2. Ты — мой собственный выбор

      — Это серьёзно обязательно? — Узи поморщилась, когда запястья сковало холодное железо, а руки судорожно затряслись от неприятного, даже болезненного, покалывания, стоило чёрным в жёлтую полоску браслетам затянуться сильнее, — и почему чертовски больно?       По бледной коже медленно стекло пару капелек крови и упало на белоснежный пол, пачкая всю картину тёмным пятном. Она кое-как сдержала вздох разочарования.       — А это вообще безопасно? — Хан задумчиво склонился над дочерью, что сидела на специальном пуфике и старалась унять дрожь, — не поймите меня неправильно, но меньше всего хотелось бы занести инфекцию в организм.       Подойдя к «жертве»с идентичными браслетами в руках и немного хищной улыбкой, Тесса издала смешок:       — Не волнуйтесь, они всегда находятся в специальном дезинфицирующем растворе, достаются и закрепляются полностью стерильными перчатками, так что риск очень мал, — наклонившись и попросив приподнять штанины, она быстро закрепила оковы на предварительно разутых голенях и вытерла просочившиеся капли крови, когда ноги задрожали, — также материал противоаллергенный, что является плюсом в использовании. Как себя чувствуешь?       Зелёные глаза серьезно посмотрели в скорчившееся лицо, отражающее все варианты боли. Прошипев сквозь зубы, девушка саркастично фыркнула:       — Да нормально, не считая того, что я не чувствую теперь эти части тела.              — Значит всё идёт как надо, — мужчина подозрительно покосился на директора, но промолчал, возвращая свой взор обратно на слишком побледневшую дочь, — если немеют конечности, значит идёт прямой контакт с телом. Это пройдёт, как и зуд, но вот когда — уже вопрос времени. А теперь извините, мне пора к нашему просыпающемуся дрону.              Закончив, Тесса, насвистывая вычурную мелодию себе под нос, прошла в соседнее помещение, выдохнув слишком обеспокоенно и, устремив взгляд на запускающегося робота, твёрдо произнесла:       — Джей-Си, что по состоянию?       На экране высветилась загрузка, после сменившись схемами и статистиками:              — Система стабильно выходит из стазиса, программа запускается.              — Отлично, — пробубнив самой себе, девушка сложила руки на груди, — давай, Эн, просыпайся, время пришло.       Откачав полупрозрачную жидкость, капсула с шипением открылась. Цепкий манипулятор мгновенно подхватил обмякшее тело, на дисплее высветилось множество окон с информацией, что быстро сменялись между собой. Обильно пропитавшее одежду и волосы, стазисное вещество каплями скатывалось вниз, на ходу испаряясь. Одна за другой загорались лампочки и оживали застывшие за столько лет механизмы и шарниры. Наконец-то загрузка завершилась. Немного лагая, жёлтые неоны пару раз мигнули и с пустотой начали осматривать пространство вокруг. Выкашляв жидкость и слабо подняв руку, он прохрипел:       Что сейчас… — Из горла вновь выхаркалось немного жидкости, немного попадая на чужую одежду, голос сквозил помехами, пока глаза пытались сфокусироваться на человеке перед собой.       — Прошло десять лет, — Брюнетка подошла ближе и аккуратно взяла белоснежную и немного склизкую ладонь в свою, — у тебя снова начинается новая жизнь, она улыбнулась, — не волнуйся, новая хозяйка поможет тебе. Поможет всем.       

