Часть 1.

Шёл 2022 год. Нил Джостен был в порядке уже больше пятнадцати лет. Время находилось в том не самом приятном переходе с тёплого лета на малоснежную в этих краях и от этого не менее завораживающую зиму. Парень возвращался с очередной вечерней пробежки. В этот раз он не смог ускользнуть от Эндрю без телефона, поэтому сейчас был вынужден отвлечься от мини тренировки, замедлив шаг до обычного, и ответить на звонок своего давнего друга, так любящего надоесть в последнее время. — Да, и тебе привет. Ага, ага, спасибо, и вам всего того же, - Нил привычно свернул с главной улицы во двор, желая поскорее оказаться дома и сидеть с Эндрю, держа в руках горячую кружку с кофе и слушая урчание котов. - Ближе к делу, - он потёр переносицу и медленно вдохнул, пытаясь отдышаться и, возможно, совсем немного успокоиться. - Да, Сер прекрасно себя чувствует, - глаза невольно посмотрели на тëмное небо. Солнце давно село, и теперь, когда он был в этом тёмном закоулке, звёзды были видны ещё лучше. Парень выдохнул в нетерпении, - Кев! Я немного занят, знаешь ли, - он провёл пятернёй по влажным волосам. - Серьёзно?! Нет, Кевин мать твою Дей, я не буду забирать Амалию в наш с Эндрю единственный выходной. Ты же знаешь, как это для меня важно, - нападающий свернул на пустынную улочку. - Извинения приняты. Ага. Да.. Да, хорошо, в понедельник.. Из-за того, что телефон был прижат к уху слева, Джостен даже не смог услышать шум двигателя. В переулке было темно. У водителя отказали фары. Он ехал медленно, но недостаточно: это не помогло ему заметить чёрную фигуру, выходящую на проезжую часть. Толчок оказался слишком сильным и парень пролетел пару метров, прежде чем упасть. Он не успел среагировать. Не успел сгруппироваться. Он давно забыл, что такое постоянный страх за свою жизнь. — Нил. Нил! - голова была ватной, всё тело ныло от столкновения с жёсткой поверхностью и совершенно его не слушалось, в глазах было совершено темно. До его ушей доносилось неразборчивое шебуршание из телефона. Последнее, что он услышал, был пронзительный женский крик. *** 1 ноября 2022 года 21:34. Ярко-голубые глаза потухли, как через несколько часов погаснут звёзды с появлением затмевающего их светила. Сердце Нила Джостена остановилось, не дожив и до сорока. Это было больше, гораздо больше чем то, на что он мог рассчитывать раньше. Но этого было мало. Слишком мало. *** Нил жмурился от боли всего мгновение назад, но теперь всё прошло. Было даже слишком тихо и.. хорошо. Парень хотел бы остаться в этом приятном чувстве, но что-то здесь было не так. Он с недоверием открыл глаза. Это была комната.. Нет, скорее бесконечное пространство. Абсолютно пустое, если не считать пары квадратных метров, занятых одним единственным существом. — Так ты - Бог? - Джостен никогда не был приверженцем ни одной из вер, но это объяснение пока было самым подходящим и нормальным, по сравнению с остальными предположениями у него в голове, которые возникли, как только он увидел Это. Оно лежало на гигантской кровати с балдахином. Нил посмотрел наверх, но так и не смог увидеть верхушку. Голова неизвестного свисала с края матраса, волосы были разбросаны по полу, руки раскрыты в разные стороны ладонями вверх, будто оно ждало кого-то в свои объятия, одна нога была согнута и покоилась на другой. Всё было белым. Без единого пятнышка. Пол, потолок, то недоступное человеческому глазу место, где они соединялись, кровать, подушки, одеяла и даже само существо. Противное, душащее своей белизной и полнейшей апатией. Полуприкрытые веки медленно сомкнулись и вновь вернулись в прежнее состояние. — Хм.. Кто знает, - голос был таким же пустым, как и всё в этом загадочном пространстве. - В том понимании, что вкладываешь ты - нет. Другие люди? Тоже нет. Хотя есть несколько весьма близких версий. Но я не высшее существо, хотя время и пространство в каком-то смысле мне подвластны. Жаль, что у этого есть свои ограничения, - это было сказано так же сухо, как и все его слова. В них ни на мгновение не промелькнула печаль или иные чувства. - Я всегда выполняю свои обещания. И основной моей головной болью на протяжении уже многих сотен лет является ваше семейство. Ну и, собственно, зачем мы все здесь собрались: на твоём роду древнее и крайне противное проклятье, которое