*

Он никогда не любил её. Слова били больнее настоящих кулаков. Всё, что его интересовало, это выгода. Возможно, в этом скрывалась малая доля развлечения… Она привыкла, что на неё смотрят. Но чтобы зритель спас от суицида, влюбил в себя и ударил так сильно… Это вынести она не могла.  Как казалось.  – Я не люблю тебя.   Фраза прозвучала уже минуту назад, а она всё ещё не может отойти от неё. В ушах стучит какой-то гул, который она никогда не испытывала ни на выступлениях, ни в жизни. Она… словно попала в вакуум; звуки города пропали, свет в глазах померк, а дышать стало вдруг тяжело. Хотя какое-то время она вообще застыла, как статуя, совершенно не двигаясь.  Как больно… – Что?.. Больно даже не столько от слов, сколько от взгляда, полного безразличия. Значит, все признания, комплименты, подарки – всё это было ложью? Где она просчиталась? Когда? Неужели она такая дура, что не замечала очевидного до самых этих пор?  Она идиотка?  – Я не люблю тебя. – Ноги подкашиваются, но самого страшного он не повторяет, – знает, что убьёт, – даёт время немножко прийти в себя и покрепче обхватить рукой перила. Они на лестничной площадке, под ногами мчатся поезда, закат окрашивает город в предсумеречные цвета. Здесь всё началось и здесь всё, видимо, закончится. Как иронично, – думается ей, – что солнце сейчас заходит.  Прямо как её надежды и одна из наиярчайших глав жизни.  – А… Любил ли ты меня… когда-нибудь? Она не хочет этого знать, вернее, она это знает, он сам сказал ей это своими глазами, но спрашивает, и он, к счастью, не отвечает, лишь качает головой. Его невозмутимое лицо сейчас хочется сорвать, как маску, чтобы разглядеть под ней истинные чувства. Да, они актёры, но они тоже люди, не монстры же какие? Они способны любить – ОНА способна, – так почему он..? Молчание. Она словно выходит из вакуума, снова слышит гул поездов, чувствует жар тела, как окоченела рука, примёрзшая к железке. Когда она осмеливается поднять глаза, на его лицо красиво падают последние лучи умирающего солнца. Последние лучи, с которыми умирает и её любовь…  – Я… поняла тебя. В таком случае, и дальше продолжать встречаться.. – ..не имеет смысла, – заканчивает он за неё предложение, и она дёргается от этого. Теперь эта маленькая деталь неестественна, вызывает неприятные ощущения где-то там, внутри, под слоем одежды и кожи.  Он кивает, отрешённо смотря сквозь неё, и чего-то ждёт. Она не знает, чего, и тоже замирает, ждя от него последних слов, завершивших бы их последний разговор.  – Прощай.  Коротко сказав это, он уходит, неспешно, будто прогуливается по городу, и ей на миг хочется кинуть в него камень. Чтобы шёл быстрее, а не заставлял смотреть, как переливаются блики на его куртке. Смотреть в удаляющуюся навсегда спину того, кого любишь, невыносимо больно, когда знаешь, что видишь его в последний раз. Когда понимаешь, что это конец. Когда осознаёшь, что тот, кому ты был готов отдать всего себя, решительно от тебя отвернулся.  Впрочем, никогда не поворачиваясь…  Это приносит душе успокоение. Первые чувства прошли, на смену им приходит разум. Верно, он никогда её не любил… Значит, и ей кроме своей «любви» терять нечего.  А это она как-нибудь переживёт.  Небо в последний раз окрашивается багровым, прежде чем наступает тьма. Завтра будет рассвет, с его наступления снова начнётся день.  И уходящая с лестничной площадки фигура его встретит с новой собой.