Богиня Справедливости

Ночью она снова пришла к нему. ***Гидро-архонт, Фокалорс имела очень неприятную для юдекса привычку - выходить из зеркала в его кабинете, когда она захочет. Нет, он не был против. Просто он сам по себе был пунктуальной натурой, а абсолютно случайные визиты зачастую выбивали его из колеи, хоть он и старался не подавать виду. По поверхности зеркала снова пробежала рябь. Отражение в нём стало расплываться в непонятную мазню, которую даже самому профессиональному художнику-абстракционисту не дано понять. В начале из зеркала показалась лишь её нога. Она словно прощупывала почву, которой в кабинете Юдекса служил ковёр, ибо его любимая имела привычку не носить обувь. И хотя она и была океанидой, при переходе в реальный мир через зеркало её тело становилось абсолютно человеческим. Из плоти и крови. Таким же хрупким и в то же время прекрасным. С грацией кошки сама Фокалорс вышла из зеркала. Рябь тут же прекратилась, а отражение вернулось в норму. Лёгкой, полутанцующей походкой, Гидро-архонт подошла к столу, за которым восседал Верховный Судья за очередной грудой бумаг. — Как же прошёл день у mon juge préféré? — промурлыкала Фокалорс Нëвиллету на ухо, кладя руки ему на плечи, и вставая позади него. — Normalement. — тихо произнёс Верховный Судья, макая перо в чернильницу. — Неужели всё настолько рутинно? — с лëгкой ухмылкой спросила Фокалорс. Нëвиллет не ответил. Чаще всего на такие вопросы нельзя было отвечать. Все они были направлены лишь на то, чтобы вызвать у него отрицательные эмоции. ***Когда Фокалорс впервые пригласила его, она пообещала ему, что научит понимать эмоции и чувства людей. Одним из таких чувств и стала любовь. На примере литературы Гидро-архонт могла сидеть у Нëвиллета в кабинете допоздна, читая ему романы. И всё бы было хорошо, пока однажды Нëвиллет не поймал себя на мысли, что при каждом появлении Фокалорс он испытывает всё то же самое, что и герои тех самых романов. Голос Гидро-архонта был музыкой для его ушей, при её виде сердце ускоряло своё движение и иногда Юдексу казалось, что он и двух слов связать не сможет, если рядом будет Фокалорс. Так и было, до тех пор, пока Нëвиллет не признался ей в любви. Он ожидал насмешек, подколов, обыкновенного осуждения за то, что позволил себе запретное. За то, что позволил узурпаторше подчинить своё сердце. Вместо этого он получил лишь лёгкую улыбку, покрытые румянцем её щëки, да тихую фразу: "И я вас безумно люблю, мисье Нëвиллет" Сказать, что тогда Нëвиллет почувствовал себя счастливым - не сказать ничего. Всё было хорошо, и устраивало Верховного Судью, как вдруг за работой он поймал себя за мыслью. Абсолютно незначительной и мимолётной, как человеческая жизнь для древних существ вроде него самого и Фокалорс. Однако само содержание мысли было настолько грязным и противоестественным для него, что Нëвиллету показалось, что он прямо там сгорит от стыда. Но это было только начало. Теперь почти после каждого визита своей любимой Юдексу в голову закладывались такие мысли, от которых он бывал в шоке. Словно после объяснения любви в нём пробудилось что-то ещё. Что-то... Дикое, первобытное. По ощущениям это чувство напоминало чудовище. Большую часть времени оно спало, но стоило хрупкой ноге архонта стихии гидро ступить на махровый ковёр, оно тут же просыпалось. Но бездействовало. До определëнного времени. Стоило ей начать говорить о ком-нибудь другом, кроме него самого, чудовище распахивало пасть и издавало вопль. Слушая её прекрасный голос, поющий признание в любви тому или иному книжному персонажу, чудовище приходило в неистовство. Оно касалось, царапалось и пиналось, требуя быть выпущенным