мешает мне спокойно жить. Ты знал? Нил в недоумении уставился на сумасшедшего незнакомца, потрогал лоб, а затем ущипнул себя за предплечье. Боли или хотя бы просто какого-нибудь неприятного ощущения не было. — Мне действительно следует больше времени тратить на сон.. - он провёл по волосам, убирая вылезшие вперёд рыжие пряди. — Оу, нет, это не поможет, - оно говорило медленно и монотонно, заставляя Джостена теряться в догадках во время ожидания ответа на немой вопрос в его глазах. Он одновременно хотел и боялся услышать правду. - Перезагрузка это, конечно, хорошо, но не в твоём случае, - что-то ëкнуло в его душе. Он знает, что сейчас услышит. Знает. Точно знает. - Ты мёртв. Мир Нила пошатнулся. Вопреки всем внутренним утешениям. Он не просто угадал. Он знал. В глубине души он совершенно точно был в этом уверен. Но.. Их было слишком много. Эмоции. Парню казалось, что они вот-вот вырвутся из него сумасшедшим потоком. И все они сводились к нему.. — Эндрю.. Перед глазами не промелькнула вся жизнь красивыми картинками, как рассказывается в книжках или показывается в фильмах. Нет. Перед глазами стоял только он. Эндрю. Эндрю, на лице которого спустя столько лет наконец начала появляться еле заметная улыбка, когда он смотрел на смеющегося Нила. Когда он смотрел на то, как Нил с нежностью гладит обоих котов, боясь обидеть хоть одного из них. Когда он смотрел, как Нил пытается заплести Амалии две косички и постоянно их переделывает, потому что они кажутся ему недостаточно одинаковыми, недостаточно красивыми. Ему хотелось кричать, но он не мог. Ему хотелось плакать, но он не мог. Ему хотелось умолять, но он знал. Знал, что это абсолютно бесполезно. Откуда? А вот этого он понять не мог. Поэтому он просто тихо повторил: — Эндрю.. — Любопытно, - пустота. - Ты интереснее, чем мне показалось с первого взгляда. За тобой я понаблюдаю, - голова резко повернулась чуть вбок. — Что?.. - Нил не соображал, да и не хотел этого. Он не слышал ничего, кроме тихого смеха Эндрю прямо у него над ухом, кроме его нежного: "Ненавижу", кроме его сонного дыхания. Он хотел.. Нет, не так. Сейчас он до безумия желал только одного: услышать его голос ещё хоть раз. Или ещё хоть раз сказать, насколько Дрю ему дорог. Или ещё хоть раз посмотреть в его ореховые глаза и увидеть в них так необходимое сейчас вечно непоколебимое спокойствие. — А ты.. забавный, - ничего. Ничего не изменилось на этом странном лице. Даже уголки губ не дрогнули в попытке ухмыльнуться. От этого его безразличия хотелось вопить, рвать на себе волосы, кусать губы, но он просто стоял. - Ты не похож на своих предшественников, и при этом ты их полная копия. Твой отец, дед, прадед и так далее все до одного пытались меня прикончить. Представляешь, как я натерпелся? - голос не повысился ни на тон. Всё такой же ровный. Такой же белый. - Эх. Увы и ах. Вы же так говорите? Может, я даже буду скучать по этим весёлым денькам. Поздравляю, кстати. Ты смог разрушить многовековое проклятье. Браво. - наступила тяжёлая тишина. Оно не выглядело ни радостным, ни злым, но что-то будто изменилось в его пустом взгляде. - Я сказал: браво, - отовсюду послышались сухие хлопки. Нил оторопел. Сейчас, приглядевшись к абсолютной белизне, которая начала шевелиться, он увидел множество лежащих искалеченных статуй. На полу валялись будто бы отколотые части тел. Все они зашевелились. Ладони соприкасались со ступнями, головы катились и сталкивались с коленями, спинами, пальцы били по полу, не имея достаточного размаха, чтобы до чего-то дотянуться, крылья хлопали друг об друга или обо что придётся, хвосты махали туда сюда, пытаясь найти что-то, обо что можно было бы ударить, будто бы молотки, иногда встречаясь и создавая треск от того, что не могли рассчитать силы. - Молодчина. Предотвратил смерть своих потомков. — Что? Каким образом? - парень не соображал и не хотел вникать в слова существа, поэтому задавал вопросы абсолютно не задумываясь. Его мысли были наполнены воспоминаниями. Запахом свежемолотого кофе, чего-то сладкого, что Эндрю положил в духовку перед его уходом и нового шампуня с манго, который они открыли на прошлой неделе. — Убив всех сразу. Под корню. Ты же не размножался, - даже если Оно было удивлено его тупостью, это никак не отразилось на бесстрастном лице