очевидно, что Зеро не вкладывал в свои слова и толику серьёзности, однако Кайто всё ещё не был уверен в том, стоит ли ему в этом подыгрывать.       — Тебе так важно это знать?       — Ну, — задумался Кайто на секунду, — просто как можно так жестоко относится к солнышке Кросс? Или она вампир под прикрытием, из-за чего Лили всё время пытается от неё избавиться? Зеро, очевидно, шутка совсем не нравится. Кайто кажется, что выражение лица того становится и вовсе серым и злым.       — Понял-понял, — хмурится Кайто в ответ. — Никаких шуток про вампиров.       — Держи уже. — Зеро, стремясь сменить тему разговора, осторожно тянет Лили за поводья и, стремясь передать их в руки Кайто, подходит к нему ближе.       — Эй, — с тихим возмущением отзывается Кайто, сделав небольшой шаг назад. Он совсем не планировал оказаться верхом на Лили так скоро. — А как же теоретическая часть?       — Мы только что говорили о её спокойном к тебе отношении, — напоминает Зеро на коротком выдохе. Он совсем не планировал вести такие долгие разговоры.       — И это значит, что я в безопасности? Будь у Зеро более позитивный настрой, он бы рассмеялся от осознания того, насколько подобный вопрос из уст Кайто звучал по-особенному нелепо. Потому он лишь слабо приподнимает уголки губ.       — Сам подумай. Ты стоишь рядом с обращённым, учишься рядом с вампирами, ходишь на охоту за особо безумными из их числа, — берётся перечислять он, а затем, отчего-то нервно усмехнувшись, добавляет негромкое, но уверенное: — Плохие новости, ты всегда в опасности. Кайто никогда не позволял себе думать об этом слишком много. Он не был уверен, сможет ли он сохранить спокойствие, если будет копаться во всём том, что могло бы с лёгкостью его погубить. Порой ему хотелось быть как Иоши. Обычным человеком, которому бы было страшно с таких вещей, как злая лошадь, свирепая собака, огромный паук или что-то в этом роде. Он так долго хотел быть человеком, который понятия не имеет о существовании вампиров, что вновь научился боятся того, чего без зазрения совести боялись обычные люди.       — Успокаиваешь ты так себе, — говорит он, всё же хватаясь за протянутые поводья.       — Я и не собирался тебя успокаивать.       — Безоговорочно верю, — саркастично протягивает Кайто, не отводя взгляд от Белой Лилии. Та выглядела совсем невозмутимой, но, при этом, нетерпеливо топталась на месте, словно устав слушать их непонятную человеческую болтовню.       — А ты тоже поедешь рядом? — Кайто наконец обращает внимание на Эстебана, что всё это время стоял где-то за спиной Зеро.       — Не поеду, если мы не прекратим разговаривать через три…       — Ладно-ладно, — залепетал Кайто, в спешке подойдя к Лили и поставив ногу на стремя.       — Два…       — Не торопи, — шикает Кайто, оттолкнувшись от земли.       — Один.       — Всё-всё, уже сижу. — Выдохнув, Кайто осторожно опускается на седло, поглядывая на Зеро с некоторой опаской в глазах. Ну, мало ли, не успел.       — Надо было сразу так сделать, — тихо бормочет Зеро себе под нос, обречённо думая о том, что со своей сдержанностью ему сегодня не договориться. Уже через секунду его губы расплываются в улыбке. Всё такой же слабой, но невероятно довольной.       — Жестоко, — ворчит Кайто. — Мог бы и для первого раза быть поделикатнее. Зеро бы непременно сказал ему о том, что они потратили за разговорами слишком много времени, если бы не заметил примечательную деталь на запястье Кайто. Кажется, рукав его белой рубашки немного смялась и задралась вверх, когда он садился на седло, и теперь плетённый браслет из сиреневых ниток был хорошо ему виден. Он даже неосознанно подходит ближе, чтобы убедиться, что ему точно не показалось.       — Ты чего? — спросил Кайто, заметив его заинтересованность.       — Ты серьёзно решил, что это сработает? — решил уточнить Зеро на всякий случай, кивнув сначала на браслет, а затем взглянув и на Кайто снизу вверх. Наконец осознав, на что конкретно смотрел Зеро, Кайто встрепенулся.       — А, ты об этом, — немного приподнимает он руку, рассматривая изделие так, словно там могли появиться хоть какие-то изменения. — Почему бы и не поверить, что он хоть в чём-то поможет?       — Как насчёт того, чтобы положиться на свои силы? — почему-то решается спросить Зеро.       — А зачем ты его вообще купил? Ты тогда сказал, что это не для солнышки Кросс. Стало быть, для себя?       — Ни для кого. Кайто на это лишь хмурит брови. В первые секунды у него не было никаких предположений на этот счёт, но затем, так внезапно и быстро, осознание в его голове всё же оглушающе прогремело.       — Так бы и сказал, что не хотел разочаровывать ребёнка, который их продавал.       — Проницательности тебе не занимать, — одаривает его слабым кивком Зеро. — С нами она была слишком настырной.       — С ума сойти, — внезапно удивляется Кайто и, также внезапно, протягивает руку ближе к лицу Зеро, отчего тот слегка вздрагивает от неожиданности. — Он же под цвет твоих глаз. Зеро, словно и вовсе не знал, какого именно цвета были нитки, поворачивает голову в сторону ладони Кайто.       — Всего лишь совпадение, — пожимает он одним плечом, отстраняясь.       — Зато какое, — тихо смеётся Кайто, крепче хватаясь за поводья. Зеро, после небольшого ступора, наконец двигается с места и всё же подходит к Эстебану ближе. Забраться на него занимает лишь пару секунд.       — И куда мы направимся?       — Налево.       — Почему именно туда?       — Там интереснее. Кайто, одарив его взглядом, полный заинтересованности и подозрения, совсем ничего не говорит. Он замирает, словно вот-вот должно было что-то случиться, но… Зеро бросает лишь короткое:       — Вперёд. Издав возмущённый вздох и снова сморщив на мгновение нос, Кайто нехотя потянул поводья, направляя Лили на нужную им тропинку.       — Я думал, что поеду за тобой, — ворчит он с особым недовольством, но затем, услышав глухой топот копыт о землю совсем рядом, поворачивает голову на источник звука.       — Никто ни за кем не поедет, — говорит Зеро, быстро с ним поравнявшись.       — А такой исход мне нравится даже больше, — сообщает Кайто, одарив его слабой улыбкой в ответ.       — Хотел плестись сзади? — немного с удивлением спрашивает Зеро, не отвлекаясь от дороги. — Я думал, ты из тех, кто вечно хочет быть впереди.       — У тебя очень странное обо мне представление.       — Считай, что вскоре сложится новое. Мы говорим друг с другом слишком часто и много.       — Так и заводят друзей, — говорит Кайто, заметно развеселившись. Вот только Зеро не мог разделить с ним хорошее настроение. Друзей у него не было, кажется, целую вечность. Порой он перебрасывался парой слов с Иоши и с другими учениками из академии, но никогда не считал их своими друзьями. Была Юуки, с которой он проводил достаточно много времени, но… Он до сих пор не мог всецело понять, кем они были друг для друга. Она, безусловно, была ему дорога. Она, безусловно, всегда была рядом с той ужасной ночи, после которой его жизнь изменилась до неузнаваемости. Однако, считал ли он её своим другом? И сможет ли считать своим другом Кайто? Не испытывай он невыносимую жажду, усиливающуюся с каждым днём, он не сомневался, что непременно всё было бы гораздо легче.       — А мы так и будем продолжать в подобном темпе? — вырывает его из размышлений голос Кайто.       — В «подобном»? — переспрашивает Зеро еле слышно.       — Медленном, скучном и убаюкивающем? Серьёзно, я сейчас усну.       — Ты ведь сам её боялся, а сейчас хочешь рвануть с ней в закат? — усмехается Зеро, слегка повернув голову в сторону Лили. Та, кажется, была всё такой же спокойной.       — Я пока не настолько безумен, — отзывается на его колкость Кайто. — Всего-то хотел немного побыстрее.       — Осторожно, — подозрительно медленно предупреждает Зеро. — Она тебя слышит.       — И понимает?       — И понимает. Недолго над чем-то поразмыслив, Кайто осторожно дёргает за поводья. Лили, словно только этого и ждала, с готовностью начинает перебирать копытами немного быстрее. Кайто, пусть всё ещё и не питал большого к ней доверия, будучи одним из тех студентов, сдающих нормативы по верховой езде на высокие оценки, прекрасно знал, как управляться с лошадьми. Ему стало невероятно интересно, насколько сильно Лили могла его «понимать».       — Она порой увлекается так, что не остановишь, — вновь слышится предупреждение от Зеро. На этот раз — чуть позади.       — Если не остановлю я, остановишь ты, разве нет? — В голосе Кайто Зеро успевает расслышать озорные нотки, но совсем не успевает пожалеть о том, что в целом согласился ему со всем этим помочь. Он оглядывается назад, чтобы убедиться, что их никто не видит и на секунду задерживает дыхание от внезапно накатившей тревоги. Им было запрещено кататься галопом без присмотра преподавателя. Если их застанут за этим делом, то им не избежать нравоучительной лекции о том, что у них напрочь отсутствует чувство самосохранения. Вновь взглянув на быстро удаляющегося от него Кайто, Зеро всё же решается его догнать. Если Лили внезапно передумает и решит, что Кайто ей не по душе, то он должен был быть рядом, чтобы поумерить её возмущение.       — Если ты с неё свалишься, у нас будут проблемы, — первое, что говорит Зеро, как только ему удаётся вновь с ним поравняться.       — У меня, — подправляет его Кайто с улыбкой. — Не взваливай на себя слишком много. Зеро, намереваясь понять его самостоятельно, хмуриться от переполняющих его мыслей. К чему бы Кайто сказал ему нечто подобное? Должен же быть в этом какой-то смысл? А затем он всё же понимает. Вот только происходит это настолько поздно, что время, кажется, замедляет свой ход. Кайто смотрит на него всего пару секунд. Так, как коты смотрят на своих хозяев перед тем, как свалить с полки особо хрупкий предмет. Он дёргает за поводья сильнее, чем прежде, и Лили, вновь довольно фыркнув, пускается галопом вперёд. Зеро смеряет его взглядом, полный усталости и толики удивления, смиряясь с тем, что в этом был весь Кайто. Чего ещё можно было от него ожидать? Разве это не должно было быть до невозможности предсказуемым? И он, конечно же, поспешил за ним. *** Быстрый стук копыт отдавался где-то в районе грудной клетки, звуча в унисон с биением сердца. Взявшийся из ниоткуда ветер путал волосы и, время от времени, громко шептал в ухо свои возмущения. Кайто не обращал внимания на временные неудобства. На занятиях им никогда не позволяли ездить на лошадях настолько свободно и быстро, постоянно напоминая о травмоопасности таких упражнений. Сегодня он наконец позволил себе небольшую шалость. Он знал, что заметь его кто-то из преподавателей, ему точно не избежать наказания в виде отстранения от занятий по физической культуре. Возможно, он об этом пожалеет, но всё это будет немногим позже. Лили, словно ждала этого момента всю свою жизнь, старалась показать себя с самой наилучшей стороны, нисколько не препираясь с Кайто и двигаясь вперёд строго по намеченной тропинке. Деревья проносились пред глазами слишком быстро, сменяя одну за другой и, вскоре, стали более высокими и ветвистыми, закрывая собой огороженную забором территорию. Кайто запоздало понял, что никогда здесь не был. Трава не была скошена настолько идеально, как то было в месте, где им было позволено сдавать нормативы. Лили же, напротив, будто зная эту местность с