Глава 1

Волшебник по имени Габриэль состоял на службе у Тёмного Лорда. Внук самого Геллерта Грин-де-Вальда был на задании. Его отряд наносил сильные удары по высоким защитным стенам замка Окхамптон. И им удалось пробить, укрепленную магией, первую стену. Сам замок и прилегающий к нему городок, располагались в живописной долине на юге Англии. Габриэль со своим помощником, парнем по имени Элиас Эштон, стояли на холме и наблюдали за сражением. — Лорд Антерос, защита вот-вот падёт. — Заметил Элиас. Габриэль взмахнул рукой с зажатой в ней волшебной палочкой. Перед ним высветилось время. Кивнув своим мыслям, он развеял чары. — Управились быстрее, чем я думал. — Раздался низкий голос из-под маски. На волшебнике была длинная чёрная мантия с капюшоном, безликая маска и строгие одежды таких же тёмных цветов, не оставляющие ни миллиметра открытой кожи. Кисти были скрыты перчатками из нежнейшей кожи. Капюшон глубоко сидел на голове, от чего лицо под маской оставалось в полумраке. Но иногда можно было увидеть, как загораются синяя и зелёная искры на месте глаз. — Да, я вооружил бойцов взрыво-зельями, как вы и приказывали, — не без гордости продолжил Элиас. Защита пала и стороне противника пришлось отступать, шаг за шагом сдавая город. Всюду раздавались крики, летали вспышки заклинаний. И чаще всего они были смертельными. Мирные волшебники прятались, по домам, надеясь, что авроры и Орден Феникса смогут их защитить, но те стали отступать под напором противника. Руфус Скримджер стоял напротив окна и смотрел вниз на бой. Его губы кривились в раздражении. За его спиной хлопнула дверь и раздался шорох. Скримджер обернулся и вскинул палочку, но та в мгновение вылетела из его рук. — Я полагаю, бессмысленно спрашивать с кем я имею дело, Лорд Антерос. Должно быть, именно вы командуете осадой города. — Скримджер с ненавистью посмотрел на волшебника, идущего к нему. В одной руке тот держал чужую палочку, а другой держал на прицеле. Габриэль остановился, чуть склонил голову к плечу и хмыкнул. — Моя слава бежит впереди меня. Что ж, у вас есть три варианта. Первый, вы принимаете поражение и замок с городом сдаёте нам. Второй, будучи человеком чести, вы лишаете себя жизни. Третий, убегаете, пока я наслаждаюсь красивым видом из окна. Скримджер оскалился: — Ну и ну, шавка Тёмного Лорда проявляет милосердие? Вот только все твои варианты меня не устраивают. Мужчина выхватил запасную волшебную палочку и кинулся вперёд, но был слишком медленным для натренированного бойца армии Тёмного Лорда. Габриэль в доли секунды оглушил его и заклинанием отбросил в стену. — Что ж, чего-то подобного я и ждал, — подумал вслух парень подавшись вперёд и срывая с груди Скримджера медальон. За спиной юноши хлопнула дверь. В комнату вбежал запыхавшийся Элиас. — Господин Габриэль вы целы? — Передай этого мужчину целителям, а затем заключи в темницу. — Э? — Всех сдавшихся в плен, заключить в темницу. Пусть целители осмотрят их. — Будет исполнено, Господин. Хлопнула дверь и Габриэль остался один. — Invisiblia tacet oblice, — парень взмахнул палочкой и на мгновение, комната окуталась фиолетовым светом, затем он впитался в стены защитным барьером и никто, даже если бы захотел, не смог бы увидеть или услышать, что происходит внутри него. Габриэль подошёл к окну. Битва была окончена. Раненых относили в полевой госпиталь. У светлых, оказывающих сопротивление, отнимали палочки. Замок и часть города, к нему прилегающего, стояли в руинах. Габриэль чувствовал вину, ведь из-за него пострадало столько невинных людей. Это не первая его битва, но он никак не мог привыкнуть к крови и ужасам войны, потому что он — Габриэль