***

      Узи сидела вся на нервах, посматривая в сторону ушедшей и почёсывая зудящие запястья, кончиками пальцев ощущая выступающие капли крови. Почему-то тело сковывал непонятный озноб то ли от присутствия отца в таком месте, то ли от предстоящего знакомства с новым «другом». Если же, конечно, он будет способен вести простейшие диалоги. Впрочем, она особо ни на что не надеялась.       Фиолетовые глаза искося метнулись на возвышающуюся рядом фигуру. Хан стоял с нечитаемым выражением лица, заложив руки за спину. За красноватыми стеклами еле виднелись серые радужки, взгляд был направлен в пустоту. Расположившиеся над тонкими губами чёрные усы за последние годы покрылись проседью в неполные тридцать восемь лет. Впрочем, нервная седина не обошла и гладко зачёсанные назад волосы.       Из мыслей девушку вырвало слегка хриплое мужское покашливание, намекающее сосредоточиться. Проморгавшись, она посмотрела вперёд и чуть дернулась, заметив перед собой стоящего демонтажника, не сводившего золотистые неоны с девичьего лица. Стушевавшись от пристального взгляда, бунтарка упорно пыталась смотреть куда угодно, но не на дрона, которому она еле доставала до плеча макушкой. Выглянувшая изо его спины Тесса испугала не меньше.       — Узи, знакомься — это Эн! — Встав рядом и цокнув каблуком, она театрально развела руками, указывая на никак не реагирующего парня, — ты это, конечно же, итак знаешь. И ты можешь сменить ему имя, если захочешь, но теперь давай расскажу поподробнее о браслетах, — девушка показательно приподняла вещицу и покрутила на пальце, — во-первых, он приспосабливается под любой размер запястья и, со временем, врастает в руку так, чтобы не создавать видимой неровности, то есть, чисто эстетически и…              Хан недовольно перебил её:              — То есть вы хотите сказать, что это кольцо станет частью тела? — Он нахмурился, сверля убийственным взглядом мгновенно посерьёзневшую брюнетку.              — При всём моём уважении, мистер Дорман, браслеты не въедаются глубоко, а лишь «растекаются» по руке тонким слоем. После снятия останутся только мелкие точки, что быстро заживут. А теперь позвольте мне продолжить, — снова натянув улыбку, она мимолетно посмотрела на притихшую Узи, — к каждому демонтажнику своя пары браслетов, которые окрашены в цветовую гамму дрона. Они считывают абсолютно всё — от частоты сердечных сокращений до показателей кожных покровов. И вся эта информация ежесекундно мониторится телохранителем.       «Зашибись, теперь точно придется попрощаться с личным пространством. Ладно хоть мысли не читает», — раздраженно закатив глаза, Узи вновь окинула Эн взглядом. Будто что-то вспомнив, Тесса слегка подскочила и положила руку на железное плечо:       — Важная деталь — старые модели быстрее и сильнее новых за счёт меньшей социализации, поэтому могут возникнуть небольшие проблемы в общении.       — То есть, помимо того, что он устарел, так ещё и сломан? — Мужчина повёл бровью, — и почему он такой высокий?!              — Кхм, демонтажники по умолчанию сделаны выше среднего роста взрослого мужчины в целях устрашения недоброжелателей и повышенной силы. А вот насчёт поломки… Скажем так, чисто технически — да. Все дроны линейки Эн в данном плане неисправны, но…       — Тогда зачем нам нужна дома бомба замедленного действия? — Потерев переносицу, Хан удручённо вздохнул, — милая, мы не можем купить его. Это слишком опасно!       Девушка опустила голову и подошла к демонтажнику, аккуратно беря бледную ладонь в свою, мысленно удивляясь разницей в размерах, и, заглядывая в его лицо, тут же встречаясь взглядами и, не оборачиваясь, произнесла:       — Я и мама всегда были сломаны для социума. Её больше нет, а меня ты рано или поздно выкинешь?              — Узи, это другое.        — Нет, это то же самое! — Развернувшись, она сильнее вцепилась в чужую руку, — я пойму опасность, если он без причины будет делать мне больно. Но если эта ошибка проявляется в стремлении защитить, то риск стоит свеч. В конце концов, разве сейчас есть что-то важнее моей безопасности?!              Бунтарка тяжело дышала, покраснев то ли от злости, то ли от обиды за себя и за него. Разве они виноваты, что оба в той или иной степени сломаны? Что отвергнуты обществом? Что вынуждены гнить в одиночестве?              — Ты вообще понимаешь, что говоришь? — Мужчина строго посмотрел на дочь, от чего та неосознанно сжалась, но стояла всё с той же решимостью в глазах, — эти жестянки не могут навредить человеку по закону, но если он, — Дорман указал на парня, — сделает что-то подобное или, не дай боже, убьёт кого-то, то всё пойдёт коту под хвост. Так как ты довольно известная персона, то пресса просто так это не оставит и поверь, никакие деньги не смогут это замять. А если из-за этого на нас ополчится ещё и компания из-за втягивания в это дело, то будет, как ты любишь говорить, полная задница.              — Тогда можешь полностью свалить это всё на меня! Сказать, что любимая дочурка сошла с ума, нападает на людей и вообще не контролирует ни себя, ни своего робота. Что не можешь взять её под контроль, как-то приструнить или просто запереть дома, потому что она угрожает твоей жизни, — Узи слегка ухмыльнулась и склонила голову, повышая голос, — поверь, никто не удивится! Сколько раз ты уже попадал под горячую руку СМИ из-за моих проделок? Сколько раз к нам приезжала полиция?              — Да как ты не понимаешь! — Он грубо схватил её за руку и отлепил от дрона, практически шипя в лицо, — если так сделать, то многие, с кем я состою в бизнесе, откажутся от моего участия из-за нестабильности в доме, потому что появится страх, что ты доберёшься и до них!              Девушка поморщилась из-за небольшой боли и язвительно произнесла:              — Так значит ты заботишься больше о своей репутации, нежели обо мне, да?              — Опять всё переворачиваешь, — заметив болезненную гримасу и, словно опомнившись, он отпустил подростка и, прокашлявшись, заговорил потише, — через месяц тебе восемнадцать. Хочешь загреметь в тюрьму из-за какого-то робота?              — Простите что отвлекаю, — Тесса всё также стояла на месте, будто ничего не произошло, — у Эн довольно мягкий характер и он предпочитает сначала всё решить мирно, а уже потом кулаками, — она с хитрицой улыбнулась, — если Вам так важно, то в случае непредвиденного убийства у компании не будет никаких претензий. В конце концов, это наша вина, что продали сломанного демонтажника.              Хан фыркнул и отвернулся:              — Делайте что хотите. Я умываю руки.              Потерев зудящее запястье, девушка выпрямилась и спросила напрямую:              — Сколько в его линейке осталось дронов?              — Ещё двое, — директор прикрыла глаза и сложила руки за спиной, от чего у бунтарки пробежали мурашки, — одна на моём попечительстве, вторая в другом корпусе.              — А почему не в этом?       — Много хороших вопросов, Узи, но ответы на них ты найдёшь сама, — она махнула ладонью и перед ними в воздухе вылезло окно с информацией, — ты же знаешь “правило трёх Д”?              — Что ещё за правило? — Девушки одновременно с укоризной посмотрели на мужчину, от чего тот нахмурился и скрестил руки на груди, — я знаю только что они не могут вредить людям. Остальное меня не интересует.              Бунтарка закатила глаза и вернула своё внимание на что-то печатающую брюнетку:              — Дрон не причиняет боль человеку; дрон слушается всех людей, но не нарушает первое правило и дрон не имеет воли и желаний, — она приподняла бровь, — если это была проверка на знания, то я прошла.       — Абсолютно верно, но! — Тесса хлопнула в ладоши и указала на всё так же стоящего на месте робота, тупо глядящего на них, — у демонтажников другие правила, и они более расширены, — бунтарка вопросительно моргнула, — Эн потом сам расскажет. Если захочет, конечно же, — игнорируя незаданные вопросы, она наклонилась к клиентке, — итак, как зовут твоего защитника?       Вновь задрав голову и встретившись взглядами, девушка улыбнулась:              — Мне нравится “Эн"       Она была готова поклясться, что на мгновение в пустых глазах что-то промелькнуло.

***

      — Тц, не нравится мне это место, — раздражённо фыркнув, мужчина сел в машину.       — Да, пап.       — И двери у них ужасные!       — Конечно, пап.       Мотор недовольно забурчал и повез пассажиров в сторону дома, пока Узи пыталась комфортно приютиться на заднем сидении, по ту сторону которого расположился дрон, наблюдающий мир через окно. Натянув капюшон на голову, спрятав ладони в карманах и, игнорируя все правила приличия, ботинками залезла на чистую обивку. Холод стекла отрезвлял и возвращал в реальность, что сейчас сидела рядом и упорно следила за происходящим вокруг.              «Нужно ли мне вообще всё это?» — Она вновь прислонилась к окну, — «с чего я вообще начала отстаивать своё мнение касательно Эн? Подумаешь, похожи. Подумаешь, характер мягкий. Подумаешь, что выглядит круто…»              Девушка удручённо застонала и сильнее укуталась в толстовку, что не укрылось от зорких жёлтых глаз. Протянув руку, демонтажник уже собирался дотронуться до её плеча, но передумал, отворачиваясь обратно к окну, будто ничего и не было.               