Часть 6

– ...ты не собираешься спать? Джон, не глядя, только отмахнулся от Саймона небрежным жестом руки. – Чуть позже. Я только начал проводить расчёты, если не закреплю всю имеющуюся у меня на данном этапе информацию, то завтра придётся начинать сначала! Он говорил это два с половиной дня назад, и Дилан честно не понимает, как этот научный наркоман всё ещё жив и функционирует! Даже его «механическое» сердце сжималось от жалости каждый раз, как он смотрел на эти чудовищные синяки под глазами. В последнее время Харрис всё чаще промахивался мимо предметов или пытался поставить кружку с кофе рядом со столом, из-за чего законопослушная утварь неизбежно подчинялась закону гравитации и разбивалась вдребезги где-то на полу. – Почему ты ничего не сделаешь? – шёпотом обратился он к Солусу, когда JDH в очередной раз ткнул себе в глаз дужкой очков, вместо того, чтобы нацепить их на нос. – Жду, когда он потеряет сознание, – обречённо отозвался тот. – Ха-ха. – Я не шучу. Сейчас это единственный способ, которым можно вытащить Джона из лаборатории. Ты не сможешь заставить его уйти силой, уверяю тебя. Автоматон ещё раз посмотрел на зависнувшего в одной точке учёного и нерешительно предложил: – А что если... подсыпать ему какое-нибудь сильнодействующее снотворное? – Джон узнает вкус любого препарата от одного глотка, это ни к чему не приведёт. Ты только мотивируешь его задержаться здесь подольше. Так и не придумав ничего лучше, они приняли решение просто караулить его поочереди. Отработав первые двенадцать часов, Саймон нехотя передал пост своему ученику и ушёл отдыхать, заявив, что ему нужно ещё съездить в «Схождение», забрать некоторые свои вещи, раз уж они все останутся на какое-то время в гостях у мафиози. Дилан уселся за самый дальний свободный стол и залип в телефон, изредка поднимая глаза, чтобы проверить, чем занят JDH. Харрис продолжал двигаться с точностью усталого зомби, все имеющиеся доски для заметок уже были исписаны, кое-где слова теснились друг на друга, несколько пустых маркеров валялись в мусорном ведре. В подвале не было понятно, какое сейчас время суток, но Дилан имел доступ к городским камерам, а потому смог хотя бы понять, что его самого начало клонить в сон уже ближе к утру. Лишь на секунду прикрыв глаза, он задремал в неудобной позе, опустив голову на сложенные руки. Джон ещё где-то час мерно водил фломастером по гладкой белизне доски, прежде чем понял, что на всю лабораторию разносится тихое сопение. Обернувшись он застал умилительную в своей необычности картину. Парень беззаботно спал, тёмная чёлка упала на его лицо. Поколебавшись несколько мгновений, мироходец всё же отложил маркер и бесшумно приблизился к столу. Дилан не проснулся от движения воздуха, и Харрис, достав новенький телефон, сделал несколько фотографий с разных ракурсов, засняв даже одно весьма удачное селфи. Игривый настрой взял верх. Путём нехитрого монтажа дорисовав Дилану пару кошачьих ушек и длинные усы, гений отправил получившееся творение ему же, но с отсрочкой в четыре часа, именно тогда и должна была закончиться его смена. Потом подумал и изменил условия отправки на «Когда будет в сети», посмеявшись с собственной шутки. Понимая, что он уже почти достиг предела своих возможностей, Джон потёр горящие от перенапряжения глаза. Нет, нужно остановиться. Следующим шагом станет обморок, а это не самый благоприятный исход. Оставив парня отдыхать, JDH покинул лабораторию и поднялся по лестнице, держась рукой за стену. Только бы не свалиться, только бы не свалиться... Саймон же его задушит потом своим беспокойством, если найдёт учёного потерявшим сознание на полпути! Покидая уютненький по его меркам подвал, в котором, к сожалению, не было