Глава 24. Семейный ужин

      — Правда, Док, — вздохнул Грэм. — Я не совсем уверен по поводу этого.              Все они напряжённо разглядывали салат, без энтузиазма держа вилки, но в действительности никто не ел.              Ну, Мастер ел. Игнорируя всех, он просто наслаждался своим салатом, пока они разговаривали. Она хотела этого. Он это делал. Это не значило, что он поддерживал её невозможное стремление заставить их понять.              Быстро взяв вилку, Доктор неловко запихнула в рот лист салата.              — Нет, честно, — сказала она с набитым ртом, глупо улыбаясь. — Он старается. Это что-то да значит, верно?              С сомнением и осторожностью взглянув на лица её друзей, Мастер должен был признать, что ответ — нет.              Доктор вздохнула.              Он продолжил есть.              — Слушайте, салат не очень вкусный, но он не принесёт главное блюдо, пока вы не съедите. А главное блюдо шикарное. И не давайте мне говорить о его десертах!              Мастер ехидно улыбнулся, продолжая жевать.              — Доктор, — ответил Райан, слегка нахмурившись. — Проблема не в еде.              — Тогда в чём? — спросила Доктор, лениво жуя свой салат.              Технически, он придумал правило с салатом специально для неё. Она никогда не ела овощи, если только её не подкупить. А его Доктору нравилась вкусная, отлично приготовленная утка.              — Мы думаем, что он может быть отравлен, — мягко объяснила Яз, мельком взглянув на Мастера.              Он вытер губы салфеткой.              — Отравлен? — Доктор перевела взгляд с Яз на Грэма и Райана и рассмеялась, но затем звук застрял у неё в горле, когда она увидела серьёзность на их лицах. — Ох. Нет. Нет, он не отравлен. Видите?              Она демонстративно взяла маленький помидор из тарелки Яз и весело откусила.              Доктор быстро спряталась, когда сок брызнул по всей комнате, попадая и на Мастера.              — Упс. Прости.              Он бросил на неё убийственный взгляд, но ничего не сказал.              — Ну, просто… Он не вызывает доверия, да? — бросил Райан в пустоту комнаты.              Мастер мог весь день играть роль милого гостя, мог мирно наслаждаться своей — кстати, восхитительной — едой и дать им разбираться со всем самим, если только это не расстраивало Доктора, которая теперь смотрела на Райана, приоткрыв рот, словно собираясь что-то сказать, а затем сдалась и ничего не сказала.              Боги, он терпеть не мог видеть её грустной. Со стороны вселенной было нечестно постоянно бросать её на его пути, с этими карими щенячьими глазами, с тем, как её идеальные губы складывались в обиженном выражении, с опущенными плечами, которые заставляли его сердца сжиматься от боли и беспокойства.              Так что Мастер заговорил.              — Он не отравлен. Я не пытаюсь убить кого-то из вас… Но и быть вашим другом я тоже не пытаюсь, я понимаю, что совсем вам не нравлюсь. Суть в том, чтобы поладить настолько, чтобы не вгонять Доктора в хроническую тоску.              «Суть в том, чтобы никогда не оставлять её», — подумал Мастер, но почувствовал, как его губы напряглись, просто не давая сказать это. Не имело значения, что она сказала, он знал её лучше, чем кто-либо другой, и знал, что в конечном итоге ей будет недостаточно его одного.              Это ему не нужно было ничего, кроме Доктора, но она всегда нуждалась во всей вселенной. Нуждалась в красоте, в приключениях, в людях, которые будут кружить вокруг неё, как вокруг центра вселенной. Не имело значения, как долго она утверждала обратное, это было её глотком воздуха, и без этого она просто задохнётся.              Он не хотел, чтобы она задыхалась.              — Так, я звоню Джеку.              — Джеку? — одновременно воскликнули Доктор и Мастер, шокировано повернувшись к Грэму, когда он достал телефон.              — Ага, — объяснил Грэм. — Он дал мне свой номер. Сказал позвонить, если понадобится тот, кто напомнит Доктору не встречаться с сумасшедшим маньяком-убийцей. Добавил, что у него есть опыт в этом.              Мастер фыркнул.              — Опыт? — пронзительно крикнула Доктор. — Он спросил меня за чипсами, является ли он моим потерянным братом, вот и всё.              — Он что? — разразился смехом Мастер. — Ты что? Прости, но я столкну его задницу в ближайшую сверхновую, если он ещё раз назовёт меня твоим братом.              — Ты не сделаешь ничего подобного! — обернулась она, обвинительно указывая на него. — Ты обещал, что сегодня никому не будешь угрожать убийством!              Он поднял руки в знак капитуляции.              — Прости, прости, это инстинкт.              Доктора снова повернулась к Грэму.              — Пожалуйста, не звони Джеку. Он через многое прошёл из-за Мастера. Как и вы все. Я понимаю это. Но я уверяю, что это… это куда сложнее.              — Каким образом? — спросила Яз.              Она была более тихой, практически спокойной. Мастер с восхищением посмотрел на неё, и в какой-то миг она решительно встретилась с ним взглядом.              Ха.              — Он мой старейший друг, — ответила Доктор.              — Ты уже говорила это, Доктор, — бросил Райан. — Но он явно больше не тот человек, так что…              — Нет, но…              — Мне он нравился, — тихо вставила Яз. — О. Мне нравился О. Я действительно думала, что он хороший. А затем он пошёл с нами и сделал… это.              Мастер откинулся на спинку стула, собираясь с силами.              — О был создан, чтобы нравиться, — объяснил он необычайно нежным голосом. — Я наделил его всеми качествами, которые на мой взгляд не могли быть моими. Это не значит, что он не часть меня. Он был мной. Она знает об этом, — он мягко улыбнулся Доктору. — Потому что она знает меня. Дольше и лучше, чем кто-либо во вселенной. Она видит сквозь дюжину масок под масками, видит настоящего меня. Прямо сейчас я не могу извиниться перед вами, ведь знаю, что этого недостаточно. Я остался таким же. Я — это я, который держится за неё. Но я могу заверить вас, что она любит меня… И на данный момент этого достаточно, чтобы никогда больше не причинять вам боль.              За столом воцарилась полная тишина, даже Доктор молчала.              Грэм первым вернул свой голос, откашлялся и повернулся к ней.              — Так ты… любишь его, да?              — Я… — надо отдать ей должное, она колебалась всего секунду. — Да.              — Вот дерьмо, — прошипел Райан, заставив Яз хихикать.              — Ну, полагаю… — вздохнул Грэм, пожав плечами. — В смысле, если так, то…              — Серьёзно? — просил Райан.              — Я не знаю, — ответил Грэм, слегка улыбнувшись. — Но мы все заметили, что она была грустной, так ведь? Замкнутой, отдалившейся, всё время избегающей, а с ним она выглядит… иначе? И это напоминает мне о твоей бабушке. Она заставляла меня так себя чувствовать. По-другому. Лучше.              — Да кто угодно будет лучше на его фоне, — слегка обижено ответил Райан, но Доктор подняла руку и заговорила холодным тоном:              — Нет. Я — нет. Я ничуть не лучше него. В этом и дело. Я совершала ужасные поступки. Поступки, от которых бежала половину своей жизни. Он, должно быть, принял то, что сделал, встретился с этим лицом к лицу, но я не смогла. Но мы одинаковы, всегда такими будем. Если вы принимаете меня, то принимаете и его, потому что он часть меня, он знает меня лучше меня самой и прямо сейчас он очень старается быть частью меня, которую вам будет легче принять.              Она быстро одарила его благодарной улыбкой, из-за чего сердца Мастера пропустили удар.              — Такие вот дела. Либо мы оба, либо никто из нас. Но выбор за вами, и я в любом случае пойму.              — Если честно, — из телефона Грэма послышался приглушённый голос капитана Джека Харкнесса. — Вы не сможете её переубедить, она всегда была идиоткой, когда дело касалось Мастера. Просто держитесь поблизости, чтобы собирать осколки и держать её в безопасности.              — Спасибо за содействие, — сухо крикнул Мастер в телефон, пока Грэм, слегка покраснев, бросился отключать вызов, чуть не уронив телефон в салат.              — Должно быть, случайно нажал… — пробормотал он, и все рассмеялись. Просто смеялись со старого глупого дедушки и его проблем с телефоном, и Мастер, смеясь, осознал, что замер, а сердца забились сильнее в глупой надежде.              — Меня это устраивает, — заявила Яз, когда наконец взяла вилку и начала копаться в своём салате. — Ты его любишь, ты ему доверяешь, меня это устраивает.              Он видел, как расширились в этот момент глаза Доктора.              — Правда?              — Правда, — улыбнулась девушка, затем ещё раз быстро взглянула на Мастера. — Как я и сказала, мне нравился О.              Он выдавил первую неуверенную улыбку, и заметил, как губы Яз немного дёрнулись, прежде чем она вернулась к салату.              Видимо, это было началом. Это было началом.              Райан, переведя взгляд с Грэма на Яз и обратно, вздохнул.              — Я… я… ох, ладно.              Они улыбнулись ему.              Под столом он почувствовал, как Доктор нашла его руку и слегка сжала её. Какое-то время Мастер не знал, что сказать, не был уверен, что его голос не подведёт, если он попытается.              Затем из глубины кармана Грэма раздался голос Джека.              — Отлично, очень рад, что мы выяснили это. Теперь мы можем обсудить то, что меня не пригласили на ужин?              Грэм совсем залился краской, торопливо ища телефон, но Мастер лишь закатил глаза:              — Это большая и пронырливая утка. Тащи сюда свою задницу, Харкнесс.              — Уже бегу!              Улыбка Доктора была ярче солнца.              «Это сработает», — внезапно подумал Мастер, и его накрыла волна радости. Это действительно может сработать.              Райан нахмурился.              — Что ты имел в виду под пронырливой уткой? Ты же не сам поймал эту утку?              Мастер лишь сладко улыбнулся.              — Три разных правила Доктора для этого вечера не дают мне честно ответить на твой вопрос.              Райан широко раскрыл глаза, и Доктор рассмеялась.              — Он шутит.              — Оу.              Теперь они все посмеялись и наконец принялись за еду, атмосфера за столом изменилась в лучшую сторону.              Доктор искоса посмотрела на Мастера, прежде чем проскользнуть в его разум.              — Ты же шутишь, правда?              — Милая, — ответил он, вставая, чтобы принести утку. — Некоторые вещи лучше не знать.