или в пустом голосе. — Откуда ты?.. - Нилу вдруг резко стало противно от того, что кто-то знает о его личной жизни. О ЕГО личной жизни, о НЁМ, о ЕГО Эндрю. И только его. Он был готов повторить это столько раз, сколько потребуется. — Я знаю всё. Но об этом не сейчас. Мы уже опаздываем. Парень хотел съязвить, что теперь он уже никуда никогда не опоздает или что у него, к сожалению, нет часов, чтобы подсказать, когда именно Этому следует отправиться, но не успел. Белая рука потянулась к его лицу. Нил хотел попытаться оказать хоть какое-то сопротивление, но, находясь в состоянии, когда он не был способен шевельнуть и пальцем, он просто смотрел. Смотрел, как белые пальцы касаются его лба и скользят вниз, закрывая его ярко-голубые глаза. Сквозь веки пробивался противный белый свет. Нил хотел зажмуриться, но не мог. Белый голос существа отчётливо зазвенел у него в ушах эхом: — До встречи, занятный последний Веснински. И парень очнулся. Перед глазами стоял.. Он же. Только маленький. Хотя нет, это был не Нил Джостен. Пока нет. Это был Натаниэль. Натаниэль Веснински. Ещё совсем мелкий, лет.. семи? Нет. Настоящий Нил почувствовал тяжесть в руке и, переведя взгляд, увидел в ней утюг. Восьми. Натаниэлю сейчас было восемь лет. Он это знал точно. Он помнил этот день. Он помнил эти слёзы, стоящие сейчас в глазах ребёнка напротив. Он помнил этот немой крик. Он помнил сползающую клочьями обгорелую кожу. Помнил тот ужас. И то отвращение, которое он не мог контролировать сейчас теперь уже на своём собственном лице. Джостен не был глупым. Отнюдь. Он был обладателем острого ума. И от этого ему было не легче. Нет, он не начал паниковать прямо там перед своей маленькой версией и решительной даже в такой ситуации матерью. Нил Джостен был готов к смерти. Вернее так ему хотелось думать. Но сейчас, стоя здесь посреди зала отчего дома, в котором он никогда больше не планировал появляться, ему хотелось.. бежать. Смешно, не правда ли? Давно забытый инстинкт решил вновь напомнить о своём существовании именно сейчас. Он до боли в зубах сжал челюсти. Голова была готова рассыпаться в труху. Парень.. Мужчина скривил рот в омерзении и бросил утюг куда-то в сторону. Непривычно громкими шагами он вышел из комнаты. Нил слишком хорошо знал это здание. Сперва в длинный общий коридор, потом лестница, второй этаж, направо.. Он остановился. Посмотрел на свои исполосованные шрамами и мозолями огромные руки. Грозная фигура развернулась и пошла в противоположном направлении. Изысканная резная дверь из тёмного дерева и медная ручка. Нил был в этой комнате всего раз, но напоминание об этом осталось у него на всю жизнь белёсой полосой на груди. Прижавшись спиной к закрытой двери, он провёл рукой от левого плеча до пупка. Ну конечно. Сейчас там ничего не было. Взгляд ледяных глаз заскользил по огромному столу из такой же чёрной древесины, как и дверь за ним. Он был весь завален бумагами и папками. Напротив кресла лежал раскрытый дневник с ручкой внутри. Всё стены, кроме той, к которой был прижат шкаф, были увешаны шкурами и головами животных и различным оружием от арбалета до излюбленного тесака. Натан как-то рассказал, про него. Этим ножом он собственноручно прирезал своих родителей, когда ему исполнилось девятнадцать. Сейчас, вспомнив об этом, Нилу этот факт показался весьма ироничным. Он сжал рукой рубашку на груди в том месте, где через одиннадцать лет его насквозь пробьют две пули. Парень приложил непривычно огромную руку к ледяному лбу. — Ну и.. Что мне теперь делать?.. Он стоял так ещё долгие две минуты, пока его мысли метались, пытаясь придумать хоть что-то, что могло бы спасти его из этой ситуации. — Нет. Я не могу позволить жить этому телу. Не могу. Не могу.. Я.. Нил не хотел спасать. Не хотел. Но он не мог убить себя сейчас. Парень знал, что на место Натана придёт другой. Мориямы не оставят этот пост пустым. И кто знает, насколько опасным и кровожадным окажется следующий. Позволит ли он так же просто сбежать Мэри и Натаниэлю, или окажется внимательнее и осторожнее? А может, он просто убьёт их обоих. Может, он убьёт ещё больше людей. Нет. Нил не может. Не может оставить это место кому-то ещё. Он сам встанет на его место. Он сам возглавит семейство Веснински. Он станет своим кошмаром. Он станет Мясником.