кроватей, Харрис собирался уже выторговать у Евсея какую-нибудь комнату под свои нужды, но остановился, услышав звук удара прямо за дверью его кабинета и последовавший болезненный всхлип. Остафьевич стоял с хмурым лицом и вытирал окровавленный кулак салфеткой, когда Джон без лишних расшаркиваний зашёл к нему. Мафиози тут же обернулся, вопросительно вскинув бровь. – Тебе что-то нужно, Джон? Говори быстрее, я тут немного занят выбиванием дерьма из сопливых малолеток. Мироходец оторопело уставился на совсем молодого парня, которого держала пара охранников, заломив бедняге руки. Пепельные волосы какого-то грязного оттенка были възерошены, в тёмно-зелёных глазах стояла влага, а по подбородку стекала тоненькая струйка крови из разбитого носа. Очки лежали на полу, видимо упали после последнего удара. Так, стопэ! JDH точно его уже где-то видел! – Какого хрена, Евсей? Парень вскинул голову, его мимика начала выдавать крайнюю степень испуга. Он точно узнал Джона, как и Джон узнал его! Ну, почти узнал... Мафиози неспешно прошёл к своему столу и плеснул в рюмку коньяка, прежде чем ответить. – Этот мелкий поганец пытался следить за моим домом. Подозреваю, это вы его привели? – дёрнул бровью мужчина. – Я не злюсь, Джонни, просто ты добавил мне немного больше работы. Харрис нахмурился. Подойдя ближе к парню, он наклонился, разглядывая его перекошенное от страха лицо. – О! – внезапно понял учёный. – Ты же тот блогер! – Я Т-тим, – шёпотом ответил парень, стараясь дышать ртом, чтобы не глотать кровь. – Ты дурак, Тим? – вкрадчиво произнёс JDH. – Зачем ты вообще сюда полез? Блогер не ответил, всё ещё тяжело дыша и вздрагивая, когда Остафьевич подошёл к Джону со спины, протягивая ему какую-то мятую бумажку. – Этот имбецил носил с собой записку. На, почитай. Тим дёрнулся, желая вернуть свою собственность, но два рослых охранника держали его слишком крепко. Мироходец нахмурился ещё больше, разворачивая бумагу и параллельно думая, что ему теперь делать. Он так понял, этот чувак — друг Дилана? Это всё усложняет... Если парень добровольно сунулся шпионить прямо туда, где обитает мафия, то просто отпустить его может быть ещё опаснее, чем отпустить после того, как Евсей преподаст урок. Конечно, Джон не одобрял избиение детей! Но... чёрт, а если этот блогер надеялся раскопать что-то такое, что можно было бы выложить потом на своём канале? Харрису не нужны такие свидетели... по крайней мере сейчас, пока он ещё в своей Реальности. Пробежавшись взглядом по строчкам письма, которому явно было больше двух десятков лет, он помрачнел, как грозовая туча. Внимание зацепилось за обрывки фраз: «...Это твой папа...», «...я уже давно мёртв...», «...донеси правду людям...», «...он всех контролирует...» и «...папа очень тебя любит...». – Там написано что-то про плёнку, – мрачно продолжил Евсей, наступая на бледного, как сама смерть, Тима. – Где она? – У-у м-меня нет ник-какой... – попытался тот. – Не смей мне врать, щенок! – мужчина замахнулся для очередного удара, парень зажмурился, уже приготовившись к боли, а Джон неожиданно быстро положил руку на плечо мафиози. – Стой. Евсей тут же замер, Тим осторожно приоткрыл один глаз. – Что такое, Джон? Я лучше справлюсь с обеспечением твоей безопасности, ты же ведь понял, что эта бумажка была про тебя, да? Просто позволь мне делать своё дело. Харрис молча и очень аккуратно сложил листок вчетверо, оттеснил Евсея локтём и положил письмо обратно во внутренний карман куртки парня. Блогер поднял взгляд, в нём смешались недоверие, страх и смутная надежда. – Убери своих шестёрок, – приказал JDH. – Джонни? – Прямо сейчас, Евсей. Мужчина неохотно кивнул подчинённым, и те отпустили Тима, что тут же забился в угол