Поттер, потерянная в детстве светлая героиня пророчества, а не Габриэль Грин-де-Вальд, внук Геллерта Грин-де-Вальда. Геллерт, её родной прапрадедушка, был великим магом. Но годы в поисках пропавшей семьи и заключении в Нумергард подточили его здоровье. Однако, он смог сбежать и найти её, своего последнего оставшегося в живых потомка. В ту ночь она потеряла родителей и чуть не попала в руки к чужим людям, маглам. Но дедушка нашёл ее раньше, чем те обнаружили бы её на пороге своего дома. Дедушка не желал вновь становиться Тёмным Лордом, взял ее с собой и спрятался в одном из забытых всеми родовом замке в Шотландии. Окутал его сильнейшей защитой и носа не казал во внешний мир. Он передал Габриэль все свои знания, обучил магии. Иногда они покидали замок обвешанные защитными амулетами, ведь подрастающей девушке нужно было знакомиться с внешним миром не только с помощью газет, но и лично. У неё даже была подруга, волшебница по переписке Джиневра Уизли, от которой Габриэль узнала о мальчике-который-выжил, о Гарри Поттере. И то, что Джинни очень хочет с ним подружиться. На тот момент Габриэль было десять лет, а Джинни девять. Девочка была озадачена. Кто такой Гарри Поттер? Она знала имена своих родителей и у них никогда не было сына по имени Гарри. С этим вопросом она подошла к дедушке Геллерту. — Дедушка, — Габриэль застала Геллерта в библиотеке, за чтением одного из фолиантов. — Я в небольшом замешательстве. Вот, посмотри. — Она протянула письмо, написанное Джиневрой. Геллерт взял письмо и углубился в чтение, а девочка терпеливо ждала, когда он закончит. Мужчина усмехнулся и отложил письмо на, стоящий рядом, маленький журнальный столик. — Всё так и есть, — сказал Геллерт, посмотрев на внучку. — Но… — начала девочка. — Но у твоих родителей никогда не было сына по имени Гарри, — продолжил Геллерт. — А всегда была дочь. Как удалось мне выяснить, тебя никогда не звали полным именем и все посчитали, что у четы Поттер родился мальчик, наследник. Лили и Джеймс, по какой-то, неведомой мне, причине, не стали никого в этом разубеждать. — Хмм… дедушка, а как мне с этим быть, — Габриэль указала рукой на письмо. — Лучше оставить всё как есть. В любом случае, время расставит всё по своим местам. А сейчас, юная леди, раз вы пришли, мы изучим чары заморозки. День за днём проходили дни Габриэль за занятиями, тренировками и самосовершенствованием. Она подолгу беседовала с дедушкой на различные темы. О родителях девочки, о нападении на семью Геллерта, когда была убита его жена Аврова, о сыне Николасе с невесткой Софией. О том, как пропал его маленький внук Рудольфус. Вначале Геллерт не смог его найти, а после сокрушительного поражения в битве с Альбусом Дамблдором и вовсе не мог этого сделать. Геллерт не любил Альбуса и считал его виновным в смерти своей семьи. — Но даже так, Габриэль, не зная, что ты моя внучка, он умудрился чуть тебя не убить. — Дедушка, расскажи мне, почему напали на моих родителей, — одним вечером попросила Габриэль. — В книгах говорят только, что Тот-Кого-Нельзя-Называть напал на семью Поттер и сгинул. А Гарри Поттер — герой, отразивший своим лбом убивающее проклятие, отделался лишь шрамом в виде молнии. На моём лбу нет никаких шрамов, а ведь Гарри Поттер — это я. Геллерт задумчиво коснулся губы, посмотрел на внучку и начал свой рассказ. — Думаю, начать стоит с предыстории. Всё началось задолго до твоего рождения. С двух старинных книг, переводом которых занимались мы с Альбусом. Мы были молоды, амбициозны и, чего скрывать, желали власти. А книги и магия могли нам её дать. Но, как ты наверняка поняла, что-то пошло не так. Геллерт погрузился в свои воспоминания и на