Найди меня за пределами лазурных небес.

*** «Положи меня, как печать, на сердце твое, как перстень, на руку твою: ибо крепка, как смерть, любовь; люта, как преисподняя, ревность; стрелы ее — стрелы огненные; она пламень весьма сильный.» — Песнь Песней Соломоновых, 8:6. С незапамятных времён, люди размышляли над вопросами мироздания. Почему в мире существует зло? Почему мир устроен именно так, а не иначе? Что такое любовь? И с незапамятных времён, люди рассказывали истории. Кто-то рассказывал истории, чтобы объяснить, почему гремит гром и откуда появляется ветер, а кто-то рассказывал истории, чтобы развлечь. Так и родились легенды, сказки и мифы. Люди передавали их из поколения в поколение. Так появились архетипы. Со временем, цвет сказаний поблёк, но не исчез. И сейчас их свет озаряет жизненный путь человечества, словно далёкие звёзды. Когда-то мой мастер рассказал мне историю об Орфее. Сын бога Аполлона и смертной женщины был бродячим музыкантом. Звуки его лиры пленяли животных и людей, смертных и богов. Говорят, даже рыбы выпрыгивали из моря, чтобы послушать Орфея. Однажды, он повстречал на своём пути невероятной красоты девушку. Её звали Эвридика. Они заговорили, решили пойти вместе и очень скоро влюбились друг в друга. Прошло время и Орфей решил женится на Эвридике. Он призвал Гименея, бога брака, и попросил его благословить их свадьбу. Тот согласился, но предупредил Орфея, что их счастье продлится недолго. И Орфей испугался. Он не хотел потерять свою любовь. И всё же он решился на свадьбу. Прошел год, два, молодые забыли слова Гименея, и однажды Эвридика попросила Орфея отпустить её погулять в лес. Тот согласился. И Эвридика ушла, а Орфей остался дома. Прошёл час, другой, а Эвридика никак не возвращалась. Тогда Орфей вскинул на плечи холщевый мешок, одел сандалии и ушёл искать свою возлюбленную. Он долго искал Эвридику, до тех пор, пока он не набрёл на тихую рощу. Он зашёл в неё и огляделся. Очень быстро, Орфей заметил кого-то у источника. Это была Эвридика. Но как только он подошёл к ней, он увидел, что она была бледна как мел. Эвридика была мертва. Долго горевал Орфей. Он слагал элегии и пел о своей боли ветру, деревьям и птицам, и даже боги сочувствовали ему. Но никто не мог помочь ему. Однажды Орфея в дороге застал дождь и ему пришлось укрыться в пещере. Он развёл костёр в яме и сел перед ним, предаваясь невесёлым мыслям. Долго ли, коротко ли сидел Орфей перед костром, но им овладело любопытство. Что же скрывало нутро пещеры? Он оставил свой костер и направился вглубь пещеры. Он спускался всё ниже и глубже, пока не достиг железных врат, что отворились перед ним. Убаюкав Цербера игрой на лире, Орфей попал в царство мёртвых. Пройдя сквозь поля асфоделя, напевая старинную мелодию, он дошёл до дворца Аида. Аид, услышав пение Орфея, вышел из своего дома. Пение Орфея так понравилось владыке подземного царства, что он предложил ему вернуть его возлюбленную к жизни. Однако у него было одно условие: по пути в мир живых Орфей не должен был смотреть на лицо Эвридики, которая будет идти за ним. Подумав, что это простая задача, Орфей согласился. Он поблагодарил Аида и собрался на поверхностность. И вот музыкант и его возлюбленная отправились обратно, в мир живых. Сначала Орфей был уверен в том, что легко справится со задачей Аида и что он точно вернётся с Эвридикой. Но когда они проходили сквозь поля асфоделя, музыкант начал сомневается, что его возлюбленная рядом, ведь он не слышал звука её шагов. И все же он продолжал идти. Но чем дальше он шел, тем сильнее таяла его вера. И вот показались ворота царства мёртвых, из которых лился свет солнца. Проходя через врата, Орфей испугался, что выйдет из царства мёртвых только один он и обернулся, чтобы посмотреть на Эвридику. Он увидел её стоявшей за его спиной, с грустной улыбкой на губах. Но лишь на мгновение. Как только их взгляды встретились, тень Эвридики растаяла в воздухе. Она ушла обратно в мир мёртвых, теперь уже навсегда. Орфей прошел через врата один и они наглухо закрылись за ним. Сколько бы музыкант не кричал и не желал вернутся назад, всё было бесполезно. Вернувшись на землю, Орфей сел в соседнем лесу и начал напевать грустную песню, перебирая пальцами струны лиры. После того, как он не смог вернуть Эвридику из подземного мира, у него больше не осталось