самого своего детства, смело и быстро перебирала копытами, ни на секунду не собираясь сбавлять и без того быструю скорость. Кайто, на пробу попытавшись потянуть на себя поводья, понимает, что Лили всё же увлеклась. «Ну, рано или поздно, тропа закончится и мы будем вынуждены остановиться» — успокаивал себя он, с интересом всматриваясь в даль. Зеро не оставалось ничего, кроме как быть с Эстебаном ещё быстрее. Догнать Кайто у него получается лишь спустя несколько долгих минут. Он снова равняется с ним, когда тропа, кажущаяся такой длинной и нескончаемой, всё же прерывается, открывая взору чистое поле. Зеро на ходу хватается одной рукой Лили за поводья, — примерно там, где их держал Кайто, — и тянет их чуть в сторону, не забывая при этом притормозить и Эстебана тоже. Лили, заметив его присутствие, с недовольством мотает мордой и сбавляет свой ход. Они останавливаются где-то на возвышенности, осыпанной самыми обычными цветами. Взглянув в хмурое выражение лица напротив и не придав тому особого значения, Кайто лишь тихо смеётся от чувства беззаботности и умиротворения. Он настолько давно не испытывал нечто подобного, что сейчас они ощущались особенно сильно.       — Ещё бы немного, и вы бы встретились с ограждением, — всё также хмуро сообщает ему Зеро даже не думая отпускать поводья Лили.       — Да до него ещё целое огромное расстояние, — говорит Кайто, высматривая среди кустов и деревьев то самое ограждение, о котором говорил Зеро.       — Его не видно, — тихо сообщает Зеро, заметив его поиски. — Лили понятия не имеет, что оно там есть. Кто знает, что было бы…       — Но этого не было и не будет, — прерывает его Кайто, осторожно хлопнув его по плечу. Его улыбка слегка потускнела, но всё ещё была на месте. — Не нужно омрачать своё и без того плохое настр… Ого, и давно она здесь? Взгляд Кайто внезапно цепляется за что-то, что незамедлительно вынуждает его прерваться. Зеро, всё ещё пытающийся успокоить своё быстро бьющееся из-за мимолётного переживания сердце, решает взглянуть в ту же сторону. Он не понимает, что же заставляет Кайто так внезапно встрепенуться, а затем, проследив за его взглядом чуть внимательнее, понимает, что тот смотрел на возвышающуюся вдалеке гору.       — Вчера притащили, — полушутливо выпаливает Зеро на выдохе, бросив взгляд на затылок Кайто.       — Я всё это время её не замечал, — продолжает Кайто, словно и не слушая его вовсе.       — Больше смотри по сторонам, — как бы невзначай советует Зеро, но Кайто знает, — совершенно точно знает, — тот делает это только для того, чтобы его подколоть.       — Эй! — Он решает возмутиться. Он не может заставить себя этого не делать. Он был настроен восхищаться, а не кидаться подколами друг в друга. Взглянув на Зеро, он с легкостью задевает кулаком по его плечу. Видит само небо, его заставили. — Раз настроен на болтовню, то и название горы, что «вчера притащили», ты вспомнишь без труда?       — Кажется, его у неё просто нет. — Будучи совсем неготовым признавать своё незнание, Зеро отводит взгляд и смотрит на огромный объект их обсуждения, делая вид, словно не видел её целую вечность.       — Должно быть, — настаивает Кайто. — Люди дают названия всему, что видят. — Он отчего-то плечами жмёт и в задумчивости не замечает, как начинает взлохмачивать Лили гриву. Где-то секундой ранее он с особой аккуратностью вытаскивал оттуда пару пожелтевших листьев. Лили, конечно же, подобное самовольничество по душе не приходится. Громко фыркнув, она трясёт головой в разные стороны, и Кайто только тогда осознаёт, что, кажется, увлёкся до невозможности сильно.       — Виноват, — вздрагивает Кайто, отдёрнув руку, однако уже в следующую секунду подаётся вперёд и осторожно обнимает Лили за шею так, как если бы никогда её не боялся. — Только не злись. Зеро даже дыхание затаивает. Настолько этот жесть оказывается для него неожиданным и невероятным. Ещё большее удивление он испытывает, когда Кайто кладёт голову поверх её белоснежной гривы, а Лили, — та самая Лили, что никогда никого к себе не подпускала, — перестаёт брыкаться и вновь становится спокойной.       — Ты моешь её гриву чем-то особенным? — спрашивает внезапно тихо Кайто, изо всех сил делая вид, словно не замечал удивленный взгляд Зеро, устремленного на него секунду назад. — Она невероятно мягкая. И вот снова. Уголки губ Зеро вновь приподнимаются в улыбке, которую он не был в силах сдержать. Он был готов рассмеяться, но издаёт лишь тихий хмык, вовремя подавив очередной внезапный порыв.       — Ничем особенным уж точно, — отвечает Зеро, мысленно поблагодарив Лили за то, что отвлекла Кайто от дурацких вопросов, на которые он был не в силах ответить. Кайто улыбается в ответ. Он не находит подходящих слов, потому позволяет себе быть безмолвным и, прикрыв глаза, насладиться тишиной. Из-за поднявшегося ветра ветки деревьев слегка покачивались из стороны в сторону, создавая приятный слуху шелест. Птицы, затерявшиеся где-то среди веток, негромко насвистывали что-то на своём. Зеро слышал больше. Ко всему прибавлялся стук сердца Лили; сердце Кайто билось тише. Видеть кого-то верхом на Белой Лилии было для него настолько непривычным, что он невольно засматривается на Кайто так, словно ему удалось узнать его настоящего только сейчас. Так, как если бы Кайто не должен был быть сейчас здесь. Так, словно Кайто вот-вот исчезнет. Потому внезапное желание к нему прикоснуться не кажется ему столь странным и инородным.       — Надеюсь, ты не собрался спать? — Потормошить Кайто за плечо для него оказывается достаточным. Кайто не исчезает. Не становится бестелесным фантомом. Он здесь. Он с ним.       — И минуты не прошло. — Кайто всё же открывает глаза и всё же выпрямляет спину. Лили, словно до этого замерев на месте, слегка поворачивает морду, украдкой взглянув сначала на Эстебана, а затем и на его наездника тоже. Зеро остаётся надеется, что она не проворачивает план мести в своей голове за то, что он посмел оседлать кого-то ещё.       — Так что там насчёт названия? — с хитрой ухмылкой напоминает Кайто. Зеро вздыхает. Было наивно надеется на то, что Кайто забудет об этом так скоро.       — Сказал ведь, — нехотя протягивает Зеро. — Нет его.       — А я сказал, что этого просто не может быть, — напоминает Кайто. — Не называют же его местные просто горой?       — Даже если и так, то что с того? — хмурится Зеро, одновременно пытаясь найти в своей голове другие темы для разговора.       — Ну, — с недовольством ворчит Кайто, — будь я горой, я был бы расстроен.       — Будь ты горой, тебе бы было всё равно. — Зеро взывает его к здравому смыслу. В конце концов, он бы не хотел сейчас размышлять о чувствах горных вершин.       — Ты невыносим! — восклицает Кайто с толикой удивления, как если бы только сейчас ему удалось рассмотреть упрямство Зеро во всей его ослепительный красе.       — Назови её сам и успокойся, — предлагает Зеро и мысленно взмаливается о том, чтобы это сработало. Однако перекосившееся от возмущения лицо Кайто незамедлительно даёт понять, что молитвы не помогут. Точно не сегодня.       — Я не настолько самонадеян, — ворчит Кайто себе под нос, а затем, всё ещё не смерившись с отсутствуем должного ответа, добавляет резкое: — Кто-то же должен знать. Он тянет за поводья, прося Лили обернуться и направиться в обратную сторону. Зеро, нахмурившись от внезапно нахлынувшие мыслей, проделывает с Эстебаном то же самое и на этот раз старается не отставать от Кайто слишком сильно.       — И почему же тебе так важно это знать? — всё же решается спросить он.       — Она стоит там одна сотни лет и никто не удосужился её как-то назвать?       — Это не ответ. И Кайто с ним безмолвно соглашается. После нескольких усердных попыток он наконец вспоминает слова учителя во время сегодняшнего занятия и наконец находит, что сказать.       — Могут ли имена быть орудиями познания вещей? — Он поворачивает голову в сторону Зеро и самодовольно хмыкает. Тот выглядел так, как если бы не понял ни единого его слова, но…       — Хочешь продолжить обсуждение, которое вы сегодня устроили с учителем этики? Серьёзно? Сейчас?       — Так ты не спал тогда? — Кайто и не думал обращать внимание на его недовольство. Уж точно не сейчас.       — Ты был слишком упрямым, чтобы отступить и говорил, не умолкая. Как думаешь, спал ли я после такого?       — Ты преувеличиваешь, — хмурится Кайто. — Это случилось под конец занятия. Хочешь сказать, что и в остальное время всё слышал?       — Что-то про Платона, — нехотя вспоминает Зеро. — Что-то про теорию природности и условности. Я задремал на том моменте, когда задался вопросом о том, почему нам так необходимо это знать?       — Тот, кому это нужно — запомнит, кому не нужно — забудет. Всё просто, — уверяет его Кайто так, как если бы открыл самую желанную тайну для всего человечества. — Мне было интересно и я решил, что будет забавно задать этот вопрос кому-то в самый неожиданный момент в его жизни.       — Хочешь сказать, что подобный вопрос должен натолкнуть на определенный ответ?       — Определённый? — Кайто хмурит брови. Очевидно, этого слова здесь быть не должно. — Нет, но довольно очевидный.       — Для тебя важно, чтобы у всего было наименование, ведь тогда их легче запомнить, легче понять, легче узнать, если внезапно забыть. — Зеро ловит себя на мысли, что его предположение совершенно не звучало так, как если бы он действительно предполагал. Он говорил так, словно точно и безоговорочно знал — слишком самоуверенно.       — От тебя это звучит лучше, чем в моей голове. — Кайто смеётся, откидывает пряди волос, что норовили ткнуться прямо в его глаза и снова дёргает за поводья. Лили, ожидаемо, ускоряется.       — Ты, видно, спешишь? — Зеро не отстаёт, время от времени поглядывая то на Кайто, то на Лили. Не хватало ему снова потерять их двоих из виду.       — Вопрос всё ещё открыт, — напоминает Кайто, взглянув в ответ. — Ответа у тебя нет, потому я решил, что ректор что-то точно может знать.       — Если он действительно знает, то ты застрянешь у него на пару часов, — предупреждает Зеро. — Когда его настигает ностальгия — пиши пропало.       — Ага, знаю, — пожимает плечами Кайто, словно слышал подобный факт уже несчётное множество раз. — Ты со мной? Зеро хочет сказать чёткое «Нет!», но вырывается неуверенное:       — Возможно. Кайто кидает что-то похожее на благодарность в ответ, однако Зеро внезапно перестаёт его слышать. Перед тем, как ответить, он почувствовал что-то непривычное и совсем далёкое. Это «что-то» было похоже на искреннюю радость; на внезапный восторг; на тёплые объятия. Это было похоже на чувство, которого он не испытывал слишком долгое время, потому оно ощущалось как нечто новое и неизведанное. Из-за Кайто ли это было, или, скорее, из-за его слов? Подобное стоило обдумать. Подобное стоило пережить.       — Ты снова отстаёшь! Когда он слышит голос Кайто, у него хватает сил вынырнуть из своих размышлений. Вместе с Лили они успевают оторваться от них с Эстебаном на пару метров и теперь маячили чуть впереди. Направляя Эстебана на нужную им тропу, Зеро старается запомнить, что Кайто нравится этика, нравятся перепалки не только с друзьями, но и, — ого? — с учителями тоже. А ещё Кайто было важно знать, что наименования есть у всего, что его окружает. По крайней мере Зеро отныне знал, что у гор уж точно.