какие-то мгновения забыл о Габриэль, пока она не пошевелилась. — Да, — с ностальгией протянул он. — Славные были времена. Альбуса больше интересовал обряд пробуждения сил, описанный в первой книге, а меня заинтересовала легенда, или точнее сказать, предания наших предков, в другой. В книге говорилось о балансе сил и о Лордах, что этот баланс соблюдают. Лордах Тьмы и Света. И мы решили, что непременно должны ими стать и править магическим миром. Обряд пробуждения прошёл более чем успешно. Мы и до него были сильнее среднестатистических магов, а после почувствовали, что стали нечто большим. Я стал Лордом Тьмы, а Альбус Лордом Света. На этом наши пути разошлись. Наши цели оказались разными, но какое-то время мы смогли просуществовать отдельно, не мешая друг другу. Альбус ушёл, я закончил перевод книги и прислал ему приглашение прочитать её вместе. — Дедушка, о чём говорится в той легенде? — спросила Габриэль. — Всему своё время, Габриэль. Альбус не сразу ответил на приглашение, но всё-таки встреча состоялась…. … Альбус открыл дверь своего дома в Годриковой Лощине. Поприветствовал Геллерта и пригласил войти. — Так о чём ты хотел поговорить? Геллерт полез в свою сумку и достал сшитые в книгу листы пергамента с переводом, открыв на нужной странице, протянул их Альбусу. Тот вопросительно посмотрел, но Геллерт лишь кивнул на книгу: — Просто прочти её! Год 2508 от сотворения мира. «Совет великих собрался в двадцать пятый раз. И вновь была предсказана гибель этого мира. Печаль наша была велика. У нас было достаточно времени на решение проблемы. Мы были уверены, что конец наступит не ранее пяти тысячелетий с сего дня. Совет не видел проблемы в том, чтобы покинуть этот мир задолго до наступления конца. С тяжёлым сердцем мы оставляем в этом мире множество разнообразных существ. Мы могли спасти лишь себя. Магические создания этого мира должны позаботиться о себе сами. Но ещё, в мире существуют люди не наделённые даром, согласно нашему пророчеству именно они разрушат этот мир. Мы не сможем спасти никого. Всё, что нам остаётся — это покинуть его». Год 2508 от сотворения мира. «Наши жрецы обратились к трём великим силам: Магии, Жизни и Смерти и попросили рассказать о судьбе этого мира. Они объединились в одну, имя ей богиня Малирта — трёхликая богиня, и поведали жрецам, что всё погибнет от рук Людей. Бездарных. Малирта знала о наступлении конца и желала спасти своих детей. Ни силы, ни боги, по законам мироздания, не могут вмешиваться, чтобы спасти своих детей, но могут помочь своим детям. Наделить их силами и направить по пути спасения. Мы наблюдали за волшебными существами, смешавшими свою кровь с обычными людьми. Только их потомство наделялось магией, но они должны были развить этот дар. Малирта и Силы считали, что сами люди не должны завладеть магическим даром. Мы решили собрать среди магических полукровок тех, кто сумел бы достойно принять эту силу и сохранить её. Но как только немагические люди украдут силу у хранителей, мир падёт». Год 2608 от сотворения мира. «Потомок волшебного существа и человека пришёл к власти. Он — ребёнок отца эльфа и матери человека, он — Андросиус Великолепный. Малирта нарекла его первым Лордом Светлой магии. Его двоюродная сестре по матери тоже владела магией. Её отцом был демон, обладающий большими силами. Имя её — Ан Касан, первая Леди Тёмной магии. Силы выбрали этих двоих, чтобы они стали во главе Магического мира и охраняли Магию от посягательств людей. Два лорда должны поддерживать баланс сил и защищать мир магии, и раскрывать её тайны лишь достойным. Каждое поколение должно будет избирать новых Лордов: Светлого и Тёмного, для выполнения