Дело бы на Хеллоуин

      Рута никогда не увлекалась чтением комиксов, лишь иногда могла из любопытства полистать глянцевые странички, рассматривая замысловатые рисунки супергероев, спасающих миры. У братьев была целая коллекция этого добра: сотни выпусков, включая коллекционные — самые редкие, — различные фигурки, мерч, — всё это хранилось в отдельной комнате-святыне, куда вход ей был воспрещён.       — Опять ты страницы залапала все, — ворчал брат, рассматривая на свету отпечатки её пальцев на глянцевой бумаге, после чего запретил заходить в комнату.       — Носитесь с этими дурацкими журналами, как Голлум с кольцом, а что-то пропадёт — с ума сойдёте, что ли? — бурчала она.       — Иди, женщина, ничего ты не понимаешь.       — Спустя годы эти выпуски и фигурки будут стоить тысячи долларов. Так что убереги наши сокровища от своих рук-загребук когтистых. Рута закатила глаза и, фыркая под нос, отправилась к себе в комнату. Собралась и отправилась к подруге: близился Хэллоуин и нужно было выбрать костюм для тематической вечеринки. Такие тусовки она не сильно любила ввиду того, что не пила и ненавидела скопления людей, но хозяин вечеринки, созвавший всех, привлекал сильнее — пойти хотелось ради него.       Кайл Майерс — набирающий популярность художник комиксов, по совместительству лучший друг старших братьев. Черноволосый красавец с насыщенными глубокими голубыми глазами-безднами, — посмотрев в эти глубины всего раз, Рута утонула. Высокий, широкоплечий, — насчёт идеального тела уверенности не было, поскольку не было шанса убедиться, — третьекурсник.       Он не был мегапопулярным среди девушек, но своей фанбазой обладал. Рута уверена, что позже, когда его комиксы будут продаваться большим тиражом, а сам он станет узнаваемой личностью, их — поклонниц — станет в разы больше.       И тогда у неё вообще не будет шансов. Да что там, сама скоро окончит школу и уедет из города, — и тогда мечтам о романе с художником точно придёт конец.       Только из-за Кайла она и посещает святыню братьев. Прикасается лишь к тем комиксам, которые трогает он. Совсем с ума сошла.       — Как насчёт костюма женщины-кошки?       Глядя на подругу, перебирающую вешалки с костюмами, Рута задумчиво осматривает ассортимент. Латексный костюм в обтяжку точно не для неё. Хотя, возможно, это бы привлекло внимание Кайла. Но нет, сама ведь умрёт от неловкости.       — Точно нет.       — Уверена? Только представь, сколько бы парней глазели на твою задницу, обтянутую латексом. И наш мистер Майерс включительно. Слюной бы подавился, — хихикала подруга, прикладывая к её телу костюм.       — Он случайно видел меня однажды в белье, и не подавился почему-то…       — Да брось, Рута, наверняка после такого зрелища дрочил без устали у себя дома, нашептывая: «О да, Рута, ты такая мокрая и тугая», водя своей похотливой рукой по члену.       — Не думаю, что это так, — вздыхает девушка, но задумывается: а вдруг всё и правда так было?       — А ты не думай. У нас последний год в школе, а значит, нужно запомнить его на всю жизнь. Сделай это, переспав с этим любителем комиксов.       — Мне не нужен лишь секс…       — Не важно, — отзывается подруга, — где секс, там и начало отношений. Всё взаимосвязано. Так что, будешь женщиной-кошкой?       — Нет. Лучше побуду жертвой маньяка. Над гримом только поработать придётся.       — Ооо, это то, что нужно. Я слышала, что Кайл будет в костюме Майкла Майерса… Чëрт, у него даже фамилия такая же, кем ещё ему нарядиться. Отлично, — хохотала подруга.       Прикупив всё необходимое для вечеринки, девушки отправились в ближайшее кафе перекусить. Улицы давно были украшены к Хэллоуину, отчего ясно, как никогда, ощущалась осень: муляжи тыкв, скелеты, мумии, зомби, призраки, зелёные мерцающие гирлянды, увешанные на заведениях. Всё кругом кричало о приближении знаменитого праздника.       Остановившись у киоска с журналами, Рута заметила новый выпуск комикса, созданного Кайлом: он рассказывал о парне, путешествующего в мир сновидений, где сталкивался и боролся с паранормальным. Рута толком не читала, лишь поверхностно знала сюжет со слов братьев. Но рисовал Кайл очень хорошо, и главный герой был даже чем-то похож на него самого. А может, Грегори — тот самый главный герой, — и был отражением своего создателя.       