Дорога до дома заняла примерно полчаса, которые прошли в относительной тишине и периодических мелодиях из радио. Поместье как всегда источало мрак и уныние, который не исчезал даже днём. Даже в отсутствие хозяина.              Подьехав к гаражу, Хан нажал на кнопку на панели управления и дверь начала быстро и бесшумно подниматься. Не обращая внимания на отца, бунтарка резво выпрыгнула из машины и пошла в сторону входной двери, краем глаза заметив, как то же самое сделал дрон, буквально в два шага догнав её. Такое Узи вытворяла не впервые, поэтому мужчина даже не обратил внимания на очередную шалость, мягко заезжая в помещение, где его уже ожидали рабочие.              Приложив руку к датчику, она зашла в дом и вздохнула, тут же прислонившись к ближайшей стене. Парень слегка склонил голову, дабы заглянуть в девичье лицо, и, встретившись с угрюмым взглядом, встал ровно. Скинув ботинки, девушка побрела по коридору, по пути встречая горничных, закрывающих окна и задёргивающих шторы. Она никогда не понимала пристрастия отца вечно находиться в полумраке. Ладно хоть на время своего отсутствия он приказал дронам открывать всё, дабы поместье не превратилось в душную тюрьму, но порой этого было маловато. Ладно хоть никому не разрешено было находиться в комнате и она могла спокойно открывать окна настежь.              Как и сейчас.              Ввалившись в своё пространство и открыв всё, что можно, бунтарка с удручённым стоном упала лицом в кровать. Эн, всё это время следующий молчаливой тенью, тихо встал у стены рядом и заложил руки за спину, не обращая внимания на свисающую с потолка и задевающую его макушку гирлянду. Дверь снова плавно открылась и на пороге показалась красноглазая гостья, тут же бросив отстранённый взгляд на демонтажника и войдя полностью, тут же подойдя к кровати, на которой всё также лежала подруга. Он стоял неподвижно, смотря на неё в упор, но не двигался. Лишь хвост начал раскачиваться из стороны в сторону, готовый в любой момент схватить возможного врага. Девушка уже собиралась сесть, но мгновенно оказалась укутанной в одеяло и опрокинутой на простынь.              — Вот ты и попалась! — Злобно рассмеявшись, Узи села сверху подруги, дабы та не выбралась, — не ожидала, да?              Завязалась небольшая потасовка, в ходе которой девушки чуть не свалились с кровати, но удержались, путаясь в одеяле ещё больше, от чего то уже начинало походить больше на связывающий жгут, нежели на спальный атрибут. Хохот раздавался по всей комнате, пока парень, расслабившись, наблюдал за данным представлением, поглядывая на показатели хозяйки. Наконец успокоившись, девушки разлеглись на кровати, тяжело дыша, посмеиваясь и перекидываясь колкими фразами в отношении друг друга.              Стоило им заметить присутствие ещё одного дрона, как в воздухе повисло неловкое молчание. Прокашлявшись, девушка слезла на пол и указала в сторону охранника, что теперь смотрел на неё:              — Знакомься, это Эн, — рабочая тоже поспешила слезть и подошла к новому дрону, смотря на того снизу вверх с небольшой неприязнью, — Эн, это Долл, часть семьи.              Не зная куда себя деть, брюнетка неуверенно протянула руку, косясь на подругу. Опустив взгляд, он слегка склонил голову и посмотрел на тонкую ладонь, сузив неоны. Девушка уже собиралась опустить конечность из-за отсутствия реакции, как парень крепко пожал руку и выпрямился, вновь смотря в пустоту, будто ничего и не было. Заметив такую заминку, бунтарка произнесла увереннее:              — Если обидишь, то хвост оторву, понял?              Он кивнул:              — Конечно, мисс Узи.              Скривившись от отвращения и проигнорировав смешок со стороны, она, схватившись за ворот пальто и потянув вниз, недовольно буркнула в лицо своего телохранителя:              — Зови меня просто Узи.              И попыталась отвести взгляд, лишь бы не смотреть в чужие пристальные глаза, от которых порой становилось неловко. Ну вот кто придумал дронам сделать человеческие глаза на дисплее? Конечно, они больше напоминали нарисованные аниме неоны, но от этого не легче. Да, у некоторых рабочих в поместье были такие же глаза, но в них плескалась жизнь, а в этих только пустота.              Словно наклеенная картинка.              — Всё нормально?              Плеча легко коснулись механические пальцы. Посмотрев на подругу, она выдохнула и выпустила ткань из рук:              — Да, просто схожу с ума.       

