ㅤ

ㅤ Шум прибоя ласкал слух. Шипящие пенящиеся волны накатывали на берег, вновь возвращаясь, перебирая песок. Умиротворяющий звук, успокаивающее место. И абсолютно пустое… Локи очнулся здесь совсем недавно, не понимая ни где, ни как он тут оказался. Небольшой остров, который можно было меньше чем за час обойти. Но он не шёл. Просто сидел и смотрел в бесконечную даль затуманенную, как и его разум. Потому громогласным ему показался юношеский голос: — Как ты здесь оказался? Светловолосый подросток, от каждой клеточки которого веяло печалью, с удивлением смотрел на гостя своего внутреннего мира. Он думал, что обречён провести вечность, теша себя иллюзиями и всяческой ложью, которую был способен сгенерировать его разум. Однако вот — необъяснимое предстало перед ним. Желание его сердца? Скрасить одиночество… — Знать бы… — спокойно ответил Локи. Его сознание постепенно прояснялось, но понимания ситуации это не прибавляло, только путало сильнее. Буквально мгновение назад он сидел на троне, защищая многочисленные ветви параллельных миров от уничтожения, а теперь прохлаждался на неизвестном ему пляже с юным незнакомцем, не менее озадаченным, чем сам Локи. И осознание этого пришло так внезапно, что Локи вскочил с места, оглядываясь по сторонам. Будто искал что-то. То, что могло бы навести на нужную мысль. — Я не должен быть здесь! — знал он точно. — От меня слишком многое зависит! — Видать, много чересчур, раз ты оказался здесь. — А? — попытался понять логику парнишки Локи. — Твоё тело не выдержало, и ты заснул крепчайшим сном. — Я должен проснуться? — А нужно ли? — продолжал говорить загадками парень. — Ты пожертвовал своим сознанием, чтобы тело смогло продолжить выполнять свои обязанности. Для него твоё сознание — лишняя трата энергии. Быть может, и не стоит ему мешать? Если, конечно, ты вообще сумеешь проснуться, — с тягучей грустью закончил он фразу. — Ты не можешь? — понял Локи. Парень лишь помотал головой. — Меня зовут Роксас. Я — Никто. И я думал, что это мой сон, но, похоже, теперь он общий. — Никто? — не понял Локи, но отринул мысль. — Я — Локи… — замешкался он, — сын Одина. — Ты говоришь, что это сон? — Верно, — кивнул Роксас в соответствии своему ответу. — А значит, мы вольны здесь делать всё, что захотим. — Да, вполне. Роксас всего лишь повернулся к пляжу, как на нём образовалась небольшая толпа подростков, весело смеющихся. Никаких особенных движений или таинственных взглядов — просто пляж заполнился людьми, от вида которых у Роксаса заныло в груди. С трудом удалось сдержать слёзы: Роксас всегда был сильным. Жизнь сделала его таким, никогда не жалея. Локи молча наблюдал сначала за ребятами, затем за Роксасом, с тоской смотрящим за ними со стороны, даже не делая попыток сдвинуться с места. — Почему ты не подойдёшь к ним? — наконец спросил Локи. — Потому что никого из них здесь на самом деле нет. И я боюсь… — на мгновение отвернулся он, прячась от настойчивого взгляда Локи, — что окончательно сольюсь с этим сном, если хотя бы ненадолго позволю себе поверить, что они рядом. Что я могу быть счастливым. Здесь. Где ничего нет. Поэтому мне достаточно просто смотреть. Напоминать себе, что когда-то было реальным, что всё дорогое мне — не выдумка. Даже та девушка, — указал он на фигуру в чёрном балахоне со скрытым за капюшоном лицом, которую Локи сразу даже не приметил, словно та была всего лишь чей-то тенью, — чьё имя я не помню, впрочем, как и внешность. Но её помнит моё сердце. И ноет каждый раз при её появлении. Во сне или в реальности, неважно, одиночество утомляло душу. Оттого Роксас искренне делился сокровенным. Уцепился за возможность разум подлечить, прежде чем тот начал с ума сходить. — И как ты их призвал сюда? — поинтересовался Локи. Обычные иллюзии и он мог за считанные мгновения создать, однако те дети… Они выглядели настоящими. Осязаемыми. Оставляли следы на песке, взаимодействовали друг с другом, строя замки, брызгая друг друга солёной морской водой. Они были живыми. Даже живее его и Роксаса. — Просто захотел их увидеть. Обратись к своему сердцу, — с мягкой улыбкой ответил Роксас, глянув товарищу по несчастью в глаза. «Просто захотеть?» Локи поднёс руку к сердцу и закрыл глаза. Как никто другой он разбирался во лжи и в иллюзиях. В том числе в самообмане. Знал, что так легко себя обмануть не сможет. Однако даже о таком малом он не смел и мечтать, принеся себя в жертву многочисленным мирам. А хотел он не так много. Когда Локи открыл