Внимание привлекла именно обложка комикса: чудилось ли ей, но Рута отчётливо видела себя в девушке, украсившей обложку. Такие же длинные светлые кудрявые волосы, зелёные глаза, те же черты лица и даже маленькая родинка над верхней губой.       — Привет, Рута.       Рута вздрагивает, слыша хрипловатый голос позади, и спешно оборачивается, замечая Кайла. Его улыбка ослепила мгновенно, а сердце застучало с новой силой. Кажется, даже ладони вспотели. Как же он красив.       — Привет, — пряча в себе радость от встречи, отвечает она, покосившись на подругу, которая смешно двигала бровями, сдерживая смешки.       — Ты ведь придёшь на вечеринку?       — Да, конечно.       — Супер, если что, я буду в маске Майкла Майерса. Когда-то ведь я должен им нарядиться, раз уж фамилией отец наградил, — Кайл подходит ближе и, улыбаясь, смотрит на витрину, на свой же комикс. — Я добавил нового персонажа в комикс, как она тебе?       — Ну… — Рута замялась, не зная, стоит ли говорить о том, что видит в ней схожесть с собой. Вдруг кажется просто, скажет — и выставит себя дурой. А может… может, он хочет проверить, узнала ли она себя в ней? Тогда возникает вопрос: — А какая у неё роль в твоём комиксе?       — Никому не говори, Рута, но Валери, — так её зовут, — станет девушкой Грегори. Он влюбится в неё до беспамятства. Уже не терпится нарисовать сцену их поцелуя.       Кажется ли ей или в голосе Кайла сейчас был некий намёк для неё? Да и её схожесть с Валери и его с Грегори… Это и есть они? Да ну не может быть! Кайл ни разу не проявлял к ней признаков заинтересованности, как в девушке. Или…       Совсем запуталась.       — Так как она тебе?       — Красивая.       — Неземная, — мягко улыбается он, глядя ей прямо в глаза. — Она идеально подходит Грегори. У них много общего, пусть она и младше.       — Ээ… да, наверное…       — Она никого тебе не напоминает?       — Пока, Кайл! — резко сжимая сумку, Рута спешит уйти, чувствуя, как краснеет всё сильнее с каждой секундой; хватает подругу под руку и уводит, а та тихо хохочет.       — Вот ты дура, он же запал на тебя!       — Нет…       — Да! Не вздумай упустить свой шанс, иначе я тебя прибью. ***       На вечеринку Рута пришла в компании братьев, одетых в костюмы зомби; они без устали обсуждали новые выпуск комикса всю дорогу до дома Кайла, где после по прибытии сразу утащили его в тайную комнату для обсуждений. Рута осталась одна, ожидая прихода подруги.       Вечеринка была в самом разгаре: все пили, танцевали, вдоволь развлекались в доме, преображенном под заброшенный дом с паутиной и гигантскими пауками на стенах. Под потолком летали голограммы призраков, а какой-то скелет пытался к ней подкатить.       Ожидание подруги затянулось. Нахождение в доме становилось невыносимым. И даже Кайла, ради которого и пришла сюда, не видно. Чёртовы братья, как будто мало им общения с ним вне этой вечеринки. Лишили единственной радости этим Хэллоуиским вечером.       Умирая от скуки среди странно одетых незнакомцев, Рута уже подумывала уйти, подождать подругу на улице, как тяжёлая рука опустилась на плечо сзади, отправляя сердце в пятки. Майкл Майерс в жуткой маске и тюремной робе настиг её. Страшнее чудища на Хэллоуин нет.       — Я так понимаю, ты одна из моих жертв, правда? — хохочет он, указывая на грим перерезанного горла и потёк крови на виске и возле уголка рта. Над своим гримом она очень постаралась.       — Очень надеюсь, что нет.       — Ты права, я бы этого точно не сделал, — он звонко смеётся и снимает маску, отчего Рута мгновенно тает. Чертова влюблённость. — Принести тебе выпить?       — Я не пью.       — Тогда хочешь потанцевать?       — Не особо.       — Может, сыграем со всеми во что-то?       — Я… похоже, у Грегори и Валери не так много общего, — бормочет она под нос, злясь на себя, что не может расслабиться и развлечься из-за того, что не пьёт алкоголь. А он бы помог.       Внимательно глядя на неё несколько секунд Кайл улыбается, берёт её за руку и ведёт за собой на второй этаж по лестнице, а после они поднимаются на чердак, где организована его мастерская по отрисовке комиксов, просто рисунков на отвлечённые темы и даже есть парочка картин.       