Часть 4

Проснувшись ближе к полудню, парень потянулся и сонно прищурился на солнечный свет, пробивающийся сквозь шторы. Он зевнул, затем не спеша направился в душ. Ледяная вода обожгла кожу, моментально разбудив его, и привела мысли в порядок. На миг он ощутил себя очищенным, готовым к этому особому дню, хотя в глубине души все еще сомневался, что это — правильный шаг. Зайдя на кухню, Сириус увидел большую черную коробку с темно-красной лентой. На небольшой карточке не было имени отправителя — только «Сириус Блэк». Он осторожно развязал ленту, внутри оказался роскошный костюм, будто созданный специально для него лучшими магическими портными. Внезапно его размышления прервал громкий стук в дверь. Подскочив, он бросился открывать и увидел Люпина, у которого на лице было не то недовольство, не то разочарование. Ремус, не тратя времени на объяснения, сунул ему в грудь письмо, даже не скрывая своего раздражения. — Сириус, мать твою, Блэк, — с явным укором начал он. — Почему я узнаю о твоей свадьбе из какого-то письма, и то — в полночь? Ты должен был сказать мне сам. Сириус тяжело вздохнул и пригласил Ремуса на кухню. Он попытался объяснить, как странно и неожиданно все сложилось, признался, что сам еще не до конца понял, как оказался здесь. Люпин, выслушав друга, хоть и понял его, но все еще оставался слегка раздраженным. Когда часы показали три, дом опустел, оставив Сириуса наедине с мыслями. Он облачился в костюм и, несколько раз взъерошив волосы в попытке их уложить, вздохнул и воспользовался волшебной палочкой. Подойдя к камину, он открыл небольшой ящичек, достал летучий порох и, бросив его в огонь, четко произнес место назначения. Вспышка зеленого пламени, и вот он — в огромном, украшенном зале. Сириус огляделся, почувствовав легкое волнение. Величественные канделябры, ряды нежных белых цветов, ленты, развешанные по залу — все здесь напоминало о роскоши и величии чистокровных традиций, но в сердце Сириуса поселилась гнетущая тяжесть. Он мысленно перенесся в прошлое, когда был здесь в последний раз, и вспомнил дядю Альфарда, единственного из семьи, кто поддержал его. Вскоре, блуждая по залу, он наткнулся на свою мать. Она посмотрела на него с легким одобрением, заметив, как костюм подчеркнул его сильные стороны. — Ох, Сириус, костюмы — это, без сомнения, одна из твоих сильных сторон, — сказала она, словно гордясь тем, что он все же стал частью этого мира. — Хотел узнать… что будет после свадьбы? Я выполню обещание, но что дальше? — спросил он, ощущая, как его сердце медленно сжимается от этого неизбежного будущего. — Вы будете жить здесь, в этом поместье, как подобает нашей семье, — уверенно произнесла мать, будто все уже решено. Сириус замолчал, испытывая странное чувство пустоты, смешанное с легким страхом. К пяти часам зал начал заполняться гостями. Сириус ловил на себе одобрительные взгляды чистокровных магов и магичек, чувствуя себя не столько женихом, сколько актером в спектакле. Вдруг кто-то схватил его за руку и потащил в сторону. Оглянувшись, он увидел длинные светлые волосы, которые легко узнал, — Элизабет. Она втащила его в небольшую комнату с приглушенным светом, закрыла за собой дверь и вгляделась в его лицо. — Почему ты женишься на мне? — в ее голосе слышалась горечь. — У меня не было выбора, — сказал он, глядя прямо в ее серые глаза. — Я думала, ты свободен от воли своей семьи, Сириус. Ты всегда был таким… — Так и есть, но я дал клятву ради здоровья своей сестры, — едва слышно ответил он. Элизабет на мгновение замерла, в ее глазах мелькнуло сожаление и глубокое сочувствие. Она слегка ослабила хватку, и Сириус почувствовал, как что-то в нем отозвалось на этот взгляд — чувство единства, но не по воле судьбы, а по воле обстоятельств. Неожиданно заиграла свадебная музыка, и шум за дверью притих. Элизабет коротко кивнула и прошептала: «Я все расскажу позже», — прежде чем выбежать, оставив Сириуса одного в тишине. Он поспешил к арке, чувствуя напряжение в груди. В зале, укрытые цветами и огнями, собрались гости, а среди них его друзья. Лили в алом платье, Питер, стоящий рядом с Ремусом, ободряюще кивнули ему. Сириус почувствовал, как его тревога слегка утихла. Когда свадебный марш заполнил зал, Элизабет, грациозная и спокойная, шла под руку с отцом. В этот момент Сириус впервые взглянул на нее как на свою будущую жену, заметив, как она расцвела, повзрослела. Она была прекрасна, но в его душе нарастала тяжесть, понимая, что это всего лишь игра. Она подошла к алтарю, и их взгляды встретились. — Сириус Хардоссон Блэк, согласны ли вы взять в жены Элизабет-Джин Миро? Быть с ней в горе и радости, поддерживать и быть ей верным? — голос церемониймейстера разнесся по залу. — Согласен, — сказал он тихо, глядя ей в глаза. Он наклонился, и их губы соприкоснулись. Этот поцелуй был мягким, теплым, словно ветерок в жаркий летний день, наполненным чувством обреченной близости. Вокруг них на мгновение все исчезло, все звуки приглушились, и он ощутил вкус легкой сладости на ее губах, тонкий, едва уловимый оттенок клубники, окутывающий его, проникая глубоко внутрь. Этот поцелуй длился лишь мгновение, но каждый миг казался вечностью. Тяжесть в груди усилилась, как будто этот поцелуй разбередил что-то запрятанное глубоко внутри, заставив почувствовать ее близость и одновременно — горечь того, что этот брак не был по-настоящему их выбором. Он медленно разорвал этот момент, отпустив ее, но легкий аромат сладости и ощущение тепла остались с ним. Музыка сменилась, и, взяв Элизабет за руку, Сириус отвел ее к центру зала для танца. Вальс закружил их, и, несмотря на долгие годы обучения, он впервые почувствовал, что этот танец что-то значит. Ведя ее в такт музыке, он чувствовал, как ее рука крепко держит его, и на секунду забыл обо всем, кроме их круговорота. Позже, взяв Элизабет за руку, он подвел ее к своим друзьям, он посчитал необходимым сделать это. — Элизабет, познакомься — Лили и Джеймс Поттер, Питер Петтигрю и Ремус Люпин. Элизабет с легкой улыбкой пожала руки новым знакомым и начала беседу с Лили. Несколько минут спустя Сириус вдруг заметил Андромеду, за руку с маленькой девочкой. Подойдя, он обнял кузину. — Нимфадора, это Сириус, я тебе рассказывала о нем. — сказала Андромеда. Девочка шагнула вперед, улыбнувшись, и протянула руку. Ее волосы вдруг порозовели, и Сириус изумленно посмотрел на Андромеду. — Да, метаморфомаг, — пояснила она с улыбкой. Вскоре гости начали расходиться. Торжество постепенно завершалось, и ближе к полуночи все уже покинули поместье Блеков.