наружу. Хотело резко встать из-за стола, подойти к Фокалорс и поцеловать её прямо в розовые губки, которые так манили внутреннего зверя. И хотя Нëвиллет понимал, что ревновать Фокалорс к вымышленному персонажу — глупо, он всё равно ничего не мог поделать. А аппетиты зверя тем временем начали расти. Если раньше всё оканчивалось обычным поцелуем, то сейчас он показывал Нëвиллету такие вульгарные картины в его мыслях, от которых любой житель Фонтейна пришёл бы в ужас. А Юдекс, опасаясь реакции Фокалорс, лишь подавлял в себе зверя. ***— Знаете, mon cheri judex, вы в последнее время очень нервничаете. — Фокалорс указательным пальцем правой руки провела по подбородку Верховного Судьи, вызвав у того мурашки. — С чего вы так решили? — с невозмутимым видом ответил ей Нëвиллет. Держать перо в руках уверенно становилось всё труднее и труднее. — В последнее время вы так на меня смотрите... Словно хотите разорвать на части. — Фокалорс начала вырисовывать круги на его груди указательным пальцем правой руки, а левой слегка отогнала воротник его рубашки. Нëвиллет чуть было не спросил зачем, но ответ сам пришёл к нему. Горячее дыхание Фокалорс опалило его шею, вызывая новую волну мурашек, а зверь, тщательно подавляемый им, уже начал ворочаться. — Может мне стоит на некоторое время прекратить свои визиты, чтобы не отвлекать вас от работы, мисье Нëвиллет? — Спросила у него Фокалорс, не забыв перед этим снова обдать голый участок шеи своим горячим дыханием. — Нет! — громче, чем ему хотелось бы, ответил Нëвиллет. Фокалорс посмотрела на него с поддельным удивлением. — Видимо, мои визиты оказывают на вас негативный эффект, мисье Юдекс. — Нервничающий Нëвиллет не заметил, как руки Гидро-архонта быстро расстегнули пару пуговиц на его рубашке. Верховный Судья хоть и старался выглядеть невозмутимо, но внутри у него был настоящий шторм. Зверь неистово рвался наружу, в то время как Нëвиллет пытался восстановить утраченный контроль. И сказать, что выходило не очень — даже не открывать рот. Издевается. Снова. Она вновь провоцирует его. Нëвиллет и не сомневался, что Фокалорс могло быть что-то известно о том, что происходит у него в голове, вот она и решила воспользоваться моментом, чтобы устроить представление. Ход его мыслей прервало лëгкое прикосновение её пальцев, которые быстренько пробежались у него по ногам, задержавшись на долю секунды на бугре, который начал расти у Судьи в штанах. Нëвиллет едва сдержался, чтобы не зарычать. А ещё больших усилий ему стоило не застонать, когда в следующее мгновение розовые губы Фокалорс коснулись его шеи, оставляя влажную дорожку из следов до подбородка. Бугор в штанах стал гораздо ощутимее. Руки Архонта стихии гидро бродили по его телу, то рисуя круги, то бегая, словно маленькие животные по просторным лугам. При этом, она якобы случайно дважды пробежала по бугру, сформировавшемуся в его штанах. Нëвиллет сходил с ума. Фокалорс знала, какие кнопки нужно было нажимать, и не стеснялась пользоваться этим знанием, когда ей вздумается — то есть, в любое время. Она пользовалась преимуществом. Насмехалась над бессилием владыки гидро. — Сам Юдекс Нëвиллет у меня в руках. И всё по первому прикосновению пальцев. — Фокалорс оставила укус на шее Верховного Судьи, выбив из него громкий стон. — Ты знаешь, что нужно сделать, чтобы я прекратила, mon amour. — прошептала ему в ухо Фокалорс. Еë рука остановилась у бугра в штанах Верховного Судьи, схватила его и бесцеремонно начала тереть его большим пальцем. Дыхание Юдекса сбилось, а руки сжались в кулаки. С каждым движением пальца гидро-архонта жар внизу становился всё нестерпимее. Чудовище умоляло его выпустить и