Оля и Макс: пропущенная сцена из серии 124

Ольга ждала его на улице, прислонившись к большому серому каменному пористому кубу - видимо, строительному блоку. Она собиралась быстро и надела, что попалось под руку, но помимо джинсов ей попалась романтичная светло- серая открытая кофточка без рукавов с красивым вырезом и мягкими складками на груди. Она стояла рядом с буйно разросшимся кустом сирени, поправляя прямые длинные темно-русые волосы, блестящие, как в рекламе. Просто “девушка, освещенная солнцем” Серова, отметил он, приближаясь к ней весёлыми скачками. Эта походка не особо шла почти что взрослому парню, будущему офицеру, но радость заставила полностью забыть про чеканный шаг, выправку, осанку. -НУ ЧТО? -Что что? Ему показалось, или это с лёгким привкусом флирта было сказано? Да ладно, хорош тебе, Макс. Всех девчонок уже боишься. Хотя понятно, на третьем курсе лучше бы друзья носили его в кошачьей переноске, ведь, как назло, все девчонки липнут и клеятся к нему. Как страшен человек, который обладает адресом Полины и не выдал его пока что. -Издеваешься, да? Где? -Але-оп! - Ольга незаметно извлекла откуда-то клочок бумаги и помахала им перед носом у Макса. Он, дурачась, вцепился в бумажку зубами, как полугодовалый щенок, и беззаботно рассмеялся. Оля незаметно наблюдала за его эмоциями, мелкой моторикой. - В общем, смотри, на сам компьютер они залезть не смогли. Но он находится по этому адресу, - деловито сказала девушка. - Олька, блин…Спасибо! Даже не верится… Он был такой весенний, искренний, яркий, так смешно щурился, что она улыбнулась еще шире и опять стала дразнить: -Что не верится-то, два раза проверили! Все наблюдения Оли как будто стерлись с диска, когда он поднял ее руку за локоть, аккуратно, заботливо, чтоб ей не пришлось проехаться случайно рукой по шершавому, даже жёсткому блоку, на который они опирались, болтая. Как-то бережно держал в воздухе долгое время, слишком медленно нёс. Ольге удалось скрыть непрошенную нечаянную радость, смущение, которые вызвало это движение. В первый раз. -Оля, я так понял, это частный дом какой-то. -Наверно...раз без квартиры… -А где же у нас на Щедрина частные дома?.. -Не знаю…- задумалась девушка. - Щедрина - большая улица. За кинотеатр еще идет… -Ладно, найдём! Спасибо тебе ещё раз огромное! Зачем ты так нежно дотронулся, во второй раз уже. Со мной так нельзя…и, кажется, не только потому, что у меня есть Илья. Жених, Суворовец, Великий Автоматчик, Фееричный Залетчик. Как я его люблю, как я устала решать его проблемы и слушать его вранье. Как страшны такие, как Макс, люди, которым одарить чужого человека нежным прикосновением, тёплой улыбкой ничего не стоит. Кого ты ищешь? Что за бурная радость от поимки адреса компьютера? Кого я тебе нашла, Максим? Неужели та молодая женщина, намного старше него, учительница этики... Ох, как хотелось узнать, всё-таки работа инкассатором - это у Ольги для денег, а следователем она хочет быть для души, учится на него. Илья рассказывал, это любовное помутнение рассудка не могло у Максима так просто закончиться, судя по тому, как разогналось на первом курсе суворовского. Так разогналось, что, как американский десятиклассник, врезался на машине в кого-то от несчастной любви. Хотя после этого у него было довольно серьезно с Ритой. А сейчас Ольге вообще кажется, что… Она вышла на солнце, чтоб там не так было заметно и удивительно ее раскрасневшееся лицо, когда он шел рядом, почти касаясь локтем её груди. -Ну давай, как договаривались. Проси! -Чего просить? Фух, какой же он мальчишка несерьёзный еще. Живет, как в сказке - “Проси!”.. Вот и журавля в небе хочет достать, и волшебных помощников себе нашел. -Что захочешь. Я же обещал. - Прямо всё, что хочу? - высоко зазвенел голос девушки. Они шли вдоль дома почти вплотную друг к другу. -Ну, конечно, вагон ананасов не организую, но в пределах разумного… Оля задорно, лукаво передернула плечами, стала потирать ручки в предвкушении, что б такое загадать, покусывать губки. Ой, Макс, говорил он себе, поглядывая на Ольку, вот ты дурак, ты повторяешься. Ольга - не синица в руках, а очередной журавль в небе, как Полина. Хотя и повышаешь градус, эта девушка друга круче, чем предыдущая девушка друга, с которой он зажигал на втором курсе. В дурной голове начали зарождаться стишки на мотив грустной песни "Не стреляй": “Жил на свете один пистолет-пулемет*, он уж очень любил пострелять журавлей, а когда попадал, понимал, жизнь не мёд, ведь не может она стать любимой твоей". Не стреляй! Ему очень хотелось узнать, что она захочет от него, когда он смотрит на ее глаза, губы, в душу, стараясь удалить оттуда размышления о нем самом. Что она захочет, если он сделает так, чтоб она прислонилась к стене дома, поставит руки вот так, по обе стороны от ее талии, так, чтоб ей видно было только его вообще. Что они оба захотят, если в голове у обоих окончательно заиграет романтический инструментал из песни “Мальчишки-кадеты” до того, как перед ним возникнет реальная, живая, теплая Полина, а не ее крестражи, не образы любви в виде того самого ip-адреса компьютера, телефона, кафе? -Оль, ты чего? - спросил он, тепло улыбаясь, но позже нахмурившись. Тьфу ты, тоже как-то ласково-заботливо получилось. - Знаешь что…- сказала она, когда они оба склонились друг к другу. Ей давно не нравился такой элемент формы суворовцев, как фуражка, и в этот раз она, не стесняясь, сдернула её с Максима. Поцелуй был сладкий, требовательный, они блуждали в глубине ртов друг друга в мякоти, как будто еще только учились целоваться на фруктах, но были очень голодны. А потом Оля сказала: - Что бы попросить... А ты попроси ребят, чтоб училище без проблем окончили... Оба были рады, что разговор продолжился так легко... *пистолет-пулемет - разными словами в разные годы называли Максима, потому что есть пулемёт Максим и пистолет Макарова