кабинета, подбирая чудом уцелевшие очки и вытирая лицо рукавом полосатой кофты. Его взгляд метался между Евсеем и Джоном. – И пусть валят из дома. Не хочу чтобы кто-то слушал крики. Блогер содрогнулся, его взгляд вновь наполнился страхом. Остафьевич поднял бровь, но всё же отдал знак парням, и те быстро ушли. Убедившись, что в кабинете остались лишь они трое, мироходец, не оборачиваясь, произнёс: – О чём говорилось в той бумажке? Евсей недовольно дёрнул плечами. – Кажется, какой-то ублюдок очень давно заподозрил тебя, дорогой Джон. Видимо, рискнул копать, да сам теперь в земле оказался. Было видно, как парень сцепил зубы, а его глаза заблестели от слёз. – Кто меня заподозрил, когда и в чём? – дотошно уточнил Харрис, ещё раз оценивающе окинув взглядом Тима. Ему не нравилось, к чему всё идёт, самые нехорошие мысли уже сформировались в голове, хотя мозг и работал с опозданием под воздействием сильнейшего утомления. – Походу, лет двадцать назад, когда ты только-только закончил со своим Островом. Тогда ещё эти твои автики не были такими убедительными, как сейчас, особенно тот, что до сих пор сидит на посту мэра. Джон сдвинул брови. – Это было, когда я просил тебя присмотреть, чтобы презентация прошла гладко? JDH смутно помнил тот день, он был далеко не самым важным событием в его жизни. – Ага, – Евсей вернулся к своему столу и сделал глоток коньяка. – Обычно я очень качественно выполняю свою работу, но в тот раз, видимо, не доглядел. Прости уж, исправлюсь. – Итак, ты узнал, что какой-то работник, не посвящённый во все тонкости, понял, что мэр является автоматоном. – статично повторил учёный. – И что ты сделал? – Я решил, что не стоит волновать тебя и сам по-тихому прибрал весь мусор. Ничего не всплывало за последние два десятилетия и не всплыло бы, если бы этот маленький утырок не вздумал поиграть в шпиона. – Ты... ты убил моего отца, кусок ты... – сквозь слёзы прошипел Тим, исподлобья глядя на мафиози. Кажется, он достиг той грани, когда страх отходит на второй план. – За то, что он всё понял и пытался рассказать людям! А ты... Его взгляд обратился на Джона, но он ничего не сказал, хотя было видно, как много нехороших слов вертятся у парня на языке. Харрис снял очки и помассировал уставшие глаза. Не поднимая головы, он позвал: – Евсей. – А? Когда Остафьевич вновь приблизился, Джон так сильно ударил его ногой в грудь с разворота, что мужчина врезался спиной в стеллаж, и многие книги попадали ему на голову, пока он сам медленно оседал на пол. Тим испуганно пискнул, ошалело уставившись на JDH. Сам Джон подошёл к не успевшему понять, что это вообще было, мафиози и вдавил каблук ему в плечо. – Я когда-нибудь просил тебя убивать людей?! Евсей зашипел от боли, пытаясь отодвинуть белую туфлю Харриса, но тот лишь сильнее надавил пяткой на пучок нервов. – Твою мать, Джон... – Отвечай! – Н-нет, не просил! Но я-..! Тогда мироходец убрал ногу, но лишь для того, чтобы пнуть его в лицо, отчего Остафьевич повалился на бок, тихо охнув. – Вот именно! Кем ты себя возомнил, думая, что можешь знать, что для меня лучше, а что нет?! – Кх... Джон... – Ты в самом деле решил, что я бы не смог разобраться самостоятельно?! От тебя требовалось только проследить, чтобы никто не вмешивался извне, и сказать мне, если что-то вдруг пойдёт не по плану! Я грёбаный миллионер, я бы смог купить молчание абсолютно любого без капли крови! Мафиози осторожно сел, понимая, как сильно он просчитался. Теперь Харрис был действительно зол. – Мне жаль... ошибся. – Верно, ты ошибся. А за ошибки нужно платить. Джон вдруг оставил его и подошёл к тяжёлому столу из тёмного дерева. Что Тим, что Евсей, оба напряжённо провожали его взглядами, пока тот по-хозяйски рылся в многочисленных