Нëвиллет послушался, освобождая своего внутреннего дракона. Руки Фокалорс были перехвачены Юдексом. Он так резко встал, что она и не успела заметить. Его глаза, полные желания смотрели прямо ей в душу. Однако, она лишь ухмыльнулась и прошептала: — Чего же ты ждёшь, Гидро-дракон? Забери то, что твоё по праву. Большего и не надо было. В этот раз уже губы Нëвиллета коснулись её шеи. Но агрессивнее. Он покрыл всю её шею поцелуями, после чего впился в розовые губы, как хищник в добычу. Их языки устроили танец, её - человеческий, и его - змеиный. Разорвав поцелуй через минуту от нехватки воздуха, Нëвиллет усадил Гидро-архонта на стол, сметя рукой все документы. Незавидная участь постигла чернильницу: после падения из неë вылились все чернила, которые тут же расползлись лиловым пятном, портя ковёр. Руки Нëвиллета быстро бегали вдоль спины Фокалорс в поисках молнии или застёжки от её платья, в то время как пальцы Гидро-архонта молниеносно расправлялись с пуговицами на его рубашке. В сторону полетело и жабо, и парадная мантия, и рубашка Судьи. Раздался низкий торжествующий рык — так обычно рычат волки, когда загоняют жертву в западню — и платье Фокалорс тоже улетело куда-то в угол. Зверь не мог насытиться нагим телом Гидро-архонта, его глаза лихорадочно бегали, изучали, запоминали каждый миллиметр её оболочки. Нëвиллет зубами сдëрнул с себя перчатки. Он стал украшать поцелуями её груди, плечи, шею. Поднимаясь всё выше и выше его поцелуи длились всё дольше и дольше. Гидро-дракон оставил сразу несколько укусов на левом надплечье, выбив громкий стон из своей любимой. Руки Фокалорс ощупывали его рельефное тело, спускаясь ниже и ниже, пока не дошли до ремня, стягивабщего брюки. После чего он звездой в лунном свете улетел в дальний угол комнаты ко всей остальной одежде. Брюки тут же упали вниз, являя взору Фокалорс два сине-голубоватых члена, с головок которых уже стекал предэукулят. Фокалорс ухмыльнулась, протягивая руку к одному из них, параллельно держась за плечо Нëвиллета. Её рука коснулась головки набухшего члена, после чего обхватила его рукой и провела до самого основания несколько раз, размазывая предэукулят по всей длине, после чего повторила это и со вторым. Нëвиллет снова укладывает возлюбленную на гладкую поверхность дубового стола. Скользя запястьем вдоль лобка, он аккуратно просовывает внутрь 2 пальца. Юдекс чувствует, как от нежных движений его пальцев стенки постепенно расслабляются, пропуская его глубже внутрь. Из груди Фокалорс вырывается тихий стон. Пальцы Судьи раздвигаются всё шире, на манер ножниц, растягивая её. Фокалорс, судорожно дыша, выгибается дугой, после чего Нëвиллет, направив оба члена, медленно входит внутрь. Фокалорс издаёт ещё более громкий стон, заставляя Нëвиллета в который раз мысленно поблагодарить того человека, что сделал ему в кабинете полную звукоизоляцию. Гидро-архонт хватает его за предплечья, сжимая их с такой силой, что там остаются следы. Она не смотрит вниз, так как знает, что оба члена Судьи вошли в неё, большие и тёплые. Чувство заполненности внизу живота распирает её изнутри. Нëвиллет аккуратно поглаживает её бëдра, выводя полукруги на ягодицах, давая ей время привыкнуть. И пусть и желание взять её прямо здесь и сейчас велико, он сдерживается из последних сил. Всё-таки, профессионализм и большой опыт работы сказывается на нём. Хотя о каком профессионализме может идти речь, когда прямо сейчас под ним находится сама Богиня Справедливости? Услышав, как дыхание Фокалорс выравнивается, Нëвиллет наклоняется к ней и говорит: — Лучше ляг полностью на стол. Так тебе будет удобнее. — Мне или тебе? — с наглой ухмылкой фыркает в ответ Фокалорс, но всё-таки подчиняется и вытягивается на столе. В запястья Фокалорс тут же впиваются руки Нëвиллета, заводя их над её головой. Она даже не пытается вырваться. Знает, что он её не отпустит. И это нравится ей. Вначале он двигался медленно, набирая темп, давая ей время адаптироваться. И вот, стоило Фокалорс слегка ослабить бдительность, как тут же толчки стали грубее и быстрее, выбивая из неё рваные стоны, складывающиеся в музыку для ушей Нëвиллета. Параллельно он покрывает её грудь поцелуями, слегка прикусывает и облизывает твёрдые бусинки сосков, покрывает её живот обрывающимися дорожками из поцелуев. Фокалорс змеёй извивается под ним, она обхватывает его талию ногами, притягивая ближе. Её стоны звучат всё громче, говоря о приближающемся оргазме. Антенны у Нëвиллета на голове светятся якро-голубым, его руки на её запястьях сжимаются всё крепче, оставляя алые следы. Нëвиллет продолжает вбивать её в гладкую поверхность стола, предаваясь своему желанию. И вот, делая ещё пару толчков, оргазм накрывает его с головой и он изливается ей внутрь, пачкая внутренности цветом своей похоти, а свечение антенн сходит на нет. Фокалорс издаёт последний стон, после чего наступает одышка. — Это... Было... Превосходно... — тяжело дыша, выдаёт Гидро-архонт. — Надо... Будет... Повторить как-нибудь... — А кто сказал, что мы закончили? — внезапно прорычал Нëвиллет — Что? — глаза Фокалорс раскрылись от удивления. — Я спросил: "А кто сказал, что мы закончили?". — его глаза светились при лунном свете. Нëвиллет внезапно берёт её за ягодицы и поднимает со стола. Фокалорс не понимает, куда он её несёт, пока не чувствует, как её спина упирается в книжный шкаф. Она смотрит ему в глаза и видит там только одну животную страсть. Но она не сдаётся. Напротив, она лишь сильнее обхватывает его талию ногами и с издёвкой в голосе, стараясь заглушить усталость, произносит: — Ну давай, покажи, насколько тебя ещё хватит, Гидро-дракон. Нëвиллет кусает её за надплечье до крови, которую тут же слизывает, накладывая на рану один поцелуй за другим. Фокалорс громко стонет, но Дракон зажимает ей рот поцелуем и снова начинает двигаться. Их языки сплетаются в едином танце, кабинет наполняется звуками лёгкой тряски шкафа и шлепков плоти о плоть. Они разрывают поцелуй из-за нехватки кислорода, судорожно дыша. Рваные, дикие толчки Нëвиллета выбивают из Фокалорс стоны. Один громче и грязнее другого. И вот, Дракон снова вцепляется ей в губы, его язык проникает к ней в рот. Толчки Нëвиллета становятся всё более жëсткими и грубыми. Теперь же, он словно таранит Фокалорс, не давая ей и шанса оправиться. Она оставляет на его спине красные полосы, как и он на её молочных ягодицах. Антенны снова загораются ярко-голубым, предвещая о скором оргазме Нëвиллета. Их рты расцепляются, по лицам обоих большими каплями струится пот. Но никто не хочет "проигрывать". Фокалорс закрывает глаза, предчувствуя оргазм. Животный рык издаёт Юдекс, когда снова вторгается в рот Фокалорс, заглушая её стоны. Его антенны пульсируют, когда их обоих накрывает оргазм. Он снова изливается ей внутрь, а Фокалорс громко стонет в поцелуй. Гидро-архонта трясёт, от её следов на спине Юдекса начинают ползти тонкие струйки крови. Когда Нëвиллет слегка отстраняется в глазах обоих ещё горит та животная страсть, что заставляет их предаваться людским утехам. Они пылают факелами желания и похоти, не в силах остановиться. С членов Гидро-дракона прямо на пол капает горячее семя. Юдекс отходит от шкафа, всё так же держа Фокалорс, подходит к дивану и кладёт её. Гидро-архонт, хватаясь ногтями за спинку софы, с трудом пытается подтянуться, как вдруг Нëвиллет