***

      Девушка чувствовала себя максимально неловко, насколько это было возможно, стоя бок о бок с демонтажником в низенькой каморке поместья, которая служила домом для всех “живых” рабочих. Хотелось иметь весь пофигизм, с которым Эн осматривался вокруг, чувствуя все изучающие или удивлённые взгляды. Собравшись с силами, она без особо энтузиазма проговорила, скрестив руки на груди:              — Всем привет, кого не видела сегодня. Хочу представить вам нового дрона поместья и моего личного телохранителя. Прошу не нарываться, а то заглючит и сожрёт.              Последнюю фразу бунтарка произнесла с ухмылкой, от чего несколько молодых парней толкнули друг друга локтями и засмеялись, разрушая напряжённую атмосферу. Стоящий поодаль рыжий дрон фыркнул и пошёл по своим делам, протискиваясь через взрослых.              — Так, давайте не глазеть и не смущать нашего гостя, — хлопнув в ладони Ева не спеша вышла из тени и улыбнулась, — дорогая, познакомишь нас со своим спутником получше?       — Если бы этот спутник был ещё посговорчивее… — Тихо пробормотала она, что не укрылось от чуткого слуха парня.              Согнувшись в талии он заглянул в кислое лицо:       — Вам не нравится моё тихое поведение?              — Мне не нравится, что твой социальный диапазон в пределах камня. И да, я помню что по этому поводу говорила директор.       Ничего не ответив, он выпрямился и неловко улыбнулся, стараясь изобразить дружелюбие:       — Я серийное обозначение Эн, приятно познакомиться. Надеюсь мы с вами сработаемся.       Вновь наступило молчание, изредка нарушаемое редкими и неуверенными приветствиями. Женщина хихикнула:       — Что-ж, Эн, добро пожаловать. Я Ева, где-то в доме мой муж Митчелл, а с Долл, как я вижу, — красные неоны сразу упали на дочь, — ты уже знаком.              — Да, она заходила в комнату хозяйки.       Угрюмо замычав, Узи натянула шапку на глаза, лишь бы поменьше ощущать весь этот позор, уже предчувствуя подколки от тех самых парней, что всё также похихикивали. Женщина учтиво промолчала.              Выползя из укрытия, девушка огляделась, стараясь игнорировать ухмылки, ещё раз обводя взглядом ставшее родным помещение. Конечно, если не учитывать его расположение на цокольном этаже, то здесь довольно уютно освещалось самодельными светильниками, лучи которых беспрестанно падали на выцветшие от возраста стены и пол. Ей сильно льстило, что Хан, поддавшись уговорам Нори, уделил отдельной части роботизированного населения отдельное место, которое было оборудовано по своему. Каждой “семье” был дан свой кусочек пространства, обычно огороженный плотной тканью, на входе есть общее пространство, оборудованное диванчиками и столиком, имитируя гостиную.              И именно здесь и сейчас бунтарка была не в своей тарелке.        В какой-то степени её грызла тоска, что большая часть работников поместья просто безвольно бродят туда-сюда, ожидая новых указаний или выполняя программу, после переходя в спящий режим у ближайшей стены. А с утра всё начинается по новой. И так изо дня в день, из года в год. — Узи, просканировав Ваше общее состояние, я отметил недосып из-за сбитого режима сна и рекомендую в данный момент пойти в постель, — Эн невинно склонил голову, смотря в девичье лицо, выражавшее последнюю степень возмущения, но промолчал, дожидаясь ответа. — Ого, кажется у кого-то появилась горячая нянька, — усмехнулась русская девушка и тут же получила подзатыльник от матери, — ай, за что? По толпе прошёлся смех. — За длинный язык, — всё также добродушно улыбаясь, Ева взяла племянницу за локоть и повела к двери, игнорируя вопросительные взгляды от неё и в спину, — твой новый друг прав, пора наладить режим, а то так и будешь дальше ловить ворон на ходу.       — Вы ещё и ловлей птиц занимаетесь? — Отступая на шаг, давая пройти, парень изогнул бровь.              — Это такое выражение, — в унисон произнесли девушки и переглянулись.              Узи фыркнула, когда дверь открылась:              — Да ладно, ты серьёзно?              — Абсолютно, — всё-таки выставив её, женщина с серьёзным выражением лица негромко произнесла, — если уж я не могу тебя заставить, то пусть этим займётся кто-то с отсутствующей совестью.              — Угх, жестоко, — бунтарка поморщилась и глянула на телохранителя, — с чего ты взяла, что он станет это делать?              — Шестое чувство? — Ева усмехнулась, — он машина.              — Ты тоже машина! — Возмутилась Узи и, заметив пробежавшую горечь на чужом лице, неловко почесала затылок, — я имела ввиду не это, но ты поняла.              — Конечно я поняла, — Ева вздохнула, — насколько я слышала, у демонтажников по умолчанию программа следить за состоянием здоровья хозяина, из чего следует, что он будет это делать. Хочешь ты этого или нет.              — Тц, меня уже начинает тошнить от одного только слова программа.              Скрестив руки на груди, она надулась, но быстро растеряла весь свой пыл возмущения, когда брюнетка с неизвестной горечью улыбнулась и, потрепав фиолетовую макушку, развернулась.              — Спокойной ночи, дорогая.              Девушка подняла ладонь, желая попрощаться.              — Спокойной… — Дверь с хлопком закрылась, — ночи.              Рука безвольно повисла вдоль тела.              Сквозь прикрытые шторы пробрался лунный свет. Скользнув по полу, он неспеша устремился по потрёпанной одежде вверх, пока не остановился на лице, придавая тому ещё больше бледности. Дрон заинтересованно оглядел бунтарку, от чего та слегка повернулась с немым вопросом, но промолчала. Накренившись, луч упал на фиолетовые глаза, придавая им непривычную синеву. Словно отмахнувшись от этого, она отвернулась от охранника и недовольно пробубнила:              — Я никогда не ложилась так рано, так что хрен ты меня заставишь.        Отвлекаясь от лицезрения своей хозяйки, Эн подошёл вплотную к чужой спине и, склонившись, заглянул в её лицо. Их взгляды встретились. Тёмная радужка заискрилась золотыми отблесками, отражая неоны, пока зрачки заметно расширились от волнения. Она позвонками ощущала тепло его тела, слышала быстрый стук ядра и чувствовала дыхание на собственной коже. Веки расслабленно прикрылись, словно пытаясь загипнотизировать глаза напротив, что неподвижно заглядывали в душу. Пытаясь проникнуть в самые недра сознания.       — Как ранее было замечено, я обязан следить за Вашим здоровьем. Если потребуется, то не совсем гуманными способами.       — То есть…       — Да.       — Тогда попробуй меня поймать.       Резко выпрыгнув из под чужого взора, бунтарка сорвалась с места, тут же скрываясь за ближайшим поворотом. Замерев на пару мгновений, парень усмехнулся и широко оскалился.       Быстрые шаги эхом отскакивали от стен и разносились по всему поместью, от чего рабочие мгновенно выходили из своего сна и начинали суетиться.              Вслед за семенящим топотом скользил размеренный металлический шаг, пока в окнах не мелькнул жёлтый крест.