ящичках. Наконец, он извлёк откуда-то увесистый блестящий пистолет и снял его с предохранителя. На весь кабинет раздался щелчок, и блогер вздрогнул, когда на него посмотрели сквозь тёмные очки. – Ты. Иди сюда. На ватных ногах парень приблизился, уже совершенно ничего не понимая. JDH вложил Desert Eagle в его руку. – Ч-че-чего..?! – Прямо сейчас ты можешь отомстить за своего отца, лучше возможности и представить невозможно, – холодно пояснил учёный, направляя дуло пистолета прямо на замеревшего мафиози. – Джон, какого ху-... – начал тот. – Заткнись. Остафьевич закрыл рот, а Тим побледнел до состояния мела и начал мелко трястись. Джон отступил на два шага, складывая руки на груди. Боги, как же он устал и как же его всё сейчас бесит! – По-моему, это вполне справедливо, да, Евсей? – Джон, блять, это не смешно! – Ты давно заслуживаешь пулю в лоб, не только за этот случай. Думал, я не узнаю, что ты пытался убить Дилана, Саймона и Лололошку? – на этих словах парень ошеломлённо повернул голову. – То, что ты до сих пор жив, результат моей доброты, но и она не бесконечна! Тим открыл рот, но все слова застряли в горле. Джон одобрительно кивнул ему. – Можешь стрелять. Обещаю, тебе ничего за это не будет. Никто даже не узнает, что это был ты. – Т-ты... З-зачем ты даёшь мне... – Как я и сказал, это было бы справедливо. Блогер вновь посмотрел на застывшего под дулом пистолета мафиози, и его руки вдруг перестали трястись. Тёмная сторона парня нашёптывала ему, что JDH прав, это достаточно справедливо. Его отец был замечательным человеком, который просто хотел предупредить людей, он не заслуживал смерти! Сам Тим не заслуживал расти без него и нести этот опасный для жизни груз знаний! Его мать не заслуживала тягот воспитания сына без второго родителя! JDH, как оказалось, не был причиной исчезновения папы, так убедительно играть просто невозможно! Да и смысл ему было играть? Перед кем? Перед Тимом, что ли? Тим — обычный парень, он не может быть полезен или опасен для такой важной фигуры, как главная знаменитость Хэнфорта! Если он выстрелит... разве это не будет чем-то хорошим? Бога ради, Евсей Остафьевич — глава мафии города! Скольких людей он убил и сколько ещё убьёт в будущем? Палец сам собой лёг на курок. Несколько секунд Тим действительно верил, что сможет это сделать... Но потом он подумал, а что на подобное сказал бы его отец? Этот добрый мужчина был бы в ужасе от самого факта того, что блогер раздумывал над возможностью убийства! Он бы точно не хотел, чтобы его сын пачкал руки в крови, даже если это самая грязная кровь на планете. Опустив голову, Тим вздохнул, чувствуя себя опустошённым и растерянным. Он ведь шёл сюда не ради мести, правильно? Он шёл сюда за ответами и, кажется, нашёл их... Далеко не все, конечно, но это начало. Пистолет был протянут обратно Харрису рукоятью вперёд. – ...не буду. Мироходец хмыкнул, забирая оружие. – Почему? – Я не убийца! Это всё равно не вернёт мне папу... я просто... я не хочу становиться хоть чуть-чуть похожим на кого-то вроде него, – неловкий тычок пальцем в сторону выдохнувшего от облегчения мужчины. Джон задумчиво провёл подушечкой большого пальца по блестящему металлу, его взгляд даже за стёклами очков пробирал до костей своим ледяным холодом. Поразительно, как он оказался похож на Лололошку внешне, но при этом производил абсолютно противоположное впечатление! Парню казалось, что он мог физически ощущать этот холод на своей коже. – Ты добрый парень, Тим. – неопределённо кивнул ему JDH, над чем-то раздумывая. – В отличие от меня. – Что?.. Гений одним слитным движением поднял руку с пистолетом, прицелился и спустил курок. Евсей увидел резкую вспышку, какая бывает в момент выстрела.