разворачивает её к себе спиной, хватая ту за белоснежные волосы, сплетëные в хвосты. Фокалорс впивается ногтями в спинку дивана, когда Нëвиллет резко входит на всю длину, уже полностью порабощëнный внутренним зверем, и начинает двигаться. Он тянет её за волосы, ускоряясь, в его глазах пламенем горит животная страсть. Его рваные толчки выбивают из Фокалорс стоны с хрипотцой. Она чувствует как всё внизу живота горит. Толчки Дракона становятся всё агрессивнее и жëстче. Звуки хлопков плоти о плоть наполняют кабинет Верховного Судьи, становясь всё громче и яростнее с каждой секундой. Правая рука Нëвиллета отпускает правый хвост Фокалорс, чтобы он мог и его в левую руку. Оттягивая голову Гидро-архонта назад. Его правая рука начинает массировать и играться с её грудями, выбивая из своей возлюбленной всё более грязные стоны, слушать которые для него - одно сплошное, покрытое грязью и грехом удовольствие. Антенны на голове Юдекса начинают светится в третий раз. Фокалорс, видимо почувствовав новый оргазм, по-кошачьи выгнулась в спине. Её стоны становились всё громче, ахрипотца в её голосе словно бы проходила. Чувствуя на себе тяжёлое дыхание возлюбленного, она смотрит в зеркало и видит Нëвиллета. Капли пота стекают по его телу, антенны на его голове светятся ярко-голубым светом, а также его глаза, горящие диким, животным голодом. Когда правая рука Нëвиллета перестаёт массировать груди Фокалорс она готова протестующе заскулить, но Юдекс перемещает свои когтистые пальцы ниже, начиная массировать её клитор, и ей остаётся лишь рвано застонать. Оргазм в третий раз настигает их. Фокалорс стонет в спинку дивана, прикрывая голову руками. А Нëвиллет в третий раз изливается внутрь неё, напоняя своим семенем под завязку. Гидро-архонт начала медленно сползать со спинки софы, а Нëвиллет отпустил её волосы, нежно поглаживая по голове. Тяжёлое дыхание обоих было единственным оставшимся звуком во всём кабинете. Нëвиллет аккуратно берёт Фокалорс за талию и помогает ей сесть, чтобы следы на ягодицах поменьше болели. Гидро-дракон вытаскивает из неё свои члены. От них до самого лона Фокалорс тянутся бледно-молочные нити. Его семя вытекает из неё, скользя по ляжкам, пачкая софу. Нëвиллет нежно обнимает Фокалорс, шепча ей на ухо одну-единственную фразу, которую он готов внемлить ей каждый раз, когда видит её: — Я люблю тебя... — повторяет он снова и снова, словно в бреду. Фокалорс лишь нежно улыбается, поглаживая возлюбленного по его водопаду Белоснежных волос. Глаза Гидро-дракона закрываются и он перед погружением в сон он не замечает печати Высшего Арбитража, проявляющейся на животе Фокалорс. Глаза Гидро-архонта уже слипались, когда она увидела тусклое голубоватое свечение, исходящее из метки на её животе. Фокалорс тихонько осматривает полулежащего справа от неё своего возлюбленного. А ведь с первого взгляда и не скажешь, что эта мирно посапывающая во сне тетеря - гроза всех преступников, самый уважаемый человек в Фонтейне и самый пунктуальный дракон во всём Тейвате — Юдекс Нëвиллет. Она тихонько усмехнулась, играясь с его волосами. Ей стоило многих трудов отрастить свои хвосты, и она надеялась, что это было не просто так. — Надо будет сделать тебе причёску в следующий раз. Как насчёт косичек? — пробормотала себе под нос Гидро-архонт с озорным смешком. После чего тихонько хихикнула, представив Нëвиллета с косичками, или на дай Селестия, бакенбардами. Еë взгляд переметнулся в окно, на звëзды, сияющие где-то вдалеке. Нëвиллет тихо сопел, а Фокалорс мечтательно поглаживала свой живот, думая о чём-то своём. Однако, усталость таки взяла верх и забрала Гидро-архонта в сладкий мир сноведений.