этой задачи. Для этого мы составим обряд пробуждения. Если кандидат достойный, то силы даруют ему возможность стать лордом. Если по какой-то причине маги забудут о необходимости лордов, те будут пробуждаться сами в нужный момент. А мы в свою очередь сделаем всё, чтобы кандидаты получили необходимые знания. Если лордам удастся поддерживать баланс — они смогут спасти себя и магических существ. Ежели нет — падет магический мир от руки человека. Хватит ли этих мер? Мы не знаем и будем молиться за этот мир. Нас ждёт новая родина. Большинство уже готово уйти. Что произойдёт с этим миром? Увы, нам не ведомо. Пройдут годы, о нас забудут. И мы будем в безопасности в нашем новом мире». Эльдрик Мелиамнэ Альбус закончил читать и на секунду задумался. — И? — Спросил он, подняв взгляд на Геллерта. — Альбус, теперь ты понимаешь, что у нас с тобой особая миссия. Что обряд позволил нам не только раскрыть свои магические каналы, но и сами Силы посчитали нас достойными стать лордами магии. — Нет, я так не считаю, — Альбус поправил чуть сползшие очки на носу. — Не думаю, что это правда. Да, мы с тобой стали Светлым и Тёмным лордами, потому что они существовали всегда и ими становились самые достойные. Но ты забываешь Геллерт, что лорды всегда сражались между собой. И раз я стал Светлым Лордом, то считаю что на моих плечах лишь одна миссия — спасти этот мир от тёмной магии. В этом мире не место тёмной магии и тёмным созданиям. — Альбус опомнись, нам не друг с другом надо воевать, а мир магии от маглов защищать. А вместе… — Никаких вместе с тёмными тварями и быть не может, — холодно сверкнув глазами отрезам Альбус. — Никогда, ни в одной легенде или книге Светлый лорд не объединялся с тёмным. Мне противно всё связанное с тёмными тварями. — Альбус! — ахнул Геллерт. — Альбус перестань, — в комнату вбежала младшая сестра Альбуса Ариана. Она кинулась к Геллерту и обхватила его руками. — Ариана уйди прочь! — Альбус, не кричи на сестру, — в комнату вбежал Аберфорт. Альбус не сдержался, вскинул волшебную палочку и выпустил первое заклинание. Геллерт успел защититься. В схватку вступил Аберфорт. Всё действо сопровождалось криками Арианы с просьбами прекратить. Она зажимала уши и трясла головой. В какой-то момент она не выдержала и кинулась прямо в центр сражения, и попала под чьё-то шальное заклятье. Все мигом застыли, а Ариана лишь печально улыбнулась Геллерту и упала замертво…. Я не присутствовал на похоронах официально. Но не мог не придти, ради Арианы. Мы все винили себя в случившемся, особенно я. Что не успел, не отразил заклятье, предназначавшееся мне. Геллерт скорбно склонил голову, возвращаясь мыслями в тот день. — Дедушка, — Габриэль подошла к Геллерту и крепко его обняла. — Она была самым чистым и светлым созданием. И одной из первых, кого уничтожил Альбус на своём пути. — Чтобы влиять на неокрепшие умы, он устроился в школу магии, — продолжил Геллерт. — и постепенно, год за годом продвигал свои идей света. Я же стал изучать мир и понял, что маглы несут нам опасность. У меня были свои сторонники, у Альбуса появились свои. Мои идеи об уничтожении маглов, как вида, встретили сопротивление светлой стороны. К тому времени началась первая мировая война в магловском мире. Видя, что творится в обычном мире, многие маги, поддержали меня, что маглы опасны. Где-то в те же годы была убита моя жена Аврора, сыну с невесткой чудом удалось спастись. Я спрятал их в Америке и несколько лет, всё было спокойно, пока они не вернулись на родину в Европу, с моим внуком, твоим дедушкой Рудольфом. На их дом напали, и я абсолютно уверен, что за этим стоял Альбус. Он присутствовал на похоронах, выразил