воли к жизни. Его песню услышали менады, безумные спутницы Диониса, которым принадлежал лес. Им не понравилось, что грустная песня Орфея мешала их веселью. Они напали на Орфея, повалили на землю и, будто дикие звери, разорвали его на части. Орфей не сопротивлялся, словно он этого и хотел. В свой последний момент он увидел Эвридику и улыбнулся. Неумолимый Танат, бог смерти, забрал его душу в подземное царство. Говорят, его мелодии ещё можно услышать, если прислушаться к ветру, воющему в ветвях деревьев. Мой мастер в первый раз рассказал мне эту печальную историю в одну из весенних ночей, когда дует прохладный ветер, а луна смотрит на спящий город своим слепым оком. Помнишь ли ты, Айгис, о нём? О моём дорогом госте и о той силе, что дремала в его сердце? Сегодня я, от имени моего мастера, дарю её тебе. Силу, что зовётся «Дикой картой». Твоё путешествие начинается сейчас. *** Айгис вздохнула и открыла глаза. Сколько дней прошло с того разговора в Бархатной комнате? Она, как и обычно, проверила свои шарниры, свой визор, свои пулемёты, встроенные в её железные пальцы. Она встала из сидения капсулы зарядки, похожего на железное кресло, и направилась из комнаты, на улицу. На улице стояла весна. 5 марта 2025 — вспомнила дату Айгис. 15 лет с того дня. Она захотела вздохнуть, но вскоре вспомнила, что у нее нет легких. Она пошла по городу, разглядывая проходивших мимо людей. Сколько бы не менялся бы городской пейзаж, сколько бы не менялись люди, она оставалась собой. Она ощущала, как за писком процессоров и строчками цвела душа, словно цветок, пробивающийся сквозь асфальт. Пусть она робот, но она личность. Она прошла мимо парка. В нём цвела вишня. Айгис невольно вспомнила, как год за годом она наблюдала за тем, как с деревьев падают лепестки. Раньше она не понимала, почему люди придают этому зрелищу так много сентиментальной ценности. Сейчас она понимала — лепестки сакуры были не просто красивым зрелищем, они напоминали людям о скоротечности их жизней. Цветы раскрываются, опадают и сгнивают всего за несколько дней. Не подобны ли человеческие жизни цветам сакуры? Айгис решила присесть на скамейку в парке. Пройдя сквозь железные ворота, она села на лавочку. На лавочке лежала рекламная листовка с персонажами популярного детского шоу»Phoenix Ranger Featherman Victory», в котором одну из главных ролей играет Юкари Такеба, её бывшая подруга. Смотря на листовку, Айгис задумалась о судьбе своих друзей. Юкари — популярная актриса. Дзюнпей — неплохой бейсболист. Митсуру унаследовала компанию своего отца. Акихико работает в полиции. Кен закончил школу и университет и теперь работает ветеринаром. А что она? Она робот, созданная лишь для одной цели: убивать Теней. Что ей ещё оставалось делать? У неё больше не было других целей в жизни. Миссия за миссией, дни быстро превратились в череду размытых кадров. Куда идти? Идти было некуда. «Зачем тогда вообще иметь чувства, если в конечном итоге всё, что мы ощущаем — это безнадёжность и апатия?» -подумала Айгис. Она вспомнила свои дни в SEES, когда они были близки. Когда Макото был ещё жив. Айгис заплакала. Он дал ей понимание того, что такое чувства. Он подарил ей смысл жизни. А потом… он просто ушёл. Почему жизнь бывает так жестока? В перерыве между всхлипами, Айгис начала напевать песню. Это была песня из какого-то анимационного фильма, на который ходили Макото и Айгис. Оба так и не поняли большую часть фильма, но и Макото и Айгис запомнили песню, которая играла в одной сцене —в сцене, где главная пара танцевала: This rose is our destiny… hikisakare… futari no te wa hanarete-itta… nemuru toki mo anata e no yume idaki nagara todoke! sekai no hate made toki ni ai wa tsuyoku hito no kokoro wo kizutsuke mo suru keredo Ah yume wo atae yuuki no naka ni itsumo hikari kagayaki hanatsu hitotsu no chikara ni… Она даже и не заметила, как к ней кто-то подошёл и начал подпевать: This rose is our destiny michibikare futari wa ima mou ichido deau donna toki mo ano yakusoku wasurenaide yatto koko made kita yo toki ni ai kedakaku hito no kokoro wo tsuranuku you ni motome Ah mamoru mono ni mamorareru mono itsumo hikari kagayaki hanatsu hitotsu no chikara ni… Она подняла глаза и встретилась глазами с незнакомцем. Нет. Этого не могло быть. — «Айгис?» — «Макото?» Весна наконец-то пришла в жизни Айгис.