Часть 1

Казалось это было так давно. Вот она, еще малышкой, ищет крошки, что-нибудь погрызть. Снуя по городу между ногами толпы, прячась от дворовых кошек, пугаясь приближающегося топота копыт. Когда ты маленький крысенок в большом городе, кажется что все против тебя. Какая нибудь тетенька, завидев, закричит или кинет что-нибудь. Люди не всегда так реагируют. Порой не обращают внимания. Порой хотят припугнуть или просто убить. И тот дождливый день. Когда они впервые встретились. - Бедняжка. Не бойся. Я твой друг. Она думала, что умрет. Предоставленная сама себе в этом бесконечном квесте на выживание. Тогда для нее люди были опасностью. Да и что такое это друг? Но он говорил так ласково. И отчего-то его понимала. Крысенок игнорируя внутреннее чувство, инстинкт, что кричал бежать, взобрался на его ладонь. Ее хозяина, друга. Ее судьбы. На ладонь эльфа Пэлиаса. И кто бы что не говорил, как бы кто извращенно не шутил, подразумевая всякое. Им было наплевать. Они были друг у друга. Гонимый своей родней эльф и помойная крыса. Грелись теплом друг друга, делили корку хлеба, сплетничали и хихикали. Для нее это было лучшей частью ее жизни. Их маленький личный рай. Хотя ее и грызло внутреннее сомненье. Ведь что такое пару лет жизни крысы для долгоживущего эльфа. Считала себя лишь мигом для него. Пока в один миг все не перевернулось. Неужели ныне я совсем один? После стольких лет, что вместе шли мы? И вот он мертв. Выползая из под его одежды, Лариса не могла поверить. Что сердце так дорогого ей эльфа больше не бьется. Она была готова. Остаться там. В пустыне вместе с его телом. Умереть рядом с ним. Но ей пришлось попрощаться с ним окончательно. Пока делегация эльфов забирало его тело, не обращая на нее никакого внимания. Ее просто вышвырнули в горячий песок. Сдерживая всю свою боль, собирая силы, Лариса отправляется в путь. Одна по пустыне. Пугаясь всего, от страха сильнее перебирая лапками по песку. Но боялась она не долго. Ко всему привыкаешь и этот путь сделал ее сильнее. Голос страха притупился, в ней зарождался стержень. Всего-то пересекла пустыню, нашла и забралась на судно, вытерпела боль от татуировки с именем друга, искала по всему городу информацию куда мог отправиться отряд Сфинктериона. Ей хотелось нести в себе его частичку. Помня и храня его идеалы. Его истинный образ известный лишь ей. Лариса пришла к Сфинктериону не просто предложить свою верность. Ни ради мести. Ни ради вечной посмертной жизни своего друга. Ради мира, о котором Пэлиас мечтал. Прощаясь с ним у могилы, она считала, что сделала правильный выбор. А может ей так хотелось. И джин даже мог бы его вернуть. Но внутри было четкое понимание, что Пэлиас был бы против. Возможно он и умер глупо, как считали его сородичи. Только из всех них он похоже был более... человечным? Да и что такое жизнь эльфа ради спасения всего мира? Как бы не хотела считать иначе сама Лариса. Неужели будет наш разрушен мир? Иль станет он другим? Смерть Властону. Это даже не выскользнуло из ее рта. Джин понял и кивнул, щелчком пальцев исполняя ее желание. Правда Сфинктарион был против. Но уже ничего не исправить. И как только вести об ухудшении здоровья до них достигли, они сразу отправились в путь. Тогда они думали, что вот наконец придет конец всему. Но смотря на бездыханное тело Властона, Лариса ничего не чувствовала. Усталость. И ужас... Движим ли гордыней иль управляем тьмой ? После всего ей не хотелось верить в то, что видела. Лариса искренне верила, что все это вина щита. И дьявольских сил. Что это не он. Не Сфинктерион произносит те слова. Но они бежали, понимая, что силы не равны. И с ужасом оглядываясь на то, что осталось от города, она отчаянно хотела верить, что все еще можно исправить. Что смогут вернуть их потерявшегося во тьме друга. Я увидел смерть невинных ... Алая кровь стекает по белым ветвям. Лариса смотрит на кровь. Не в силах смотреть на обмякшее тело дитя. В первые чувствуя что-то подзабытое. Безутешное. И его взгляд. Сфинктарион будто бы говорил лишь ободном: - И чем ты лучше? Чем твой путь отличается от моего ? Разве вот этого они хотели? Разве все что они сделали, было вот ради этого ? Монстр ли я ныне? Честен ли с собой?