***

      Темнота давила.       Казалось, стены, пол и потолок предательски сужались, ограничивая движения и манёвры, от чего она постоянно натыкалась на углы, но продолжала бежать, тяжело выдыхая воздух из горящих лёгких, пока сзади раздавались монотонные лязги, а от дальних окон отражался ядовитого оттенка цвет.       Ориентация в знакомых коридорах поначалу казалась пустяком, ибо кто она такая, раз не знает собственный дом? Но реальность оказалась плачевнее. Под действием адреналина тело двигалось быстрее, чем мозг успевал думать, от чего глаза даже не успевали улавливать в каком месте поместья свернула на этот раз.              Очередной поворот и Узи замедлилась, опираясь на холодную стену и пытаясь отдышаться. Пот градом струился по спине, липким холодком скользя вдоль позвоночника и скрываясь в складках ткани. Мимо прошёл какой-то дрон, полностью её игнорируя и устремляясь в тёмный и длинный коридор впереди, освещая маленькое пространство перед собой. Девушка прищурилась, когда свет неонов покачнулся, и опасливо оглянулась.              Тишина.              Поворот головы и она застыла. Дрон исчез также внезапно, как и появился, не оставив после себя и намёка на присутствие. Сердце на мгновение остановилось, не мешая хозяйке прислушиваться к мёртвому молчанию вокруг, дыхание углубилось, а пальцы слегка дрожали от волнения. Или была тому иная причина?              По мраку пронёсся хищный смех, отдаваясь эхом в ушах и поглощая пространство вокруг. Что-то сверху заскрежетало и, стоило бунтарке только поднять голову, дабы посмотреть на источник шума, как на щеку капнуло что-то тёплое. Мысленно возмутившись, она уже собиралась стереть жидкость, как внезапно перед глазами возник жёлтый крест, а клыкастая улыбка на белом лице становилась всё шире.              — Нашёл.              Сдержав в себе крик, затыкая рот руками, она икнула, развернулась и попыталась убежать, как была свалена на пол лицом вниз одним только движением хвоста. Ноги крепко обвил тёплый жгут и потянул жертву в сторону своего обладателя. Из разбитого носа потекла алая жидкость, оставляя следы на светлом ковре. Схватившись за ворс, Узи вымученно проканючила:              — Но я не хочу спа-а-ть!              Хватка ослабла и в следующее мгновение она оказалась на металлических руках в свадебном стиле и закатила глаза, утирая кровь тыльной стороной ладони, особо не беспокоясь за чистоту одежды. Заметив это движение, демонтажник склонил голову, сменяя оптику:              — Извините, по моей вине Вы поранились. Это недопустимо для программы, поэтому можете приступить к наказанию после посещения местного медицинского пункта.              — Что?              — Это ради Вашего блага.              — А? — Девушка непонимающе уставилась на него, словно услышала не монотонную речь, а бред немого человека, и приставила пальцы к вискам, — погоди, что ты несёшь? И куда ты меня несёшь? Наказание? Я ни хера не понимаю!              — Простите, я…              — Замолчи и просто остановись!              Он послушно замер, переводя взгляд на насупившуюся хозяйку, на лице которой так и читалось “что за херня?”, но промолчал, ожидая дальнейших приказов и слов, всё также смотря в недовольное лицо.              — И вообще, это нечестно, ты робот.              — Робот, созданный быстро на всё реагировать, и Вы это знаете, но всё же решились на такой отчаянный поступок, — крепче прижав лёгкую и возмущающуюся ношу к себе, Эн остановился посреди тёмного коридора, — почему?              Вновь попытавшись выбраться из металлической хватки и потерпев поражение, бунтарка раздражённо фыркнула и сложила руки на груди:              — Потому что лучше попытаться и потом пожалеть, нежели разочароваться от упущенного шанса.              — Не понимаю, — продолжив шаг, парень слегка нахмурился.              — Конечно ты не понимаешь, расстроенно произнесла она и более тихо добавила, — ты ведь не человек.              Спустя очень долгую паузу Узи выдохнула и вновь попыталась слезть, но в очередной раз это оказалось провалом. Спустя пару мгновений она наконец сдалась и встретилась взглядами с дроном:              — Просто отнеси меня в комнату, там есть аптечка.              — Как скажете.              