мне соболезнования, но глаза его были так же холодны, как и в тот день, когда погибла Ариана. А стоило мне надавить на нужных людей, выяснилось и имя заказчика. До меня он не мог добраться, вот и решил уничтожить всё, что мне дорого. — А что случилось с дедушкой Рудольфом, — спросила Габриэль. — Он бесследно исчез и никакие ритуалы не помогали его найти. Единственное, в чем я был уверен, что он жив. Скорее всего, его магия заблокировалась от сильного потрясения, либо зациклилась на его защите, сделав его ненаходимым. Прошло много лет, магический мир был практически у моих ног, — Геллерт покачал головой. — Когда Альбус вызвал меня на дуэль. Но за день до её проведения, шпион Альбуса подсыпал мне яд. О чём Альбус любезно мне сообщил во время дуэли, когда силы стали меня покидать. Но даже такой, я сильно его потрепал. И словно в насмешку, он не стал меня добивать. Он запечатал силу внутри меня и заточил в моём собственном замке. — Дедушка, а как ты нашёл меня? — зевнула Габриэль прикрыв рот ладошкой. — Ох, Габриэль! Время позднее, продолжим в другой раз. Геллерт проводил внучку в спальню и, поправляя одеяло, улыбнулся. — В любом случае, я нашёл тебя. И никто в этом мире больше не причинит зла нашей семье. Спустя несколько дней Габриэль вновь подошла к дедушке с тем же вопросом, о родителях. — Пока я находился в заключении, блок на магии медленно меня убивал. Я не собирался с этим мириться. Нумергард был не просто моей тюрьмой. Альбус не учёл, что Нумергард мой родовой замок. Я не мог его покинуть, но вполне мог передвигаться внутри него. Кроме меня и эльфов в замке никого не было. Я нашёл способ расшатать блок, но по всем прогнозам, он пал бы не ранее чем через тридцать с небольшим лет. У меня не было столько времени ждать. Запертая внутри магия убила бы меня раньше. Выход нашёлся случайно. Фамильяр. Он бы оттягивал на себя часть магии постоянно. И печать ему не помеха. Заполучить его оказалось сложно, ведь покидать замок я по-прежнему не мог. Но в конечном итоге всё удалось. Как я и рассчитывал, печать пала спустя тридцать три года. На дворе стоял 1978 год. Моя магия была свободна и теперь, я мог идти куда угодно. В первую очередь я решил озаботиться происходящим в мире. Я больше не был Тёмным Лордом, остался просто сильным магом тёмной направленности силы. Тот груз обязанности, что я ощущал будучи Тёмным Лордом, больше не давил мне на плечи. И оглядываясь назад, я понимаю, что не все мои решения были веерными, но если бы мне предложили прожить жизнь заново, я поступил бы точно так же. — Так вот, Габриэль, — он посмотрел в разноцветные глаза своей внучки. Когда-то те были изумрудно-зелёными. Совсем как у его покойной жены Авроры, а затем у сына Николаса. Теперь же, когда Геллерт ввёл её в род Грин-де-Вальд те изменили свой цвет. Правый глаз остался изумрудным, левый стал как у Геллерта — голубым. — Разведывая обстановку в мире, я узнал о становлении нового Тёмного Лорда. О его противостоянии с Альбусом. А затем, в один из дней я почувствовал настолько сильный зов родной крови, что не смел ему противиться. Только я опоздал. … Геллерт переместился в Годрикову Лощину и вошёл в дом, куда вёл его зов. В коридоре он увидел бездыханного молодого человека, чьи застывшие карие глаза мёртво смотрели в потолок. Геллерт прошёл дальше. В комнате наверху, прикрывая своим телом перевёрнутую кроватку, лежала женщина с яркими рыжими волосами. А зов вёл его дальше, в угол за кроваткой, где время от времени раздавались детские всхлипы. Не раздумывая Геллерт кинулся туда и вытянул из кучи тряпья и игрушек маленького зеленоглазого ребёнка, которому на вид было не больше года. Он