***

Дилан подскочил на месте, услышав отдалённый грохот, разнёсшийся эхом по всему подвалу. Ещё будучи заложником телефона Ло, он часто мог слышать где-то на фоне различные перестрелки, так что сразу узнал этот звук. Откуда-то пришло сообщение в Пэйджер, но автоматон пометил его прочитанным, даже не глянув, ведь понял, что Харриса в подвале уже нет. Тихо ругнувшись, парень схватил свой телефон и вскочил из-за стола, бросаясь к лестнице. В коридорах никого не было, зато дверь в кабинет Евсея оказалась приоткрыта. Дилан ворвался внутрь, готовый увидеть всё, что угодно, от конфликта двух банд, пробравшихся на чужую территорию, до истекающего кровью Джона! Чего он не ожидал, так это застывшего в полусидячей позе мужчину. А также крошечное пулевое отверстие, что дымилось в стене буквально в двух-трёх сантиметрах от его головы. JDH опустил пистолет, утомлённо выдохнув. – Твой долг увеличен, – констатировал он, небрежно швыряя Desert Eagle на заваленный бумагами стол. – Можешь сказать спасибо этому парню за свою жизнь. Но если ошибёшься где-то ещё раз... Я обязательно узнаю. Остафьевич молча кивнул, покосившись на смятую пулю в стене. По его виску стекала капля холодного пота. – Д-дилан? – просипел блогер из-за спины мироходца, во все глаза уставившись на парня. – Тим?! – Вы двое, – кинжалами глянул на них JDH. – На выход. Автоматон испытал желание попятиться, сейчас казалось, что Харрис действительно может убить их. Он заставил себя остаться на месте, а потом даже сделал осторожный шажочек вперёд, успокаивающе поднимая руки. – Джон?.. Что произошло? Выражение его лица неуловимо смягчилось. – Я сказал, на выход, – положив руки им обоим на спины и настойчиво подталкивая к двери, повторил учёный. – Стой, почему здесь Тим и... Ты что, только что чуть не пристрелил своего друга?! – Быстрее. – Чувак, не сейчас, – бледно шепнул ему блогер, не поднимая взгляд с пола. Как бы его ни раздирало любопытство в перемешку с беспокойством, Дилан понял, что лучше всё же немного повременить с вопросами. Джон вывел их обоих из особняка и, лишь оказавшись за воротами, немного успокоился, оглядываясь по сторонам. – Заказывай такси, – приказал он Тиму. – Езжай домой и забудь навсегда о том, что здесь произошло. Парень нервно похлопал себя по карманам. – Я... я, кажется, потерял где-то свой телефон... Н-наверное, выпал, когда меня поймали... Харрис снял очки, чтобы помассировать глаза, невольно открывая вид на нездоровые синяки. – Тогда попроси Дилана. И быстрее. – Эм, – немного растерялся тот. – Хорошо, я уже в процессе. Могу я взять деньги из твоего кармана? – Уже пробрался в мой банковский счёт? – вяло приподнял брови мироходец, а потом чуть кивнул в явном одобрении. – Можешь, за такой подвиг полагается вознаграждение. Горжусь. Это усталость так на него действует? – ошалело подумал Дилан, параллельно оформляя заказ на этот адрес. – Чуть не пристрелил Евсея... А меня и вовсе похвалил?! Это точно Джон?! – Проследи, чтобы твой друг уехал, мы ведь не хотим, чтобы случилось ещё что-нибудь нехорошее, верно? – последним напутствием бросил им гений, прежде чем развернуться и уйти обратно в дом. Дилан до последнего смотрел ему в спину, а потом уставился на Тима самым лучшим требовательным взглядом из своего арсенала. – Чувак, я... я не хочу об этом говорить, – мелко вздрагивая, прошептал тот. – Я просто не могу сейчас. Я... блин. Не верю, что сделал это... как у меня вообще смелости-то хватило..? – Ты же понимаешь, что