Закатив глаза, она положила голову на металлическое плечо и шмыгнула носом, вновь утирая кровь и прикрывая глаза. Идти не так далеко, всё-таки дом не был огромным замком, но размеренная ходьба в тишине убаюкивала и недостаток сна всё же напомнил о себе. К моменту прибытия она уже сладко сопела.              Дверь бесшумно отъехала в сторону и также тихо закрылась вслед шагнувшему в полутьму дрону. Тот огляделся, выцепляя крохотные источники света в виде неоновых лент, слабо горящих гирлянд и странных приборов на рабочем столе. Сканер сразу же обнаружил аптечку. Аккуратно усадив драгоценную ношу на диванчик, замерев, когда та поморщилась, и выдохнув, подошёл к прикроватной тумбочке.              Внимание тут же привлекла лежащая вниз лицевой стороной рамка. Оглядевшись, Эн аккуратно поднял фотографию и изучающим взглядом прошёлся по двум почти идентичным лицам на ней. Слева камера сразу распознала Узи, только более младше, чем сейчас и, к тому же, широко улыбающуюся. Справа находилась молодая девушка с такими же чертами лица, как у хозяйки в данный момент, и расслабленно придерживала ребёнка на своих коленях. Оба человека сидели на лавочке с мороженым в руках и смотрели в объектив камеры, пока позади сновали незнакомые дети, ветер шевелил фиолетовые волосы, а длинное светло-жёлтое платье незнакомки слегка развевалось.              Он нахмурился, когда в голове промелькнули расплывчатые образы и, кое-как поставив рамку обратно, опёрся о тумбочку. Перед глазами начали вылезать незначительные ошибки, среди которых ярким пятном выделялась только одна.       

      !Модуль памяти повреждён!

             Быстро удалив все уведомления и вернув себе отрешённый вид, парень положил в аптечку разложенные по деревянной поверхности бинты и бутылочки со спиртом и, взяв в руки коробку, кинул последний взгляд на фотографию и бесшумно подошёл к всё ещё спящей девушке. Поставив аптечку на столик, он, не найдя нужный угол для более аккуратной работы, опустился на колени, слегка раздвинув девичьи ноги, и выпрямился, аккуратно беря чужое лицо в руки и наклоняя голову. На мгновение он замер, вглядываясь в мягкие черты лица.              Прикрытые глаза с длинными ресницами фиолетового оттенка слегка подрагивали, норовясь вот-вот открыться, но этого не наступало, забавно хмурящиеся брови, от чего на секунды лицо приобретало недовольный вид, но тут же расслаблялось, и светлая гладкая кожа придавали своей обладательнице хрупкий вид, но разбитый нос, окровавленные губы и взъерошенные волосы напоминали о хулиганской натуре.              Даже спящей она казалась прекрасной.              Голова оказалась мягко прислонённой к спинке дивана. В следующее мгновение белые пальцы, заранее достав влажную салфетку из контейнера, аккуратно утирали лишнюю грязь. Дотронувшись большим пальцем к нижней губе и приоткрыв рот, демонтажник провёл тканью по кромке рта, но кровь словно впиталась в обкусанные губы, от чего пришлось прикладывать дополнительные усилия.              Бунтарка поморщилась и приоткрыла веки. Картинка размылась, очертания предметов даже не планировали становиться чётче, и только единственное выделялось в этом пятне.              — Эн?              Тепло в районе рта тут же пропало и она с неохотой отлепилась от спинки, потирая глаза, тут же скользнув взглядом по своему хранителю, удобно расположившемуся меж колен, и медленно, как в замедленной съёмке, потянула руку к чужой шевелюре. Когда же пальцы зарылись в светлые волосы, Узи усмехнулась и склонила голову набок:              — Хах, как настоящие. Забавно.              Он молчал, наблюдая за действиями хозяйки, изредка переводя взгляд с её лица на руку, сжимал окровавленную салфетку, чувствовал мерное дыхание и смотрел в помутнённые глаза.       Словно в трансе, девушка медленно начала опускать руки и остановилась на полпути, взглядом зацепившись за браслеты. Мгновение и она схватилась за железную ладонь, приподнимая конечность и поднося запястье к чужому, от чего их полоски слились в одну линию. Бунтарка хмыкнула:       — А у нас с тобой намного больше общего, как думаешь?       Он посмотрел на место соприкосновения.       — Не могу ответить.       