подхватил дитя на руки и понял, что звало его в этот дом находится у него в руках. На глаза мужчине навернулись слёзы счастья и горя. Счастья, что держал в руках свою маленькую внучку, горя — что её родителей уже не спасти. Внизу раздались хлопки аппарации и грубые мужские голоса о чём-то спорившие между собой точка геллерт быстро накинул безмолвие и сонные чары на девочку, осмотрев комнату увидел игрушечного мишку, проколол девочке пальчик и капнул каплю крови на игрушку. Он быстро-быстро зашептал слова заговора превращая игрушку в точную копию девочки, мирно спящей у него на руках. А превращённая игрушка заползла за кроватку, где и уснула. Ни внешне, ни физически её невозможно было отличить от настоящего ребёнка. Геллерт быстро накинул на себя мощные чары ненаходимости и отошёл в угол комнаты. — Один готов, — раздался грубый мужской голос снизу. — Проверьте, что там наверху. В комнату, боязливо оглядываясь, вошёл низенький плюгавенький мужчина. Он бегал осмотрел комнату, застыв взглядом на лежащий женщине. Он боязливо подошёл к ней, дрожащим голосом спросил: — Л-лили? Но та оставалась также неподвижна. — Что тут? — Вошёл в двери мужчина с волшебным глазом. — В-в-вот! — заплетающимся языком сказал мужчина. — Чего ты трясёшься, Питер? Мёртвые тебе ничего не сделают, а вот будь они живыми, повыдергали бы твои куцые волосёнки, — хохотнул вошедший. — Ребёнок, кажется, жив?! — Питер склонился над оживлённой игрушкой и поднял её на руки. — Придётся вызывать Альбуса, — мужчина покинул комнату, его голос невнятно доносился снизу, пока Питер возился наверху. — ПИТЕР! — проорал тот снизу, от чего плюгавый подскочил в испуге. — Живей спускайся! Питер засеменил вниз. Геллерт отделился от стены и проследовал на ним, держась в отдалении. Мужчины прошли в гостиную. Питер сел на диван, покачивая на руках ребёнка. Он, словно, не знал куда себя деть, а покачивания его отвлекали. Одноглазый ходил из стороны в сторону, иногда что-то невнятное бубня себе под нос. Геллерт прошёл мимо них и остановился у проёма, ведущего на кухню, чтобы в случае чего быстро уйти. Его по-прежнему не могли ни слышать, ни видеть, даже волшебным глазом, ни чувствовать запах. На улице послышался тихий хлопок. Спустя минуту в комнату вошёл Альбус Дамблдор. Геллерт его сразу узнал. Время его не пощадило. Некогда рыжие волосы поседели, появились морщины, но взгляд остался тем же — холодным и цепким. — В чём дело Аластор? — обратился Альбус к волшебнику с искусственным глазом. — Альбус, Поттеры и Темный Лорд мертвы, но ребёнок, Гарри Поттер каким-то образом остался жив, — Аластер указал рукой на Питера. — Хмм… Альбус подошёл к Питеру и приказал положить ребёнка на диван. Тот аккуратно всё сделал и резко отскочил в сторону, внимательно наблюдая за действиями мужчины. Альбус запустил диагностические чары в Гарри. Одни из простейших, понял Геллерт. Они ничего не должны обнаружить, а примени Альбус более серьёзные чары, можно было бы волноваться. Разумеется чары ничего не показали, кроме того, что ребёнок полностью здоров. Что-то Альбуса всё равно беспокоило, словно что-то было не так. — Выжил значит, — Альбус задумался, на его лице отразилась работа мысли. Когда решение было принято, его глаза холодно свернули, а лицо стало беспристрастным. — Сделаем вот как: Питер, отнеси ребёнка наверх и положи в кроватку. Я пришлю человека, который его несёт в нужное место. Сотрите все следы своего пребывания в этом доме. И быстрее, у нас не более получаса на всё. Затем события понеслись невероятной скоростью. Альбус исчез, Аластер выполнил приказ и тоже исчез. Питер перевернул кроватку, положил туда спящего ребёнка. На