я от тебя теперь не отстану? Тим, твою налево, ты понимаешь, что слишком часто стал искать приключения на свою задницу?! Ладно, ты пытался уличить в чём-то JCompany, но мафия — это уже слишком, даже для тебя! – Я знаю-знаю! Прости... Мне нужно всё обдумать и успокоиться. Давай... поговорим через пару дней, ладно? Автоматон обречённо вздохнул. – Ты можешь пообещать мне, что за это время больше никуда не влипнешь? Тим кивнул. – Поверь, после сегодняшнего я ещё нескоро захочу выйти из дома. Они немного постояли, пока не прибыло такси. Дилан добросовестно проследил, чтобы блогер сел, назвал адрес Хауса и распрощался с молчаливым парнем. Когда машина уже скрылась за поворотом, с неба начали падать неприятные липкие снежинки, переходящие в дождь. Автоматон быстрым шагом вернулся под крышу, отряхивая с ботинок налипшую грязь. Джон, разумеется, не стал его дожидаться. Поначалу Дилан хотел осторожно спросить у Евсея, где тот может быть, потому что он вряд ли вернулся бы так сразу в свою лабораторию, но увидев этого стрёмного мужика в ещё более отвратительном настроении, решительно не стал обращаться к нему за помощью. Ну нафиг, своя жизнь дороже. Конечно, в таком богатом доме было достаточно много комнат, но в том-то и состояла трудность. Автоматону пришлось потратить несколько минут, чтобы найти Харриса в самой дальней из них, расположенной в конце коридора. Мироходец, сгорбившись, сидел на кровати, подпирая руками тяжёлую голову, когда он без стука вошёл. Халат белой тряпкой оказался небрежно наброшен на спинку стула, сам учёный остался в такого же цвета футболке и без очков. – А мне казалось, ты уже где-нибудь отключился от усталости, – нейтрально заметил Дилан, прикрывая за собой дверь. Он видел, как плечи Джона напряглись. – Не могу спать, когда в голове слишком много мыслей. Как бы я хотел уметь просто... не думать. Парень растерянно остановился перед ним. Сейчас Джон казался таким... маленьким, что ли? Хрупким? Дилан хотел протянуть ему руку, но не знал, как JDH на это отреагирует. – Если скажешь мне, что случилось, то мы подумаем вместе. Несколько минут ничего не происходило, и он почти решил, что их уровня доверия всё ещё недостаточно для таких откровенных разговоров, но потом гений поднял на него мутный взгляд. – Ты знаешь, кем был отец этого парня? – хрипло уточнил он. – Тима? Нет, не знаю. Джон снова опустил голову. – Я тоже. Скорее всего, один из тысяч рабочих или, может, из обслуживающего персонала... я понятия не имею, кем он был. – Почему это так важно? – наклонил голову автоматон. Он не ожидал, что Джон вдруг упадёт на спину поперёк кровати и раскинет руки, а его пустой взгляд устремится в потолок. – Евсей устранил его, когда тот начал копать под меня. Каким-то образом он узнал, что мэр, и Джоди, и несколько других высокопоставленных лиц являются моими автоматонами. Он хотел рассказать об этом всем, но Евсей успел сделать так, чтобы он замолчал навсегда. Дилан мрачно присвистнул. Кажется, он начал понимать откуда растут ноги у паранойи Тима. – Жесть, чувак. Просто жесть. А ты... – Я не отдавал такого приказа, – предвидел его вопрос мироходец. Подняв свои руки, он посмотрел на них так, словно увидел что-то очень неприятное. – Я даже не знал об этом до сегодняшнего дня. Но почему... я чувствую ответственность? Почему у меня такое ощущение, словно бы я сам убил его? Дилан отвёл взгляд. Ему было неожиданно тяжело видеть, как Джон разваливается на части под грузом тех эмоций, что