Когда Кайл закрывает дверь, музыку практически не слышно. Рута расслабляется, даже несмотря на то, что сейчас осталась наедине с Кайлом. Впервые такое. Чувствуется… некое предвкушение.       — Подумал, что ты устала от шума и хочешь отдохнуть.       — Не очень люблю вечеринки, в этом плане я немного скучная.       — Я тоже не большой любитель тусовок, больше люблю сидеть за своим столом и рисовать комиксы. В тишине и спокойствии. Вечеринка организована больше для друзей, чтоб все отдохнули.       Рута понимающе кивает, рассматривая изрисованные листы на столе. Сразу замечает эскизы той самой Валери. И снова видит себя. Кайл не пытается спрятать рисунки, кажется, он хотел, чтобы она это увидела. Стоял рядом и также изучал свои же эскизы.       — Показать тебе кое-что?       — Давай.       — Это нечто особенное, то, что я рисую для себя, а не для показа публике. Вот, полистай, — он даёт ей в руки увесистую папку с комиксами, не разделёнными на выпуски. Рута смотрит на первую страницу и… видит себя. — Хотел запечатлеть каждый момент… рядом с тобой. Решил, что в виде комикса это будет очень оригинально. Что думаешь?       Она не знала, что думать. Всё походило на сон. Увлечённость Кайла ею отчётливо отображалась в его рисунках, он нарисовал едва ли не каждую их встречу, даже если та была мимолетной; каждый свой взгляд, который она не видела, и даже свои мысли в тот самом белом облачке над головой нарисованного себя: «Ты знаешь, насколько ты красивая, Рута? Любая драгоценностью ничто рядом с тобой».       Листая страницы, Рута понимала всё больше, какая же она глупая и слепая. И какой же Кайл романтик всё-таки. Чëрт возьми, Валери — это и вправду она. Она — мечта Кайла. Как же так вышло?       — Рута, — тихо зовёт её, подходя чуть ближе, — твои братья наконец-то разрешили мне поухаживать за тобой. Так трудно было договориться с ними.       — Что?       Она даже думать не хотела, что Кайл мог бы и раньше дать знать о своих чувствах, если бы… не её братья? А с какого чёрта они вообще лезут? Пусть комиксы свои коллекционируют лучше. Чëрт!       — Тебя они берегут больше, чем свою коллекцию комиксов, — тихо смеётся он. — Сложно было, но я сумел убедить их в своей серьёзности по отношению к тебе. И сейчас я надеюсь, что не зря всё это было…       — Погоди, я… нравлюсь тебе, что ли? Правда?       — Ты ведь листала мои комиксы, уже должна знать ответ, — усмехается он. — Сложно было устоять, когда мы так часто видимся. К тому же мне всегда нравились милые блондинки с кудрявыми волосами, которые ворчат так до безобразия мило. Сказать честно, Рута, моё сердце даже сейчас выпрыгивает из груди.       — Но…       — Я знаю, что ты уедешь учиться в другой город после выпуска, но у нас всё ещё полно времени до того момента.       — А потом? Когда он наступит?       — Будем видеться на выходных, по видеосвязи, я буду звонить и приезжать, а потом, когда я закончу учёбу здесь… поживём — увидим.       — Кайл, я… ты меня сейчас смутил до жути, — отложив на стол папку с комиксами, Рута тяжело вздохнула, обдумывая услышанное. Как только щëки ещё не покраснели от смущения. А ведь такой момент, мечтала об этом уже давно, и вот… он настал, а она не знает, что сказать.       — А знаешь, я ведь не только хорошо рисую комиксы, но и, — делая паузу, открывает последнюю страницу комикса по их жизни, где изображены они, так же стоящие на чердаке друг напротив друга. Кайл смотрит на неё и добавляет: — предвижу будущее.       — Скорее хорошо всё планируешь.       — Это тоже. Так вот, я так и не смог нарисовать продолжение.       — Что должно быть в продолжении?       — Одно из двух: либо первый поцелуй, либо ничего. Поможешь определиться?       Думать долго над ответом Рута не стала, всё и так было очевидно. И Кайл увидел ответ в её взгляде. Подступил ещё ближе, обхватил лицо ладонями и, подарив наполненный чувствами взгляд, коснулся губ поцелуем, который уже завтра дополнит, станет частью его комикса и прототипом для первого поцелуя Грегори и Валери. А также началом новой истории их жизни с Рутой, но уже как пары.       — Мне никогда не нравились комиксы, но мне всегда нравился ты.