полу, среди праха и остатков чёрной мантии он отыскал палочку Тёмного Лорда и сунул себе в карман. В этот момент в дом ворвался молодой чёрноволосый синеглазый мужчина и прокричал: — Джеймс, нет! — его товарищ был мёртв, тогда он кинулся по лестнице наверх. В комнате он увидел мёртвую Лили и шарахнувшегося в сторону Питера. — Тыы! — прорычал. — Предатель! — Си-сириус? — затрясся Питер. — В-все не так! Он забегал глазами по комнате и кинулся на выход от наступающего на него Сириуса. В кроватке всхлипнул ребёнок. — Живой! — подхватил его на руки Сириус и кинулся за Питером. Они выбежали из дома, Питер аппарировал. В этот момент порталом появился высокий заросший мужчина. — Хагрид! — по щекам Сириуса катились слёзы, от чего младенец тоже заплакал. — Мертвы, они мертвы! — Горе-то какое! Меня это, послал сюда Дамблдор, дык. Ты дай мне этого-то, мальца-то, я его в безопасное место отнесу. Ох, — он оглянулся. — Профессор не дал мне портал. Дык-как мне теперь быть-то? Он озадаченно почесал голову. — Возьми мой мотоцикл, он мне больше не понадобится. — Сириус передал ребенка Хагриду, выхватил палочку и аппарировал по следу за Питером. Геллерт кинул следилку на Хагрида и покинул Годрикову Лощину… — Дедушка, так почему Тёмный Лорд напал на нас? — Как позднее я выяснил, твои родители были сторонниками Альбуса Дамблдора и состояли в Ордене Феникса. Незадолго до твоего рождения среди Ордена проскользнул слух о неком пророчестве. О Светлом мальчике, рождённом на исходе седьмого месяца, способным одолеть Тёмного Лорда. Этот слух донёс и до самого Тёмного Лорда. А затем две светлые семьи спрятались. Это буквально превратило их в мишени. Что же было на самом деле в том пророчестве, я так и не узнал. Выяснил только, что в Министерстве в магии, в Отделе Тайн есть особый зал, зал пророчества и все истинные пророчества появляются там. Но прочитать их могут только лишь те, кому они предназначаются. — Значит Мистер Дамблдор подставил моих родителей под удар? — Да. — Я считаю, что в доме была какая-то ловушка, в которую заманили Лорда Волан-де-Морта, как именует себя Тёмный Лорд. И всё что от него осталось, это лишь горсть праха, мантия и палочка которую унёс с собой Питер. Знаешь, как говорят, на войне все средства хороши. И чтобы победить нужно чем-то пожертвовать. Альбус решил пожертвовать твоими родителями и тобой, только вот ты выжила по непонятной ему причине. Зато по весьма понятной мне. Помнишь, я рассказывал тебе, что ощутил сильный зов крови? Габриэль кивнула. — Не знаю где, но твоя мама нашла тёмный обряд защиты крови «Жизнь за жизнь». Вот почему ты осталась жива и я смог тебя найти. — Дедушка, с одной стороны я очень зла на Тёмного Лорда, за то что он сделал с моими родителями. Но с другой стороны, я понимаю что нас поставили под удар и он здесь тоже жертва обстоятельств. — Тебе нужно время чтобы всё осмыслить Габриэль. — Да, ты прав, дедушка, — кивнула она и нахмурилась. — Не хмурься Габриэль. Я знаю отличный способ изгнать из головы дурные мысли. Дуэль волшебника. — Да, дедушка, — улыбнулась Габриэль. В этот день Габриэль больше ни о чём не спрашивала. Она чувствовала, что дедушке тоже нелегко обо всём этом рассказывать, что ему приходится заново переживать всё что он видел. В какой-то степени девочки повезло, она ничего не помнила из своего детства до того дня, когда её забрал Геллерт. Иногда, она подглядывала за ним, когда он сидел один в своём кабинете и ласково перебирал колдографии в альбоме, до боли всматриваясь в лица людей изображённых на них. Он тихо бормотал себе под нос и, если хорошенько прислушаться, то можно было услышать: " Жить нужно. Чудо уже свершилось».