глаза, она стояла напротив. Он подарил ей заботливую улыбку, испытав волшебное чувство облегчения: увидеть её рядом с собой уже было даром. Та, которая была ближе к нему, чем кто-либо, но при этом настолько далека — и не скажешь, что судьбой одна сущность только из разных параллелей. Сильвия добродушно улыбалась ему в ответ, не споря, не возмущаясь. С пониманием и любовью. Принимая его. Благословляя. У них больше не было поводов для разногласий, ведь в кои-то веки Локи поступил правильно. Он не сомневался. Можно ли было считать это самолюбованием? Нет, конечно! Да Локи и не задумывался о подобном как-то. Гораздо важнее было… Внезапный толчок сзади и тяжесть под крепкой мужской рукой, по-братски давящей на плечо, выбили напрочь остатки мыслей. Весело и с задором в сон ворвался образ Тора, ошарашив Локи и спровоцировав на несдержанные эмоции. — Что ты здесь делаешь?! Я не желаю тебя видеть! — Да ладно тебе, брат, — абсолютно бесцеремонно Тор потёр Локи кулаком по макушке, словно они никогда не ссорились и всегда оставались братьями как в детстве, — ты же рад меня видеть! Ну же, не стесняйся! — Отпусти меня, наконец! Локи отчаянно пытался вырваться из хватки, попутно припираясь с реальной иллюзией, прекрасно понимая, что то было плодом его воображения, однако образ этот оказался бесконтрольным. «Определённо, это не моё творение! Моя сила меня никогда так не подводила!» — Исчезни! — рыкнул Локи, отскакивая от брата, едва улучил шанс. Звонкий юношеский смех отвлёк. Невольно Локи обернулся, дабы глянуть на заливающегося Роксаса. Он давно не испытывал таких эмоций, проводя несчётное время с самим собой. — Прости, но этот так забавно, — успокаиваясь, но продолжая улыбаться широко, поспешил объясниться Роксас. — Это всё равно, что спорить с самим собой, со своим сердцем. В конце концов, этот человек здесь потому, что ты так захотел. Быть может, ты этого не осознаёшь, но, похоже, ты по нему соскучился, вот твоё сердце его сюда и призвало. — И как мне теперь от него избавиться? — со всей серьёзностью спросил Локи, уклоняясь от очередной медвежьей хватки. — Смириться. Успокоиться. И подождать. Иллюзии не вечны. Они всегда исчезают сами собой. Чтобы привнести в твой сон покой. А затем вновь возникнуть, когда будешь особенно в них нуждаться. Всё зависит только от твоих желаний и усталости. А контролировать не пытайся: сердце никому не подчиняется, даже хозяину. — Локи… — послышался женский голос за спиной. Другой. Не свой. Локи сглотнул, не решаясь обернуться. Одновременно из-за чувства вины и боли. Он не считал себя хорошим сыном, пусть и достойным трона. Одно он знал точно — её он подвёл. Однако забота и любовь в голосе Фригги говорили об обратном. Независимо от его деяний, его происхождения, он всегда оставался для неё дорогим сыном. Один стоял молча рядом. Кивком головы он дал своё одобрение подойти, когда Локи соизволил посмотреть на них. Медленно Локи шёл к ним. Как заворожённый. И плевать, что всё было ненастоящим. Тёплые объятия матери, возможность побыть в кругу семьи, от которой он едва не отрёкся своими бесславными поступками, — вот, что ему было нужно. Только его чувства не лгали тогда. Только они были настоящими. Как и сказал Роксас, иллюзии со временем развеялись. Накатило чувство утомления, потому Локи лёг на песок, слушая умиротворяющий шум прибоя, создающий в душе пустоту. Словно ничего нет. Словно его не существует… — И что? Нам так теперь грозит вечность провести? — Не знаю, — честно ответил Роксас. — Возможно. Он смирился уже давно. Но стоило ему задуматься о будущем, как сам он начал исчезать. — Эй, ты куда? — невольно испугался Локи. — Что с тобой? — Кажется… — Роксас пытался сам понять, что с ним происходило. Осознание пришло так резко, так ясно. Ярким лучом прорезало тьму. — Кажется, я просыпаюсь, — с надеждой улыбнулся он, полностью растворяясь, оставляя Локи в полном одиночестве. Некоторое время Локи ошарашенно смотрел в пустоту, будто пытаясь её коснуться. А затем расслабился, выдыхая. — Хм… Что же, ждём следующего гостя. «Быть может, это будет знаком к скорому пробуждению…» Во сне не существовало часов. Локи не мог даже с уверенностью сказать, текло ли здесь время иначе. Однако в бесконечных циклах иллюзий он потерял какой-либо счёт, перестав ориентироваться хоть на что-то. Вечность затягивалась. Желания тускнели. Неизменным оставались только чувство одиночества и шум неустанных волн. «Моё время придёт… Когда-нибудь. Обязательно…» ㅤ