Реликвия

      Ли Ляньхуа был совершенно не в восторге от очередного переплёта, в который случайно угодил по милости одного неподражаемо настырного мальца. Причём сам малец сейчас преспокойно дрых в лотосовом тереме. А мог бы уже выработать иммунитет к снотворному. Ну или научиться не тянуть в рот всё, что на глаза попадается. А ещё гурман…       Зато Ди Фэйшэн в своей дурацкой маске и отбитыми до потери воспоминаний мозгами – вот он. Любуйтесь. Если с перепугу не окочуритесь. И это он ещё в маске. - А-Фэй, может, вернёшься? За Фан Добином присмотришь? А то мало ли… он там сейчас совсем беспомощный…       Голос Ли Ляньхуа становится всё тише и к концу фразы совсем замолкает. Ну а на что он рассчитывал? Великодушие обходило стороной главу Ди, даже когда у того был порядок с мозгами. Ну, насколько это вообще возможно. Вот и сейчас А-Фэй сделал вид, что лишен не только памяти, части сил, но ещё и слуха. Так и вышагивал с тигриной тяжёлой грацией и невозмутимостью. Хоть бы поморщился, что ли? Обоняние-то ему не отшибло, а запашок тут стоял… Ли Ляньхуа достал из рукава ароматический мешочек и прижал к носу. Через миг мешочек исчез в широкой и мозолистой лапище А-Фэя. Пришлось доставать другой. А если бы у него был только один? Ли Ляньхуа неодобрительно покосился на спутника. Тот с каменной рожей прижимал к носу мешочек через каждые три шага. Ну, похвальная предосторожность, но в этом затхлом и неподвижном воздухе, вряд ли бы можно уловить другие ароматы, кроме каменной пыли и серы.       Зато, как оказалось, грубые стены лабиринта пещер отлично отражали звуки. Ди Фэйшэн мгновенно напрягся, а его шаги стали совершенно бесшумными. И только благодаря этому сам Ли Лянхуа расслышал… характерную поступь и стоны ходячих трупов. Влипли! Впрочем, под прикрытием главы Ди вполне можно было попытаться скрыться от оравы неупокоенных мертвецов, особенно, если среди них нет лютых. Но сначала улики. Таинственная реликвия, о которой прожужжал все уши неугомонный Фан Добин, вполне стоила того, чтобы рискнуть.       Пока Ли Ляньхуа прислушивался, Ди Фэйшэн подхватил его подмышку и двинулся по-кошачьи бесшумно вдоль стены к ближайшему проходу. Ли Лянхуа завертел головой, дополняя карту пройденных пещер: не хватало ещё заблудиться.       За поворотом обнаружилась довольно жиденькая толпа ходячих трупов. Ну как жиденькая… если с ними не драться, то и смотреть не на что. А вот на что стоило посмотреть, так это на возвышавшийся посреди огромного зала каменный алтарь варварски грубой работы. Точнее, на зависшем над алтарём… жезлом? Скипетром? Дубинкой? В общем, таинственной реликвией агрессивно-розового цвета, словно впитавшем в себя цветущих лотосов трех провинций. Короткую и крепкую рукоять венчал огромный кристалл, ограненный в форме сердца и такой же невозможно-розовый. Всю эту красоту оттеняли два крошечных крылышка снежной белизны. Ли Ляньхуа даже приблизительно не мог представить себе назначение этой… несомненно бесценной и важной вещи. Пока он размышлял, глава Ди аккуратно поставил его на ноги, прислонил к стеночке и… просочился вдоль этой самой стеночки к алтарю. Ну ничего себе! Неужели есть кто-то, наглее самого Фан Добина?! И ведь сработало! Качающийся в такт с мычащими покойниками А-Фэй как-то быстро и незаметно оказался рядом с алтарём. Подпрыгнуть и вцепиться в реликвию – чем бы она ни была – труда уже не составило. Но прежде чем толпа мертвецов хоть как-то отреагировала на беспрецедентную выходку самой наглой личности Цзянху, реликвия завертелась волчком и засветилась, разбрызгивая огоньки и пронзая воздух лучами всё-того же розового цвета. Ди Фэйшэна крутануло вместе с жезлом, а потом подкинуло под потолок и тоже окрасило в розовый. По волосам и одежде пробежали искры, а затем полы поползли вверх, обнажая на удивление стройные ноги. Сапоги облепили щиколотки и ступни, как вторя кожа. Ли Ляньхуа поднял глава выше и едва не зажмурился: пояс исчез, открывая кубики пресса, а рукава так же бесстыдно обнажили крепкие бицепсы. Что удерживало куцые лоскутки на могучей груди Ди Фэйшэна, прикрывая… да ничего собственно не прикрывая, но хотя бы делая вид, осталось загадкой. Как на видоизменившейся заколке поместилось столько угрожающе-розовых кристаллов, было уже не интересно. Ли Ляньхуа просто устал удивляться.       А может и нет. Во всяком случае, он точно не ожидал, что А-Фэй с диким оскалом шарахнет реликвией по ближайшим противникам. Порядочный мужчина бы в обморок упал от такого наряда, а этот! И ещё от свадебного наряда отвертелся! А тут – на тебе. Даже не замерз.       От возмущения слегка отвлек пролетевший рядом труп, врезавшийся в стену в каком-то фэне от Ли Ляньхуа, но зато успокоившийся навечно. Ну, в эффективности главы Ди этот скромный лекарь никогда не сомневался. Хотя разбивать головы ценной реликвией это уже как-то чересчур. Но главу Ди, как всегда, не заботили мелочи. Ли Ляньхуа торопливо зажмурился, когда увидел, как разошедшийся сообщник замахнулся ногой. Этого. Он точно. Видеть. Не. Желает!       Сохраняя остатки душевного здоровья Ли благоразумно не раскрывал глаза, пока звуки битвы не прекратились. Когда же он рискнул поднять веки, Ди Фэйшэн своей тигриной походкой приближался к нему, закинув на плечо окровавленную реликвию и… мягко улыбаясь. Когда между ними оставалось два шага, Ли Ляньхуа нащупал дрожащей рукой заветный пузырёк в рукаве и залпом выпил всё содержимое.       Мир померк, а Ли Ляньхуа отправился к Фан Добину.