не понимал даже он сам. Харрис не пытался как-то оправдаться перед ним, он просто сказал всё, что посчитал необходимым, и замолк, уходя в себя. Дилан присел рядом, кровать прогнулась под его весом, но учёный этого словно бы и вовсе не заметил. Лишь когда он неловко опустил ладонь на чужое плечо, Джон как-то отреагировал. – Я не могу сейчас мыслить логически, – искажённым голосом признался он. – Мне просто нужно знать... Скажи, я виноват в его смерти или нет? Я приму любой ответ, мне просто нужно знать правду. Парень замешкался, но постарался ответить максимально честно. – Чувак, я не знаю... Меня не было там, чтобы судить. Я не думаю, что вся ответственность лежит на тебе. Может быть, маленькая её часть? В любом случае, действовал Евсей, а не ты. – Джон продолжал смотреть, и Дилан испугался, как бы он не сделал хуже. – Но ты же остановил бы его, если бы узнал, что он намеревается сделать, да? – Да. – Значит, виноват Евсей, что принял такое радикальное решение, не поговорив с тобой. Между ними снова повисла тишина. По лицу Джона было абсолютно невозможно понять, о чём он думает, но по истечении нескольких минут Харрис скинул с ног туфли, забрался на кровать полностью и улёгся на бок, лицом к Дилану. Автоматон хотел как-то ещё его утешить, но опасался, что присутствие лишнего свидетеля может окончательно доломать хрупкое, как треснувший фарфор, душевное равновесие гения, поэтому спросил прямо: – Ты хочешь, чтобы я ушёл или остался? – ...останься. Дилан кивнул. – Мне позвать Саймона? – ...нет. Что ж, хорошо, – мысленно кивнул парень ещё раз и, сбросив свою обувь, улёгся рядом. Даже если это и было нарушением его личных границ, которые обычно так яростно отстаивал Джон, в этот раз он не стал прогонять собственное творение. Харрис долго не мог уснуть, но в конце концов физическое и психоэмоциональное истощение взяло своё. Однако, даже тогда сон его был беспокойным, JDH часто вздрагивал и бормотал что-то неразборчивое. Тогда Дилан укрыл их обоих пледом и осторожно притянул мироходца к себе. И хотя поначалу это походило на то, что он словно бы обнимал кучу холодных костлявых конечностей, через какое-то время Джон успокоился и перестал метаться. Даже напротив, немного прижался к нему. Дилан, не получивший достаточно энергии от своего непродолжительного отдыха за столом, тоже почувствовал, как у него слипаются глаза. Однако, прежде чем заснуть окончательно, автоматон вспомнил о сообщении, которое пришло ему сразу после пробуждения, и вынужденно удержал себя на грани сознания. Лениво открывая Пэйджер прямо в голове и тыкая на неизвестный контакт, Дилан не ожидал увидеть что-то интересное и проверял просто для галочки. Однако, то, что он там нашёл, заставило его моментально проснуться. Это было селфи, на котором Джон игриво высовывал кончик языка, а на фоне дремал сам Дилан, подложив руки под голову. Нарисованные неоновым маркером кошачьи ушки были трогательно прижаты к голове, а длинные усы оказались непропорционально большими, что делало картинку лишь ещё более комичной. Парень скосил глаза на вихрастую макушку, что оказалась прижата у него под подбородком и неожиданно усмехнулся. Джон тихо сопел ему в шею, впервые за долгое время доверившись кому-то настолько, чтобы позволить обнимать себя во сне. Дилан решил, что как-нибудь обязательно отплатит этому гению той же монетой, но только не сейчас. Сейчас их отношения ещё слишком хрупкие, и он не собирался всё испортить одной дурацкой шуткой.