Подтянув к себе руку обратно, она с той же улыбкой надавила на браслет, не моргнув и глазом, когда из под него вытекла алая капля.       На дисплее высветилось предупреждение и бунтарка ухмыльнулась ещё шире.              Опомнившись, девушка отпрянула и вздохнула. Заметив краем глаза аптечку, она подозрительно сощурилась:              — Что ты делаешь?              Дрон встал.              — Утирал кровь. Простите, что разбудил.              Девушка отмахнулась и, схватив новую салфетку, начала оттирать щёки:              — Забудь уже. Нос не сломан и ладно, всё остальное мелочи, — собираясь сложить тряпочку, она нахмурилась, — что за…?              — Что-то не так? — Эн вновь просканировал девичье тело и, не найдя изменений, покорно стоял, ожидая ответа.              — Да, — всё с таким же выражением лица бунтарка принюхалась и отстранилась, — фу, откуда на мне масло? — Она тут же посмотрела на своего защитника, — ты ранен?              — Нет.              — Тогда откуда? — Он не ответил, смотря с той же невозмутимостью, — ладно, как хочешь.              — Хочу чтобы Вы были в безопасности.              Узи закатила глаза и продолжила себя оттирать. Идти в ванную не хотелось от слова совсем, да и утром можно будет полноценно умыться, поэтому она довольствовалась кучей салфеток, сидя во мраке, пока рядом нависала высокая тень со светящимися неонами. При мысли об этом по коже пробежали мурашки. Желая разрядить обстановку, девушка спросила, отведя взгляд и закинув ногу на ногу:              — Кхм, ты что-то говорил о наказании, — парень слегка шевельнулся, — если что я не собираюсь тебя трогать. Просто интересно, как можно наказать практически неуязвимого демонтажника?              — Я тоже иногда задумывался об этом.              — Ты не знаешь? — На стол полетела очередная салфетка, — и, бога ради, сядь рядом, а то жутковато.              Он послушно выполнил просьбу, но всё также не отводил взгляда. Фыркнув, она пристально посмотрела в ответ, пытаясь либо сбить с толку, либо просто поставить в неудобное положение спокойного дрона.              — Заражение сложным, но не смертельным вирусом?              — Звучит как что-то осуществимое, — зрительный контакт не прекращался, — как к тебе относились прежние хозяева?              — Я не знаю.              Моргнув, бунтарка нахмурилась:              — Почему?              — После смены человека все воспоминания стираются.              Она не ответила, вглядываясь в всё такое же беспристрастное лицо, и, не выдержав, с разочарованным выдохом отвернулась:              — Было бы обидно, забудь ты меня.              Эн наклонил голову и изогнул бровь:              — Вы собираетесь меня вернуть?              — Нет! — Узи замахала руками и, поняв, как нелепо выглядит, откинулась на подушки, сверля взглядом потолок, — я не могу смотреть в будущее, но вдруг что-то случится, или отец молча избавится от тебя? — Она на мгновение замолчала, — мы можем быть друзьями?              — Я могу быть кем угодно для Вас.              Девушка усмехнулась и помотала головой. Роботы умные, но до чего же банальные в понимании человеческой природы. Где-то внутри она понимала, что если он так и останется просто куклой, значит никаких связей быть не может. А если всё же что-то внутри есть? Что-то еле заметное, игнорируемое программой?              Что-то живое?              «Бред»              Резко поднявшись, она ткнула несколько раз объект своих раздумий в лоб:              — Ты знаешь что такое быть другом из-за какой-нибудь программы по взаимодействию с людьми где-то в своей голове, но, что такое дружба на самом деле? Не по программе, не по чужим словам, а по твоему мнению? Это должно идти отсюда, — палец тут же скользнул к ядру и настойчиво надавил, — изнутри, а не из головы. Понимаешь?              Наступила тишина. Жёлтые неоны опустились на чужую ладонь.              — Нет.              На лице бунтарки не дрогнула ни одна мышца. Она знала ответ заранее, но всё равно зачем-то спросила. Спросила, будто он мог ответить иначе. Будто какая-то фраза сломает устойчивую стену в роботизированной голове.              Ничего подобного.              — Я пошла спать.              Абсолютно нет.              — Спокойной Вам ночи.              Ведь так?